tempor · al | ary

Когда Гарри заходит в комнату, он видит Реддла и Волан-де-Морта, устроивших дуэль. Гарри разворачивается и уходит. Позже, в тот же день, Реддл выслеживает его и объясняет, кипя от злости, в чрезмерных деталях каждую неудачу Волан-де-Морта как лидера и человека. Он перестает слушать с того места, где Том начинает распинаться про лицо его любовника. Вечером Гарри жалуется на эту встречу своему мужу, продолжая до тех пор, пока его любовник не устаёт от этого, хватая его и трахая так тщательно, что все мысли о Реддле улетучиваются из его головы. Если бы не помощь магии, подозревает он, то хромать бы ему еще пару дней. Хотя он не может сказать, что его беспокоит внезапная энергия его возлюбленного, он с нетерпением ждет дня, когда они вдвоем найдут ей другой выход, кроме спора. А потом это продолжает происходить. Хотя Гарри в основном просто рад, что ему не приходится вмешиваться, чтобы предотвратить чьё-либо убийство; он не думает, что сможет выдержать это долго. Что-то нужно было делать.

***

А потом что-то начинает происходить.

***

Они в кабинете Волан-де-Морта, и дверь открыта настеж. Позже Гарри рассмотрит возможность того, что Волан-де-Морт оставил их открытыми специально. В данный момент, однако, Волан-де-Морт высасывает линию синяков вниз по его шее, пальцами открывая его с безжалостной эффективностью, которая оставляет разрываться между попыткой и неудачей извиваться и умолять о большем, и то, закрыта дверь или нет, вполне возможно, последнее, о чем он думает. Пальцы Волан-де-Морта давят на простату, и он выгибается назад, прижимаясь к столу, стонет, опускается и сжимается вокруг пальцев, когда они сгибаются. Волан-де-Морт смеётся ему в шею, и Гарри поднимает одну руку — почти невыполнимая задача в том состоянии, в котором он находится, — хватая своего любовника за горло и сжимая его. — Если ты не поторопишься и… чёрт— его фраза прерывается, а голос срывается, когда Волан-де-Морт крутит пальцами внутри. — Терпение, — упрекает он, и ему везёт, что Гарри слишком сосредоточен на том, чтобы помнить о дыхании, чтобы заставить его заплатить за это. Его свободная рука тяжело лежит на бедре Поттера, неподвижно удерживая от соскальзывания вниз. Со слишком острыми зубами Волан-де-Морта у горла и пальцами, растягивающими его отверстие, у него нет рычага давления. Ему некуда изворачиваться. Он корчится на столе, его бедра качаются, пытаясь получить какое-либо трение, но безуспешно. Волан-де-Морт снова гладит его простату, и Гарри стонет, содрогаясь, когда заставляет себя расслабиться, обмякнуть на столе. Это уже слишком. Ему нужно больше. Его бедра сжимаются, и он скрещивает лодыжки на спине Волан-де-Морта, притягивая его ближе, достаточно близко, чтобы он мог чувствовать, как твердый член любовника прижимается к складке его бедра. Волан-де-Морт позволяет ему это на раз, два, три удара, прежде чем снова отступить. — Ви, — зовёт он, чуть не плача от потери. — Я… этого достаточно. Пожалуйста. Волан-де-Морт цокает, и третий палец присоединяется к остальным. Гарри снова скулит, настолько возбужденный, что его чуть не тошнит от этого, пока он извивается, не в состоянии расслабиться. Когда Волан-де-Морт отводит лицо от горла Поттера — отстраняется, чтобы посмотреть, как пальцы просовываются в дырку любовника — Гарри закрывает лицо рукой, чтобы не видеть выражение лица возлюбленного, и румянец заливает его щеки и грудь, обжигая сильнее. — Ничего подобного, Гарри, — заверяет