Еще один день

Кто знает, сколько она так просидела, вперившись невидящим взглядом в месиво слов, чернеющее на белой доске. Вернул ее к реальности внезапный стук. Э-шин моргнула и буквы на доске вновь приобрели резкость. Она огляделась в поисках источника звука и обнаружила его прямо за окном, в которое легко постукивал агент Чхве. Махнула рукой, проходите, мол, через дверь, как нормальные люди, пожалуйста. Чхве послушно кивнул. Чхве Ю-жин. Такой близкий и такой далекий. Глаза как… у пришельца, какое-то эльфийское почти лицо. Сердце Э-шин цвело буйным цветом, как персиковое дерево по весне, всякий раз как он хвалил ее за стремительную реакцию и изобретательность, и ухало в пятки, когда он отчитывал ее за нетерпеливость и пренебрежение его инструкциями. Улыбнись ему — он хмурится. Надуй губы — он в тоске и смятении. До окончания курса оставалось меньше недели, а ей всё никак не удавалось его разгадать. Не раз и не два с той памятной (волнительная тяжесть его тела, надежность его груди, прижатой к ее спине…) поездки Э-шин ловила на себе его взгляд, восхищенный и почему-то настороженный. А вчера он таки принес для нее новый пистолет! В сердце вновь потеплело, защипало от воспоминания, и она закрыла глаза, сладко поежилась: уверенные руки, накрывшие ее собственные, что нервно сжимают новенький Вальтер TPH, жар, исходящий от его тела, глубокий голос, тихо вибрирующий так близко к ее уху. “Сердце колотится. Не думал, что доведется стоять так близко.” Она-то думала, что им наконец-то удалось поймать общий ритм, одну волну, на которой можно поддерживать эти неопределенного характера отношения, что они начали открываться друг другу. Их беседы становились глубже, шутки смелее. Но сегодня агент Чхве почему-то весь день ее игнорировал, а сейчас нате вам, пытается влезть в окно — при том, что агент Чхве никак не может не знать, что ни одно окно в здании не открывается из соображений безопасности. Как ни странно, мальчишки, кажется, понимали происходящее лучше, чем сама Э-шин, потому что они вдруг перестали грызться каждые четверть часа и повсюду ходили за ней по пятам, как брошенные щенята. — Вы сказали, что вы просто друзья. Э-шин обернулась. Агент Чхве стоял в дверном проеме, мрачный и растрепанный — прядь темных волос выбилась из обычно безупречной прически, ворот темно-серой рубашки нараспашку (взгляд Э-шин невольно задержался на впадинке между ключицами), обычно до блеска отполированные туфли забрызганы грязью. — Это Дон-мэ и Хи-сон вас так? Убью гадов! Агент Чхве открыл было рот, но замер на месте, потому что тело Э-шин внезапно обрело волю, совершенно независимую от ее разума. Через долю секунды она уже судорожно ощупывала его плечи, руки, грудь, бока и обхватывала ладонями его лицо, поворачивая его из стороны в сторону. И так же внезапно она вдруг пришла в себя и отдернула руки как раз в тот момент, когда ее большой палец был в миллиметре от его нижней губы. Ю-чжин шумно сглотнул и открыл глаза. И когда только он их закрыл? — Боже мой, извините, сэр, не знаю, что на меня нашла. — Сгорая со стыда, Э-шин закрыла лицо, стремительно приобретающее оттенок спелого помидора, обеими руками. — Всё нормально, — пробормотал Чхве Ю-чжин, нервно запуская пальцы в шевелюру. — Нет, это я сам себя так. Ваши так называемые друзья устроили мне засаду на стрельбище. К счастью для них, я успел к тому времени разрядить оружие. Агент Ку в основном смотрел на меня сверху вниз и пытался испепелить меня взглядом, а агент Ким был нехарактерно угрюм и уныл, потому что вы, оказывается, разорвали вашу с ним помолвку, и во всем этом виноват ваш покорный слуга. Так что я решил немного пройтись и слегка не рассчитал… Агент Ко, пожалуйста, замолчите, вы так всех собак в радиусе пяти километров с ума сведете. Э-шин прихлопнула рот ладонью и вжалась лбом в стену. — Агент Ко, — неожиданно хриплым голосом выдавил Ю-чжин, осматривая доску. Он обернулся к ней. Губы его растянулись в широченной восторженной улыбке. — Э-шин-сси. Кто это написал? На белой доске царил хаос, но состоял этот хаос из двух лишь написанных аккуратным почерком слов, повторяющихся снова и снова: «Ю-чжин Чхве Ю-чжин Чхве Ю-чжин Чхве Ю-чжин Чхве Ю-чжин Чхве Ю-чжин Чхве Ю-чжин Чхве Ю-чжин Чхве Ю-чжин Чхве Ю-чжин Чхве».

