Колючие

Макс зафиксировал угол скатерти книгой и удовлетворенно кивнул. — Ну чё ты, щас потянешь за скатерть и этой же книжкой себе морду разобьешь! — возмутился Мишка. — Так это, без книжки она съезжает, — возразил Макс. Мишка страдальчески вздохнул, выбрался из-под стола, убрал балансирующую на ножках перевернутого стула книгу и едва успел поймать ускользающую скатерть. — Ну вот, я же говорил! — воскликнул Макс. Мишка отмахнулся от него и попросил: — Злат, дай резинку для волос. — Какого цвета? — деловито спросила Златка, высунувшись из нагромождения диванных подушек. — Розовую. — Темную или светлую? — Светлую. — С блёстками или без? — Без. Златка немного разочарованно протянула Мишке резинку, и он старательно зафиксировал угол скатерти, примотав его к ножке стула. Макс восхищенно присвистнул и признал: — Да, есть у девчонок свои плюсы… Когда мы с Андрюхой строили крепости, всегда всё книгами прижимали. — Поэтому ты такой на всю голову ударенный, — радостно согласился Мишка. — Видимо, — не менее радостно согласился Макс. — Ну чё, мы довольны результатом? Он отступил на пару шагов, любуясь. Крепость занимала почти половину гостиной. Основное помещение состояло из укрытого розовыми простынями и окруженного диванными подушками стола. Дальше тянулись пристройки из перевернутых стульев, укрепленные шваброй, веником, трубой от пылесоса, лыжами и выбивалкой для ковров. Крышей служили скатерти, шторы и пледы. На полу Мишка со Златкой расстелили одеяла и разложили подушки. — Я буду здесь спать, — объявила Златка, выглядывая из оставленного меж подушек окошка. — И Миша тоже, потому что одна я боюсь. — Угу, — проворчал явно готовый к такому повороту Мишка. Макс сочувственно вздохнул, а Златка снова исчезла в недрах своего дворца. Она уже перетаскала туда почти все важные вещи: плюшевых поняшек, небольшое трюмо, шкатулку с украшениями, косметичку, театральную сумочку, платье с блёстками, пластмассовую корону, пачку шоколадного печенья, телефон, книги со сказками и зубную щетку — на всякий пожарный. — Сговорились, да? — спросил Макс. Мишка философски пожал плечами и принялся прилаживать к двери колокольчик. — Это еще на… зачем? — насторожился Макс. — Будет весело звенеть, когда ты башкой об стол долбанешься, — пояснил Мишка. — Кстати, ты тоже здесь ночуешь. — Чё это? — А то. Иначе Златка посреди ночи попрется проверять, не страшно ли тебе там одному, и меня за собой потащит. — Думаешь? — Знаю. Макс вздохнул и кивнул, признавая Мишкину правоту. — Только мы ж там не поместимся, — вдруг сообразил он. — Там же всякие поняшки и прочая ху…дожественная это самое. — Ничё, перетаскаем, — отмахнулся Мишка. — Злат, давай сюда трюмо. Реакции не последовало. — Злат? — позвал Макс, с подозрением глядя на ногу в полосатом носке, высунувшуюся из-под разъехавшихся диванных подушек. Мишка заглянул в недра крепости и сообщил: — Уснула. Макс задумчиво хмыкнул, еще раз оглядев царящий кругом хаос. Еще бы она не уснула после такого. Весь вечер вкалывала, строила себе идеальное жилище… — Можно там как-то всех этих поняшек к стенке, чтобы мы тоже влезли? — спросил он. — Щас. Мишка просочился под стол и принялся аккуратно переставлять Златкины сокровища. — Готово, — сообщил он через пару минут. — Сможешь влезть и не развалить ничего? — Попробую. Макс кое-как пролез под стол, сшиб одну из подушечных стен, поспешно приладил ее обратно и огляделся, включив фонарик на айфоне. Сопящая Златка, приклеенные на скотч картинки на внутренней стороне столешницы, горка Златкиного имущества в углу, сердито зажмурившийся от яркого света Мишка… — Ой. — Макс поспешно выключил фонарик, улегся на разъезжающиеся подушки, упершись головой в ножку стола и подтянув колени. — Завтра не разогнусь. — А надо было покупать стол побольше, — ответил Мишка. — Я чё, знал, что нам под ним еще ночевать? Предупреждать надо, — проворчал Макс. Мишка фыркнул, заерзал, пытаясь устроиться поудобнее. Места ему не хватало, хоть он и свернулся калачиком. — Ща, погоди. Макс сгреб в охапку раскинувшуюся морской звездой Златку, уложил ее компактнее, сам тоже развернулся. Правда, теперь, когда он лежал не по диагонали, ногам стало совсем тесно. Поворочавшись немного, Макс сдался и выпнул одну из подушек, расширяя жилплощадь. Мишка это дизайнерское решение критиковать не стал. Он молча вытащил из соседней части крепости одеяло, развернул его, укрывая себя, Макса и Златку, и наконец улегся, пристроив голову на груди у Макса, потому что всё остальное пространство было занято. — Не задохнешься? — уточнил он, приподняв голову. — Нормально, — заверил его Макс. В конце концов, можно будет выбраться и уйти потихоньку в кровать, если станет совсем неудобно. — Точно? — Угу. Слушай, Мишань… — Чё? Макс молчал. Может, и не говорить ничего? Всё равно они перебесятся и забросят эту затею, чего Мишку зря нервировать? — Ну? — нетерпеливо спросил Мишка. — Андрей звонил, — нехотя сказал Макс. Он высвободил руку, которую подложил было под голову, и на всякий случай обнял Мишку, чтобы тот не психанул и не сбежал раньше времени. — И чё ему надо? — настороженно спросил Мишка. — Да хуй его знает, — честно сказал Макс и подозрительно глянул на спящую Златку. — То есть хрен. Мишань, я это… Короче, не знаю, может, не надо тебе рассказывать и зря волновать, только получится же наоборот, закон подлости и все дела. — Ну? — Ну, короче, им там опять моча в голову ударила, они кого-то усыновить собираются, — виновато сказал Макс. — И чё? — после небольшой паузы спросил Мишка. — Мне должно быть обидно? — Да не в этом дело. Ну, не только в этом. Короче, это самое… Во-первых, они мне опеку не отдают, а во-вторых, ну… Им вроде как надо для показухи, чтобы ты у них пожил, — сообщил Макс и быстро добавил: — Я их послал. Мишка весь напрягся, но убегать не порывался, и Макс продолжал: — В общем, можно подождать и посмотреть, чем дело кончится, или… Ну, я не знаю, в суд идти и писать заяву, наверное. — В смысле? — Ну, чтобы отдали тебя мне. Только я не знаю, квартира же съемная… И Андрюха будет против. — А у него квартира не съемная, угу. — Мишань, я просто боюсь, что сунусь требовать права, а они меня на хуй пошлют как ненадежного, а тебя в детдом или Андрюхе вернут, — вздохнул Макс. — Угу. Какое-то время Макс разглядывал белеющие в темноте рисунки, приклеенные к столешнице, и молча ерошил Мишкины волосы. Гениальное решение проблемы никак не приходило в голову. — Ладно, — сказал он наконец, — поговорю с Катей, найму адвоката, а там посмотрим. — Угу.