Волан-де-Морт, беря Гарри за запястье своей стальной хваткой, заставляя его руку вернуться к столу. — Посмотри на меня. Он сжимает пальцы, и Гарри задыхается от очередного вздоха. Его глаза распахиваются, чтобы встретиться с горящим взглядом Волан-де-Морта. — Хорошо, — выдыхает Волан-де-Морт, вынимая пальцы с такой силой, что голова Гарри снова ударяется о стол, а сам он, задыхаясь, смотрит в потолок и сжимает кулаки. Волан-де-Морт обеими руками обхватывает его ягодицы, раздвигая в стороны; Поттер вздрагивает, когда прохладный воздух касается его разгоряченной кожи. Ему хочется поджать ноги, спрятаться, но он этого не делает. Он позволяет Волан-де-Морту насытиться. Затем Темный лорд одной рукой раздвигает бедра еще шире. Другой берет член и Гарри вздыхает, когда чувствует, как головка прижимается к его проходу. Когда он двигается, мужчина чувствует, как дыхание вырывается из его легких, и Волан-де-Морт входит одним медленным, скользким ударом. Ему кажется, что он может задохнуться — как если бы он мог содрогнуться, разорваться на части. Он пытается дышать и не может сделать так, чтобы его дыхание было ровным, и Волан-де-Морт успокаивает его, гладя бока. — Все хорошо, Гарри, — говорит он сквозь стиснутые зубы, как будто это борьба только за то, чтобы оставаться спокойным. — Скажи, когда… Гарри морщится, двигает бедрами, упирается лодыжками в поясницу Темного лорда. Он выгибается дугой над столом, его руки сжимаются в кулаки над головой, когда он погружается в это чувство. Это больно и глубоко внутри него. Возобновив дыхание, которое задерживал, он заставляет свои дрожащие бедра успокоиться, расслабляется — медленно, осторожно — для твердого тепла члена Волан-де-Морта внутри. — Хорошо, — говорит он тонким голосом. И на мгновение Волан-де-Морт замирает. Затем он начинает двигаться, и Гарри не может сдержать стон, который вырывается с его губ, когда член Волан-де-Морта толкается обратно в него, снова и снова, пока не входит в ритм, который заставляет Гарри отчаянно хотеть большего; его глаза закрываются, он сжимает бедра, чтобы встретить каждый толчок, регулируя угол, пока следующий толчок Волан-де-Морта не забивает его простату, и он стонет. Задыхаясь, зажмурив глаза, Гарри поворачивает голову, прижимается щекой к прохладному дереву стола, обхватывает руками плечи возлюбленного и покачивается вперед; его горячее дыхание касается кожи Гарри там, где он целует его в челюсть, прижимается открытым ртом к его уху. Позже он уже не помнит, что заставило его открыть глаза. Может быть, он что-то услышал. Может быть, это было просто ощущение. В любом случае, он делает это, и чувствует, как его сердце пропускает удар, как будто его тело переполнено статикой, когда он видит Реддла, стоящего в открытом дверном проеме, небрежно прислонившегося к дверному косяку с руками, засунутыми в карманы, и с заинтригованным выражением на лице. Гарри открывает рот, чтобы предупредить Волан-де-Морта или сказать Реддлу, чтобы тот проваливал, но все, что выходит, — это еще один стон, когда Волан-де-Морт кусает его. Глаза Реддла встречаются с его глазами, и Том ухмыляется. Гарри пытается сверкнуть глазами, но в этот момент Волан-де-Морт снова вонзается в него, глубоко и мучительно медленно, прямо в простату. И все, что Гарри может сделать, — это запрокинуть голову, провести ногтями по плечам Волан-де-Морта, потянуть его вниз и прижать к себе еще крепче. В следующий раз, когда он способен выдержать этот взгляд, Реддл исчезает.

