Любовь на кончиках пальцев

На протяжении всего следующего дня Антон не мог сдержать глупой улыбки. Именно такая бывала, когда накануне с тобой произошло что-то значимое. Потрясающее в хорошем смысле этого слова настолько, что твои мысли то и дело возвращались в тот день. А ещё нет-нет, да начинали смущенно краснеть щёки. Они проспали с Арсением до девяти утра, и именно он растолкал его на пары перед своим уходом. Поцеловал его хмурого и сонного в щёку, пожелал хорошего дня и пообещал скоро увидеться. Видимо, перемены в настроении Антона были настолько заметны, что во время одной из пар сидевшая рядом и поглядывавшая на него Катя не выдержала: — Ты такой лучезарный сегодня. — Правда? — Ага, — она изучающе склонила голову набок. — И кому-то, видимо, крупно повезло. Антон не очень любил односложные ответы, но сейчас кроме как нелепого уточнения в голову ничего не пришло: — В каком смысле? — Я про то, что твоя улыбка для какого-то конкретного человека. Давно тебя таким как сегодня не видела, честно говоря. Я рада за тебя. Видимо, Катя с Димой сошлись еще и на почве проницательности, потому что всё, о чем бы они не говорили, удивительно точно попадало в цель. Обычно просыпавшийся на пары с возмущением и недовольным лицом, сегодня он первым делом увидел Арсения и бунтовать по поводу необходимости посещения универа перехотел. — Спасибо, Катя, — Антон заботливо приобнял подругу за плечи. — Вы с Позом всегда к месту. — Наверное, поэтому, мы и встречаемся, — девушка задорно подмигнула ему, а Дима, залипавший весь перерыв в телефон сбоку, озадаченно поправил очки: — Почему это мы с тобой встречаемся? ***** Арсений Попов 10:45 «Теперь точно доброе утро) Нормально встал?» Пока Серёжа нервно грыз ручку, пытаясь внятно растолковать преподавателю аргументы, которые придумала их группа по выданной теме, Антон, пряча телефон под столом, быстро барабанил пальцами по клавиатуре. Антон Шастун 10:46 «Доброе) Как спалось?» Арсений Попов 10:46 «Ощущение, что выспался впервые за несколько лет. А тебе?» Антон Шастун 10:48 «Удобно:)» — Шастун, имейте совесть, уберите телефон, — он подпрыгнул от своей неожиданно прозвучавшей на всю аудиторию фамилии. — И вообще, давайте-ка Вы продолжите, а Матвиенко пока отдохнет. Антон потерянно закрутил головой — он отвлёкся, казалось бы, на минуту, но пропустил словно целую тему. О чём последнем говорил Серёжа? Дима как настоящий друг тут же пришел на выручку: толкнул его ногой под партой, чтобы привлечь внимание, и незаметно подвинул в его сторону лист с ответами. Заприметив его манипуляции, Антон прокашлялся и, краем глаза глянув в сторону записей, принялся уверенно отвечать. Закончил он аккурат к звонку на перерыв, и вся группа дружной толпой облегченно вывалила в коридор. — Шаст, ты болван, конечно, — Серёжа со смехом запрыгнул на подоконник. — У нас доклад идёт, а ты в телефоне торчишь. В этой части корпуса кроме них никого не было — пары здесь обычно ставили только у старших курсов. Пустой коридор отозвался эхом, и Журавль, воспользовавшись этим и протянув громкое «эй, йоу», скрылся на лестнице. Наверняка побежал в столовку. — Сам ты болван, — Антон шуточно толкнул друга в плечо. — Я тебя, между прочим, спас. Сидел там двух слов связать не мог. — Я хоть по теме, а не в облаках витаю. — Знаем мы в каких он облаках витает, — Дима хохотнул, но тут же в отместку получил щипок по руке от подошедшей сзади Кати и обиженно завыл: — Эй, а мне то за что? — Не трогайте мне его, — она погрозила парням пальцем, силясь скрыть собственную улыбку. — Влюбленность — это прекрасно. Антон, с гордостью вскинувший голову вверх, пока его защищали, посмотрел на Катю как можно более невозмутимо: — Какая влюбленность? Нет… — Так, стоп. Я тут девушка или кто? — теперь она погрозила уже ему. — Никто не смеет недооценивать женскую проницательность. Безобидная мимическая пародия на неё за спиной обернулась для Димы тем, что он оказался застукан с поличным и следующие