A Million Fraying Threads/Миллион разорванных нитей

Когда Стайлз открыл дверь, чисто выбритый и покрытый следами от только что сделанного пирсинга, Дерек понял, что пора снова прощаться. Это не должно было причинить столько боли, как раньше. Однако, Хейл почувствовал, как скрутило живот и будто что-то сильно ударило его в грудь. Такая реакция была слишком сильной для расставания с человеком, с которым Дерек едва разговаривал, прежде чем Стайлз исчез, чтобы найти новый путь через лей-линии. Прошло четыре месяца, но все же Стайлз вернулся, готовый уйти так же, как и все предыдущие три версии до него. «Если тебе станет легче, Лидия совершенно уверена, что ты вернешься живым». Крик, который издала Лидия, чтобы услышать сквозь призму мира и магии Неметона, оглушил Дерека на несколько часов. Земля содрогнулась от силы настолько, что было даже зарегистрировано землетрясение. В это время Дерек смотрел сквозь смотровой камень. Силовые линии задрожали, нити вибрировали, как музыкальные струны. Лидия чуть не упала в обморок от стресса, но ей хотелось понять как можно отчетливее, куда ушел Стайлз, последний Стайлз. Она сказала, что это как открыть глаза под водой. Детали были расплывчатыми, изображения несфокусированными и находилось в постоянном движении. Обжигало так же, как и соленая вода, из-за чего ей было трудно разобрать ощущения из другого мира, в который она пыталась добраться. Лидия сказала ему, после того как ее голос вернулся и она могла стоять самостоятельно, что не будет рисковать проделывать подобное еще раз. «Может быть, в этом и состоит моя роль», - прохрипела она, с еще замутненным взглядом, - «отверстие, просверленное в моем черепе и обострившее мои связи со сверхъестественным, было сделано для того, чтобы я смогла видеть настолько далеко. Ни прошлое, ни будущее, ни смерть или магию, а мир, лежащий за пределами нашего собственного». Ее дыхание было прерывистым, когда она вытерла уголок глаза. «Я не могу сделать это снова, но возможно, я сделаю это еще единожды. Возможно, я дошла до этого момента в своей жизни, чтобы просто помочь убедиться, что они все вернутся». Сказав это, Лидия не могла смотреть на Дерека. Хейл не хотел придавать этому особого значения, но теперь, когда Стайлз вновь появился в его доме, с припухлыми и покрасневшими участками кожи в тех местах, где металл с камнями пронизывал его лицо, оборотень не мог не поверить, что он каким-то образом являлся причиной ухода Стайлза. Ухода их всех. Они не могли здесь оставаться из-за него. «Я потерял твою книгу», - сказал Стайлз, коротким движением поднимая руку, словно желая вернуть пропавший предмет. Он почесал шею и поморщился. - «Прости за это». «Хочешь войти?» - спросил Дерек, пронзенный внезапным желанием провести больше времени с этим Стайлзом, прежде чем он больше никогда его не увидит. Дерек хотел знать, кто он такой, чем он отличается от других, потому что все они были разными, пусть и совсем немного. Каждый из них был Стайлзом, но никогда одним и тем же. Дерек ощущал какую-то упущенную возможность, потерянный потенциал, энергию, которая пытается сформироваться, но никогда не примет истинную форму. От этого становилось грустно, и Дерек не мог сказать, почему. Стайлз прошел мимо Дерека и упал на диван, его длинные конечности были странно жесткими и негнущимися. Он попытался провести рукой по лицу, но затем вздрогнул и остановился, случайно задев пирсинг. «То, что я собираюсь сделать, должно быть невозможно», - тяжело вздохнул Стайлз, и этот тяжелый звук утонул в подушках дивана. - «Но, по-видимому, я не смогу себя перехитрить». Парень одарил Дерека слабой улыбкой. «Эта искусственная магии, ритуал, чтобы отправить меня через лей-линии, все это… должно быть невозможно. Все это выдумал я сам. Взял из сотен источников, собрал все воедино, совершил прыжок веры и позволил Дитону нанести