Орлиное гнездо

На следующее утро одинокий сокол кружил над башней Когтеврана, в то время как бледные лучи раннего солнца танцевали на поверхности Черного озера. Сокол легко скользил сквозь невидимые тепловые потоки, дрейфуя над Запретным лесов. Гермиона, завернутая в небесно-голубое стеганое одеяло, наблюдала за его ленивыми движениями из окна рядом со своей кроватью. Внезапно с опушки леса выскочил фестрал и схватил птицу в воздухе, с аппетитом поглощая свою утреннюю трапезу. Она с тревогой отвела широко раскрытые глаза от окна. Взглянув на настенные часы, которые показывали всего четверть седьмого, она поняла, что больше не сможет заснуть этим утром. Она также больше не была голодна после того, как стала свидетельницей судьбы сокола. Все ее однокурсницы спокойно спали, поэтому Гермиона накинула халат и собрала все свои банные принадлежности, чтобы пойти в ванную старост. Было еще рано, и она не делала ничего запретного, но все равно была рада, что в коридорах она никого не встретит. «Одна из привилегий Когтеврана» — подумала Гермиона, погружаясь в пену, наполнявшую огромную ванну, — «Это близкое расположение к этой ванной». Вынырнув на поверхность, она глубоко вдохнула густой ароматный воздух, прежде чем опереться о край ванны и оглядеть комнату. Витражи украшали большую часть стен, которые в остальном были выложены той же плиткой, что и пол. Позолоченная ванна была размером примерно с небольшой бассейн. Гермиона любила приходить сюда ранним утром, когда ее никто не беспокоил. Было приятно проводить несколько мгновений непрерывного уединения. Десятки кранов необычной формы выстроились вдоль бортиков, каждый из которых был готов выпустить еще один вид мыла. Гермиона выбрала только один — свой любимый — который извергал густую пену, похожую на облака, по которым можно было почти плыть, если распределить свой вес достаточно равномерно. Повсюду поплыли цветы жасмина. Хотя Гермиона никогда долго не принимала душ, ванны были совсем другой историей. Они были расслабляющими и чувственными. Когда она закончила, было уже четверть восьмого, и он чувствовала себя намного лучше, чем после того, как увидела, что фестрал съел сокола. Спустив воду и обернув волосы полотенцем, она оделась в свою выходную одежду. Было уже достаточно поздно, и кто-нибудь мог увидеть, как она уходит, и ей не хотелось быть в халате, если что-нибудь произойдет. Она принялась расчесывать волосы, с крайним удивлением заметив, что мытье не испортило выпрямляющие прелести Лизы, которые она наколдовала прошлой ночью. Закончив, Гермиона посмотрела в большое зеркало на свое отражение. У девушки, которая смотрела на нее в ответ, были длинные-длинные волосы, почти до талии. Для нее было небольшим шоком, что за такое короткое время подручные заклинания Лизы смогли их так сильно выпрямить. Ее немного тревожило, что она почти не похожа на себя. Она оставила волосы досыхать естественным путем, и уходя, сложила вещи на сгибе локтя. Выходя, она чуть не врезалась прямо в Малфоя. — Грейнджер? — он так по-малфоевски разинул рот. — Извини, — она быстро извинилась, лишь наполовину осознавая, на кого чуть не налетела. На мгновение они застыли в полной тишине: только Гермиона, Малфой и статуя Бориса Бестолкового, охраняющая ванную старост. Она потеряла терпение от того, что тот не хотел уходить. — Не надо выглядеть таким задумчивым, Малфой, — усмехнулась она, повторив его слова, сказанные во время их первого совместного дежурства, — Можно я пройду? — Верно, — ошеломленно пробормотал он, как будто его ударили Конфундусом. Он отступил в сторону, и она прошла мимо, не удостоив его даже взглядом. А за ней шлейфом тянулся запах жасмина.

