tempor · al | ary

Выйдя в сад, Гарри обнаруживает труп. По крайней мере, Гарри предполагает, что это труп, когда натыкается на распростёртое в траве тело во время утренней прогулки. Поттера забавляет, что первая реакция на это зрелище — скорее раздражение, чем удивление или страх. — Черт возьми, Ви, — ворчит он, вздыхая. Когда он разрешил своему мужу пользоваться садом, он не имел в виду приглашение использовать его в качестве свалки. Очевидно, Волан-де-Морт не такой умный, как утверждает. Он подходит ближе и наклоняется, чтобы лучше рассмотреть тело. Человек, мужчина, лежит на животе покрытый грязью, из-за чего трудно разглядеть его лицо, но Гарри не может избавиться от ощущения чего-то знакомого, когда смотрит на его затылок. Он толкает тело ногой, размышляя, стоит ли позаботиться о человеке самому или оставить его где-нибудь, чтобы Ви нашел его, когда будет ожидать этого меньше всего. И стоит ему толкнуть бесчувственного человека, как тот стонет. Волшебная палочка мгновенно появляется в руке, и он направляет ее на тело — на, по-видимому, живого человека. Пока он стоит, настороженно наблюдая, мужчина вновь стонет, поднимаясь на колени. Он прижимает руку с длинными пальцами ко лбу, и Гарри, прищурившись, наклоняет голову, ощущая, что странное чувство узнавания усиливается. Затем мужчина поднимает голову, и волшебник видит перед собой все еще красивое лицо Тома Марволо Реддла. — Здравствуй, — говорит он с улыбкой на лице, что выводит Гарри из себя ещё больше. Он откидывает с глаз растрепанные волосы. — Кажется, я заблудился. Не мог бы ты сказать, где я нахожусь? Вместо ответа Гарри оглушает его. Последнее, что он видит на лице Реддла перед тем, как заклинание достигает того, — это выражение удивления, только начинающее превращаться в ярость, прежде чем глаза закатываются, и он падает обратно в грязь. Долгое мгновение Гарри просто стоял, таращась на тело Тома. Если бы он не знал точно, то мог заподозрить, что это результат ритуала восстановления человеческой внешности Волан-де-Морта, или, возможно, его молодости. Но он-то знает. Ви никогда особо не заботился о своей внешности, и если бы он захотел восстановить свои черты, Гарри сомневается, что тот предпочел бы выглядеть так молодо — скорее ближе к тридцати или старше. И, в любом случае, он видел Волан-де-Морта меньше часа назад, наслаждающегося умиротворением после их недавнего секс-марафона. У него едва ли было время, чтобы выполнить ритуал, который потребовался бы, чтобы сбросить его тело на столько лет назад. Значит, это либо настоящий Том Реддл пятидесятых годов прошлого века, либо очень хорошая подделка. Ни то, ни другое не должно быть возможным. Решив меньше беспокоиться о том, как это могло произойти, и больше о том, как справиться с этим теперь, когда это уже произошло, он падает на колени рядом с телом Реддла и дергает его за одежду, ища кобуру палочки — которую Волан-де-Морт держит привязанной к бедру и по сей день. Когда Гарри берет в руки знакомую палочку Реддла, она приветствует его теплым мерцанием, в то время как его собственная поет в знак приветствия своей сестры. Нахмурив брови, он убирает палочку Тома в запасную кобуру, а затем прячет свою собственную, а потом снова садится на пятки на безопасном расстоянии. Смотря на Реддла, Поттер задумывается о том, чтобы трансгрессировать или, возможно, послать патронус, чтобы вызвать своего мужа, но Том резко открывает глаза. Он выглядит смущенным. Затем его взгляд падает на Гарри. Долгое мгновение они просто смотрят друг на друга. — Ну, — наконец произносит Реддл, и в его спокойном голосе слышится скрытое напряжение, — это было невежливо с твоей стороны. Гарри поднимает брови и отвечает ровным голосом: — Говорит нарушитель. Реддл кивает