***

— Сонсэнним, я же не виноват, что ее заносит вправо, когда я жму на тормоз! — А вы соображайте быстрее, агент Ли! Машина старая, не без изъянов, да. В данном случае, изъян – неполадки с тормозами. Ну так если машину заносит вправо, логично будет слегка выкручивать руль влево! Если и был луч света в темном царстве этого драндулета, так это то, что всякий раз, как он лажал, уверенная рука агента Чхве мгновенно сжимала его руку и всё исправляла, и копилка ночных фантазий Чжун-ёна всё пополнялась. — Почему мы вообще ездим на машине с неисправными тормозами?! — голос Чжун-ёна приближался к ультразвуку — это его не очень красило, конечно, и то, что его таким видел его краш, делу не помогало, но инстинкт самосохранения брал свое. — И почему механика? Кто сейчас вообще на механике ездит? — Агент Пак, водички вашему другу, пожалуйста. Агент Сон, готовьтесь, ваша очередь. — Чхве Ю-чжин похлопал по крыше внедорожника. Со-А сунула надувшемуся Чжун-ёну бутылку воды. — И всё-таки, сонсэнним, — робко проронила она. — Вы же не будете спорить, что машина в скверном состоянии. И механика? Другая группа хвасталась, что они занимаются на Мерседесе последней модели, что ли. — Во-первых, возвращаясь к вопросу агента Ли, — агент Чхве покосился на еще бледного Чжун-ёна, — многие предпочитают автомобили с механической трансмиссией, их больше, чем вы думаете. Так машина лучше чувствуется, она становится продолжением тебя. Многие производители продолжают выпускать такие машины. Я бы привел примеры, но агент Пак только что сказала «Мерседес последней модели, что ли», так что сдается мне, в производителях и моделях вы мало разбираетесь. — А главное, — помолчав секунду, добавил он, — кто умеет управляться с этой волшебной палочкой, справится с чем угодно. — Воистину, — громким шепотом сказал Чжун-ён и ткнул Чжи-кука локтем в бок, вызвав цепную реакцию, и вся группа скоро хихикала и фыркала как подростки. Агент Чхве чуть опустил голову, пряча мимолетную усмешку, и покашлял, привлекая внимание своих подопечных. — Вы даже не представляете, как легко вам будет водить любую другую машину, если вы приручите этого дикого зверя. Да, она норовиста, но это лучший способ отточить навык вождения. Я обещаю, по возвращении из лагеря вас будет ждать машина получше. Но пока почему бы вам не поучиться азам, а так же безопасному вождению и уходу от преследования, на этой? Так у вас будет преимущество перед теми, кто занимался на красивых игрушках с автоматической коробкой передач, более того, возможно, это однажды спасет вам жизнь. Уже поверьте, в один прекрасный день вы мне спасибо скажете. Представьте себе, что вы на задании застряли где-нибудь в глухой сибирской деревушке, и всё, что вы можете там добыть, это древний «Запорожец». Что вы в таком случае будете делать — ждать, пока вниз по реке проплывет Мерседес последней модели, или что там? — Агент Чхве выгнул бровь. — «Простите, господин Алексеев, а у вас нет ничего с автоматической трансмиссией?» — пропищал он, изображая, видимо, Со-а. — «Нет? Ну что ж, похоже, теперь я живу в России». Притихшая было группа взорвалась хохотом. Даже Хон-па, обычно весьма сдержанная и оживающая только в спорах с капитаном Чжаном на стрельбище, блеснула жемчужно-белой улыбкой. — Ну, всё равно, факт, — сказал До-хун, когда ребята успокоились, — что агент Ко Э-шин тренируется на автомате. — Он уставился на агента Чхве испытующим взглядом, ища хоть малейший намек на правдивость слухов. На невозмутимом лице Чхве Ю-чжина не дрогнул ни единый мускул. — Врут ваши факты, агент Сон. Никто из моих студентов не будет заниматься на автомате. — Он помолчал. — Повторю еще раз, чтобы больше мы к этому вопросу не возвращались. Это интенсивный курс. Курс для новичков, которые сцепление не отличат от газа и хихикают как детсадовцы при виде рычага переключения передач. Агент Ко проходит продвинутый курс. То есть, она уже отлично водит, но существуют некоторые приемы, которым ей нужно научиться. Тем не менее, каким бы ни был ваш уровень, тренироваться вы будете только на механике. Я уже объяснил причину. — И как успехи сонбэ? — как бы невзначай поинтересовался Чжун-ён. — Как все вы, несомненно, знаете, Ко Э-шин исключительно талантливый агент, — агент Чхве сохранял невозмутимый вид. — Так что успехи она делает соответствующие, как и ожидалось от профессионала, каковым она является. Для нее ни в чем не существует препятствий. — Это вы явно не слышали, как она говорит по-английски, — фыркнул До-хун. — «I want do love with you…», — насмешливо пропел он нарочито высоким голосом, не замечая, как вздулась вена на виске у агента Чхве и как играют желваки на его загорелых скулах. — А вот вы явно говорите по-английски, агент Сон. — Конечно. — А как насчет китайского? — Нет, китайского не… — До-хун пожал плечами, продолжая улыбаться, пока не понимая, что происходит. — Как у вас с французским? — С французским никак, но я говорю по-испански… — И? — И еще немного по-итальянски… — То есть, два романских языка. Цены вам нет. В Южной Америке. Кроме Бразилии, конечно. Что-нибудь еще? До-хун не ответил. — А как насчет японского? Шведского? Норвежского? Немецкого? Русского? До-хун отчаянно краснел. — Как насчет корейского? Есть вам что сказать сейчас по-корейски, агент Сон? Нет? Так вот, прежде чем пытаться принизить чужие достижения, тем более, достижения коллеги, посмотрите внимательно в зеркало. — Сонсэнним, — задумчиво протянул Чжун-ён, нарушив затянувшуюся напряженную тишину. — Что такое «Запорожец»?