кинжалом удар мне в сердце без всяких гарантий, что смогу вернуться». Дерек почувствовал себя дурно, так, словно аконит заструился по его венам. Стайлз, все они, возможно, предпочли смерть, лишь бы не оставаться здесь. Он знал, что жизнь Стайлза стала нелегкой за годы до того, как все это случилось. Но, неужели все было так плохо, что смерть стала предпочтительнее? Была ли у всех них какая-то надежда в той другой реальности, настолько сильная, чтобы переправить Стайлза через миры. Было ли там что-то лучшее, чем здесь? Дерек напомнил себе, что Лидия верила, будто Стайлз, пройдя через ритуал, продолжит жить в другой реальности, всего в каком-то шаге от их собственной. Но это не могло остановить желчь, поднимающуюся в горле от осознания, что тот, кто вернулся первым, пошел на этот риск без всякой гарантии. «Извини», - сказал Дерек голосом, который прозвучал довольно слабо даже для его собственных ушей. Он сел рядом со Стайлзом, оставив между ними подушку. - «За все, через что тебе пришлось пройти». Стайлз посмотрел на него, как на пазл, приоткрыв рот в невысказанном вопросе. Стилински сглотнул, и Дерек наблюдал, как движется кадык парня, сжимаются его губы. «Дерек, ты ни в чем не виноват. Ты знаешь это, да? Ты не в ответе за ...» «Мне все еще жаль. Я бы хотел, чтобы тебе не приходилось всего этого делать», - Дерек оборвал себя и посмотрел на свои руки. Оборотень не сжимал их, на манер того, как очень часто делал Стайлз, но Хейл молча пересчитывал пальцы, когда говорил. «Ты прошел через многое. Я думаю, через большее, чем все мы знаем. Больше, чем мы кода-либо сможем узнать», - фыркнул он. - «Я хотел бы оказаться тогда там. Чтобы защитить твоего отца». Стайлз погасил тихий шокированный вздох, прежде чем он действительно сформировался. Но Дерек все еще его услышал. Хныканье, вопль, рыдание. Когда Стайлз заговорил, боль в его голосе была хорошо замаскирована, но заметна. Особенно Дереку. Не потому, что он был оборотнем, а потому, что говорил то же самое. Иногда казалось, что они на одной волне, две сломанные души просто пытаются найти опору. Однако у Дерека не было целого нового мира, в который можно было бы сбежать. «Дерек», - прошептал Стайлз. - «Это ты меня извини. Мне жаль, что я был таким гребаным придурком в то время. Я вел себя, как придурок со всеми». «Ты был подростком», - фыркнул Дерек, - «все приходит с опытом». «После случившегося», - покачал головой Стайлз, - «мне не нужно было обвинять всех в своих проблемах. Я мог бы обратиться к друзьям за помощью, вместо того, чтобы отгородиться от них. Я мог бы… мы были друзьями, верно? Мы ведь друзья?» Он казался таким отчаянным в своем желании, чтобы это было правдой, и из-за этого что-то внутри Дерека камнем пошло ко дну. Ни один из них не был хорош в выражении чувств, несмотря на то, что они уже стали взрослыми. «Да, Стайлз. Мы друзья». Стайлз кивнул, стиснув зубы и глядя куда-то в пространство, когда, очевидно, что-то произнес про себя в своих мыслях. Ободрение, напоминание, подтверждение. Дерек не знал, не мог спросить. «Я должен был пойти к тебе, когда я был потерян, зол и одинок. Ты бы меня понял. Возможно, всего этого беспорядка можно было бы избежать, если бы я просто доверился этому порыву. Все произошедшее… даже не знаю», - фыркнул Стайлз. - «Все произошедшее кажется больше похожим на рок или судьбу, чтобы можно было это проигнорировать». Он потянулся к сумке, которую принес с собой, и вытащил дневник, оставленный последним Стайлзом. Парень положил блокнот на стол. «Для следующего, если я снова появлюсь», - сказал Стайлз. «Тебе не обязательно уходить», - предложил Дерек. Он знал, что это ни к чему не приведет, но он должен был сказать это. Стайлз покачал головой. «Да, я знаю». Дерек хотел спросить, действительно ли здесь так плохо, но слова замерли на его губах. Он не хотел слышать ответ. «Было приятно