София Руссо.
В середине моей ежедневной прогулки я слышу тихие крики слева от меня в переулке. Сейчас около 5 утра, и солнце только что взошло. Я иду в переулок, и мое сердце болит от того, что я вижу.
Ребенок свернулся в клубок и заплакал.
Я направляюсь к нему.
— Эй, ты в порядке? — Мягко спрашиваю я её.
Я всегда любила детей.
Она качают головой и слегка шаркают прочь от меня.
— Все в порядке, я не собираюсь причинять тебе боль, я хочу помочь, скажи мне, что случилось, — я слегка улыбаюсь им.
-Я… я убежала, — бормочет она самым милым голосом, который я когда-либо слышала.
— Но почему? — Обеспокоенно спрашиваю я.
На вид ей лет 5.
— Они у-ударили меня, — ее губы дрожат, и она протягивает руку.
На ее ладонях видны ожоги от сигарет и фиолетовые синяки. Я делаю несколько глубоких вдохов.
— Хочешь пойти со мной, Я помогу тебе помыться и набью что-нибудь в твой маленький животик?
Она немного помолчала, потом неуверенно кивнула.
— Я обещаю, что не причиню тебе вреда, возьми мою руку, — я протягиваю ее, и она хватает ее.
Она встает с маленьким рюкзачком на спине.
Видя ее полное тело, она выглядит больной. У нее видны ребра, а на ней только жилет и брюки. У нее самые великолепные зеленые глаза, которые я когда-либо видел. Ее волосы спутаны и прилипли к лицу сбоку, а одежда грязная.
Мы идем к моей машине и едем в особняк. Никто не должен быть на ногах, кроме Блейка, он просыпается около 4.
Я захожу в дом и иду в спортзал с малышкой, которая все еще держит меня за руку. Я открываю дверь и вижу, что Блейк тренируется.
— Ты можешь помочь мне с чем-то очень важным? — спрашиваю я.
— Да, конечно, что такое? — Он вытирает пот и подходит ко мне.
Я жестом приглашаю его выйти, и его глаза расширяются, когда он видит моего ребенка.
— Не мог бы ты помочь мне вымыть ее и накормить, пожалуйста? — Умоляю вас.
— Ладно, пойдем в гостевую комнату, я скажу служанкам, чтобы они приготовили завтрак, — он идет на кухню, а я иду в одну из гостевых комнат.
Я раздеваю ее и сажаю на табуретку в душе. Я начинаю мыть ее, и Блейк приходит с какой-то одеждой и зубной щеткой от своей тети, у которой есть 8-летний мальчик. Мы намыливаем ей волосы шампунем, и я наконец-то вижу настоящий цвет волос.
Она брюнетка. На ее руках остались шрамы, покрытые грязью, а на спине-синяк. Похоже на отпечаток ботинка.
Я вытираю ее, одеваю, чищу ей зубы и спускаюсь к завтраку. Мы едим тосты и горячий шоколад с яйцами. Я сажаю ее на диван и начинаю говорить.
— А когда твои родители начали тебя бить? — Спрашиваю я.
— С тех пор, как мне исполнилось 3 года, — тихо отвечает она.
Я хотела убить их. Как они могли ударить такого маленького невинного ребенка?
— Сколько тебе сейчас лет?
Она поднимает пять пальцев на правой руке.
— Ну, они больше никогда не будут бить тебя, потому что ты теперь живешь здесь, — улыбаюсь я и обнимаю ее.
Она заслуживает настоящего дома с людьми, которые будут заботиться о ней. Я не отдам ее в приемную семью, потому что это жестоко. Она может подвергнуться еще большему насилию, если будет усыновлена или воспитана не теми людьми.
Жить здесь опасно, но я могу попросить судью объявить меня ее опекуном. Я устроила для нее представление и поднялся наверх.
Прежде чем я успел постучать в дверь Брайса, Мэдисон открыла ее. Я закатываю глаза, глядя на ее наряд. На ней короткое ярко-розовое кружевное белье, она с отвращением оглядывает меня с ног до головы.
— А Брайс здесь? — Спрашиваю я монотонным голосом.
— Вот дерьмо, — слышу я шепот позади нее.
Я отталкиваю ее в сторону и захожу в комнату, Холл пытается одеться.
Наверное, им было весело.
— Я просто хотела поговорить с тобой кое о чем, но, очевидно, ты занят, Найди меня, когда закончишь, — я выхожу обратно.
Я иду в свою комнату, принимаю ванну и переодеваюсь.
***
— Можно нам мороженого, пожалуйста? — Умоляет Блейк.
Он смотрит на меня щенячьими глазами вместе с Хлоей. Она сказала нам, что это ее имя, но она хочет его изменить. Я предложил называть ее просто Мия.
Я закатываю глаза: — хорошо, но давай сначала положим эти сумки в машину.
Мы ходили по магазинам за одеждой и игрушками для Мии. Они складывают сумки, и я прислоняюсь к ней, видя, что мужчина смотрит на меня с другой стороны парковки, я поднимаю бровь.
Это жутко.
Он ухмыляется и уходит. Я решаю не позволять этому беспокоить меня. Мы идем в магазин за мороженым и закусками. Поворачивая за угол, я снова вижу мужчину, но на этот раз он смотрит на нее.
Я выпроваживаю их, и мы уходим.
***
— Какой-то жуткий парень наблюдал за нами в торговом центре, — сказала Я Блейку на кухне.
— Как ты думаешь, кое-кто уже знает о ней? — Спрашивает он.
— Никто никогда не видел меня с ребенком, и если у этого жуткого парня есть босс, то теперь они в опасности, — я закатываю глаза и вздыхаю.
-Тебе не следовало приводить ее сюда, — говорит Энтони.
— А что ты хотел, чтобы я сделал? Оставить ее там? Что, если какой-нибудь мерзавец найдет ее и причинит вред? Я не прощу себе, если случится что-то травмирующее, я могу защитить ее, — я свирепо смотрю на него.
— Ты не знаешь, на кого работает этот парень, у вас с Брайсом враги, ты рискуешь жизнью маленького ребенка, — он скрещивает руки.
Как он может говорить такое? Неужели я должна была оставить ее там? Я действительно подвергаю ее опасности, но я могу защитить ее и сделаю это.
Я иду в свою комнату и вижу Холла на моей кровати.
— Чего ты хочешь? — Хмуро спрашиваю я.
— Я не спал с ней, — сообщает он мне.
— Почему я должна тебе верить? — сердито спрашиваю я.
— Я уже собиралась, но остановила ее.
— Почему ты остановил ее? — Говорю я, скрестив руки на груди.
— Потому что я хочу иметь что-то с тобой, София, поверь мне, я хочу, ты не должна прощать меня за то свидание, но я обещаю, что не спал с ней, — он подходит ко мне и держит мою щеку ладонью.
Его руки теплые, и я склоняюсь к его прикосновению.
— Я прощаю тебя, но не позволяй этому случиться снова, — я закатываю глаза.
Он неожиданно целует меня в щеку и выбегает за дверь.
Я прислоняюсь к ней и слегка краснею.
Мы можем работать.