Любовь на кончиках пальцев

К его приезду Арсений тщательно подготовился: расчистил от лишних вещей рабочий стол, протёр везде пыль, судя по блестящим поверхностям квартиры, а ещё успел перенервничать. Видеть его таким было непривычно: из них двоих обычно именно он являлся оплотом спокойствия. А вот переживал и трясся в силу неопытности всегда Антон. Что сказать, что сделать, куда пойти. Сейчас же они будто поменялись ролями. Пронаблюдав за хаотичными передвижениями хозяина квартиры, он по итогу тормознул его за плечо в коридоре: — Арс, все нормально? Арсений шумно втянул носом воздух: — Да, вроде. Просто разволновался, как на первом свидании. Хз почему. — А ты разве нервничал? Мне казалось, я один глазами хлопал как придурок. Чужое тело под его хваткой расслабилось: — Пф-ф, еще как. Мне стоило огромных трудов не пялиться на тебя тогда каждую минуту. Или ты правда думал, что мне было куда интереснее разглядывать картины? Внезапный комплимент заставил Антона покраснеть, и в каком-то смысле выдохнуть: теперь они снова каждый при своём. Не то чтобы его устраивала только одна линия поведения в отношениях. Скорее даже, непонятно устраивало ли Арсения — он успел сделать некие выводы по нему на этот счет, но разбираться подробнее не спешил. Не всё сразу. Оставив замечание без ответа, он убрал ладонь с его плеча и кивнул в сторону своей сумки: — Я тут с собой бумаги припёр. Не знаю даже понадобится ли мне столько. Идей на самом деле было хоть отбавляй. Стоя, к примеру, в метро, Антон успел заметить совершенно невзрачную на его взгляд вывеску школы по изучению английского языка. И ладно бы дело было только в безграмотной визуальной подаче. Нет же, дизайнеры умудрились угробить еще и сам логотип. Сделали тот каким-то нескладным, блёклым. Исправить это недоразумение хотя бы для собственного удовлетворения он решил как раз тут. Вооружился карандашами и гуашью, он уселся за стол, пока Арсений с книгой в руках расположился на кровати за его спиной. В этом что-то было — заниматься своим делом, чувствуя незримое плечо поддержки. Быть вроде бы рядом, а вроде и нет. А еще молчать, разве что нарушая тишину своим сопением да редким задумчивым мычанием Арса над наверняка заинтересовавшей его сценой. Тишина сейчас не давила, а успокаивала. Как сеанс медитации или очищения от информационного шума. Что-то типа того. Набрасывая карандашом один штрих за другим, Антон в какой-то момент осознал, что даже не хотел залезть по привычке в телефон. Зато хотелось посмотреть на Арсения. Его к нему тянуло как магнитом. Наблюдать за ним в процессе чтения было тоже интересно. Короткие домашние шорты открывали заманчивый вид на его худые, но натренированные ноги, а сам он то и дело менялся в лице. Пробегая взглядом вдоль строчек, то хмурился, не в силах сдержать улыбки, то закатывал глаза. С таким выражением лица он скорее всего читал и сценарии. Подняв взгляд на него поверх книги, Арсений хитро улыбнулся и через пару секунд вернулся к чтению. Вот же жук. Спустя два часа дела стали идти менее продуктивно. Он даже поймал себя на мысли, что, если продолжит крутиться на стуле с той же периодичностью, что и сейчас, то либо заработает косоглазие, либо грохнется на пол. Ни первый ни второй вариант не выглядели заманчивыми. Из-за спины вдруг послышался протяжный вздох: — Честно говоря, я уже десятый раз пытаюсь прочитать одну и ту же строчку. Так что иди сюда. Пожалуйста. Отложив в сторону карандаш, Антон, будто этого и ждав, поднялся со стула и подошел к кровати. — Лежать в тишине тоже прикольно, — с этими словами он лёг, и, подтянув на ступни одеяло, повернулся набок к Арсению лицом. — Я готов так провести вечность. Он им обоим явно льстил, но, если честно Антон бы именно так и поступил. Особенно с учётом их скорой разлуки. Сколько раз он уже одёргивал себя, ровно столько начинал грустить заново. Хотя Арс еще был рядом — вот же, на расстоянии вытянутой руки. А он уже скучал. Как-то совсем по-книжному романтично, но правдиво. Побыть в тишине долго не получилось — в куче его вещей у кровати зазвонил мобильный. Потянувшись