головой, соглашаясь с этим. — Прошу прощения, — он оглядывается вокруг с нескрываемым любопытством. — У тебя прекрасный сад. — …спасибо. — Кстати, мой вопрос остается в силе, — напоминает Реддл. — Вопрос? — спрашивает Гарри, отчасти для того, чтобы вызвать раздражение, промелькнувшее на лице собеседника. Приятное выражение лица Реддла застывает, и он спрашивает отрывистым голосом: — Где. Я? Гарри всерьез подумывает о том, чтобы ничего не отвечать, снова оглушить и затащить в поместье, чтобы Волан-де-Морт сам разбирался с этим. Этот человек, безусловно, заслужил бы это — они оба заслужили. Потом еще раз… какого хрена, думает он. А почему бы и нет? — Ты находишься на территории поместья Темного Лорда. Если у него и оставались какие-то сомнения относительно личности Реддла, то выражение жадности — голода, появившегося на его лице при этих словах, должно было их рассеять. — Темный Лорд? — спрашивает человек, который не может быть никем иным, как молодым Томом Реддлом. Гарри склоняет голову набок и хмурится, словно в замешательстве. — Ты разве не знаешь? — спрашивает он. Реддл барахтается, и его собственные губы дергаются, когда он сдерживает смех. — Темный Лорд Волан-де-Морт правит магической Британией уже почти десять лет. У Реддла перехватывает дыхание. — Волан-де-Морт, — говорит он себе, задыхаясь, и, довольный, устремляет голодный взгляд на поместье. — Это его дом? Он живет здесь? — Верно, — Гарри встает, нависает над все еще стоящим на коленях Реддлом, и взгляд Реддла снова устремляется на него. В свете заходящего солнца его темные глаза казались красными. — Напрашивается вопрос: почему ты здесь? Реддл колеблется. — Я… — Ты не первый убийца, пришедший сюда, — говорит Гарри, просто чтобы подразнить его, и глаза Реддла расширяются, — но ты определенно самый искусный. Охранные чары обычно гораздо лучше справляются с тем, чтобы не впускать незваных гостей. Конечно, он знает, почему они потерпели неудачу на этот раз. Волан-де-Морт — ключ к ним, и Реддл — его версия, даже если они разделены десятилетиями. Он все равно собирается проверить их позже. — Я пришел сюда учиться, — говорит Реддл после паузы. — Хм… — Поттер скептически прищуривает глаза; он не ожидал признания так быстро. Затем он видит, как Том тянется к своей уже пустой кобуре. — Не стоит беспокоиться. Реддл моргает. — Прости? — Ты не найдешь свою палочку, — объясняет он. — Я забрал ее, пока ты был в отключке. Ярость превращает эти прекрасные черты в нечто чудовищное. Том вскакивает на ноги, беззвучно бросая вперед проклятие. Гарри отводит заклинание в сторону, и оно пронзительно летит в воздухе. В следующее мгновение он ловит его одной рукой, перед тем, как контратаковать другой. Прежде чем Реддл сможет снова бросить заклинание, он набирает магию, чтобы броситься вперед, сбивая Тома на землю до того, как тот успевает увернуться. Он держит его, магия сгущается в воздухе вокруг них, чтобы быть использованной, когда Реддл оправляется от падения, задыхаясь под ним. — Не пытайся сделать это снова, — предупреждает Гарри. Реддл смотрит на него снизу вверх, покраснев от удивления. — Кто ты? — спрашивает он, не вполне владея магией, чтобы задать вопрос. — Меня зовут Гарри, — говорит он. — Я бы сказал, «приятно познакомиться», но, боюсь, мы уже встречались. — Я тебя не знаю… — Конечно, не ты, — он ослабляет хватку на запястьях Тома, ровно настолько, чтобы больше не было больно. Он понимает, что это ошибка, только когда чувствует, как напрягаются под ним бедра мага. Прежде чем он успевает остановить его, Реддл переворачивает их, и Гарри оказывается лежащим на спине, глядя в знакомый, яростный взгляд. Он знает, что должен бояться. Вместо этого он ухмыляется и говорит: — Молодость Вам к лицу, милорд.