***

Э-шин стянула туфли, вздохнула с облегчением и припустила по коридору, не надев тапки. — Дедушка, я дома! Ко Са-хон вышел из своего кабинета, поспешно притворив за собой дверь. — Я не ждал тебя так рано, — сказал он, целуя внучку в лоб. — А что? — весело улыбнулась Э-шин. — Сюрприз мне готовишь? Мой день рождения еще не скоро. Дедушка неловко усмехнулся. — Нет, просто гости. Это не к тебе. Ну, пока не к тебе. Э-шин нахмурилась, подозревая неладное. — Дедушка, ты опять… — Э-шин-а, мне нужно думать о твоем будущем. — О моем будущем? А я имею право на мнение о моем будущем? Или мы всё еще в Чосоне живем? — она решительно распахнула дверь и ринулась в комнату. — Кыномоним, омоним, — поклонилась она своей тетке и сидевшей рядом с ней женщине, которая поставила свою чашку на стол, когда Э-шин вошла. — Здравствуйте. Вздохнув, тетя глянула на Ко Са-хона. Тот пожал плечами. Второй гостьей была Юн Хо-сун, мать Ким Хи-сона. Их семьи всё еще лелеяли надежду поженить своих младших отпрысков и соединить две компании. — Бог ты мой, Э-шин-а. Как будто только вчера мы тебя умоляли слезть с дерева. Эти вечные разбитые коленки, что ни день, то новый синяк или ссадина. Помните, как она просила отстричь ей волосы, мадам Чжо? — повернулась Юн Хо-сун к тете Э-шин. — «Мальчишкам же можно, почему мне нельзя?» А когда вы сказали нет, она просто нашла ножницы и отстригла их сама! Вы только посмотрите на нее теперь. Хорошеет с каждым днем. А мой Хи-сон только и говорит, что о твоей красоте и уме… Ну что, девочка моя, не надоела тебе еще эта твоя так называемая работа? Э-шин, которая собиралась просто скромно улыбнуться и поблагодарить свою несостоявшуюся свекровь за комплимент, едва не встала на дыбы. — У вашего сына работа такая же. Вы и ему это говорите? — процедила она сквозь зубы. Краем глаза она заметила, как тетка схватилась за сердце, и почувствовала укол совести. — Мы работаем на благо страны. Нашей с вами страны, омоним. Есть еще люди, которым это важно, знаете ли. — Ко Э-шин! — прогремел Ко Са-хон. — Извинись немедленно! Э-шин снова поклонилась возмущенной женщине. — Прошу прощения, если обидела вас, омоним. Только, пожалуйста, в следующий раз приходите как гостья, не как сватья. Вам и вашему мужу в этом доме всегда рады, но я никогда не стану женой вашего сына. Пожалуйста, смиритесь с этим. Я прослежу, чтобы Хи-сон тоже это принял. А теперь, прошу меня извинить, мне нужно закончить доклад. По пути к двери Э-шин бросила на тетю умоляющий взгляд и одними губами изобразила: «Прости».