за ним с недовольным стоном, он очень быстро поменялся в лице, стоило увидеть высветившийся на дисплее номер. Арсений попытался встать — может быть, хотел оставить его во время разговора одного, — но он его притормозил. Мягко толкнул ладонью в грудь обратно на кровать и даже опустил ему на плечо голову, перекладывая телефон поудобнее к свободному уху: — Мама, привет. Я думал, ты на работе сегодня допоздна, хотел завтра набрать. — Ой, да нам просто смены поменяли, вот я и решила сегодня позвонить. Не отвлекаю? Она имела привычку постоянно и по несколько раз за разговор уточнять насколько она вовремя, и не отвлекала ли его от каких-то вселенски важных дел. Когда Антон просил так не делать, объясняя, что её звонок для него всегда будет первостепенным, женщина лишь отмахивалась, повторяя как заезженную пластинку фразу о том, что он уже взрослый и ей неловко. Антон время от времени грешил тем же. Сейчас момент в какой-то степени действительно был таким. Арс, кажется, даже перестал дышать, однако он усмехнулся в трубку: — Нет, конечно. Ты дозвонилась тёте Ларисе по поводу таблеток? Нашли то, что нужно? — Да, в Москве есть нужный препарат, не аналог. Вот зарплату получу на неделе и закажем как раз бабуле. — Сколько стоит? — Сынок, сколько надо, столько и стоит. Не переживай на этот счет. Обсуждение финансовых вопросов было для них больной темой. Мама до сих пор усердно скрывала от него возникавшие денежные трудности, а он в свою очередь по этому поводу негодовал. Ему уже всё-таки давно было не десять. — Мама, прекращай. Сильно дорого? Арсений словно почувствовал встрепенувшееся в нём напряжение и запустил руку прямиком в его волосы, принявшись аккуратно перебирать завившиеся на лбу прядки. — Заплатить нам хватит — это все, что тебе нужно знать. И если мы сейчас продолжим эту тему, то поругаемся. Лучше расскажи, что у вас нового? Ты билеты на конец декабря еще не брал? А, и кстати, ты с Ирой приедешь? Вопрос об Ире очередной раз напомнил Антону о своей затянувшейся лжи и скором отъезде Арсения. И если со вторым можно было только смириться, то вот первое стоило решить как можно скорее. Стрёмно обманывать своего самого родного на свете человека. Сведя на нет вопрос о бывшей девушке, в следующие минут десять они проболтали о поездах из Питера, погоде и том, будут ли отмечать Новый год вместе с Позовыми. Арсений все это время продолжал размеренно дышать, осторожно пропуская пряди его волос сквозь пальцы. Вот так он бы точно лежал вечность. Разве что замурлыкать от удовольствия оставалось. Попрощавшись с мамой и отложив мобильный в сторону, Антон нервно заерзал: — Надо после Нового года искать новую работу. — Проблемы? Может, нужна помощь? Ты только скажи, я… — Нет, Арс, не стоит. Я разберусь. Просто мама одна их с бабушкой давно тянет, а мне уже пора им помогать. Надо найти что-то постоянное, а не как сейчас. Что-то более высокооплачиваемое, чем должность курьера. Только хрен знает, где и что. Работы в городе было хоть завались, по крайней мере, об этом уведомляли сайты со внушительным списком размещенных на них вакансий. Вот только большинство из них отсеивались за неимением опыта работы по специальности, какие-то из-за графика и времени, которое было сложно найти с их учебой, а на третьих платили также, как и за работу в магазине. А Антону надо было… Ну, больше. Спасибо хоть, что они с Димой все эти годы оплачивали только коммуналку. — Ты не думал начать зарабатывать на своих эскизах? Я же смотрел их — у тебя столько классных идей. Дизайнеров сейчас в интернете хоть и пруд пруди, но толковых найти практически нереально. — Да не, бред какой-то. Это же просто хобби — я и не учился нигде. Ты единственный, кому я вообще показать их решился. — Антон, — укоризну в голосе Арсения не заметить было сложно. — Что? — Во-первых, у меня есть знакомый, который очень хорошо рубит во всей этой теме. Хочешь, покажем ему твои работы? И он даст свое мнение, может, подскажет что-нибудь? Ну, а во-вторых, ты — самый необычный, талантливый и скромный человек, которого я встречал. И то, что ты делаешь, далеко