***

Как только Реддл кажется удовлетворенным тем, что Гарри не лжет ему, Гарри ведет его в кабинет Волан-де-Морта, решив, что это самое подходящее место для того, чтобы Темный лорд присоединился к ним. Когда Том останавливается в дверях, Гарри направляется прямиком к столу Темного Лорда и небрежно устраивается в кресле. В конце концов, Реддл больше не может сдерживать свое любопытство. Он входит в комнаты, оглядывая ее с привычным безразличием. Он останавливается возле стола, проводит рукой по последней стопке писем, ожидающей ответа Темного Лорда. — Ты хорошо меня знаешь, — говорит он, пристально глядя на выброшенный конверт, адресованный «Лорду Волан-де-Морту» крупным размашистым почерком. Гарри откидывается на спинку кресла, закидывает ноги на стол и сбивает стопку писем. — Почему ты так говоришь? Реддл бросает на него ледяной неодобрительный взгляд, но Гарри остается невозмутимым. — Ты узнал меня, хотя, судя по всему, я, как минимум, на пятьдесят лет в будущем. Гарри наклоняет голову, соглашаясь с этим. Прищурившись, Реддл прислоняется к столу и нависает над Гарри, скрестив руки на груди. — Кто ты для меня? — спрашивает он. Гарри ухмыляется. — Дай мне свою лучшую догадку. Губы Реддла тонки, рука с волшебной палочкой дергается. И все же он подыгрывает, хоть и неохотно. — Ты больше, чем последователь, — говорит он. Поттер улыбается еще шире, отказываясь подтверждать или опровергать его слова, и он продолжает: — Ни один из моих Пожирателей Смерти не осмелился бы проявить такое неуважение. — Разве? — Гарри толкает бедро Тома носком ботинка, и в груди у него поднимается подлое удовольствие, когда у Реддла дергается глаз. — У меня есть веские основания полагать, что тебе нравится, когда я веду себя неуважительно. Маг морщит нос в отвращении; и этого почти достаточно, чтобы заставить Гарри на мгновение пожалеть, что у его собственного Волан-де-Морта нет носа. Почти. — Я не могу себе представить, чтобы какая-то моя версия наслаждалась чьим-то неуважением, — говорит маг, и его голос звучит обвиняюще. Гарри пожимает плечами. — Не думаю, что моя вина в том, что у тебя не хватает воображения. Реддл оскаливает зубы в рычании. Гарри лишь вежливо улыбается в ответ. Хотя он и думает, что может насладиться их дуэлью, но он очень сомневается, что Волан-де-Морт оценит разрушенный после нее кабинет. Наконец Реддл смягчается. Повернувшись спиной к Гарри, он подходит к одной из многочисленных книжных полок, которые стоят вдоль комнаты, проводя пальцем по корешкам журналов, хранящихся там, и полных неопубликованных исследований и законопроектов, которые будут предложены. — Это мой кабинет, — говорит он. Гарри поднимает брови. — Думаешь? Реддл постукивает пальцем по одной из бумаг. — Это мой почерк, — он поворачивается к Гарри, оглядывая его расслабленное тело. — Тебе здесь удобно. — Разве? — Ты будешь отвечать вопросом на все, что я говорю? — Не знаю, — говорит он. А затем, поскольку он может, спрашивает: — а должен? С бессловным рычанием, очевидно, исчерпав то немногое терпение, которым он обладает, Реддл бросает в него Круцио без палочки. Гарри выпрыгивает из кресла Волан-де-Морта, перепрыгивает через стол и приземляется на диван. — Не надо грубить, — говорит он, неодобрительно хмурясь. В ответ Реддл бросает еще одно проклятие, и он сворачивает с его пути. — Ответь мне, — требует Том таким тоном, словно готов тут же придушить Гарри. Волшебник лишь смеется, стряхивая принуждение в словах, когда уклоняется от очередного проклятия, отступая ко все еще открытой двери. — Заставь меня. Последнее, что он видит, выбегая в коридор, — это широко раскрытые глаза Реддла, полные недоверия и ярости. Он бежит, удовлетворение борется с возбуждением, когда он слышит шаги Реддла, бегущего за ним. Он бежит по коридорам, скользя по углам и уклоняясь от проклятий, которые Реддл посылает ему вслед. Несколько раз он чувствовал, как магический огонь задевает его, но так и не касается. Он добирается до лестницы на первый этаж и беззаботно прыгает, полагаясь на свою магию. Он приземлился бесшумно, легко, как перышко. Позади него Реддл приземляется с тяжелым стуком, гораздо ближе, чем Гарри ожидал. Когда он оглядывается, то