Орлиное гнездо

Позволив своему сознанию снова сосредоточиться, Гермиона открыла затуманенные глаза и моргнула несколько раз. Она радостно вздохнула в хогвартскую подушку, такую теплую и удобную. Она была дома. Воспоминание взорвали ее настроение, как воздушный шар, когда события прошлого вечера всплыли на поверхность. Как всегда она начала паниковать — анализ фактов делал реальность менее болезненной. Была среда, второе сентября, 1998 года, и ее последний год в Хогвартсе официально начался прошлым вечером. Глубоко в душе она оставалась гриффиндоркой. Но в этом новом окружении вещей она стала когтевранкой. Это было то, что больше всего заставляло ее нервничать. Она не знала как быть когтевранкой. Она была запрограммирована на то, чтобы подняться на семь лестничных пролетов в гриффиндорскую башню и сказать пароль Полной Даме, одетую в ужасное розовое шелковое платье. Затем она знала, что нужно пройти через круглый проход за портретом в уютную и теплую гостиную, где она поднимется по лестнице в спальню девочек и плюхнется на кровать с балдахином и красно-золотыми драпировками. Из окна открывается вид на обширную территорию Хогвартса, включая хижину Хагрида, где клубящийся дым из трубы будет таким же успокаивающим, как и всегда. Вместо этого она теперь направлялась к западному вестибюлю пятого этажа, где винтовая лестница поднималась внутрь высокого шпиля замка. Окна здесь были высокими, некоторые из них были сделаны из цветного стекла, а из других открывался вид на центральный двор замка. Вход представлял собой дубовую дверь с бронзовым дверным молотком в форме орлиной головы, которая выполняла функции хранителя. Новая кровать, расположенная в общежитии для девочек восьмого курса в одной из башенок самой главной башни, была такой же удобной, как и гриффиндорские. Они были обнадеживающе похожи тем, что тоже были с балдахинами, но драпировки были цвета неба и сделаны из шелка. — Гермиона? — раздался смутно знакомый голос. Она с некоторой неохотой отдернула занавески, открывая взору ожидающую ее Падму Патил. Падма была одной из немногих учениц того же курса, что и Гермиона, которые остались на своем родном факультете. На мгновение Гермиона могла представить, что она ее сестра-близнец Парвати и что на самом деле все это ничем не отличается от Гриффиндора. — Доброе утро, — поздоровалась Гермиона. — Доброе утро, — эхом отозвалась Падма, — Профессор Флитвик вызвал всех восьмикурсников в гостиную, чтобы сообщить нам расписание и убедиться, что все хорошо. — Понятно. Гермиона оглядела спальню, где стояли кровати пяти девочек, включая ее. Она была единственной гриффиндоркой. Одна из девушек, которую Гермиона смутно узнала, представилась: — Я — Лиза Турпин, — у нее была оливковая кожа, нежное лицо в форме сердечка и короткая стрижка каштановых волос — каре, которое заканчивалось на уровне подбородка, — Я была на Пуффендуе. — Сью Ли, — оживилась другая девушка, крошечная азиатка ростом не больше пяти футов. Она стягивала свои длинные, черные как смоль волосы в удобный конский хвост, — Когтевран. — Гермиона Грейнджер… — начала Гермиона. — Мы знаем, кто ты, — сообщила ей Лиза. — Ты знаменитость, — согласилась Сью. — Оу. Четыре девушки обменялись робким дружеским молчанием. Гермиона посмотрела на пятую кровать, которая была уже пустая. Заметив притяжение ее взгляда, Падма объяснила: — Это слизеринка, Дафна Гринграсс, тоже сюда попала. Она рано встала и ушла. Думаю, она уже внизу. — Понятно, — ответила Гермиона. Возможно, Дафна Гринграсс чувствовала себя неловко из-за того, что была единственно слизеринкой. Падма и Сью, вероятно, уже были довольно близки, поскольку делили общежитие Когтеврана в течение семи лет. — Этот год будет странным, — вздохнула Лиза. Гермиона вслух не согласилась, но почувствовала тяжесть правды. Она накинула одежду, включая новый сине-бронзовый галстук, и направилась вниз по лестнице в гостиную Когтеврана с