не фигня. Не говори так. Антон громко застонал, уронив голову обратно ему на грудь: — Ты веришь в меня больше, чем я сам. Может, ты никуда не поедешь в январе? Я тут загнусь. Арсений звучно засмеялся: — Так вот в чем дело. Я вернусь так быстро, как смогу. Обещаю. ***** — Ничего я не расскажу. Но всё случилось благодаря вам — за это спасибо. Уже второй час, оккупировав гостиную с плойкой, Матвиенко успешно отбивался от их расспросов по поводу того с кем, куда он уехал и как всё прошло. — Стараешься для него тут, пыхтишь неделями, а он потом с кем-то уматывает на тачке, и не собирается даже делиться. Ты — неблагодарная личность, Серёжа, — Дима попытался надавить на него самым укоризненным из всех возможных взглядов, но тот не повел и бровью. — Серый, ну, действительно, что за пиздец? Хоть намекни что было, серьезно там все или нет? — Антон пролистал список игр и остановил свой выбор на Фифе. Хотя бы тут они отыграются и надерут ему с Димой задницу. Друг фыркнул: — Ну, переспали, ясен пень. Или вам подробности надо? Я же не спрашиваю, сколько раз вы там с Арсом трахаетесь. Антон неловко повёл плечами: — Что сразу трахаетесь то? — А вы что еще нет? Не спали? — Матвиенко эта информация, кажется, ошарашила. Как и Диму, который подвинулся на диване поближе к нему: — Ссыкотно что ли? — Да идите вы, — обиженно выплюнул он, понимая, что на самом деле они в чем-то правы. — Мы вроде разгадывали новый любовный интерес Серёжи, а не мой секс, забыли? — Тоже верно, — Дима потянулся за приставкой и шутливо толкнул его в плечо. — Но ты там поактивнее, Шаст, не позорь Воронеж. — Обязательно, Поз. Первый секс будет за родной город. Парни громко заржали, переключившись на игру. Однако Матвиенко для тщательного переваривания информации, как всегда, требовалось чуть больше время, поэтому в какой-то момент он задумчиво выдал: — Я, конечно, удивлен. Для Арса секс не на последнем месте. У вас походу точно любовь. Дима молча усмехнулся, а вот Антон завис. Секс не на последнем месте? Нет, понятное дело, редко для кого это было чем-то максимально неважным в жизни. Но услышав эту фразу от лучшего друга своего парня, пришлось задуматься. Пока он ходил вокруг да около, привыкая к резким переменам в своей жизни, спокойно мог найтись кто-то посмелее. Кого можно будет не только целовать с утра до ночи, и у кого за плечами найдется хоть какой-то опыт. «Шастун, ты правда ссыкло». Его вдруг охватила паника. Он в Арсении не сомневался, но раньше не задумывался о том, что будет, если однажды его потеряет. Причин для этого могло возникнуть множество — проверил уже однажды на собственной шкуре. Вряд ли сейчас этим самым поводом станет отсутствие секса. …Но вдруг? — Слушайте, пацаны, я пойду проветрюсь, мусор вынесу заодно, — подгоняемый растерянностью, он подскочил неестественно быстро, забыв даже про то, что только что сидел с приставкой в руках. Схватил с кухни пакет, нацепил куртку и выскочил за дверь, оставив друзей переглядываться в недоумении. ***** Когда в одиннадцатом часу вечера раздался звонок в дверь, у Арсения испуганно сжалось сердце. В гости он никого не ждал, Серёга отзванивался минут сорок назад, параллельно успевая кричать на обыгрывавшего его в приставку Антона, так что это точно не мог быть кто-то из них. Может, соседи? Понадобился какой-нибудь гаечный ключ или что-то типа того. Однажды девушка с квартиры напротив так просила штопор — она тогда только переехала, взяла бутылку вина отметить новоселье с подругами, а вот коробки с посудой тогда до неё так и не довезли. Натянув по дороге из комнаты до двери футболку, Арсений первым делом посмотрел в глазок и удивленно открыл дверь. На пороге стоял взъерошенный Антон. Спросить хоть что-нибудь у него он не успел: уверенно войдя в квартиру, тот захлопнул за собой дверь и внезапно прижал к стене. Секунда — и он уже напористо целовал его, одной рукой впившись в предплечье, а второй утягивая в сторону спальни. Что-то было не так. Точно. Такая напористость Арсения триггернула. Не дав возможности перерасти этому во что-то нехорошее, он с трудом выставил между