Take revenge

Руки изодраны в кровь. Удар за ударом. Перевёрнут стол, разбита лампада. Маленький огонек перешёл на пол. Деревянный дом вспыхнул, словно зажженная спичка, унося с собой его бывших обитателей. Но Джисону плевать, он лишь сжимает в руке клочок бумаги - портрет короля. Глаза опухли от рыданий: два часа покорности судьбе прошли. Теперь только сражаться. Сражаться, чтобы выжить и отомстить. Его глаза горели, отражая пламя горящего дома. Нет, он не умрёт здесь, в пожаре. Он будет жить.

***

Шаг. Ещё шаг. Капля. Дождь. Весь промокший под дождём, он шёл к городу. Что он хотел найти? Джисон не знал. Зачем шёл? Но и этот вопрос без ответа. Лишь его горящие глаза вели его вперёд, вели к столице. Маленькая деревушка, в которой он жил, была удобно расположена возле города. Удобна для набегов, для разбоя, для любых причуд короля. Лишь деревушка за стеной. Но теперь в ней нет жителей. Нет домов. Лишь пепел и трупы. Шаг за стену. Первый шаг в столице. Но всё такой же зловонный запах. Такие же вымученные от тяжелой работы лица. На самой вершине виделись стены дворца, контрастируя с окружающей мерзостью. Его белые стены на фоне трущоб выглядели комично. Каждое утро толпа усталых рабочих отмывали стены. Грязь, кал, надписи, кто-то испорожнился, оставляя темно-бурые следы. Но к раннему утру все будет вычестено, чтобы королевская чита могла и дальше продолжать радоваться жизни, не отвлекаясь на мусор у подножия их дома. Дворец было видно из каждого угла столицы. Из бедных трущоб окраины, из богатого пригорода, из королевских садов - везде. Золото, что сияло ярче солнца; мрамор, что отражал чистую невинность, так контрастирующую с действиями обитателей этого рая. Помпезные колонны, парадная лестница, ведущая прямо ко входу. Туда, где проживают убийцы, чьи руки в крови тысячи невинных. Туда, где выносят самые жестокие приговоры, способные утопить города в крови. Вот он ад. Дождь не сможет потушить огонь. Темнело. Чем дольше он шёл, тем меньше людей было вокруг. Заплетающиеся ноги оступились, и он упал прямо на колени посреди улицы. Он не хотел вставать. Хотел, чтоб разыгравшийся ливень утопил его или его прикончила молния. Только не вставать. Пока он не увидел, что упал в ноги какому-то господину. Красные бархатные туфли с золотой вышивкой. Нет. Он должен встать. Он ни перед кем не будет на коленях. — Что тебе надо, попрошайка? — прозвучал громкий голос явно бывшего "вояки". Джисон резко вскочил и отряхнулся. — Я не попрошайка, — не понимая от чего, начал вскипать Хан. — Проваливай. Уязвлённая гордость. Откуда она взялась, если минуту назад он хотел умереть? Но сейчас он лишь хотел разозлить этого господина, хотел поделиться той злостью, что засела в нём. Джисон подошёл к нему вплотную, смотря прямо в глаза, хоть и был значительно ниже и меньше его. — Я не попрошайка, — уверенно, жёстко, как никогда в своей жизни. И эти глаза вновь загорелись огнём ярким, разрушительным и таким болезненным. Мужчина смотрел на него, на его глаза, и какая-то совсем смутная мысль промелькнула в его голове. — Как тебя зовут? — Джисон. — 10 ударов кнутом этому сорванцу, — откомандовал он неприметным мужчинам подле него.