perfectum

За неделю до.

– Это небезопасно! Казалось, Ричард вот-вот закричит, но этого все не происходило. Лицо оставалось каменным. Жестянка держался лучше всех, как и положено машине. В отличие от Гэвина, который орал в ответ во весь голос. – Да ладно? Работа у нас вообще охуеть небезопасная! В полицейском фургончике, стоявшем у захваченного магазина, кипела работа. Вернее, кипел пока только скандал. Их вызвали на вооруженное ограбление небольшого продуктового, вот только грабитель оказался по совместительству начинающим террористом. – Я пойду. Сниму диод. – Тебя заклинило, пластик? Это еще больший риск. В диалог вклинился техник, Мартин: – Рид прав. Нарушим требования этого ублюдка и пиздец. А проверить, человек или андроид, легко. Ричард сложил руки на груди и сделал вид, будто вздохнул. – Да. Верно. Гэвин кивнул и начал снимать с себя кобуру. Миллер уже стоял наготове с бронежилетом. Мартин внимательно следил за мониторами, внутри магазина осталась только одна рабочая камера, и в нее было видно ровным счетом ничего. – Давайте все-таки дождемся федералов? – Неуверенно начала Тина. – Он же не простой придурок с района, так что это скорее их головная боль. – Или подождем второго пришествия, – Гэвин уже стягивал с себя футболку. – Времени нет. У меня одного здесь есть опыт, так что отъебитесь, иду я. В фургоне повисло тяжелое молчание. Пока Гэвин застегивал на себе бронежилет, Мартин цеплял на него нужную аппаратуру. Все спряталось под футболкой, кожанку сверху Гэвин решил не надевать, чтобы не вызвать лишних подозрений. Тина потрепала Гэвина по плечу. – Береги себя. Мартин и Миллер пробубнили что-то про осторожность. Ричард открыл Гэвину дверь. Он думал, что напарник промолчит, но тот все-таки выдал сдержанное: – Удачи.

***

– Все, тебя больше не видно в камеру, – Голос Миллера в наушнике заставлял Гэвина чувствовать себя спокойнее: он не один. Внутри магазина у Гэвина было только две задачи. Во-первых, обменять себя хотя бы на попавших в заложники детей. Во-вторых, постараться при этом не сдохнуть. Лампа над входной дверью не горела. Осколки разбитой витрины хрустели под ботинками. Гэвин медленно шел вглубь магазина, подняв руки. От страха сводило живот. У прилавка стоял молодой человек лет тридцати, Лютер Дэвис. Он прижимал к себе заплаканную девушку. К ее виску был приставлен пистолет. – Детектив Рид, полиция Детройта. Гэвин окинул заложников быстрым взглядом. Они были напуганы, но, кажется, целы. Двое мужчин, три женщины и три ребенка сидели на полу вдоль прилавка кассы. Гэвин видел личное дело каждого в этом помещении. – Докажи, что ты не пластмасска, – Голос Дэвиса дрожал. Он выглядел немногим лучше тех, кому угрожал. В наушниках Миллер тихо благодарил бога, что они не послали Ричарда. Гэвин все так же медленно наклонился и подобрал с кафеля осколок стекла, пальцы чуть подрагивали. Он порезал себе ладонь и показал выступившую кровь. – Человек. Наша часть уговора выполнена, твоя очередь. – Ты не будешь мне указывать! Пуля просвистела у Гэвина под ногами. Тот даже не успел проследить за дерганными движениями Дэвиса. К горлу подкатила тошнота. – Машина уже скоро будет, – Гэвин заговорил, чтобы дать знать, что он в порядке. – И ты уедешь. Тебе все равно не нужны все. – Подними руки выше и прокрутись. Гэвин выполнил указания и замер. Дэвис повернулся к людям у прилавка. Он слишком сильно надавил дулом пистолета удерживаемой девушке на шею, та тихо пискнула. Дэвис посмотрел на нее с удивлением, будто только заметил, и оттолкнул от себя. – Она и мужчины могут уйти. Дети тоже. В наушнике раздался радостный гул. – Ты идешь сюда и садишься на пол. Насмерть перепуганные люди по одному выходили из магазина. Холодный металл прижимался Гэвину к затылку. – У него максимум два патрона, Ричард пересчитал, – Сообщил Миллер. – У тебя будет фора, пока он достает второй пистолет. Ближе всех к Гэвину сидела брюнетка едва за сорок. Женщину заметно знобило. Гэвин улыбнулся одним уголком губ и подмигнул ей, хотя сам не трясся только гигантским усилием воли. Входная дверь закрылась за последним человеком. По стенам скользили красно-синие огни проблесковых маячков полицейских машин. От «своих» отделяло не больше сотни футов. – Приехали снайперы, – Голос Миллера вывел Гэвина из анабиоза. – Попробуй подвести его к окну. «Как два пальца об асфальт. Сейчас, за ручку возьму и отведу» – Подумал Гэвин, ни одной адекватной идеи в голове не появилось. – Если ты сдашься, легко отделаешься, – Осторожно начал он. – Никто ведь не пострадал. – Если ты заткнешься, повысишь свои шансы выжить. – Ты ведь все равно далеко не… Одна из женщин всхлипнула, и взбешенный Дэвис выстрелил в ее сторону. На втором нажатии курка затвор остался открытым: патроны закончились. Гэвин среагировал мгновенно. Он заломил выставленную руку и опрокинул противника на пол. Тот попытался дотянуться до второго пистолета. Слава богам, заложницы воспользовались моментом и рванули к выходу. Гэвин отвлекся на них всего лишь на долю секунды, и тут же получил рукояткой пистолета по голове. Обжигающая боль растеклась по виску. Гэвин выбил оружие и попытался зафиксировать Дэвису руки, но не успел. Со стороны черного хода появился Ричард. Удар по ребрам опрокинул Дэвиса на бок. Ричард достал из-под его ремня второй пистолет и отбросил в сторону. Гэвин предпочел остаться сидеть на полу. – Я бы сам справился. – И вы прекрасно справились, детектив. Что было пугающим в манере драться андроида, так это отсутствие необходимости смотреть на противника. Ричард бил с отрешенным взглядом и абсолютно спокойным лицом. Но Гэвин откуда-то знал, что напарник злился. Как будто необъяснимым образом научился считывать настрой жестянки, хоть до конца и не верил в реальность отыгрываемых эмоций. Ричард рывком поднял Дэвиса на ноги и чуть снова не уронил хуком в корпус. И согнуться пополам не дал: схватил за шею и как пушинку приподнял на свой рост. – Он нам живым нужен, – Не то чтобы Гэвин не хотел бы сделать ровно то же самое. – Не слишком. Но я его не убиваю.

***

Ничего серьезнее порезов от стекла на теле Гэвина не оказалось. После исключения сотрясения врач отпустил его из машины скорой помощи с миром. Тина то обнимала, то начинала ругать. Начальство настаивало на рапорте вот-прямо-сейчас. Вокруг сновали ни разу не припозднившиеся ФБРовцы, собирались уезжать отработавшие свое снайперы. Во всеобщей суете безучастный Гэвин сидел на подножке фургона, завернутый в плед. Адреналин уже отпустил, оставив внутри пустоту и смертельную усталость. Гэвин не сразу понял, что к нему кто-то подсел. Ричард внимательно смотрел на напарника. И в его взгляде Гэвину померещилось осуждение.