***

После этого, сидя на коленях у Волан-де-Морта, обхватив его одной рукой за талию, а другой прижав голову к своей груди, он вспоминает. Он впивается костяшками пальцев в ребра Темного лорда. — Что? — спрашивает Волан-де-Морт приглушенным голосом, уткнувшись лицом в волосы Гарри. — Твой двойник видел нас, — говорит он. Волан-де-Морт хмыкает в знак признательности, его пальцы дразнят край одного из синяков, которые он оставил ранее. Гарри снова тычет его в ребра, пока его руку не ловят и не переплетает с ней пальцы. — Ты меня слышишь? Волан-де-Морт вздыхает в его волосы, крепче прижимая его к себе. — Мне все равно, — говорит он, и кажется, что он уже наполовину задремал. — Что? — Гарри пытается отстраниться, посмотреть ему в глаза, но его любовник не дает ему этого сделать, снова крепко сжимая руку. — А почему бы и нет? То есть… — Гарри. — Он ухмылялся, наблюдая за нами. Тебе не кажется, что… — Гарри, — Волан-де-Морт использует свою хватку на волосах Поттера, чтобы откинуть его голову назад, и он вынужден встретить усталый взгляд своего любовника. Сквозь стиснутые зубы он спрашивает, — что в этот момент заставило тебя поверить, что я хочу обсудить моего двойника, путешествующего во времени? Гарри удивленно моргает. — М-м. Хорошо. Тогда о чем ты хочешь поговорить? — Ни о чём, — говорит Волан-де-Морт, снова зарываясь лицом в волосы Гарри. Гарри смеется, толкая Тёмного лорда коленом в бок. — Что насчет второго раунда? Волан-де-Морт стонет. — Возможно, через час. — Уже устал? — со слабой улыбкой спрашивает Гарри. — Тебе нужно вздремнуть, старина? — Когда тебе будет столько же лет, сколько мне, ты можешь сколько угодно говорить о моем возрасте. А до тех пор советую воздержаться. — О, пожалуйста, — произносит Гарри, закатывая глаза. — Не будь ребенком. Тебе еще и восьмидесяти нет. Волан-де-Морт резко дергает его за волосы. — Воздержись. Смеясь, Гарри поворачивает голову, чтобы поцеловать Волан-де-Морта в грудь. — Хорошо, — говорит он, — но только потому, что ты был очень вежлив.

***

На следующий день он замечает, что Том наблюдает за ним. Потому что это его дом, и потому что все они здесь взрослые (хотя он и не стал бы считать так по тому, как Реддл и Волан-де-Морт не могут мирно существовать в одной комнате), он отказывается чувствовать себя неловко. Подняв подбородок, он встречает насмешливый взгляд Реддла. — Насладился представлением? — Вообще-то, да, — отвечает тот. Он ухмыляется, и внезапно Поттер понимает очевидное желание Волан-де-Морта сразиться с ним. Он задается вопросом, когда Том успел так освоиться здесь, или все это игра воображения. — Это было довольно… поучительно. — Ну, хорошо, — Гарри откашливается, закидывает ногу на ногу и выпрямляется в кресле. — Я счастлив это слышать. — По крайней мере, это ответ на вопрос, какова твоя роль. Гарри хмурит брови. — Подожди, что? — Тебе нечего стыдиться, Гарри, — говорит ему маг. Он подходит ближе, окидывая взглядом тело Гарри, ошибочно принимая его удивление за отрицание. — В этом нет необходимости. В конце концов, это очень важная работа, учитывая все стрессы, с которыми приходится сталкиваться