видит, что Реддл находится на расстоянии вытянутой руки, и снова бросается бежать. На этот раз, когда он бежит, он чувствует не магический огонь, а прикосновение руки Реддла, когда тот пытается и не может поймать его. Прошло слишком много времени с тех пор, как Волан-де-Морт играл с ним в эту игру. Он все пропустил. И хотя он знает, что Реддл не играет, что ему удалось разозлить его по-настоящему, это все равно весело. Когда пол становится скользким под его ногами, он падает, смеясь и извиваясь, чтобы приземлиться на бок. Реддл набрасывается на него прежде, чем Гарри успевает подняться на ноги, и они кувыркаются по коридору. Когда они останавливаются, волшебник валится на спину, а Том смотрит на него сверху вниз, его волосы растрепаны, а лицо раскраснелось от напряжения. — Кто ты для меня? — спрашивает Реддл, рыча. Когда Гарри не отвечает достаточно быстро, он хватает его за рубашку и приподнимает, пока Поттер не чувствует его горячее дыхание на своей щеке. — Расскажи мне. Принуждение в этих словах настолько сильно, что Гарри задыхается от своего отрицания. Он хватает Реддла за запястье, впивается ногтями ему в кожу и пускает кровь. Этого недостаточно, чтобы заставить его отпустить. Сквозь стиснутые зубы он произносит: — Н-н-нет. Реддл толкает его обратно на пол, и он шипит, когда ударяется головой о дерево. — Я презираю тебя, — говорит ему Реддл. Его хватка на рубашке Гарри напрягается, как будто он собирается сорвать ее с него. — Ты меня просто бесишь. Это чувство Волан-де-Морт часто выражал в первые годы их ухаживания. Это напоминание заставляет его улыбнуться и сказать, задыхаясь: — Но разве это не весело? Том отшатывается и смотрит на него широко раскрытыми глазами. Долгое мгновение они остаются там — Реддл над ним, рука Гарри на его запястье. Наблюдая за микро-выражениями, играющими на его лице, Гарри думает, не он ли первый лишил его дара речи. Он думает, что ему бы понравилось, если бы это было так. Реддл открывает рот, чтобы ответить или, может быть, проклясть его — Гарри не знает. Прежде чем он успевает что-либо сделать, они слышат шаги на лестнице. Реддл поднимает голову, смотрит в сторону, откуда раздается шум, и даже если бы Гарри не чувствовал магию своего мужа, он бы понял это по выражению лица Реддла. Волан-де-Морт здесь. Порыв волшебного ветра отшвыривает Реддла от него, и Гарри садится, сдерживая улыбку, когда видит растрепанную кучу, в которую приземлился Реддл. Он чувствует приближение Темного Лорда, и ему не нужно смотреть, чтобы распознать неодобрение, которое сочится из каждой его клеточки, но он все равно смотрит. Он упустил его из виду, хотя они были вместе всего несколько часов назад. — Привет, любимый, — говорит он, принимая протянутую ему руку. — Закончил свой прекрасный сон? Взгляд Волан-де-Морта прикован к Реддлу, который поднимается с того места, где приземлился. — Это звучало так, будто стадо гиппогрифов выпустили на волю. Я был… обеспокоен. Гарри усмехается, шевеля пальцами в объятиях Волан-де-Морта и ухмыляется, когда тот усиливает хватку. — У меня все было под контролем. Дальше по коридору Реддл поднимается на четвереньки. Его руки дрожат. Молчание Волан-де-Морта явно осуждающее. — По большей части, во всяком случае, — добавляет Гарри. — Это выглядело так, как будто тебя вот-вот изнасилует незнакомец на полу нашего дома, — говорит Волан-де-Морт с усмешкой. — Прости меня, если я выгляжу скептиком. — Незнакомец? — Гарри оглядывается на Реддла, который тяжело дышит, низко опустив голову. — Ты что, не узнаешь его? Волан-де-Морт наконец-то отводит взгляд и хмуро смотрит на Гарри. — А должен? — спрашивает он. — Я не знал, что ты завел себе любовника. Я, конечно, не был ему представлен. — Я… что? Я не заводил никаких… — Гарри обрывает себя и недоверчиво смеется. — Ты серьезно? Он — это ты. Презрительный взгляд Волан-де-Морта возвращается к Реддлу, его губы кривятся. — Конечно, нет. — Так и есть, — настаивает Гарри. — Просто… смотри. Эй, Реддл! Реддл вскидывает голову, оскалив зубы. — Не называй меня… — начинает он и запинается, увидев рядом с Гарри Волан-де-Морта. Когда Реддл видит свое будущее «я», Поттер ухмыляется и припечатывает: — Он говорит совсем, как ты.