***

— Ого, оно продержалось всю ночь, — взволнованно прощебетала Лиза. — И, кажется, даже перенесло ванну, — Гермиона усмехнулась своей новой подруге. Студенты медленно стекались на завтрак в Большой зал. Вскоре вошли Луна и Джинни, и Гермиона помахала им рукой с когтевранского стола, где она сидела с Лизой. Джинни испугалась, когда увидела Гермиону и потащила за собой Луну, чтобы к ним присоединиться. — Гермиона, — Джинни широко вытаращила глаза, — Твои волосы! Лиза выглядела невероятно самодовольной для бывшей пуффендуйки. Гермиона пожала плечами, сбитая с толку всеобщим вниманием. — Должно быть, это странное чувство, — беззаботно заметила Луна, — Возможно, как кустарник, который только что обкромсали. Лиза выглядела так, будто не знала, что делать с Луной. Вскоре к ним присоединился Гарри, который небрежно выразил некоторое удивление, что Рон еще не пришел. Он сел рядом с Джинни и напротив Лизы, которая уставилась на него и замолчала. — Ты что-то изменила, Гермиона? — спросил Гарри, прищурившись сквозь толстые очки. Джинни хихикнула, чмокнув его в щеку, а Гермиона закатила глаза. — Лиза поколдовала над моими волосами. Кстати, Гарри, это Лиза Турпин. Она тоже теперь в Когтевране. Лизе потребовалось некоторое время, чтобы расслабиться рядом с Гарри, и вскоре она уже шутила с остальными. Гарри добродушно сделал вид, что ничего не заметил. — Интересно, где мой брат? — задумалась Джинни, вытягивая шею в сторону входа, в то время, как Симус вошел в двери, — Симус! — позвала она его. Как только ирландский парень подошел, она спросила, — Где Рон? — Когда я уходил, он все еще спал, — Симус пожал плечами. Гермиона закончила завтракать, прежде чем Рон успел появиться. Ей не терпелось погрузиться в учебу, и она решила не ждать его. Вместо этого она собрала волосы в удобный пучок, чтобы избежать ненужного внимания, и направилась в библиотеку. Она провела пару часов, работая над домашним заданием по трансфигурации, которое нужно было сдать только на следующей неделе, а затем приступила к нумерологии. Она вскинула голову, когда на стул напротив нее бросили сумку. Оливер улыбнулся, когда присоединился к ней, и его глаза искрились весельем. — Я пришел пораньше, чтобы сделать кое-какую работу, и вот ты тоже здесь. — Приятно иметь возможность воспользоваться библиотекой, пока тут тихо в начале семестра и все книги еще на месте, — заметила Гермиона, переставляя свои вещи, чтобы освободить место для него. Они работали в полутьме, разделяя и изучая исследования для их проекта по алхимии, лишь изредка комментируя, когда кто-то находил что-то интригующее и полезное. Как только они убедились, что нашли достаточно информации, чтобы начать более полное исследование, они начали собираться. Оливер сначала аккуратно сложил свои вещи в сумку с помощью магии, в то время как Гермиона по привычке потратила несколько минут, чтобы собрать их маггловским способом. Когда она закрывала крышку чернильницы, Оливер заговорил: — Эрни говорил о том, что старосты планируют устроить танцы на Хэллоуин. Я хотел спросить тебя раньше, прежде чем это сделает кто-то другой. Уставившись на него так, словно никогда не видела раньше, Гермиона несколько секунд удивленно моргала. — Конечно, если ты не хочешь… — насторожившись, Оливер продолжил. — Нет! Я имею в виду… на самом деле, было бы чудесно. — Отлично. Тогда увидимся? — его улыбка расширилась. — Конечно. Упаковав вещи и сложив книги, Оливер извинился и отправился на встречу с друзьями, оставив Гермиону одну подниматься по лестнице в спальню. Ее ноги передвигались на автопилоте, а мысли хаотично метались. Она была приятно удивлена явным интересом Оливера к ней. Он казался довольно милым, был явно интеллигентным, и у него была прекрасная улыбка. Она и подумать не могла, что после разрыва с Роном сможет так быстро начать встречаться, пусть даже только на школьных танцах. Лениво блуждая в приятных мыслях, она терпеливо ждала, когда одна из главных лестниц, на которую она ступила, начала двигаться. Вскоре та выровнялась в новом направлении, и она почувствовала, как