***

Слушаю. Я не знаю немецкого, между прочим. Что, простите? Я не говорю по-немецки. И по-норвежски. По-шведски тоже. А, ну, они же этого не знали? …Как вы раздобыли мой номер? Я исключительно талантлива. По крайней мере, так говорят. Ха-ха. Я от своих слов не отказываюсь. Ваш курс слишком сложен для вас и вы решили освежить азы? Я просто подумала, вдруг я что-то пропустила, и так оно и есть! Я и не знала, что умею водить «Запорожец» или что там. Да, да, смейтесь, надсмехайтесь над моими методами. Вы не можете отрицать, что они работают. Работают, ага. Тот очаровательный юноша, ну, тот, который в вас по уши влюблен, не способен и ста метров по прямой дороге проехать. Он ни в кого не влюблен. У него просто сейчас в жизни нелегкий период. Вы покраснели? Я не краснею. Я физически на это неспособен. Ну да, ну да. В общем, я как бы… ревную. Мне вот мотивационной речи не досталось. Вы более-менее опытный агент. Если бы вам нужны были мотивационные речи, это значило бы, что государство зря потратило на вас бюджет. К тому же, как мне помнится, я таки выступил для вас с речью о продвинутом вождении. Неужели обязательно всегда быть таким серьезным? Когда речь идет о работе, да, обязательно. А мне кажется, вы только со мной всегда серьезны. Простите, не хотела вас беспокоить. Я просто хотела сказать спасибо. За то, что вы обо мне сказали. Это был не комплимент. Вы действительно так хороши. Даже лучше. Я-то наблюдал вас в полевых условиях, помните? Капитану стоит вами гордиться. Я уверен, что вы его превзошли, а это лучшая похвала для учителя. И вы меня совсем не беспокоите. Вы еще здесь? ...да. Я не заметил вас на автодроме. Под скамейками прятались? Мимо. Попробуете еще или я перехитрила лучшего агента страны? Признаюсь, в последнее время я сдал. Слишком много отвлекающих факторов, сонсэнним? Возможно. Я могла бы один из них устранить. Если хотите. Не хотелось бы подвернуть вас опасности. Вообще-то, этот конкретный фактор я бы сохранил. Как можно дольше. Какой из них хуже всех? Какой из чего? Какой из отвлекающих факторов. Вы же понимаете, о чем я. Ах, да. ...Определенно тот, который мрачный и грозный. Цветы и стихи – это ничего, он вроде безвредный. Они оба безвредные. Только вы, кажется, об этом забыли, когда проводили свой тщательный осмотр. Думаю, следующую диспансеризацию я теперь могу пропустить. Ой, хватит. Вы покраснели? Ну, хватит! Не помню, чтобы вы жаловались. На такое я никогда жаловаться не буду. Они просто обо мне беспокоятся. Мы друг друга с детства знаем. Я понимаю, нет, правда. Они вас всю жизнь знают, а я влез без очереди. Без очереди? Какой очереди? Нет никакой очереди! Я же говорила. Не было никакой очереди и никогда не будет. Э-шин. Пожалуйста, не сердись. Если уж на то пошло, это мне впору на тебя сердиться. Если бы я знал, что у тебя есть жених, я бы и мысли не позволил… Ну почему, почему? Мне казалось, мы уже обо всем поговорили, и вы всё поняли. Ну, попунктные объяснения были очень убедительны, наглядная демонстрация и более того, но стоило мне остаться наедине с собой… Я рада, что моя презентация была удовлетворительной. Но мне кажется, мне недостает практики. Надеюсь, вы не возражаете… сонсэнним. Не скромничайте. Но вы правы, повторение – мать учения, и какой из меня педагог, если я откажу ученику в помощи? …Мы ведь не о занятиях английским сейчас говорим, да? ... В чем дело? Я скучаю, вот в чем дело. И я ск— Тс-с-с. Что случилось? Э-шин-сси? Мне показалось, за дверью кто-то ходит. Ничего, если мы перейдем в мессенджер? А, ну ладно.

