Детёныш

      Шарки от кэпа успешно прятался какое-то время. Если быть точным: просто на глаза не попадался. Зависал у Бони, возился с Маретом, а к кэпу не ходил. Капитан Уно искал им новое дело, прокладывал маршрут, и Шарки ему, конечно же, не мешал. Стыдно до сих пор было.       — Шарки, пройди в рубку.       Раздалось это по громкой связи, поэтому Шарки чуть Марета из рук не выронил.       — Бони, ты что связь починил?       Почему-то Шарки спросил это вполголоса, как будто кэп их услышать мог. На всякий случай ещё и на дверь оглянулся, а Марет за ним это движение повторил.       — Ага, — Бони улыбался так, как будто это у него пасть была полна зубов, а не у Шарки. — Вы же давно просили.       Шарки заворчал, не находя, что ответить. На всякий случай он понёс Марета с собой, чтобы от кэпа прикрыться и знать, куда руки деть.       — Шарки, хватит прятаться, — кэп с порога вогнал его в краску, и Шарки застучал хвостом. — Дело есть. По слитым каналам я выяснил, что обычный транспортник будет перевозить живой груз, за который мы сможем...       Шарки слушал, и его постепенно отпускало. Вот так, по-деловому и без стыдных упрёков, ему было легче.       — ...управимся с захватом с тобой вдвоём, что скажешь? И киберов возьмём, давно их пора проветрить.       Шарки уставился на Марета, который кэпа тоже слушал, как будто понимал.       — Согласен, когда летим?

***

      Оказалось, что груз — это растения. С интеллектом, своевольные и капризные. А ещё болеющие в космосе. Загибались они по статистике быстро. Их Зелёныш есть отказывался, и кэп приказал Шарки с ним возиться.       — Почему я?       — Ты у нас тут больше всех по детям. Найдёшь с ним общий язык. Растение не ядовитое.       Кэп возражений слушать не стал и пресёк попытки спихнуть это дело на дока и его эксперименты. Шарки ворчал, но в грузовой отсек и стыренный контейнер с растением пошёл. И концентрат питательный для него прихватил.       Зелёныш выглядел паршиво. Некоторые листочки скрутились, стебли поникли, лианы валялись бездвижно. Шарки аккуратно их переступил и подошёл к скоплению стволов поближе.       Шарки погладил крупные листья, попробовал пощекотать у основания — играться с растением, как с Маретом, было странно, но оно постепенно начинало отвечать.       — Та-ак, ну теперь ты поешь? — Шарки потянулся за жидким концентратом, но растение шлёпнуло его по руке. Вот с Маретом таких проблем не было — детёныш всегда рад был поесть. Ну Шарки и продолжил гладить.       Кэп сказал, что растение тактильное существо, вот только не предупредил, что оно в ответ сунуться может.       — Эй! — лианы шустро накрутились на хвост, заползли под комбез, пощекотали плавник. И вот эта зеленушка ещё пару минут назад изображала вялость? — Мы так не договаривались, слышишь? — Шарки аккуратно дёрнулся, но его крепче сжали. Он побоялся применять силу — вдруг порвёт? Да и вроде растение числилось неопасным и неядовитым. Может, просто обнимашки любит.       — Слушай, Зелёныш, давай я отстану от тебя с едой, а ты меня отпустишь? — примирительно заурчал Шарки, чувствуя, что лианы трутся как-то совсем где не надо. Сразу вспоминались пальцы Бони. — Ты же всё понимаешь... эй!       Его дёрнули в зелёную глубину, тело спружинило на комке листьев и лиан, и Шарки подумал, что вообще-то кэп обещал за ним через камеры присмотреть. А если его тут убивать собрались? Или сожрать?       Но вместо этого ему решили отдрочить.       Оказалось, очень сложно сопротивляться, когда тебя так гладят. И трутся под одеждой, и плавник в листочках нежат. Шарки ещё немного для приличия подёргался, пусть и не всерьёз, а потом просто расслабился. Зелёныш на это активнее зашевелился, и Шарки стон не сдержал.       — Вот чё-ёрт... — он откинул голову, и под неё тут же заботливо листиков подложили. Комбез уже в нескольких местах порвался и Шарки смотрел, как там шевелятся лианы. И как они собственный член оплетают.       А потом Зелёныш совсем разошёлся, порвал комбез окончательно, стиснул Шарки и член его облепил крепко. А сверху листочком накрыл. Ну на этот листочек Шарки и кончил.       Пока Шарки в себя приходил, Зелёныш его всеми листочками огладил, демонстративно подхватил ёмкость с концентратом и себя сам полил.       — Ну ты молодец, Зелёныш, — похвалил его Шарки, не понимая, почему так с самого начала нельзя было. Без вот этого вот всего. Растение на нём скромно пригладило остатки комбеза и наружу выпустило.       Не хотелось без нормальной одежды мёрзнуть, но Шарки поджал хвост и открыл дверь в коридор.       А там док стоял, уже с новым комплектом. Шарки промычал что-то невнятное, а док, впихнув ему одежду в руки, принялся с него стирать разводы, которые на теле зеленушка оставил.       — На исследования, — пояснил док, забирая образцы, а у Шарки в голове всё скрипело.       — Так вы что... это... ну... — Шарки от растерянности чуть заикаться не начал. А плавник жаркими пятнами покрылся. — Смотрели?       Другого варианта не отыскалось.       — Да, меня кэп позвал. Бони тоже хотел, но его оставили с детёнышем. Хотя мне кажется, он и так к камерам подключился.       Шарки молчал, обтираясь дальше самостоятельно, а потом в новый комбез влезая. Вроде бы он злиться должен, но с другой стороны радовало, что с голым задом по коридорам тащиться не пришлось.

***

      — Ух ты.       Зелёныш раздвинул листья, убрал с пути лианы, и на земле перед Шарки оказался маленький зелёный кокон на стебле. Шарки медленно протянул руку, чтобы потрогать, но лиана его легонько шлёпнула.       — Понял-понял.       Шарки ещё немного полюбовался на детёныша довольной зеленушки и отстранился. Вроде кэп говорил, что они в космосе не размножаются и болеют, но кажется, их растение чувствовало себя хорошо — и Шарки был этим горд! Он с ним игрался, гладил, разговаривал и иногда приводил Марета — к тому Зелёныш не приставал и давал дёргать за лианы.       Ну и ещё Шарки позволял зеленушке себя тискать. Кэп не запрещал, док ничего опасного в соке лиан не нашёл, а Бони вообще было всё равно — не с кибером же Шарки обнимался.