Колючие

Мишка приоткрыл левый глаз, со страдальческим стоном потянулся к телефону, чтобы выключить будильник. Сбросил с себя Максову руку, в полном недоумении открыл правый глаз, ткнул Макса в бок. — А? — Подвинься, а то щас свалишься. Макс, опасно свисавший с края кровати, заворочался, приподнялся было, но Мишка его удержал: — Да дрыхни уже, чё. К стенке двигайся. Сам он выпутался из одеяла, перелез через изножье кровати и поежился, ступив на холодный пол. — Я чё, уснул, что ли? — недоуменно пробормотал Макс, перекатываясь к стенке. — Видимо. Мишка уткнулся взглядом в расшитую черно-красными цветами рубашку, висящую на дверце шкафа. Получается, Макс ее всё же отыскал вчера, а уж потом задрых окончательно. — Там это самое. — Угу. Мишка смылся на кухню, чувствуя отвратительную неловкость. Бедный Макс! Развлекал его рассказами про морг и обмороженных бомжей, перерыл свои шмотки в поисках вышиванки, потом дрых всю ночь в неудобной позе… Пока закипал чайник, Мишка насыпал коту корма и сменил воду. Потом поставил на плиту сковородку, принялся резать помидоры и лук для яичницы. Макс чем-то загремел, выругался, прихромал на кухню, явно стараясь шуметь как можно меньше, но всё равно топоча стадом слонов. — Ну чё, сойдет рубашка? — спросил он, аккуратно обходя завтракающего кота. Мишка сердито дернул плечом. — Ладно, давай я тебе новую подгоню, на когда надо? — Сиди дома, — сквозь зубы ответил Мишка. — Да сегодня не получится, Мишань. Златку надо забрать. Если тебе надо, я пораньше смотаюсь, куплю рубашку, закину ее тебе, а потом в садик, а? — Нормальная рубашка. Сойдет. Мишка яростно придвинул стул, чтобы Макс мог положить на него ногу, отвернулся к плите, бросил на сковороду мелко нарезанные овощи и принялся их перемешивать. — Чё-то ты сегодня… — Чё? — почти крикнул Мишка. — Всё нормально Мишань? Опять чё-то снилось? Мишка постарался взять себя в руки, помотал головой и тут же спросил: — Как нога? — Да ничё, щас разомну, полегче станет. Мишка поджал губы, разбил в шипящую сковородку яйца, еще раз запретил себе психовать и спросил: — Когда больничный заканчивается? — Да хуй бы его знал… Во вторник, по-моему. — Продлишь. Макс благоразумно промолчал, и Мишка продолжал, накрыв яичницу крышкой: — И за Златкой не поедешь, сиди дома. — Да какой там сиди дома, — начал было Макс, но Мишка его оборвал: — Я сам ее заберу. — Да? — с сомнением переспросил Макс. — Угу. Чё я, по-твоему, на автобусе никогда не ездил?