другими девушками. Там их ждал старый профессор Флитвик, такой крошечный, что ему пришлось встать на стул около окон, чтобы его было видно. Гермиона оглядела других собравшихся восьмикурсников. Вышеупомянутая Дафна Гринграсс сидела на одной из дальних кушеток вместе с Малфоем и Забини, у всех троих было одинаковое высокомерное выражение лица, когда они осматривались вокруг. Другой парень, которого Гермиона не знала, общался с Эрни Макмилланом. — Гермиона, — сердечно поприветствовал Эрни, его огромные уши торчали еще сильнее обычного, — Я просто знал, что ты попадешь в Когтевран. Странно покинуть Пуффендуй после стольких лет… но что не сделаешь во имя единства, да? Эрни всегда был довольно напыщенным, но он нравился Гермионе. Улыбнувшись ему, она заметила блестящий значок старосты, приколотый к его мантии, и поздравила его с получением новой должности. Он одарил ее добродушной улыбкой, и они обменялись короткими и странными формальными любезностями, которые сильно напомнили Гермионе разговоры, которые она когда-то вела с Перси Уизли. Лиза, которая не отходила от нее с тех пор, как они вошли в общую комнату, вскоре завладела разговором. Гермиона была удивлена, как та расслабилась, когда ее приняли в беседу. Оглядевшись вокруг, она впервые смогла осмотреть гостиную при дневном свете. Та была большой и просторной, почти пещерной благодаря сводчатому потолку, который был расписан звездами, как ночное небо. Помещение было широким и круглым, с высокими окнами, задрапированными синими и бронзовыми шелковыми занавесками. Вид на окрестности не имел себе равных: Черное озеро мерцало в лучах солнца, а гербологические сады, поле для квиддича и Запретный лес казались карликами на фоне отдаленных шотландских гор. Комната была буквально заставлена книжными шкафами, которые тянулись до каждого дюйма стен, а также рассыпались по всей гостиной. Столы и стулья были расставлены небольшими группами. Гермиона сравнила комнату с библиотекой, подмечая небольшие штрихи, такие как плюшевый темно-синий ковер, который придавал помещению больше уюта. Два пуффендуйца и группа слизеринцев также, казалось, осматривали свои новые владения. Падма и Сью вовлекли в разговор парня, которого Гермиона не узнала, и сделала вывод, что он тоже вернулся обратно в Когтевран. Она заметила, что была единственной гриффиндоркой. — С возвращением, восьмикурсники, — пропищал профессор Флитвик, — Это будет последний год для всех вас, и не только из-за повторного распределения, но и потому, что вы вернулись, чтобы закончить образование, которое при обычных обстоятельствах уже было бы завершено. Дафна наклонила голову к Забини и Малфою и пробормотала что-то невнятное. Выражение лиц мальчиков не изменилось, но взгляд Малфоя лениво скользнул к Гермионе, которая была полна решимости не обращать на слизеринцев никакого внимания. — Когтевран хорошо зарекомендовал себя среди самих себя и других факультетов, — продолжил Флитвик, — Я надеюсь, что все так и останется. Обучая вас всех в течение семи лет, я очень хорошо знаю, что каждый из вас был послан сюда Распределяющей шляпой потому, что вы все умные люди. Среди восьмикурсников царило молчание. Один Эрни выглядел довольным, остальные же — напряженными. — Как объявила вчера вечером директор, — Флитвик продолжал, — В этом году занятия по алхимии предлагаются тем, кто достиг уровня ЖАБА… Это Мисс Ли, Мистер Риверс, Мисс Грейнджер, Мистер Макмиллан и Мистер Малфой. Вы все пятеро прошли СОВ, чтобы изучать алхимию в этом году, если пожелаете, конечно. У кого-нибудь из вас есть интерес к этому предмету? Все пятеро ответили кивками и пробормотали согласие. — Отлично, — пробормотал себе декан, обновляя расписание взмахом палочки. Как только Флитвик закончил пересмотр всех занятий, Гермиона отказалась при нем от ксиломантии и изучила расписание, которое ей вручили, заметив, что все их занятия были перемешаны по крайней мере с одним