Любовь на кончиках пальцев

— Там такая хрень, — Антон перевёл обеспокоенный взгляд на Арсения, но тот не повел и бровью — продолжал слушать. — Мне её отец написал на днях по поводу работы в Москве. Я показывал Серёге письмо, когда мы в библиотеке вместе сидели. Похоже, он не в курсе нашего расставания. Вот я и решил с ней об этом поговорить. Не ожидал только, что она сюда придет. — Ира бате не рассказала? Ёбан бобан. Но он вроде к тебе особой любви никогда не питал — важная же шишка, — Дима недоуменно поправил очки. — Да я тоже удивился. Хочу пересечься с ней после матча. Арс… — Всё нормально, — Арсений опустил руки на металлическое ограждение перед собой. — Вам действительно стоит поговорить с глазу на глаз. Она должна понять, что это странно: ты давно не свободен. Фух. Всё оказалось не так плохо. Последнее предложение он выделил интонационно, и стоящий на пути их взглядов Серёжа, сморщил нос: — Я вас очень люблю, но давайте наедине. Натуралам не комфортно. — Это спорное утверждение, — Позов наоборот хохотнул. — Ладно, приколы приколами, а нам надо идти. Поддерживайте лучше Шаста — скоро его звёздный час. — Мы-то уж поддержим. Особенно Арсений, — теперь тычок в бок получил и Серёжа, окончательно сбросив груз напряжения с плеч всех своим недовольным вскриком. Встряхнув с себя наваждение, Антон окинул взволнованным взглядом вышедших на поле соперников. Его перед самым стартом всё-таки охватил мандраж: а что, если они проиграют? Понятно, что никто не ставил задачу выиграть во что бы то ни стало — всё-таки их с Димой попросили помочь, потому что надо было закрыть заявку. Но как будто бы совсем ударить в грязь лицом не хотелось. На его плечи сзади вдруг легли крепкие мужские руки. Чьи, можно было даже не гадать: он уже знал их достаточно хорошо: — Антон — ты лучший. Выйди и заставь их тебя бояться. И он вышел. И заставил. Может, не бояться, но, как минимум, относиться к нему с уважением. Не ожидав сам от себя такой прыти, он носился по покрытию с бешеной скоростью, в нужный момент подстраиваясь под пасы товарищей, и не боясь блокировал соперника. За два победных для их команды матча он даже успел забить в каждом из них по голу, прыгая от счастья как пятилетний мальчуган. Дима вышел на поле только под конец первой игры, но до этого очень громко скандировал его имя. Серёжа же подпрыгивал на месте, сотрясая воздух плакатом с надписью «Шастун — топ». Да, под конец Антон откровенно подсдох, и то и дело вытирал стекающий по лицу пот футболкой. И, наверное, попросил бы замены, если бы не восхищение на лице Арсения. Он следил за ним на поле, и по увлеченности в собственных глазах не уступал Кате. Та, кстати, спустилась к парням практически сразу, захватив с собой припоздавшую Юлю. Антону боковым зрением даже показалось, что последняя успела в очередной раз закуситься о чём-то с Матвиенко, а Арс, стоявший рядом, развел за локти обоих по разные стороны от себя. Когда их команду объявили победителями турнира, Дима на радостях сшиб его и повалил прямо на газон: — Шаст, я тебя обожаю. Как мне теперь тебя отблагодарить помимо оценки в зачетке? — Для начала можешь с меня слезть, дурень, — когда друг, смеясь, все-таки послушно приподнялся с него, он протянул: — Хочу борщ, Диман. Чтобы как ты умеешь — наваристый такой. Поз готовить супы не особо любил, особенно борщ: слишком много времени те отнимали. Но тому, как он их делал, могли позавидовать любые элитные рестораны. Сейчас же он даже не стал противиться просьбе: — Борщ так борщ. Давай только на днях, а то я сегодня не успею, да и ты к Арсу свалишь. — С чего ты взял, что я свалю? — Он сам нам сказал. А, ты не в курсе? Ой, кажется, я взболтнул лишнего, — он закрыл рот ладонью, но продолжал посмеиваться, хитро стреляя в него глазами. У Арсения были для них планы? Интересно. Тогда стоило как можно скорее