***

В конечном счете, Гарри думает, что знакомство проходит довольно хорошо. Волан-де-Морт не убивает Тома за то, что у него есть наглость существовать, и отвращение Реддла к нынешнему телу Волан-де-Морта только отчасти очевидно. Ни один из них не кажется довольным другим, но… все не так плохо как могло бы быть. Он полагает, что в этом нет ничего удивительного. До тех пор, пока они оставляют его в стороне от какого-то соревнования чей член длиннее. Гарри считает, что это забавно, поэтому позволяет всему оставаться так, как есть.

***

К сожалению, Реддл отказывается оставить Гарри в покое. Он загоняет волшебника в угол в библиотеке два дня спустя, прерывая исследование Гарри о первых пактах домовых эльфов, которые Гермиона искала годами. Не дожидаясь приглашения, он колдует себе кресло под стать Гарри и садится в него, просто наблюдая за ним. Затем, нарушив молчание, говорит: — Есть одна вещь, которую я до сих пор не могу понять. — Только одна? — протягивает Гарри. Глаза Реддла сужаются, но он не клюет на приманку. — Волан-де-Морт правит магической Британией. — М-м. Он перелистывает книгу на следующую страницу, хотя с последней еще не закончил. Реддл скрипит зубами от этого звука и спрашивает: — Какую роль в этом принимаешь ты? — А почему тебя это волнует? — Потому что ты… — Том замолкает, щиплет себя за переносицу и делает глубокий вдох. Затем, ровным голосом, он продолжает, — Ты — единственный кусочек моего будущего, который я не предвидел. — Да ладно тебе, — говорит Поттер, позволяя своей книге упасть на колени. — Не может быть, чтобы это было правдой. Реддл наклоняется вперед и очень серьезно смотрит волшебнику в глаза. К несчастью для него, это только выводит Гарри из себя. — Это правда, — говорит Реддл, — что я не предвидел каждый поворот истории, но я всегда знал, что наше общество однажды склонится перед лордом Волан-де-Мортом, и я знал, что такая власть потребует жертв, — он замолкает с гримасой на лице. — Хотя… конкретные жертвы, принесенные этим Волан-де-Мортом, удивили меня, но конечный результат — нет. Гарри закатывает глаза. — Давай, — говорит он, — расскажи мне побольше о своем нелепом эго. — Но это, — шипит Том, с поразительной скоростью протягивая руку вперед, чтобы схватить волшебника за запястье и сжать его, — Ты… ты, который насмехаешся над Лордом Волан-де-Мортом ему в лицо и все же дожил до того, чтобы делать это раз за разом… — он перекладывает свою руку на запястье Гарри и тянет, подтягивая его к краю сиденья, прежде чем тот успевает встать на ноги, внезапно чувствуя себя слишком близко к Тому, чтобы быть в здравом уме. Его книга падает на пол, где и приземляется с глухим стуком. — Так кто ты такой? Долгое мгновение Гарри молчит. Затем слабым голосом говорит: — Ты пришел сюда, чтобы узнать о своем будущем. — Разве ты не часть этого? — спрашивает он, и когда собеседник остается неподвижным, наклоняется вперед и крепче сжимает его руку. — Возможно, моя цель изменилась. — Я… — он не знает, что сказать, как ответить. Он не знает, что Реддл может сделать с правдой — со всей правдой, а не с той версией, которую возвещают пресса и издательства, — если бы знал ее. — Что в тебе такого, — спрашивает Реддл, голодным взглядом блуждая по его лицу, — что так сильно привлекло Лорда Волан-де-Морта? Прежде чем Гарри успевает