Колючие

Кончик языка то и дело лез туда, где недавно была пустота. Юрка поймал на себе Машин взгляд и смутился: — Непривычно. Она понимающе кивнула. — Можно я всё-таки сам? — без особой надежды спросил Юрка, вынимая из кармана ключи. — Дома, наверное, нет никого. — Вместе пойдем, — твердо сказала Маша. Юрка совсем стушевался, прижал было ключ к панели, опустил руку, пробормотал: — А вдруг… — Меня не тронет. Маша каким-то образом была в этом уверена, и Юрка в глубине души знал, что она права: не тронет. Но она-то откуда могла знать? Пока Юрка придумывал отговорки, к подъезду подошел сосед сверху, буркнул что-то приветственное, прижал ключ к замку. В лифте ехали молча. Лестничная площадка изо всех сил обещала плохое. Плитка под ногами дребезжала особенно невыносимо, чётко по нервам. Ключ в замке не хотел поворачиваться. Юрка едва не шепнул Сенькино заклинание, но спохватился, оглянулся на Машу — и без труда повернул ключ. Отец был дома, разумеется. Юрка увидел с порога его вещи, бросил на Машу умоляющий взгляд. — Не вхожу, — сказала она, придерживая дверь. Юрка благодарно кивнул и шагнул в прихожую. Отец вышел из большой комнаты, на секунду замер, впитывая в себя происходящее. Юрка отчетливо увидел, как он молча глотает вопросы. Значит, игнор. Ладно, так проще. — Я тебя искал, — сказал отец, когда Юрка открыл дверь своей комнаты. — Да? Юрка полез на стул, снял со шкафа пыльную спортивную сумку. — Даже в больницы звонил и в морг, думал, мало ли. — Не нашел? Юрка принялся запихивать в сумку свою одежду, выбирая наименее позорную и наиболее подходящую по размеру. Выходило мало. — Не нашел. Юрка сочувственно цыкнул: — Расстроился, наверное. Виноватое выражение с лица отца не слетело. Наверное, репетировал, старался. — Мог бы в полицию заявить, — сказал Юрка, сметая со стола учебники и выдвигая по очереди все ящики. — Сообщил бы особые приметы. Шрамы там, травмы… — Юра. Юрка хотел послать его, но не смог. Нечестно. На пороге Маша стоит, а отца кто поддержит? Юрка проглотил ехидный ответ, сказал как есть: — Я пока у друзей поживу. Огляделся, соображая, не забыл ли чего. Рюкзак, сумка… — Зубную щетку не забудь, — сказал вдруг отец. — У меня уже есть. Юрка вышел в коридор, чуть не толкнув отца плечом. Передумал, прижался к дверному косяку, чтобы не коснуться. Направился было к Маше, развернулся, открыл дверь в отцовскую спальню. Снял со стены одну из фотографий, оставляя пустоту. Отцовский взгляд жег спину. Юрка запихал фотографию в сумку, застегнул молнию. Отец стоял у зеркала и выглядел каким-то очень незначительным, маленьким, потерянным. Так ему и надо. — Вернешься? Юрка дернул плечом, скривился. Ремешок сумки больно впился в синяки даже сквозь куртку. — Возвращайся, — тихо сказал отец. Юрка вышел из квартиры, и Маша аккуратно закрыла за ним дверь.