разобраться с Ирой. ***** Наспех приняв душ и переодевшись, Антон написал ей о том, что будет ждать в парке у стадиона. На улице стояла не по-ноябрьски тёплая погода, и он надеялся, что десять минут на улице не заставят их обоих околеть от холода. Когда он выскочил наружу, подхватив рюкзак с вещами, девушка уже сидела на лавочке и что-то печатала в телефоне. Увидев его, она тут же заблокировала мобильный и, убрав его в карман куртки, подскочила с места: — Антон, поздравляю с победой! Ты так круто играл. Очень красивые голы забил. — Ира, спасибо. Давай сразу к делу, — растягивать этот спектакль не было никакого желания. К тому же, за поворотом в машине его ждал Арсений. — У меня к тебе только пару вопросов. Девушка озадаченно нахмурилась, но на прежнее место на скамейке вернулась: — Слушаю. Антон же присел рядом: — Ты не сказала родителям, что мы расстались? Заминки в ответе и явной растерянности в её глазах хватило, чтобы понять — да, она действительно не сказала. Непонятно только почему и как долго еще собиралась с этим тянуть. Никогда раньше, как минимум сам, он не ловил её на вранье родителям. Отношения у них были вроде как доверительные. Ира изо всей силы сжала края рукавов пальто: — Да, не сказала. Вадим папе не нравится, а ты… — А от меня он будто был в восторге, — Антон прекрасно помнил, как скептически его самого осматривали с головы до ног при каждом появлении в доме Кузнецовых. Особенно отец. Хотя и мама любовь к нему как будто больше изображала. — А ты другой, Антон, я не договорила, — она упрямо сжала губы. — Мой отец мало от кого в восторге, а тебя он в какой-то степени любил. Тебя невозможно не любить. — Но ты почему-то разлюбила. Слова вырвались из его рта быстрее, чем он успел подумать. Без прежней обиды и боли, просто как констатация факта — да, такое случилось. Да, у них. Ира поправила прядь волос и, запустив руки в карманы, пожала плечами: — Так сложилось. Ты вроде же кого-то нашел уже? — Ира, извини, но это тебя не касается. Расскажи родителям правду и давай забудем об этом. — Ты разве не хочешь хорошую работу в Москве? Антон честно надеялся на то, что их разговор подошел к логическому завершению, и сейчас он, безумно уставший, сможет унести отсюда ноги, но у бывшей девушки явно были свои планы. — Что? — он удивленно уставился на нее, не понимая к чему она клонит. — Причем здесь это? — Если они узнают про Вадима, то мне не жить. А сейчас они верят в то, что мы с тобой все еще вместе и отпускают меня только потому, что считают, что ты допоздна на работе или занят учебой. Если ты мелькнешь пару раз для достоверности… — Ты меня купить хочешь? Ты рехнулась? — не стесняясь в выражениях, он покрутил пальцем у виска. — Я такого бреда от тебя еще не слышал. — Это не бред, — она протянула свою руку к его, но он тут же её отдернул. — Ты же понимаешь, что найти хорошую работу без опыта сейчас очень сложно. А у папы стопроцентный вариант. Сможешь ежемесячно отправлять маме с бабушкой неплохую сумму, и еще тратить на себя. Где-то внутри себя Антон понимал, что в ее словах имелся здравый смысл, но это все равно не было тем, что могло заставить его согласиться на ужасно плохую и неправильную авантюру. С чего она взяла, что он клюнет? Неужели он был похож на того, для кого деньги имели столько значения? Может, она еще и думала, что он встречался с ней из-за них? Типа, дочь богатых родителей и всё-такое. Фу. Сама того не понимая, она отстранила его от себя еще дальше. — Что у тебя в голове, — поднявшись с лавочки, он всмотрелся в её лицо, пытаясь разглядеть в нём ту девушку, в которую однажды влюбился. — В общем, рассказывай всё родителям. Или это сделаю я сам. Все, больше эту тему я обсуждать не хочу. Хорошего тебе вечера. — Ты изменился, — она бросила это уже вслед, как будто надеясь его остановить. Однако Антон никак не отреагировал