решить, как ответить, двери библиотеки снова открываются, и в комнату врывается Волан-де-Морт. Когда он видит Гарри, часть вездесущего напряжения вытекает из него. Затем его глаза останавливаются на хватке Реддла на его запястье, на скудном пространстве между ними, и его взгляд снова возвращается к своему мужу. Он отдергивает свою руку назад, но ущерб уже нанесен. — Гарри, — натянуто приветствует его Волан-де-Морт, прежде чем подойти к одной из полок. Как только он берет свою книгу, он шагает к двери, не глядя ни на одного из них. Когда он уходит, Реддл окликает его удаляющуюся спину: — Доброе утро. Дверь захлопывается — вот его единственный ответ. В наступившей тишине взгляд Реддла возвращается к Гарри. Его глаза горят интересом, осуждением. Он ничего не говорит, но это и не нужно. Ощетинившись, Гарри приказывает: — Отвали.

***

Позже той же ночью Гарри возвращается в их постель и обнаруживает, что Волан-де-Морт ждет его. — Вижу, вы неплохо ладите, — говорит он ровным голосом. Гарри невольно закатывает глаза. — Ну вот, — думает он. — разве, Ви? Один раз ты зашел к нам вместе… — По-моему, уже дважды. — …и мы даже ничего не делали. Темный лорд молчит достаточно долго, чтобы волшебник начал беспокоиться. — А ты хотел бы этого? — спрашивает он, пристально смотря на Гарри. — Что? Нет, — отвечает Гарри, и это правда. Он морщится и качает головой. — И вообще, я не думаю, что это то, что ему нужно. Волан-де-Морт задумчиво что-то бормочет, и вид у него почти веселый. — Уверяю тебя, если эта мысль еще не пришла ему в голову, то придет. Гарри хмурится. — Почему ты вообще так думаешь? — Потому что я знаю себя, — Ви хватает его за руку, притягивает ближе к кровати. — И я знаю тебя. — Хм, — задумчиво тянет волшебник. Он постукивает пальцами по груди Темного Лорда, над его сердцем. — Это было почти романтично. — Почти? — спрашивает Волан-де-Морт с притворной обидой. Он берет лицо Поттера в свои ладони и прижимается поцелуем к его шраму. — Тогда я попробую еще раз. В каждом мире, в каждом времени, нет ни одной версии меня, которая могла бы устоять перед тобой. И Гарри вдруг понимает, что ему трудно дышать. Его грудь горит. Он пытается отстраниться, сморгнуть внезапные слезы, которые грозят пролиться, но Волан-де-Морт не дает ему этого сделать. Вместо этого он ловит слезы на большой палец. — Смешно, — нежно говорит он, прижимая его к скуле Гарри. Затем, когда волшебник смотрит широко раскрытыми глазами, он подносит слезы Гарри ко рту, чтобы попробовать их на вкус. Гарри давится испуганным смехом, потом спрашивает: — Почему ты всегда такой странный? — Это часть моего обаяния, — отвечает ему мужчина. Он перекатывается на спину, волоча за собой Гарри. Гарри устраивается поудобнее, его колени раздвигаются и ложатся по обе стороны бедер Волан-де-Морта, их груди прижаты друг к другу. — Ты считаешь себя очаровательным? — спрашивает он, улыбаясь в ответ на поцелуй Лорда. Темный лорд прикусывает нижнюю губу, затем успокаивающе проводит по ней языком, когда она начинает жечь, и говорит: — Ты считаешь меня очаровательным. Гарри снова целует его, потому что не может удержаться. Когда он отстраняется, Волан-де-Морт смотрит на него с намерением, его глаза темнеют от удовольствия. С улыбкой на лице он прижимает большой палец к губам волшебника и шепчет: — Мерлин, помоги мне.