твоему господину ежедневно. — Единственный стрессор здесь — ты, — огрызается Гарри, вместо того чтобы обратиться к чему-либо еще в этом заявлении. — В таком случае, добро пожаловать, поскольку я любезно обеспечил тебя работой. Гарри хочет недоверчиво рассмеяться. — Для чего ты думаешь, я здесь? — Разве это не очевидно? — Объясни мне по буквам. — Ну, для меня это очевидно, — Реддл прижимает руку к груди. Затем в его темных глазах появляется озорной блеск. — Скажи, ты всегда так громко стонешь, или это было лишнее представление только для меня? Гарри встает, его щеки пылают. — Если ты собираешься вести себя как ублюдок, я ухожу. Но ему нужно пройти мимо Реддла, чтобы добраться до двери, и он останавливается, схваченный за бицепс. — Я не хотел тебя обидеть, — говорит Том. Гарри усмехается и хмурится. — Я серьезно, Гарри. На самом деле я довольно впечатлен эффективностью моего коллеги. Уже зная, что он пожалеет об этом, Гарри спрашивает: — Эффективностью? — Хм… — маг притягивает его ближе, и Гарри оказывается в неудобном положении, когда ему приходится прижимать руку к твердой груди Реддла, чтобы не быть прижатым к нему вплотную. — Я не часто чувствую потребность быть так близко к другому человеку. Думаю, что это экономит время, когда возникает потребность, имея кого-то, как ты, рядом. — Кто-то вроде меня, — ровным голосом повторяет Гарри. Это почти смешно, как он ошибается. Было бы еще смешнее, если бы так много людей не думали то же самое в самом начале. — Он тебе платит? — спрашивает Реддл. — Думаю, что ему это нужно, учитывая его внешность. Гарри поднимает брови, искренне пораженный дерзостью Реддла. — Нет, не платит. — Ну, я полагаю, быть правителем магической Британии означает иметь некоторые преимущества. — И ты думаешь, что я одно из них. — Посмотри на себя, — произносит Реддл, как будто этого объяснения достаточно. Он приподнимает лицо Гарри пальцем под подбородком, обводя его черты пристальным взглядом. Его взгляд останавливается на шраме и остается там. — Даже твои недостатки поражают. Не говоря уже о том, что ты не можешь быть старше двадцати пяти — слишком молод для человека его возраста, ты так не думаешь? — И какой в этом смысл? — Хм… — Реддл прищуривает глаза, размышляя. Он держит Гарри за подбородок одной рукой, прижимая большой палец к его нижней губе. — Скажи мне, распространяется ли твое служение на твоего господина во всех его формах? Глаза Гарри расширяются, и он прижимает ладони к груди Тома. Реддл отшатывается с обиженным видом. — Ты мне никто, — говорит Гарри, ощетинившись. — Пока нет. И кроме того, я думал, что ты не любишь секс. — Я сказал, что не часто сплю с кем-то, — поправляет Реддл. Его руки сжаты в кулаки, и он свирепо смотрит на Гарри. Когда он видит, куда смотрит Гарри, то заставляет свои руки расслабиться. Затем делает угрожающий шаг вперед. — Но в тебе что-то есть, Гарри. Я хочу знать, что. Гарри смотрит ему в глаза. — Ну что ж, удачи тебе в этом, — говорит он с фальшивой искренностью. Шагая к двери, он плечом протискивается мимо Реддла и добавляет: — Пока ты этого не сделаешь, то можешь справиться с этими желаниями сам.

