Любовь на кончиках пальцев

— Нет, Поз, — Антон активно запротестовал. — Это у тебя там какие-то шуры-муры с деканатом. Я не при делах. — Шаст, ну, не мнись. Всего две игры. Профсоюз нам еще потом кучу ништяков за помощь отвалит. — Блокнотики что ли подарит со значками? — он резонно упомянул похожий негативный опыт, и сидевший рядом с ними на подоконнике Серёжа громко заржал. Будучи на младших курсах еще зелёными и неопытными, они купились на обещанные золотые горы и пошли участвовать в интеллектуальном турнире за имя университета. Дима тогда тащил всю команду, обдумывал вопросы и обсуждал сверхумные темы с другими сокомандниками. Антон с Серёжей же напоминали двоечников с задней парты — участвовали в процессе, но больше пользы принесли тем, что своим смехом отвлекали соперников от раздумий. По итогу даже заняли второе место по городу. Вернулись в университет на следующий день гордой поступью победителей, но вместо заявленных до этого призов, среди которых для них, тогда еще голодных первокурсников соблазнительно маячили халявные купоны в пиццерию, им вручили по пакету с сувенирной продукцией и пожали руки. С тех пор подобные мероприятия они старались обходить стороной, в глубине души продолжая таить обиду на всю профсоюзную организацию. — Да нет же, — Дима обиженно засопел. — Они планируют выезд сделать массовый для активистов, спортсменов и все-такое. Конец декабря, несколько дней за городом на свежем воздухе и все за счет университета. Особенно активно привлекают к этому выпускников, так как это наш последний год. — Я и сам могу в область съездить, — Антон продолжил упрямо мотать башкой. Нет, и еще раз нет. Делать ему нечего что ли защищать честь вуза, который скоро покинет? Он его, конечно, любил, но умеренно. Без фанатизма. Лучший друг к такому его ответу оказался готов: — А за автомат по философии? Антон поменялся в лице и удивленно присвистнул: — Теперь мне действительно стало интересно. — Тем более. Ну, же, Шаст, ты же Андрея Алексеевича терпеть не можешь. А он собрался всех поголовно на зачете вздрючить — инфа сотка. Антон задумчиво почесал затылок: — Прямо автомат? Прямо по философии? — Да, самый настоящий. Я же знал, что ты просто так не согласишься, и решил этот вопрос заранее. У ребят с деканата есть к нему подход. Раскрывать какой именно не буду, но он рабочий. Идея участвовать в студенческом футбольном турнире Антона не особо вдохновляла — он и не играл-то уже давно, со времён, когда закончились пары по физкультуре. Однако вид зачетки с заполненной строкой «философия» в графе дисциплин стимулировал как никогда. Все-таки лучший друг знал его слабые места. — Лаааадно, — он всё же капитулировал и тоже запрыгнул на подоконник. До начала следующей пары оставалось еще десять минут. — А что ты ко мне-то именно прицепился? Никто больше из наших не согласился? Или Серый вон, тоже вроде не против. — Мне противопоказаны физические нагрузки, — этот диагноз Серёжа придумал себе сам еще на первом курсе. Со здоровьем у него всё было в порядке, а вот с ленью не очень. — Я вон вам плакатики порисую и с трибун поддержу. Для зачёта и это сойдёт. Антон недоверчиво сощурился: — Плакатики? Серьёзно? Вот ты чертила. Когда ты успел-то? — Будешь больше знать, если меньше будешь с Арсом по ночам в машине сосаться. — Ой, иди нахрен, — он высунул язык, дразнясь. — С кем хочу, с тем и сосусь. Дима по-отечески похлопал его по плечу: — Наш мальчик совсем вырос. ***** Антон никогда великим футболистом себя не считал, да и по росту больше подходил баскетбольной команде. Увлекался ли как болельщик? Да, и за некоторыми клубами в футболе следил, включая Реал Мадрид — за тот уже давно бегал его любимый Роналду. Не так серьезно, как Димка, правда, но иногда составлял тому компанию за просмотром с бутылочкой пива. Интересоваться же футболом и играть в него — две абсолютно разные вещи. Он по природе своей был неуклюжим, а физические кондиции заставляли желать лучшего, заставляя иногда путаться в собственных ногах. И, вообще, по его мнению, ему совершенно не шла форма. — Дима, это говно какое-то, — скептически констатировал он, выйдя за другом из раздевалки. — Гетры еще красные. Две сегодняшние игры проходили на базе Лесотехнического университета — у них, в отличие от большинства других вузов, имелось своё крытое футбольное поле и, как оказалось, довольно неплохие современные раздевалки. Антон этому немного удивился, но как только зашел полистать их социальные сети, все вопросы для себя снял. Спорту здесь уделяли огромное время. Дима резко затормозил, заставив от неожиданности врезаться ему в спину: — Если тебя заботит твой внешний вид, то расслабься — выглядишь ты просто пушка. Соберись лучше давай — надо всего-то две игры отбегать. И всё. Я вон вообще со скамейки запасных начну, хотя