пять минут бегал от своей девушки по коридору кругами. К этому все тоже давно привыкли — один из них шутил, другой возмущался, а после они всегда смеялись вместе. Идеальная пара. — Такие они забавные, конечно, — Серёжа хихикнул, наблюдая за тем, как Дима поймал уже хохочущую Катю в кольцо своих рук, а потом завис взглядом на чем-то или ком-то. Антон заинтересованно обернулся и застыл: второй раз за последние несколько дней судьба сталкивала его с Ирой. — Ой, привет, — её лицо исказилось в неловкой гримасе, и она поспешила заправить выбившуюся из хвоста прядь волос за ухо. — А я к Катюше. Серёжа снова взглянул на друзей: — Привет. Ну, удачи тебе оторвать их друг от друга. — Это будет нелегко, но я попробую. Антон сделал шаг назад к подоконнику, чтобы пропустить её в и без того свободном коридоре. В тот же момент у него зазвонил телефон. Окончательно потеряв интерес к происходящему поблизости, он с удивлением обнаружил на экране имя «мама». Она так редко набирала ему сама, а если и делала это, то только по вечерам, что внутри всё сжалось. — Мам? — он с опаской приложил мобильный к уху, и уже через секунду услышал сдавленные всхлипывания: — Антон… — Что случилось? Мама, говори, не молчи. — Бабушка в больнице. Сердце… — это стало последним, что он разобрал, перед тем как её речь превратилась в нечто несвязное. Да и разбирать дальше смысла не было: ему нужно было в Воронеж. Срочно. Из родственников кроме тетки, с которой отношения почти никогда не складывались, у них в городе никого не было. А та, даже когда узнает, вряд ли приедет хотя бы в больницу, не то, что помочь. Антон плохо соображал — в голове всё ещё раздавались мамины всхлипы, — но на каком-то автомате он утащил Диму в сторону и сбивчиво разъяснил всю ситуацию. Лучший друг резко переменился в лице и, попросив его подождать тут, что-то шепнул Серёже и умчался в сторону деканата. Там ему, скорее всего в силу безупречной репутации, пошли навстречу и отпустили их обоих домой по семейным обстоятельствам. Долгов по учебе за ними не наблюдалось, а всю информацию по дипломированию они могли взять после у одногруппников. Антон попытался было возразить, что ехать с ним не обязательно, но лучший друг не стал его даже слушать. Видимо, оставлять его одного в такой ситуации ни в какую не собирался. С пары они ушли сразу, прилепив опаздывавшему преподавателю записку с объяснениями на монитор. Серёжа ушел с ними — всё-таки добраться до дома на своей машине было быстрее чем на такси или метро. Ближайший поезд до Воронежа отправлялся только через три часа. Пока они ехал за вещами, Антон успел выкупить два места в свободном купе плацкарта. Им чертовски повезло, что те вообще были перед самым отправлением — обычно поезд по этому маршруту забивался целиком. Сидевший рядом на заднем сиденье Дима подбадривающе положил руку ему на плечо: — Все нормально будет, Шаст, вот увидишь. Антон в это верил. Вернее хотел. В последнее время бабушка, по маминым словам, на сердце не жаловалась, и он даже успел по этому поводу расслабиться. Представлял, как приедет домой на новый год, привезет ей тот самый набор сковородок, которым она грезила последние несколько месяцев. Почему-то ей казалось, что в Питере они качественнее, чем в Воронеже. Уже садясь в вагон, он вспомнил про Арса. Что не отвечал ему несколько часов, и надо было как-то подобрать слова. Но ломать голову не пришлось: видимо, втихаря ему все рассказал кто-то из парней, потому что в их диалоге уже висело одно непрочитанное сообщение. Арсений Попов 15:33 «Твоя бабушка обязательно будет в порядке. И даже не смей думать о плохом Хотел бы я быть с тобой сейчас рядом, но, думаю, Дима с этим справится лучше Пиши и звони в любое время — я хочу быть в курсе». Его сдержанное, но вместе с тем пропитанное заботой и поддержкой письмо, заставило Антона отложить телефон на столик и хотя бы на время выдохнуть. До Воронежа путь никогда не был близким, и, может быть, имело смысл хотя бы поспать.