***

— Хорошо, — говорит Гарри Волан-де-Морту позже той же ночью, положив голову ему на грудь. — Ты был прав. Волан-де-Морт проводит рукой его по волосам. — Обычно так и есть. В чем я прав на этот раз? Гарри вздыхает, разрываясь между нежностью к своему возлюбленному и раздражением на его молодою версию. — Твое молодое «я» хочет трахнуть меня. Волан-де-Морт задумчиво молчит в ответ. Затем говорит: — Возможно, тебе следует позволить ему. Гарри удивленно поднимает голову с груди Волан-де-Морта. — Ну, ты быстро передумал. — Хм? — Всего несколько дней назад ты ревновал… — Я не ревновал. —…при одном только взгляде на нас, сидящих друг напротив друга, и теперь ты хочешь, чтобы мы с ним переспали? Губы Волан-де-Морта стали тонкими. — Я не хочу, чтобы ты с ним переспал. Я только говорю, что это может оказаться… полезным. — Полезным? — Гарри качает головой, не совсем понимая, о чем идет речь. — Но как? То есть, я уверен, что есть вещи, которые он не говорит нам о том, как он попал сюда, но ты правда думаешь, что секс с ним сделает его более готовым раскрыть свои секреты? Волан-де-Морт смотрит на него так, словно он сказал что-то особенно глупое. — Я предложил это не для того, чтобы ты шпионил за ним. — О… — Гарри хмурится. — Тогда почему? — Почему люди обычно занимаются сексом? — раздраженно спрашивает Темный лорд. — Я думал, тебе понравится. — О, — снова говорит Гарри. — Э-э… ты очень заботлив, но в этом нет необходимости. — Он тебе неинтересен? — Ну как… — Гарри колеблется, решая, как ответить. — Я бы не сказал, что мне он не интересен… просто мне это не особенно интересно. — А почему нет? — спрашивает Волан-де-Морт. — Он твой ровесник, разве нет? Он… красив. Ему не удается скрыть усмешку при этом слове, и Гарри фыркает. — И что? — Итак, — продолжает Волан-де-Морт, пригвождая его к месту безразличным взглядом, — это типичные факторы, по которым человек может судить о своем партнере, разве нет? — Ну, я полагаю… — начинает Гарри, соглашаясь с этим утверждением. — Но ведь я с тобой, нет? Не то чтобы меня это волновало. — Нет, пожалуйста, — сухо прерывает его Волан-де-Морт, — скажи мне что ты думаешь на самом деле. Гарри хлопает его по груди. Нежно. — Ты знаешь, что я имел в виду. Волан-де-Морт задумчиво гудит, потом замолкает. Наконец, он говорит: — Ты бы не предпочел… — Нет, — прерывает Гарри, утыкаясь носом в грудь Волан-де-Морта, и обнимая его за талию. — И вообще, я хочу, чтобы ты знал: мне нравится, как ты выглядишь. — Хм. Гарри знает, что Волан-де-Морт не верит в сказанное, но он готов оставить все как есть. На сегодня. — И даже если бы я хотел его, — добавляет Гарри после паузы, — его личность оставляет желать лучшего. Все, что ему нужно сделать, это открыть рот, и я мгновенно передумаю, — он проводит пальцем по ребрам Волан-де-Морта, выводя сердечко. — Из вас двоих я бы выбрал тебя. Он слышит удивленное недоверие Волан-де-Морта, когда тот говорит: — Не так уж много людей чувствуют то же самое. Что он такого сделал, чтобы так обидеть тебя? — Он думает, что я твоя шлюха. Волан-де-Морт поднимает голову, чтобы встретиться с Гарри взглядом, его глаза широко раскрыты. — Неужели? Когда Гарри кивает, его губы дергаются. Гарри прищуривается, и голова Волан-де-Морта снова откидывается на подушку. Он прижимает ладонь к лицу, пряча рот, когда его плечи начинают трястись. Гарри садится, глядя на него сверху вниз. — Это не смешно! — протестует он. Волан-де-Морт только смеётся над ним. Он обхватывает Гарри за талию, прижимая к груди, а Гарри пытается вырваться из его хватки. — Но это так, любовь моя, — не соглашается Волан-де-Морт и снова смеётся. — Ах, подумать только, из тебя действительно получилась бы ужасная шлюха. — Что? — Гарри перестает щипать его за бок. — Это не так! Волан-де-Морт отбрасывает его руку. — Да? — Я был бы чертовски фантастичен, большое спасибо. Я был бы лучшей шлюхой, которая у тебя когда-либо была. Волан-де-Морт улыбается, прижимая ладонь к щеке Гарри, его глаза сузились от удовольствия, когда Гарри наклонился к нему. — Может быть, и так. Ты заманишь меня в ловушку одним своим взглядом, своей… дерзостью. Гарри фыркает. — Это очень хороший способ назвать меня грубияном. Волан-де-Морт цокает, с упреком постукивая себя пальцем по щеке. — Ты знаешь себе цену и уверен, что я тоже знаю ее. Я бы не назвал это грубостью. — Не думаю, что ты бы это знал, — Гарри наконец устраивается у него на груди, принимая руку, которой Волан-де-Морт гладит по волосам. — В конце концов, если я груб, то что это значит для тебя? Волан-де-Морт делает доблестную попытку выглядеть достойно. — Я… требовательный. — Ты подлый, старый ублюдок, — поправляет Гарри, целуя его в лоб. Волан-де-Морт кусает его за губу, и Гарри со смехом. — Но ты мне все равно нравишься.

***

Дело в том, что, когда он сказал Волан-де-Морту, что его не интересует Реддл, он именно это и имел в виду. Именно это. Но Реддл, похоже, решил изменить его мнение, и, как он узнал за свою относительно короткую жизнь, Том Реддл не из тех, кто легко сдается. Он ни перед чем не остановится.