лучше бы сразу играл. — Зато у тебя будет лучшая персональная болельщица, — друг непонимающе захлопал ресницами, и Антон, стоило им выйти на кромку поля, приобнял его за плечи и указал в сторону трибун. На первом ряду с огромным плакатом в руках и с повязанным на шею шарфом сидела Катя. Заметив их, она начала активно махать им рукой. Дима тут же раскраснелся и робко улыбнулся в ответ. Однако длилась эта его реакция недолго: он почти сразу нескромно заржал, дёрнув за руку теперь уже его самого: — Похоже, не только у меня. Антон заскользил взглядом по постепенно заполняющимся трибунам, и на соседнем от выхода секторе вдруг заметил Серёжу с Арсением. Они о чем-то непринужденно болтали, пока первый раскручивал плакаты и пытался приклеить их на ограждения. При виде Арса у него защемило груди. Они не виделись три дня: у того был какой-то сумасшедший по занятости в театре график. Вроде всего ничего, но так много для того, чтобы успеть соскучиться. Вчера после работы от скуки он даже сел дома закончить свои оставленные эскизы, в том числе набросок с Арсением. Зная теперь того куда лучше, получилось добавить в рисунок те черты, которые и делали его непохожим на остальных. А еще понять, что изобразить его являлось делом не из легких. Слишком много было нюансов. О внезапно возникшем в планах футбольном турнире он ему не сообщить не успел, но, чтобы понять, кто его сдал, много ума не требовалось. Было целых два очевидных варианта. Теперь миссия «продержаться на поле отведенное время» перестала казаться Антону приоритетной. Вдруг захотелось показать себя — выжать максимум, закрыв глаза на свою объективно не лучшую форму. Он ведь даже не разминался до этого толком, о чём теперь пожалел. Стоило бы поучиться у Арсения, постоянно ходившему на пробежки. А еще как оказалось — о, как сильно он удивился — тот находил время на спортивный зал в перерывах от работы днём, и даже после встреч с ним. Антон об этом узнал случайно, когда увидел на заднем сиденье машины спортивную сумку. Дима будто почувствовал накатившее на него волнение и, приобняв, потянул в сторону поля: — Давай, покажи тут всем, у кого самые быстрые ноги на районе. А Арс пока позалипает на тебя в шортиках. Ты, кстати, в них очень даже секси. Достаточно громко цокнув, Антон все же после рассмеялся и, послушав лучшего друга, отправился вместе с ним на разминку с парнями из команды. Все они оказались толковыми ребятами, и, как выяснилось, играли за университет уже почти три года. Встретили они их с Димой хорошо — быстро объяснили тактику на игру и поделились несколькими интересными фактами о соперниках. Закрепив всю полученную информацию, Антон с чистой совестью осушил залпом половину бутылки с водой и, одернув слегка задравшуюся фирменную футболку, направился в сторону Серёжи с Арсом. И всё бы ничего, если бы неподалёку от них в его поле зрения вдруг не появилась Кузнецова. Об её существовании он, как и про письмо от её отца, успел забыть. Но та, как и полагалось по всем законам жанра, все-таки объявилась, и причём не в самый удачный момент. Как переменилось лицо Арсения с гримасой недовольства, Антон успел заметить боковым взглядом. Особенно, когда Ира вдруг стало громко выкрикивать его имя и подзывать к себе. И почему именно сейчас, боже. — Привет. Ты что тут делаешь? — он приблизился к разделяющему их металлическому барьеру и поежился: стадион был хоть и крытым, но не самым тёплым для такого времени года. — Привет, Антоша. Ты написал, что хочешь встретиться, а тут как раз эти игры, и вот — я решила прийти. Поддержать тебя, если ты не против. — Да пожалуйста, — он непринужденно повел плечами, продолжая коситься в сторону Арсения. — Только это не самое подходящее время и место для разговора. — А я и не возражаю. Может, посидим где-нибудь после игры? Обсудим то, что тебе так хочется. — Ира… Это не лучшая идея. — Тебя и по-дружески никуда нельзя позвать? — девушка невинно округлила глаза. — Или у тебя появился кто-то очень ревнивый? В её голосе отчётливо проскользила взявшаяся не пойми откуда претензия, которая ему не понравилась. Дело было не в ревности, а в том, что Арсений просто не знал в чём дело. Он не успел рассказать ему о странных письмах от отца бывшей, а делать это в сообщениях было как-то странно. Да и уставал тот в последние дни так сильно, что вырубался минут через пять после начала их телефонного диалога. Мечась между любопытством и игнором, Антон всё-таки выбрал первое: — Не в этом дело. Давай я напишу тебе после матча куда подойти, и мы всё обсудим. Кузнецова радостно закивала: — Буду ждать. Удачной тебе игры. Больше не оборачиваясь, он махнул рукой ей на прощание, и теперь уже совершенно точно направился в сторону Арсения и друзей, которые косились на него уже все вместе. Появление Иры вышло крайне нелепым.