на ее губами появилась легкая улыбка. Пока не… — Грейнджер, — поздоровался Тео Нотт, шагая рядом с ней, когда она вошла в главный коридор шестого этажа. — Нотт, — односложно ответила она, решив в противном случае не обращать на него внимания. — Куда направляешься, Грейнджер? Башня Когтеврана в другой стороне. Гермиона на мгновение остановилась и с досадой поняла, что по привычке шла в гриффиндорскую башню. — Беспокоишься? — пробормотала она себе под нос. — Забыла, где находится твоя спальня? — поддразнил он, — Эта не очень похожа на когтевранскую. Судя по сумке с книгами, ты только что забрала с собой половину библиотеки, поэтому, если ты не собиралась удовлетворять свои потребности в коридоре шестого этажа, тебе придется развернуться. Может быть, в более приватном месте… — Гермиона, — позвала Джинни, помахав рукой и поспешив с противоположной стороны. Гермиона никогда не была так благодарна за внезапное появление Джинни, так как она покраснела и отчаянно хотела быть где угодно, но только не наедине с Теодором Ноттом. Заметив бывшего слизеринца, Джинни остановилась. Оглядев Тео с ног до головы, она спросила: — Тебе помочь, Нотт? — Просто по пути в свою гостиную я встретил Грейнджер, которая пыталась вломиться в чужую башню, — лениво протянул Тео, указав на оплошность Гермионы. Кинув ей улыбку, он направился к лестнице на седьмой этаж, — Увидимся, Грейнджер. — Вы дружите? — скептически спросила Джинни. — Вообще-то нет. — Хмм, наверное, это и к лучшему, — задумчиво произнесла она, — В любом случае, я шла в башню Когтеврана, чтобы сказать тебе, что сегодня ночью будет вечеринка в слизеринском общежитии! Я только что была у гриффиндорцев, чтобы сказать Невиллу, Луне и остальным. Они все идут. Ступив на лестницу, которая должна была привести их обратно на пятый этаж, где находилась ее гостиная, Гермиона нахмурилась. — Вы можете устроить вечеринку между факультетами в общей комнате? Погрозив подруге пальцем, Джинни предупредила: — Не пытайся отговорить меня, Гермиона. МакГонагалл, кажется, хочет единства между факультетами, так ведь? Кроме того, уже слишком поздно. Даже домашние эльфы в этом замешаны. Через час принесут закуски. — Джинни! Уперев руки в бока, Джинни приняла оскорбительную позу. Удивительно, как сильно она была похожа на Миссис Уизли, когда так делала. — Гермиона, ты можешь быть старостой, но мы собираемся устроить вечеринку в слизеринском общежитии. Ты можешь либо расслабиться и хорошо провести время, либо остаться в башне Когтеврана и учиться этим субботним вечером. Разозленная и немного обиженная, Гермиона издала неопределенный звук, когда девочки вышли на лестничную площадку, и направилась к гостиной. Дойдя до пункта назначения, Джинни остановила их возле входа. — Но я надеюсь, ты придешь… От нее это было равносильно извинению. Гермиона вздохнула и посмотрела на лестницу, которая должна была привести ее вверх по спирали в ее новое жилище. Несколько других студентов приходили и уходили. Будет ли вечеринка действительно плохой? — Ладно, я приду, — решила она. — Ура! — Но никакого алкоголя! — торопливо добавила Гермиона, — Школьные правила. Джинни остановилась, и ее взгляд мгновенно погрустнел. — Джинни… — предостерегающе начала она. — Это не я. Но Гарри прямо сейчас вернется из Хогсмида с припасами. — Как он… подожди, — Гермиона закрыла глаза, а затем тихо спросила, — Карта Мародеров и его мантия? — Ой, смотри, мне кажется, я никогда не видела прежде этого портрета… — Джиневра Уизли! — Ладно, хорошо! — подтвердила Джинни, топнув ногой, — Возможно, мы планируем пьяное веселье, которое, так уж случилось, незаконно. Неужели это так плохо? — Я полагаю, что скорее всего это слизеринец, — протянул знакомый голос позади них. Обе девушки быстро обернулись. — Малфой, — холодно признала Джинни. Он как раз спускался с последней ступеньки лестницы башни, и Гермиона не могла избавиться от ощущения, что она в последнее время натыкается на бывшего слизеринца очень часто. Она полагала, что, должно быть, это теперь ожидаемо, ведь они делили общую башню. Взглянув на Джинни