***

— Добрый день, Гарри, — приветствует его Реддл, когда он входит на следующий день в гостиную. Гарри останавливается в дверях, гадая, не галлюцинация ли это, когда видит Волан-де-Морта, развалившегося в одном из кресел у окна напротив. Он подозрительно смотрит на них обоих, переводя взгляд с одного на другого. Всего несколько дней назад они с гораздо большей вероятностью разнесли бы комнату на части в поединке — из-за теории магии, политики или любого другого предмета под солнцем, очевидно, — чем сидели бы вместе. Но это, похоже, именно то, что они делают. Он распознаёт ловушку, когда видит ее, и все равно решает подыграть. — Доброе утро, — говорит он, усаживаясь на кушетку напротив кресла Реддла так, чтобы видеть их обоих. Он бросает вопросительный взгляд в сторону Волан-де-Морта, но тот слишком занят уравновешиванием Реддла с темным взглядом, чтобы заметить этого. — Мы только что говорили о тебе, — просвещает его Реддл. — Неужели? — Гарри поднимает брови. — Не хотите ли уточнить? — Конечно, — отвечает ему Реддл. — Видишь ли, я спрашивал своего коллегу о твоем… положении в его окружении. Гарри не закатывает глаза, но ему очень этого хочется. — И что же сказал твой двойник? — спрашивает он. Реддл задумчиво напевает. — Не очень много. — Какой сюрприз! — Конечно, я его не виню, — продолжает Реддл, поднимаясь на ноги. Он подходит к дивану, и Гарри услужливо двигается, подтягивая ноги к себе, а Реддл садится рядом и кладет одну руку ему на спину. Гарри почти впечатлен, хотя и не уверен, чем больше — смелостью Реддла или сдержанностью возлюбленного. Пальцы Реддла скользят по его шее, и ему приходится напрячь все свое самообладание, чтобы не вздрогнуть. Он поворачивает голову, и рука Реддла полностью ложится ему на затылок. Волан-де-Морт, наконец, смотрит на него; их взгляды встречаются. Гарри хочет спросить, о чем он думает. Впрочем, он мог бы и сам догадаться. — Если бы ты был рядом со мной, — говорит Реддл, сгибая руку и впиваясь пальцами в шею Гарри. Поттер глубоко вздыхает, чувствуя жар ладони Реддла и тяжесть его руки. — Я не уверен, что хочу делиться подробностями. На другом конце комнаты Волан-де-Морт двигается. Он едва заметно кивает. И, очевидно, Реддл уделял ему больше внимания, чем Гарри думал, потому что это, будто бы был сигнал, которого он ждал. Том крепче сжимает шею Гарри и тянет, заставляя посмотреть на себя, притягивая ближе. Гарри прижимает одну руку к подушке между ними, чтобы не упасть вперед, и это в основном срабатывает. — Что ты делаешь? — спрашивает он, бросая взгляд на Волан-де-Морта в поисках помощи и не находя ее. Реддл вздыхает, как будто ему скучно. — Разве ты… — Сделай это более очевидным, — перебивает Гарри, сверкая глазами. — Хм… — Реддл снова резко тянет его вперед, и Гарри вскрикивает, когда ему приходится тащиться вперед или утыкаться лицом в грудь Тома. С такого близкого расстояния он видит в его темных глазах красноватые искорки, похожие на засохшую кровь на фоне земли. Он чувствует дыхание мага на своих губах, когда тот говорит: — если настаиваешь. Прежде чем Гарри успевает запротестовать или решить, хочет ли он вообще этого, Реддл сокращает расстояние между ними, его другая рука поднимается, чтобы обхватить челюсть Гарри. Его поцелуй совсем не похож на поцелуй Волан-де-Морта — не только формой лица или полнотой губ, но и тем, как он целуется. Здесь нет ничего знакомого, ничего мягкого. Он целует так, словно хочет поглотить Гарри, настойчиво прижимаясь к нему, когда его хватка на челюсти становится почти болезненной, Поттер со вздохом раздвигает губы, чувствуя, как язык Реддла проскальзывает между ними. Он хватает Тома за рубашку, крутит ткань в руках, встает на колени, меняет угол наклона и прижимает мага к дивану. Реддл не сопротивляется, и Гарри задыхается