и только ускорил шаг по направлению к парковке. «Ты изменился» значило то, что раньше его в самом деле можно было купить? Нет, скорее то, что он не смог бы ей отказать. Но он её любил. Хотя даже на тот момент любое подобное предложение показалось бы ему диким. Он искренне не понимал, как можно было измерять чувства деньгами. Может, в силу того что никогда особо ими не владел, а, может, потому что искренне ценил совершенно другие вещи. Да, без денег было сложно существовать в принципе — здесь он никаких иллюзорных замков не строил. Но чтобы ставить на них всё? Даже самое человеческое. Ну, нет. Арсений в ожидании него успел заскучать — когда он сел в машину, тот играл в телефоне в какую-то игрушку. Строил домики или что-то типа того. Но при виде него заблокировал телефон и, отложив его на приборную панель, встревоженно поинтересовался: — Все в порядке? Выглядишь… Мм-м, неважно. Ещё бы. Его только что пыталась купить бывшая девушка. Повернув к нему голову, он издал измученный вздох: — Так себе. Но, надеюсь, мы всё уладили. Поедем отсюда? Что-то я устал. — Как скажешь. Переночуешь сегодня у меня? ***** К своему огромному стыду, Антон уснул в квартире Арсения сразу, как только дошёл до кровати. Он собирался полежать от силы минут пять-десять, пока Арсений кипятил на кухне для них чайник. Но, видимо день выдался настолько насыщенным во всех смыслах, что усталость взяла вверх. Открыл глаза он, когда за окном уже было сильно темно. На нём оказалось одеяло, которым он точно не укрывался, а Арсений сидел на подоконнике и читал при свете ночника книгу. Приподнявшись, он сонно потёр кулаками глаза: — Черт. Сколько время? Арс опустил руку с книгой и взглянул на часы на руке: — Час ночи. Я думал, ты уже не проснешься. — Да я как будто бы даже выспался. Блин, теперь же вообще не усну. Стоп, а ты почему не спишь? — Бессонница мучает. Вот, решил почитать. — А почему здесь? Ты же себе зрение испортишь. Ночник однозначно улучшал ситуацию, но его самого всегда учили читать только при полном свете. Правда, книги он однажды читать перестал, а как портить зрение нашёл в другом месте. — Не хотел тебя оставлять тут одного. Ну, чем займемся, или ты хочешь поваляться? Задумавшись, Антон засмотрелся на то, как слабые блики луны коснулись волос Арсения. Хотел ли он чего-то прямо сейчас? Возможно. Не спеша сползя с кровати, он подошел к окну, взобравшись к нему на подоконник и с зевком прислонился к окну: — Арс, а ты своих родителей часто обманывал? Арсений нахмурился: — За исключением вопроса ориентации, разве только где-то недоговаривал по малолетству. И не сразу сказал им о своем выборе стать актером, потому что боялся. Но ты это уже знаешь. Что-то случилось? — Ира предлагала мне один тупой план, но я отказался. — Что именно она хотела? — Да фигню какую-то, не парься. Сказал ей, чтобы рассказала наконец-то родителям о нашем расставании и успокоилась. Иначе я это сделаю сам. А ты можешь мне почитать? — Книгу? — Арсений перевёл удивленный взгляд с него на книжку в руках и обратно. — Вслух? — Да. Только если ты там не какую-нибудь заумную фигню читаешь, а то я сразу вырублюсь. И прости, что испортил твои планы на вечер — Дима немного спалил тебя. — Мои планы на тебя уходят намного дальше одного вечера, так что все нормально. Я и сам бы с тобой лёг, просто реально не хотелось. И, кстати, ты так часто произносишь мое имя. Когда мы только начали общаться, я даже не сразу понял, как ты перешёл на сокращенный вариант. — Мне нравится, как оно звучит, — он и сам не заметил, как это произошло, но не лукавил. Это было одно из самых красивых мужских имён, которые он когда-либо встречал. Если не самое. Расплывшись в довольной улыбке, Арсений соскочил с подоконника и потянул его за руку в сторону кровати: — Ну, пойдем, почитаю тебе. Надеюсь, ты не против доброй фантастики?