Коллектор

Из распоротых клювом Белой пернатой твари ран струилась алая кровь. Она обволакивала каждую позвоночную выемку моей спины. Впитавшая в себя ткань разодранного почти в клочья платья, стала багроветь на глазах. Скользящее острие копья Гунгнира по шее не давало возможности Локи на какие-либо манёвры. Волки загоняли меня в противоположную сторону, как будто у них шла охота на оленя. Шерстистые туши волчьих братьев закрывали обзор на происходящее. Я не могла видеть Локи, что еле держался в моём умирающем от большой потери крови теле. «Он же в любой момент может поменяться телами! Почему он этого не делает?!». Гери щёлкнул зубами, предостерегая меня, чтобы я не имела никакой дерзости вмешиваться в обряд. Сияющие трепетным голубым пламенем глаза хищников приказывали стоять на месте, не делая резких движений. Я отвечала на их взгляды внутренним голосом: «Если не пропустите, я сделаю вам больно». Мужское тело было более крепким по сравнению с женским, поэтому я чувствовала себя более уверенно, даже держа в правой руке уступающим по размеру мечу клинок. - Решил разделить боль нарушительницы границ: на тебя не похоже. – Один продолжал держать наконечник Гунгнира у шеи Локи, приковывая, тем самым, тело девушки к холодящим ступеням. - Хах. Я же Бог, как никак. – опять усмехнулся Локи, не страшась убирать свой взгляд с грозного лица мудрого Бога войны. - Локи!!! – раздался в помещении голос, который я посылала сильным воздушным потоком из лёгких. – Не смей! Верни нас обратно!!! Один искренне усмехнулся на мои попытки привлечь к себе внимание, и снова припечатал взглядом единственного ока лежащего на пьедестале мужчину в теле женщины: - Ты зря тратишь свои силы. Она всё равно умрёт, побратим Локи. – прошипел сквозь зубы Один. - А я не хочу. – также шепотом грозно ответил Бог обмана и с силой схватил тонкой левой рукой Гунгнир за его рукоять. - Ты…? – осознание пришло к Богу войны. Он понял, что сейчас собирается сделать хитрый лис. – Не смей! Острие Гунгнира вгрызлось в мышцы шеи, чуть не задев жизненно важную сонную артерию. Локи зашипел через окровавленные губы, но так и не отпускал копья. Моё тело ослабло ещё больше от новообразовавшихся потерь горячей жидкости. Коварный Бог собирал остатки сил.

***

«Чёрт! Чёрт!!– думая яростно про себя, я пыталась обойти Гери и Фреки, чтобы броситься к Локи. – Зачем он так поступает?!». Внезапно моё внимание от тревожных мыслей привлек быстро и ярко вспыхнувший пламенный столб. Языки огня почти касались скрытого за призрачным туманом свода. На нас налетела волна сильного жара. Волки тоже повернули свои морды на нежданный приём Бога обмана. Я прикрыла лицо предплечьем. Через обжигающий роговицу глаз поток жара от пылающего столба я отчаянно пыталась разглядеть свой же истерзанный силуэт. Ослепляющие и многочисленные искры огня отталкивали Одина. Но даже вопреки тому, что тело Мудреца обжигало пламя Локи, первый всё равно продолжал продвигать наконечник Гунгнира в продолжающую истекать алой рекой шею девичьего тела. Локи не думал отступать от своего. Его левая, крепко державшая копьё, рука накаляла уже разгорячившуюся от высокой температуры металлическую рукоять. Она почти до седины побелела от раскаляющей до сердечника температуры. Моё тело находилось в самом центре огненного вертикального потока. Во все уголки организма проникало бурлящее, подобно самой магме, пламя. Божественный огонь проник в раздробленные до лопаток раны, выжигая дотла сами начала моих так и не раскрывшихся крыльев. «Он пытается запечатать мой дух внутри!» - быстро раскусила я замысел Локи, и, уловив момент, оббежала Гери и Фреки. Я неслась прямо на Одина, чтобы сбить того с ног. Заприметив раньше волков мою рьяность и угрозу своему хозяину, Хугин и Мунин подобно метеорам устремились на меня. Могучие крылья замелькали перед взором. Летели перья, что острыми концами царапали мне руки и лицо. Снова я стала отбиваться клинком Локи, чтобы разогнать надоедливых клювокрылов. Один отпустил раскаленную до предела рукоять Гунгнира. Его правая ладонь дымилась, отдавая запахом обожженного на костре мяса. - Ты что творишь?! – вышедший из себя Бог войны был взбешён дерзостью побратима, чьё поведение шло наперекор умыслам скандинавских богов. Словив свободу в движении, Локи мигом выдернул из покрытой засохшей кровью шеи раскаленный Гунгнир и отбросил его далеко в сторону. Грозное оружие пролетело по ледяным полам тронного зала, оставляя за собой пелену горячего пара. - Один. – не чувствуя никакой угрозы жизни, произнёс Локи, выходя из бурлящего потока огня, что стал уже утихать. – Так ты тоже решил внести свою лепту в начало Рагнарёка? Краем глаза я заметила, что всё моё тело продолжало покрывать пламенем Локи, не давая стражам на него напасть. Один тоже не намеревался снова его атаковать. Ошарашенный несвойственным поведением для Бога обмана Старец пришёл в искреннее замешательство: - Глупец! – раздался морозящий душу, голос Одина, как в моих кошмарах. – Начало Рагнарёка было положено тобой! Немым жестом руки, Один приказал одному из воронов принести лежащий почти в самом углу зала Гунгнир. Локи моими глазами обратил внимание на то, как я отбивалась от оставшейся мощного телосложения птицы. Каждый раз я пыталась пронзить холодным оружием набитое осточертевшие мне до нельзя перьями тушу. Фирменная усмешка опять зародилась внутри коварного плута: - Давно я так не веселился. – его азартный шепот отразился в свечении серой радужки. Зрачки расширились как под воздействием наркотического вещества.

***

- Ох, нет! – быстро я заметила, как Мунин пролетая надо мной, нёс в своих лапах роковое копьё. Хугин продолжал атаковать меня, не давая следить за движениями брата. «Где Гери и Фреки?». Несмотря на сосредоточенность на битве (если её можно было так назвать), мозг видил гораздо больше сознания. Поэтому, научившись слушать скрытые импульсы тела, я обратила внимание, что волки куда-то ушли. Врата тронного зала были приоткрыты. «Что происходит?» - пыталась я разобраться в новом происходящем непонятном безумии вокруг.