от удовольствия, от силы, когда он седлает бедро Реддла, удерживая его на месте; когда втягивает язык в рот, скребет его зубами, когда Том протестующе вскрикивает, отшатываясь, насколько это возможно, от объятий Гарри; он улыбается в ответ на поцелуй, делает его мягким, наклоняет голову и проводит языком по нижней губе. Он облизывает рот Реддла, напевая в горле, довольный тем, как маг становится податливым под ним, когда они находят нужный ритм для поцелуя. Когда он отстраняется, ровно настолько, чтобы увидеть, как глаза Тома открываются в недоумении, его губы покалывает. Он спрашивает: — Это ответ на твой вопрос? Реддл смотрит на него снизу вверх, грудь его вздымается в замешательстве. — Что? Поттер отодвигается, прижимается коленом к промежности Реддла, и Том стонет, его голова откидывается назад, обнажая горло. Его бедра сгибаются, когда он трется о ногу Гарри, и волшебник ухмыляется. — О моем положении, — уточняет он, глядя на Реддла, растрепанного и распростертого на спине. — Это был ответ? — Я не уверен, — говорит Реддл, глядя в потолок и слегка задыхаясь. Затем его взгляд фокусируется на Гарри, — Возможно, тебе стоит уточнить. — Возможно… Он постукивает пальцем по губам, и взгляд Реддла следует за этим движением. Когда он смотрит на Волан-де-Морта, он улыбается, видя, как его глаза потемнели от возбуждения, как его ноги раздвинулись настолько, что Гарри мог бы занять свое место между ними, если бы захотел. И какая-то часть его хочет этого. — Возможно, мне следует это сделать, — продолжает он, и руки Реддла опускаются на его бедра; тепло его ладоней легко проникает сквозь одежду и кожу. Он наклоняется вперед и целомудренно целует уголок рта парня. — Или… — он утыкается носом в щеку Реддла, вздыхает, прижимаясь к его коже, и Реддл дрожит под ним. — Может быть, — добавляет он, когда хватка Тома на его бедрах становятся все крепче, — вам лучше пойти нахуй и оставить меня в стороне от той нелепой игры, в которую вы вдвоем играете. Реддл замирает, пойманный. — Что… — Ты думаешь, я слепой? — спрашивает Гарри, прижимая зубы к коже, когда Реддл выгибается под ним дугой. — Вы спорите друг с другом с первого дня. Не используйте меня для этого. — Мы не собирались… Гарри сосет мочку уха, сильнее прижимает колено к промежности Реддла, и бедра Тома вздрагивают, когда он испуганно выдыхает. Он говорит: — Не лги мне. — Гарри, — умоляюще просит Реддл. Когда Гарри посмеивается в его ухо, Том дрожит. — Уже лучше, — тянет Гарри. Он прижимает ладони к груди Реддла, приподнимается, чтобы сесть на пятки, и Том хрюкает от неожиданного давления. Он разглаживает складки, оставшиеся на рубашке мага, проводит большим пальцем по линии пуговиц, как будто хочет расстегнуть их. — Но недостаточно хорошо. Без предупреждения он встает с дивана, полностью покидая распростертое тело Реддла. Так же быстро Том приподнимается на локтях, глядя ему вслед с открытым ртом, и Гарри делает еще один шаг назад, засовывая руки в карманы, потому что иначе он мог бы заполнить это открытое пространство пальцами. Том выглядит обиженным, как будто хочет возразить против внезапного разрыва контакта между ними, но не знает, как это сделать. Когда Поттер смотрит на Волан-де-Морта, его муж смотрит на него так же пристально. Гарри качает головой, глядя на них обоих. — Возьмите себя в руки, — резко говорит он. Он не знает точно, что происходит между ними, или почему они решили втянуть его в это на этот раз, но он готов поспорить, что они оба виноваты. — Вы оба. А потом разворачивается и уходит. Когда он шагает к двери, намереваясь спрятаться в библиотеке на час или пять и поработать над проектом нового законопроекта, который требует его внимания, он слышит, как Волан-де-Морт говорит: — Я думаю, что самое время сказать, что я предупреждал тебя.