другим факультетом. Она почувствовала ползущее чувство облегчения, зная, что будет не одна. Из-за малого числа восьмикурсников, а также из-за того, что их число сократилось из-за продвинутого уровня ЖАБА, все ее занятия, кроме трансфигурации и защиты от темных искусств и заклинаний состояли из всех четырех факультетов. Трансфигурация была со Слизерином, защита от темных искусств с Пуффендуем, и заклинания с Гриффиндором. Это означало, что она будет видеться с Гарри, Роном и Невиллом соответственно на каждом из предметов. Остальная часть ее курса, должно быть, была малочисленна, потому все оставшиеся были скомбинированы. Определившись с расписанием, она начала гадать, как другие справились со своими новыми ощущениями за ночь. Четыре девушки из Когтеврана спустились по винтовой лестнице в Большой зал, чтобы позавтракать. Дафна Гринграсс снова отделилась от них, предпочитая идти с Малфоем и Забини. Когда они спустились, Лиза наклонилась к своим спутницам и заговорщически прошептала: — Кто-нибудь еще думает, что это странно, что бывший Пожиратель Смерти находится на нашем факультете? Гермиона взглянула на платиновый затылок, который шел в нескольких шагах впереди них, но ничего не сказала. Она вспомнила ту ночь в Малфой Мэноре, когда Беллатриса пытала ее. Ей успешно удалось отогнать эту мысль, но внутренняя сторона ее руки зудела там, где это слово было оставлено свежим клеймом. Она инстинктивно опустила рукав. — Он был вторым на нашем курсе с первого по пятый год, — объяснила Сью, — Я знаю, потому что пыталась обойти его, но не смогла и осталась третьей. — Он был вторым? — ахнула Лиза, — Должно быть, он умен, но я понятия не имела. А кто был первым? Падма усмехнулась и кивнула головой в сторону Гермионы. — Ах, точно. Гермиона невольно улыбнулась. — Гермиона! — крикнула Джинни с другого конца Большого зала, как только они вошли в двери. Она жестом показала на место рядом с собой и Гарри за слизеринским столом. — Я не могу сидеть с тобой, Джинни, — напомнила Гермиона своей подруге, как только подошла к той, — Мы были перераспределены, забыла? — Ой, это никого не волнует, — отрезала Джинни, — Видишь? Луна сидела напротив нее. Гермиона бросила взгляд на учительский стол, но там, похоже, не было никакого сопротивления, поэтому она села. — Как прошла ночь в орлином гнезде? — спросила Джинни. — Достаточно мило, — ответила Гермиона, накладывая себе тост. — Мне нравится ваша гриффиндорская башня, — мечтательно заметила Луна, — Там уютно. Гермиона почувствовала укол ревности, но безжалостно отогнала его. — Подземелья Слизерина такие унылые, — многозначительно пожаловалась Джинни, — Честное слово, кто использует черепа в качестве украшения? Так средневеково… — Рон, кажется, доволен Пуффендуем, — заметила Луна. Рон сидел рядом с Симусом Финниганом, который также играл желто-черным галстуком, и мальчики в настоящее время участвовали в оживленной дискуссии. Гермиона испытала еще один укол ревности — у Рона был Симус, Гарри и Джинни помогали им адаптироваться на новых факультетах, а у нее не было никого… — Из окно слизеринского общежития открывается подземный вид на озеро, продолжила Джинни, — Вообще, я почти уверена, что видела гигантского кальмара прошлой ночью… — Там иногда бывают русалки, — прервал их протяжный голос. Гермиона и Джинни резко развернулись и оказались лицом к лицу с Драко Малфоем. — Мы можем тебе помочь? — спросил Гарри с другого конца стола. Гораздо более враждебным тоном Джинн добавила: — Выкладывай, хорек, а потом убирайся. Глубоко нахмурившись, Малфой сжал челюсти, как будто ему действительно было больно сдерживать любой комментарий, который он хотел бросить Джинни в ответ. К всеобщему удивлению он повернулся к Гермионе. — МакГонагалл хочет нас видеть. — Нас? — Гермиона подняла бровь. Он выглядел почти скучающим, его бледное заостренное лицо ничего не выражало. — Нас… то есть ты и я, пойдем к МакГонагалл. Сейчас. — Скоро