и окинув взглядом розовый кардиган, составлявший часть ее выходного наряда, Малфой усмехнулся: — Розовый не совсем твой цвет… да, Уизлетт? Джинни была не из тех, кто отступает от словесного поединка. — Вежливость не совсем твой цвет… да, Малфой? — парировала она. Он безразлично пожал плечами. Затем, повернувшись к Гермиона, он вскинул брови и сказал: — Разве ты не собираешься предотвратить вечеринку в позднее время, Святая Грейнджер? — Если ты еще не заметил, Малфой… ты тоже староста! — Поверь мне, я думал о том, чтобы снять баллы, но потом вспомнил, что мы теперь на одном факультете, — он поморщился, будто это было так тяжело, затем снова обратил внимание на Джинни, — Подземелья Слизерина не пускали посторонних более семи столетий. — Скажи это Гарри и Рону, — фыркнула Гермиона. — Я очень сомневаюсь, что этот год вообще считается с его тупым перераспределением… — К твоему сведению, Гарри и мой брат попали в общую гостиную Слизерина на втором курсе, — гордо сообщила ему Джинни, — Они выпили оборотное зелье. Глубоко нахмурившись, Драко, казалось, растерялся. — Ни один второкурсник не может сварить оборотное зелье, а его покупка запрещена. — Расскажи это Гермионе, — усмехнулась Джинни, — Она отлично сварила его на втором курсе, судя по тому, что ты до сих пор не понял, как странно вели себя твои дружки однажды вечером много лет назад. — Ты слишком много болтаешь, — Гермиона повернулась к Джинни с холодной яростью в глазах. — И почему Поттер и Уизли захотели превратиться в Крэбба и Гойла? — Они пытались узнать, кто был Наследником Слизерина. Честно говоря, где ты был в тот год? — Ты действительно много болтаешь, — простонала Гермиона, поправляя свою тяжелую сумку с книгами, которая впивалась ей в плечо. — Насколько я помню, — презрительно бросил Малфой, — Тем, кто открыл Тайную Комнату, оказалась ты. — Палки и камни могут сломать мне кости, но Василиск никогда не причинит мне вреда*, — пропела Джинни, по-детски высунув язык и схватив Гермиону за руку, чтобы оттащить ее, — Брось, Гермиона мы зря тратим время на эту змею. Но Гермиона стояла как вкопанная. Посмотрев на Драко, она спросила: — Ты расскажешь о вечеринке или нет? Она ни на йоту не доверяла блеску его серых глаз, когда он ответил: — Конечно, нет. Тебе нужно немного расслабиться. — Я тебе не доверяю. Он пожал плечами, озорно бросив последнюю ухмылку в их сторону, прежде чем скользнуть мимо них и боком пройти в вогнутую часть стены. Похоже, это действительно был какой-то проход, потому что через секунду он исчез из виду. — Ты знаешь, что там? — спросила Джинни, пялясь на место, где только что пропал Малфой. Гермиона покачала головой. Хотя теперь понимала, что ей тоже было интересно. — Пойдем, — подбодрила ее Джинни, ведя Гермиону в сторону лестницы, — Ты можешь пойти со мной в Пуффендуй, чтобы рассказать Рону и остальным о вечеринке. Решив исследовать потайной ход позже, Гермиона позволила Джинни потащить ее вниз по шести лестничными пролетами в коридор, где, как знала Гермиона, за картиной с вазой с фруктами скрывались кухни Хогвартса. Ее сомнения относительно продолжения вечеринки после их стычки с Малфоем были сильнее, чем когда-либо. Однако рассуждать с Джинни чаще всего было все равно, что говорить гадости горгулье. Она решила поговорить об этом с Гарри, если это было возможно. Джинни, казалось, знала, куда направляется, но Гермиона была немного озадачена, когда подруга остановилась перед штабелем огромных дубовых бочек и объявила: — Мы пришли. Гермиона удивленно подняла брови. — Рон сказал, что тут нет пароля, но как мы войдем… и куда мы войдем? — хотя она знала, что не должна была заходить в гостиные других факультетов, она должна была признать, что чувствовала что-то вроде жгучего любопытства. Джинни вытащила палочку и, казалось, пробормотала себе под нос: — Посмотрим… Он сказал по дну второй бочки, середина второго ряда… — Ты просто постучишь по бочке или…? — Да, пять раз, — она выбрала правильную бочку, дважды проверив, чтобы убиться, что это она, и постучала по ней своей палочкой ровно пять раз. Без