тебя повидать, Дерек». - Стайлз протянул руку и хлопнул Дерека по колену. Дружеская хватка длилась всего мгновение. Момент ощущался важным и заряженным, как часто бывает во время прощаний. «Я рад, что ты нашел здесь свой путь». Дерек подумал о зданиях, которыми он владел, о подрядчиках, которых он нанял, о стае, частью которой он был лишь условно, о своей сестре и кузине, и о том, как они пытались восстановить семейные связи, о Бикон-Хиллз, и о том, что здесь был его дом, несмотря на все произошедшее. Ему было интересно, какое знание Стайлз приобрел из путешествий по лей-линиям. Что такого хорошего Стайлз видел в том пути, на который наткнулся Дерек, бредя по жизни? «Надеюсь, ты найдешь то, что ищешь, когда вернешься», - сказал Дерек, не зная, что еще он мог сказать. Стайлз смотрел на него, как будто вновь что-то ища, но в то же время отстраненно. Это нервировало, но Дерек не отвернулся. Затем Стайлз улыбнулся, и все болезненные чувства Дерека растаяли. «Спасибо, Дерек». Через несколько часов, когда полумесяц залил лофт своим мягким светом, Лидия постучала в его дверь. Когда Хейл открыл, девушка не ждала ни секунды, прежде чем обнять его. Дерек замер на мгновение. Они никогда не были близки, уж точно не настолько, чтобы обниматься в качестве приветствия, но через мгновение он обнял ее в ответ. Они стояли вот так в дверном проеме несколько минут, оба прислушиваясь к тишине, как будто это был полный оркестр, но слушали разные песни. «Я не знал, что ты в городе», - сказал Дерек, когда Лидия, наконец, пошевелилась в его объятиях. Она отступила и вытерла щеку, а Дерек покорно проигнорировал запах соленой влаги. «Ты приехала, чтобы увидеть Стайлза?» Лидия покачала головой и вошла в лофт. «Включи свет. Не все могут видеть в темноте ». - он щелкнул выключателем, и она села на стул у барной стойки. - «У тебя есть кофе?» Дерек приготовил чашку напитка в кофемашине Брэйден. «Что привело тебя сюда?» «Я пытаюсь выкупить дом моей бабушки у озера. Нынешние владельцы используют его только летом, поэтому я надеюсь, что достаточно высокая цена заставит их подумать о поиске нового места для отдыха». Дерек кивнул и принес ей кофе. «Я имел в виду, что привело тебя ко мне». Девушка фыркнула, словно появление ночью и объятия с оборотнем, не должны были вызвать лишних вопросов. «Я знаю, что он жив», - сказала она. – «Я знаю это. Я не делаю необоснованных предположений. Я уверена, что Стайлз жив в той реальности, в которую он отправился». «Но?» «Но его переход чувствуется так, будто он умирает». - ее голос сорвался в конце предложения, и она отвернулась. - «Я так привыкла к смерти. На данный момент это просто что-то неизбежное и постоянное. Но ни один мой друг не умирал с тех пор, как …», - глубоко и медленно выдохнула она, - «умерла Эллисон. И это больно. Это ужасно и больно. Он жив, и я это знаю, но мне все равно кажется, что он умирает в тот миг, когда кинжал входит в его сердце. И мне пришлось пройти через это дважды». Она пригубила кофе, при этом девушка выглядела более измученной, чем когда-либо позволяла другим видеть ее. «Если действительно есть по одному Стайлзу на каждый разрыв в лей-линиях… я не знаю, смогу ли я это сделать». «Тогда зачем ты пытаешься переехать обратно?» Лидия не стала бы покупать старую собственность своей бабушки, если бы не собиралась там жить. «Потому что Бикон-Хиллз похож на черную дыру, и меня влечет ее притяжение», - горько сказала она. Дерек только кивнул, потому что он не мог этого отрицать. Он тоже все еще находился здесь. Они оба уехали на какое-то время, но вот где снова оказались. «Мои силы», - сказала Лидия, проводя кончиком пальца по краю кружки, - «они резонируют здесь иначе, чем в Бостоне или в Космическом центре. Невозможно избавиться от какого-то чувства. Оно похоже на то, как будто…не знаю, будто я что-то упускаю. Я все еще слышу