увидимся, — Гермиона попрощалась со своими друзьями, прежде чем кто-либо из них успел что-то сказать. Она взяла с собой кусочек тоста и последовала за своим новым соседом по общежитию к главному столу, где МакГонагалл собрала перед собой небольшую группу восьмикурсников. — Повторное распределение не диктовало мне выбор старост мальчиков и девочек, но мне пришлось подождать до прошлой ночи, чтобы окончательно определиться с выбором префектов, — сказала МакГонагалл группе, — Как бы то ни было, я надеялась, что вы все ввосьмером возьмете на себя ответственность за ваши новые факультеты. Гермиона оглядела небольшую группу своих сверстников. Ханна Аббот и Энтони Голдстейн представляли Гриффиндор, Джастин Финч-Флетчли и Мэнди Броклехст — Пуффендуй, и Сьюзан Боунс и Дин Томас — Слизерин. Она понимала, что это означало — она должна была патрулировать с Малфоем. Прекрасно. МакГонагал наградила их значками префекта и расписанием патрулей. Ротация означала, что Гермиона и Драко будут нести ответственность за патрулирование коридоров в понедельник и четверг вечером. Она смутно задавалась вопросом, почему МакГонагалл вообще сделала Малфоя префектом. Не то чтобы у него был безупречный послужной список. Но тогда, как она полагала, и она тоже. И все же он впустил Пожирателей Смерти в Хогвартс. — Как было решено до начала семестра, — продолжила директор, — Эрни Макмиллан и Падма Патил будут исполнять обязанности старост школы в течение всего первого семестра, а после рождественских каникул покинут этот пост. Разделение года для выбранных нами старост позволит обеспечить представительство семикурсников на оставшуюся часть года. Я уверена, что Мистер Макмиллан и Мисс Патил скоро захотят созвать собрание префектов, так что будьте готовы. Ответив на несколько вопросов, МакГонагалл отпустила их, чтобы вызвать своих избранных префектов с седьмого курса, вероятно, чтобы поделиться той же информацией. — Ну, Малфой, похоже, мы застряли в патруле вместе, — тихо сказала Гермиона бывшему слизеринцу. Если она собиралась работать с ним в тесном контакте весь год, то решила, что будет благоразумно не быть полностью замкнутой. Он бросил на нее непроницаемый взгляд и ушел, так и не ответив. Гермиона вздохнула и вернулась к слизеринскому столу, где к группе присоединился Рон. — Общежитие Пуффендуя находится рядом с кухней, — воодушевленно сказал Рон, — И там нет пароля. Ты просто вальсируешь прямо туда… и если мне захочется перекусить в полночь, я могу просто пойти в соседнюю комнату. Домашние эльфы очень услужливые… — К концу года ты станешь таким же большим, как гиппогриф, — возразила Гермиона, невольно забавляясь. — Так чего хотел Малфой? — поинтересовалась Джинни. — Он и я были назначены префектами Когтеврана. — Кто в здравом уме мог дать Малфою значок, после всего, что он сделал? — сердито спросила Джинни. — Может быть, именно из-за всего, что он сделал, ему и дали этот значок, — задумчиво заметила Луна. — Что ты имеешь в виду? — удивился Гарри, нахмурив брови. — Возможно, это его шанс на искупление, — сухо ответила Луна, возвращаясь к своей каше. — Ну, искупление или нет, ты должна попросить МакГонагалл заменить тебя, — серьезно настаивал Рон, — Ты не можешь бродить по ночным коридорам с Хорьковой мордой, которая только и ждет, что заколдовать тебя за спиной… — Нет, — твердо сказал Гермиона. — Что ты хочешь сказать этим «нет»? — Я имею в виду «нет» в том смысле, в каком принято говорить «нет», Рональд, — возразила она, поднимаясь со скамьи и перекидывая сумку через плечо, — Я не боюсь Малфоя, особенно после того, что мы пережили в прошлом году. Я смогу постоять за себя, — она повернулась к своему лучшему другу, с которым у нее сначала была трансфигурация, — Увидимся в кабинете, Гарри. Пара серых глаз пристально наблюдала за ней из-за стола Когтеврана, когда она выходила из зала с переполненной сумкой книг и подпрыгивающими кудрями.