предупреждения крышка бочки отскочила, и уксус вылился наружу, окатив Джинни. Гермиона едва успела отскочить в сторону, но несколько капель все равно попали на ее кроссовки. Ей было далеко не так плохо, как Джинни, чье тело, одежда и волосы были мокрыми. Вонь была ужасной. — Кретин! — взвизгнула она, — Когда я доберусь до тебя, Рон Уизли… Гермиона взмахнула палочкой, используя Экскуро, чтобы убрать уксус. Это сработало только отчасти. Хотя Джинни больше не была пропитана жидкостью, запах оставался сильным, а ее лицо, казалось, все еще было липким. — Кто-то пытается вломиться в гостиную? — донесся из-за бочонков странный голос. — Мы пытались увидеть Рона Уизли, — ответила Гермиона смутно знакомым прозрачным голосом, — Но не смогли пройти мимо бочек. Ухмыляющаяся голова Джастина Финч-Флетчли появилась из той же бочки, через которую они пытались войти. — Я семь лет ждал, когда кого-нибудь обольют уксусом, — радостно сообщил он, что не улучшило отвратительное настроение Джинни. — Что мы не так сделали? — поинтересовалась Гермиона. — Вы постучали по дну второй бочки в середине второго ряда? — когда они кивнули, Джастин продолжил, — Вы постучали пять раз в ритме «Хельга Пуффендуй»? — Есть какой-то ритм? — Джинни закипела, — Когда я доберусь до своего брата… — Попробуй еще раз, — хихикнул Джастин, снова пряча голову. Гермиона осторожно достала палочку и приблизилась к бочке, постучав пять раз в такт сказанному Джастином ритму. Она была готова отпрыгнуть в сторону на всякий случай. На этот раз вместо того, чтобы брызнуть уксусом, крышка бочки открылась, и проход расширился настолько, что они смогли пролезть внутрь. Гостиная Пуффендуя была огромной и совершенно круглой с низким потолком. Круглые окна располагались вверху стен, чтобы пропускать солнечный свет, и открывали вид на колышущуюся траву и кивающие одуванчики на лужайке. Казалось, что они были почти под землей. Если бы Гермиону попросили описать гостиную Пуффендуя одним словом, она, вероятно, выбрала бы «уютная». В комнате стояли мягкие кресла и диваны, обитые в цветах факультета — желтом и черном. На дальней стене висел большой портрет пожилой добродушной ведьмы с рыжеватыми волосами и в средневековом платье. Вокруг ее глаз собрались морщинки, а в руках она сжимала чашу, которую Гермиона сразу узнала. Она сама уничтожила этот кубок всего несколько месяцев назад, одновременно с этим уничтожив один из крестражей Воландеморта. Под портретом Хельги Пуффендуй большой участок стены занимал притягивающий взгляд очаг. Каменная лепнина изображала замысловатую резьбу множества разных барсуков из дерева медного цвета. В остальном большая часть комнаты была покрыта полированной медью и интересными растениями. Разнообразная флора вилась вокруг ламп, ползла по стенам и потолку и танцевала на подоконниках. — Гермиона? Джинни? Что вы здесь делаете? — спросил Симус, выходя из одной из многочисленных круглых дверей, ведущих, как предположила Гермиона, в спальни. — Мы пришли увидеть Рона, — ответила она. — Почему здесь пахнет уксусом? — пожаловался маленький мальчик, сидящий на одном из ближайших диванов. Он был достаточно мал, чтобы быть первокурсником, и его быстро угомонил студент постарше. — Незваные гости, — ответил Джастин, появляясь с ухмылкой рядом с Гермионой. Обращаясь к Джинни, он произнес почти искренне, — Извини. Похоже это было не то, что следовало говорить. — На каком еще факультете есть наказание за неправильный пароль? — прошипела она, — В Гриффиндоре и Слизерине есть определенное слово, которое постоянно меняется, и если ты не знаешь его, ты не попадаешь внутрь. В Когтевране… Джинни выжидающе смотрела на Гермиону, которая быстро добавила: — Каждый раз нам нужно разгадывать загадки. — Держу пари, что тебя не обольют уксусом, если неправильно отгадаешь загадку! — Нет, ты просто не войдешь, — сдержав улыбку, Гермиона покачала головой. — Где Рон? — спросила Джинни, свирепо глядя на Симуса. — Он в спальне, — ответил он, вздрогнув под ее взглядом, и выглядел так, словно в тот момент не завидовал Рону Уизли, — Я схожу за ним…