ними ладонь и притормозил его: — Так, Антон, стоп. Что случилось? — Ничего. Просто пойдем в спальню. — А если сказать правду? Ты еще час назад сидел дома и играл в приставку, а сейчас влетел ко мне на всех парах с намерением переспать. У меня бы не возникло вопросов, если бы я не знал тебя. Антон очень быстро обреченно опустил руки. Временный порыв страсти улетучился, уступив место в глазах растерянности и … страху? Он потерянно забегал глазами по квартире, и Арсений хорошенько встряхнул его за плечи: — Эй, ты чего? Что бы ты ни сказал, все хорошо. Антон прислонился спиной к стене, закусил с нахмуренным видом губу, и попытался привести сбившееся дыхание в норму: — Ну, мы болтали с пацанами, пока сидели… — И? — Серёга шутил сначала про то, сколько раз мы уже потрахались, а после моего ответа удивился и сказал, что для тебя это всегда важно было. — И ты решил, что нужно исправить ситуацию? Антон смущенно зачесал макушку: — Не все же просто такие долгие как я… От желания заехать Матвиенко как следует по голове у Арсения зазудели ладони. Додумался же он ляпнуть такую хрень. С чего вообще возникло такое мнение? Никогда даже по ранней молодости он не был сексоголиком. А о многих его сексуальных экспериментах лучший друг даже не догадывался. Потом так вообще встретил Алёну и кроме неё видеть кого-либо перестал. Но прямо сейчас вопрос имелся и к Антону. В какой-то момент ему показалось, а теперь очевидно, что именно так, что стадию его неуверенности они уже прошли. В последнее время тот вёл себя более уверенно и не так закомплексовано, как в начале знакомства. Ошибся. Взяв его потные взволнованные ладони в свои, Арсений приподнялся на носочках и уперся своим лбом в его: — Антон, заруби у себя на носу раз и навсегда — да, я тебя очень хочу, но это никогда не было для меня первой необходимостью и не будет. Я хочу, чтобы у нас все было правильно, и, если будет нужен месяц, год, да сколько угодно — я подожду. Мы подождем. Мы с тобой движемся в правильном направлении, и мне этого достаточно. Просто видеть тебя рядом. Веришь мне? Антон крепко зажмурился и на выдохе распахнул глаза: — Да… Верю, Арс, верю. Блять, прости пожалуйста, я не должен был себя так вести. Не знаю, что со мной в последнее время происходит. — Это нормально — переживать о чем-то, — он заботливо чмокнул его в нос, и улыбнулся: — Останешься? — Если ты не против. Ты, наверное, спать собирался? — Я текст повторял к спектаклю, но теперь совершенно точно не против прилечь. Пойдем? Закивав, Антон сначала направился вместе с ним в сторону комнаты, где из шкафа уже по-хозяйски достал одну из его аккуратно сложенных футболок, а затем скрылся в ванной. Во время всех этих его манипуляций Арсений успел прибрать листы с текстом со стола и хоть немного, но прийти в себя. Он каждый раз думал о том, что вот сейчас понял Антона до конца, но именно после этих мыслей тот, словно чувствуя, удивлял его снова и снова. В нем, вроде принявшем уже себя и все чаще первым проявляющим свои чувства, еще оставалось что-то постоянно откатывающее его назад В чем было дело им еще предстояло разобраться. Про свои тараканы он даже боялся подумать. Вернулся в комнату Антон минут через десять и быстро забрался к нему под одеяло. Улегся так, чтобы обоим было удобно, позволив обнять себя со спины. И довольно замурчал, когда Арсений, вместо того чтобы допытывать его разговорами, принялся лениво почесывать ему за ухом. Даже ощущая тепло родного тела рядом, Арсений всё еще нервничал. Разговор с лучшим другом, подробности которого он не знал, не шел у него из головы. Тщательно взвесив все за и против, он все-таки решился спросить о том, что его терзало: — Антон, а… Серёга еще что-то сказал? В глубине души он надеялся, что тот уже провалился в глубокий сон и на вопрос не ответит, но через пару секунд расслышал его сонное бормотание: — Сказал, что раз мы еще не потрахались, значит это точно любовь. Подвинувшись ближе, Антон на этот раз действительно размеренно засопел. Арсений же зарылся носом в его светлую макушку и понял, что вот сейчас приятель был как никогда прав.