Это похоже на нечто большее

Кларк шла к бару с чуть большей уверенностью, чем она имела час назад. Мысль о том, что скоро она увидит Лексу, ощутимо успокаивала — будто сама её близость могла приглушить тревожные мысли, заткнуть голос сомнений. Просто быть рядом с Лексой — уже облегчение. Уже свет. В баре было людно. Почти так же, как в ту первую ночь, когда они познакомились. Кларк бывала здесь и после, но сегодня… сегодня воздух был напряжён и полный предчувствий, будто всё возвращалось на круги своя. Она заметила знакомого официанта и спросила, где Лекса. Тот кивнул куда-то вглубь — мол, в своём офисе. Кларк решила подождать. Она присядет у высокого столика, закажет что-нибудь и подождёт, пока Лекса выйдет за стойку — может, удастся повторить их первую встречу. Начать заново. Она нетерпеливо смотрела в сторону бара, но Лексы всё не было. Скучающий взгляд скользнул по танцующей толпе — и тут… С лестницы за барной стойкой, той самой, что она слишком хорошо помнила с их первого настоящего свидания, появилась Лекса. Но — не одна. На Лексе была рубашка, которую Кларк прежде не видела. Верхние пуговицы расстёгнуты — не в её стиле, когда она на смене. А главное — она держала кого-то за руку. Кларк вгляделась — и сердце оборвалось. Это была Онтари. Почему Лекса держит её за руку? Кларк уже собиралась встать и подойти к ним, но тут… Онтари рассмеялась, а потом — нежно, почти интимно — стерла большим пальцем след помады с губ Лексы. Они уже не держались за руки, но у Кларк всё внутри скрутило. Почему у Лексы была смазана помада? Что это значит? Она резко поднялась со стула. Сделала шаг… и тут Онтари схватила Лексу за рубашку и потянула к себе. Не по-дружески. Совсем не по-дружески. Кларк резко развернулась и вылетела из бара. Перед глазами всё плыло, грудь сжимало так, будто что-то внутри рушилось. Это чувство… она уже знала его. Предательство. Но Лекса? Лекса ей изменяет? Мысль обожгла, как нож. Она поймала такси и, прикусив губу, чтобы не разреветься на глазах у водителя, добралась до дома. Как только дверь захлопнулась, она бросилась наверх, захлопнула дверь в комнату — и разрыдалась. Громко, беззвучно, без остановки. Боль была настоящей. Физической. Лекса говорила, что встречается с Онтари в среду. А сегодня даже не среда. Значит, врала? Значит, встречались и до этого? Где она ошиблась? Почему всё опять рушится? Она пыталась остановить поток мыслей. Но сердце грохотало в груди, словно хотело вырваться. Она зарылась лицом в подушку, пытаясь заглушить всхлипы. Сначала тихие, потом уже срывающиеся на судорожное дыхание. Она задыхалась от рыданий. Финн… теперь и Лекса? Неужели она снова доверилась зря? Она же любила её. Бесконечно. Всем сердцем. Доверяла — глупо, слепо, как никто прежде. Она встала, пошла в ванную, сбросила с себя всё и включила душ. Горячая вода, её последнее утешение, текла по коже, смывая слёзы. А потом — уже только всхлипы без слёз. Только усталость. Та, которую невозможно вытянуть ни сном, ни болью. В голове крутилась одна и та же картинка: Лекса и Онтари. Снова. И снова. Она вышла из душа, закутавшись в полотенце, взяла телефон и написала: Кларк: Рэй… Не знаю, спишь ли ты. Но когда увидишь, позвони мне, пожалуйста. Ты очень нужна мне рядом. Слёзы снова полились, пока она печатала. Она оделась, легла в кровать и глянула на экран — ответа не было. Закрыла глаза, надеясь хоть на минуту забыться. Но не могла перестать плакать.

***

Лекса вытирала бокалы за стойкой, когда к ней подошла Онтари. — Эй, красотка, вытащи меня отсюда, — ухмыльнулась та. — Привет, Онтари, — сухо бросила Лекса, не отрываясь от работы. — Да ладно тебе, Лекс. Я же шучу. Ты же у нас теперь вся такая влюблённая по уши, — она рассмеялась. Лекса лишь покраснела. Она и правда была. Вся в мыслях о Кларк. О том сюрпризе, что она готовила ей. Всего несколько часов — и всё будет готово. — Так что за деловое предложение? — спросила она, переходя к делу. Она потянулась налить Онтари пива, но кран внезапно брызнул пеной и облился прямо на Лексу. Рубашка — насмарку, лицо в пиве, помада — размазана. — Жива? — спросила Онтари. — Да… — пробормотала Лекса, разглядывая испорченную одежду. — Сейчас вернусь. В подсобке она быстро переоделась в запасную рубашку, не утруждая себя застёгивать её до конца или глядеть в зеркало. И без того всё шло не по плану. Когда она вернулась, Онтари сразу перешла к делу. — Я хочу купить долю в твоем баре. 49%. Я не просто спонсор, я — партнёр, — серьёзно сказала она. Лекса усмехнулась. — Серьёзно? Онтари, я не отдам тебе почти половину. Сейчас у меня и Ани 51 на 49. Всё идёт хорошо. Мы забронированы на месяцы вперёд. У нас очередь из спонсоров. Терраса? Забронирована до конца года. — Ладно, — не отступала Онтари. — Подумай. Может, другая доля. Но я серьёзно. — Я поговорю с Ани. Если ты действительно хочешь — найдём другой вариант. Но 49%? Нет, — твёрдо сказала Лекса. — Хорошо. Но не позволяй сёстре Вудс тебя переубедить, — подмигнула Онтари. — Покажу тебе террасу, раз уж ты не видела, — предложила Лекса, и они поднялись. Терраса сияла огнями. Красивый стол, подушки, лёгкий свет — Онтари ахнула. — Здесь мы с Кларк были на первом свидании, — сказала Лекса, и голос её потеплел. Онтари улыбнулась. — Она хорошая. Ты выглядишь счастливой. Я рада за тебя. — Не думай, что это принесёт тебе долю, — усмехнулась Лекса. — Ой, да пошла ты, — рассмеялась Онтари. Они спустились по лестнице — Онтари на каблуках цеплялась за ступени, и Лекса взяла её за руку, чтобы помочь. У самого низа мимо прошёл официант с подносом, и Онтари резко дёрнула Лексу на себя — уберегла от возможного конфуза. — Вот что значит быть обаятельной, даже с размазанной помадой, — пошутила Онтари, стирая след пальцем. — Спасибо, — Лекса кивнула, слегка улыбнувшись. — Я пойду. Передай Кларк привет, — бросила Онтари, послав воздушный поцелуй. Лекса его проигнорировала. Просто устало улыбнулась. — Позвоню тебе, — сказала она. И когда Онтари ушла, Лекса осталась одна. Она так ждала вечера. Но не знала, что в это же мгновение кто-то дома, на кровати, в слезах и одиночестве, уже решила: сердце разбито.