***

Прости, я знаю как вы ненавидите печатать. Ничего. Невеликая цена за общение с тобой. Я не привередлив. А я теперь тоже ненавижу печатать потому что так я не слышу ваш голос Взаимно. У тебя очень приятный голос. Я так и слышу его, когда читаю твои сообщения, хотя это не одно и то же. 🥲 Не буду даже спрашивать, что это значит, просто предположу, что что-то хорошее. 😀 Вы иногда говорите как мой дедушка Хм. Никогда так остро не чувствовал свой возраст. Это он был? За дверью? Проверял, как ты там? Скорее всего тетя. Я ее люблю но она иногда слишком меня опекает И ей точно лучше не слышать наших разговоров 😀 Их никому лучше не слышать. Нам нужно быть осторожнее. И не хотелось бы, чтобы вся школа слышала, как ты со мной... говоришь по-английски. Хорошо, что тот молодой человек был в коридоре, а не за окном. Мне наплевать кто узнает. А вам нет? Мне не наплевать на твою репутацию. Умная, красивая молодая женщина, соблазненная впавшим в немилость старшим коллегой средних лет. А моя память подсказывает что всё было совсем не так Но именно так это и будет выглядеть. Я уверена мы что-нибудь придумаем Тем временем, больше никаких поцелуев в аудиториях. И на территории школы в целом. Представь себе, что было бы, если бы на месте того парнишки был один из твоих друзей. Они меня и без того презирают. Я правда не знала что они вас так достают. Простите. Я с ними поговорю Ты тут не виновата. Пожалуйста, не надо с ними об этом говорить. Мы тут все люди взрослые, это было бы, откровенно говоря, оскорбительно. Думаю, я бы в их возрасте и на их месте вел бы себя похожим образом. Да ладно! И что бы вы выбрали? Ромашки? Томик Пушкина? Цветы и стихи – это не совсем мое. Мрачная загадочность, скорее всего. Не представляю вас байроническим героем. Может, тебе стоит еще поупражняться в слежке 😉 🍆 Ого что это было? Что? Нет! Черт. Прости. Палец соскользнул. Убил бы того, кто изобрел эти чертовы эмодзи. И тачскрины. А ты еще удивляешься, что я ненавижу печатать. Ты же знаешь я бы никогда Черт Ты здесь? Давай так, ты знаешь отель «Глори»? В Тондэмуне У меня там постоянно забронирован номер Это не то что ты думаешь! Просто Это удобно Приходи туда через два часа Номер 304 Мне нужно кое о чем тебя спросить. И кое-что тебе показать Господи боже мой. В смысле, нам нужно поговорить. Это важно. По крайней мере я так думаю. Не знаю Я тоже по тебе скучаю Ау? Надеюсь, ты придешь.

***

Э-шин-сси. Знаешь, ты стерла мое имя с доски так поспешно, что я невольно думаю, что ты так же быстро можешь стереть меня из своей жизни. И это страшит меня больше всего на свете. Э-шин. Только бы ты пришла.