голоса, все еще чувствую мертвых, появляюсь в местах, где меня быть не должно, если не обращаю пристального внимания на то, куда иду. Но я чувствую себя не на своем месте». Дерек понимал. Это было похоже на зуд под его кожей, волчий вой, который толкал его бежать, бежать и бежать. За пределами Бикон-Хиллз ему становилось хуже. Он чувствовал себя неустроенным, беспокойным. Какая-то его часть была опечалена тем, что он бежал прочь из Бикон-Хиллз. С момента возвращения он все больше и больше чувствовал себя там, где должен был быть. Желание бежать возникало, когда он становился беспомощен. Это началось, когда люди начали пропадать, когда феи похищали людей со всего города, с тех пор как… с тех пор, как Стайлз ушел. Не уехал в университет, а совсем покинул эту реальность. «Ты все еще так же себя чувствуешь здесь? В то время, как..» - Дерек прочистил горло, не зная, о чем он спрашивает. «В то время как Стайлз приходит и уходит из нашего мира, как будто он случайно прогуливается через шкаф, ведущий в Нарнию?» - Лидия фыркнула, но кивнула. - «Да уж. Я здесь более ... цельная, если можно так сказать. Но прямо сейчас в Бикон Хиллс не все в порядке. Лей-линии в том состоянии, в котором они находятся… Думаю, становится лучше. Они восстанавливаются, исцеляются. Но все происходит так медленно и это дезориентирует». Она сделала большой глоток кофе и потерла глаза. «У нас в лесу около пятидесяти отметок разрывов лей-линий, Дерек. Мы даже не уверены, что нашли их все. Сколько еще раз нам придется его потерять? » Дереку нечего было на это сказать, но на самом деле она не ожидала ответа. «Ты хочешь остаться на ночь?» - она бы не пришла к Дереку за утешением, если бы не хотела побыть одна. Лидия благодарно улыбнулась ему. «Я могу некоторое время не спать. Я принесла свой компьютер. Есть работа, которую нужно завершить» «Без проблем. Только не кричи. Клянусь, у меня в ушах все еще звенит с прошлого раза». «Не даю никаких обещаний», - рассмеялась она легким глухим смехом, который противоречил тому, насколько она устала на самом деле. Дерек пошел искать запасные постельные принадлежности для выдвижного дивана, пока Лидия допивала кофе. «Брэйден сказала мне, что нашла место, где зафиксирована активность фей». Их было сложно отследить. Появление фей не всегда приводило к появлению большого количества пропавших без вести. Это зависело от того, временно или постоянно они обитали в данном районе. Некоторые феи жили почти исключительно в своем собственном царстве, в то время как другие интегрировались в человеческий мир, появляясь, когда хотели, но всегда находились где-то поблизости. Дерек рассказал Лидии об их плане, когда она приехала, чтобы с помощью крика заглянуть в другие миры. В любом случае, попытка получить информацию от фей была бы невозможна без нее. «Рядом с Сакраменто, да. Она звонила вчера». «Я поеду туда в эти выходные», - добавила Лидия, относя уже пустую кружку в раковину, чтобы сполоснуть ее. – «Дай мне знать, если…», - она кивнула в сторону журнального столика, на котором все еще лежал дневник Стайлза. «Да, конечно». Между ними росла странная, но сильная связь, мало чем отличавшаяся от связей, которые они разделяли со Стайлзом. «Мы друзья, да?» - спросил Дерек, повторяя слова Стайлза, сказанные ранее. Прошло так много времени с тех пор, как у Дерека были нормальные друзья. Он всегда дистанцировался от стаи неудачников в Бикон-Хиллз, потому что они были детьми, а он - нет, но теперь эта разница в возрасте была не такой существенной. Он не хотел, чтобы прошли годы, и никто из них не сказал, что они стали друзьями. Это имело значение. Странный, просящий тон, которым Стайлз поставил статус их отношений под сомнение, доказывал, насколько плохо Дерек демонстрировал другим, что они заняли место в его жизни и, что он хотел, чтобы они в ней оставались. «Да, Дерек. Мы друзья».