Ёжик в Принстон Плейнсборо

— Осложнения рассеянного склероза, – Хаус сидел за стеклянным столом, ведь он смог вновь собрать команду за две минуты. — По симптомам не скажешь! – начал отбиваться Чейз. – Это только начальная стадия! — Значит, мы ошиблись! Теперь давайте думать, что вызвало кому, а по возможности, и остальные симптомы. — Вирусный энцефалит? – предложила Тринадцатая. — Фактически, да, кому вызывает, но нет жара и не объясняет тромбоз. Менингит тоже в мусорку. Дальше! — Недостаток орнитинтранскарбамилазы! – выпалил Форман. — Я же сказал, не только кома, но и остальные симптомы! Более того, думаешь Ёжик каждый день проводит в стейк-хаусе? Хм, звучит прямо как имя моего брата. Ладно, вот результаты всех анализов, сделанных вами. Читаем: Инфекции не обнаружено, лейкоциты, эритроциты в норме, тромбоциты повышены, СОЭ слегка занижена. — Это типичное осложнение РС! – крикнул Чейз. Хаус посмотрел на него. – Если он вырос из начальной стадии в острую, то нам следует искать катализатор процесса.       Хаус задумался. — Что, если рассеянный склероз – это симптом? – Хаус произнес то, что повергло в ужас всю команду. – Какое было давление в самом начале?

Чейз начал судорожно перелистывать страницы карты. — 110 на 70. — Вы нашли тромб в легочной артерии. Откуда он там? Что рядом? — Легочная вена? — Что еще раньше по кровотоку из вен? — Эм, полая вена? — Что ж вы тормоза такие? Из-за застоя крови и повышения тромбоцитов там появился тромб! У него хроническая цереброспинальная венозная недостаточность. Отсюда слабый отток венозной крови от ЦНС, следовательно, застой углекислого газа и кома! Начинайте кортизол, будем надеяться, поможет.       Команда собралась уже идти, как вдруг Тринадцатая спросила: — А куда дети подевались? Хаус ехидно улыбнулся и посмотрел на нее. — Ты даже не представляешь, что может сделать большая пачка конфет! Этажом ниже. — Папа, ПАПАААА!!!! – орали дети во все горло, набрасываясь на Уилсона. — Доктор, у вас такая большая семья? – изумленно глядя на свору мелочи пузатой, спросила его пациентка. — Нет, это не то, что вы... – малышка забралась ему на плечи и заткнула рот головой от куклы. — Нас больше! – ответила она. — Ладно, я пойду уже. Всем счастливо! – она быстро покинула комнату.       Уилсон выплюнул кусок куклы и из всех сил закричал: "ХААААААУУУУУУУС!!!" — Нечего променивать друзей на пациенток! – закончил Хаус объяснение для Тринадцатой. — Вы ужасны! — Какой есть.

***

      Капельницу с кортизолом поставили. На всякий случай, добавили анаприлин в малых дозах, вдруг проснется быстрее. Оставалось только ждать... День клонился к завершению, на часах было уже 5 часов. Завершение рабочего дня. Команда уже оделась и, болтая о прошедшем буднем дне, направилась к выходу. К изумлению всех, у выхода в кресле сидел Хаус, по виду его можно было сказать, что он никуда не собирается. — Неужели останетесь на внеплановое ночное дежурство? — Я думаю, куда деть детей. В сестринской мало места, смотровых всего шесть, палаты заняты, а единственное место, где можно поспать в тишине и покое, это морг. А там плохо пахнет. — Спросите Кадди, что ли, – предложил Чейз, но потом понял, что сказал. — Похоже, у меня нет выбора, – ответил Грег, встал и направился в кабинет главврача. – А вы идите, я разберусь.

***

Сжав трость, Хаус снова без стука вошел в кабинет. — Мне нужно место для детей, – сказал он, воткнув трость в пол как копье. — У нас тут больница, а не детский сад, если ты не заметил! — Предлагаешь выкинуть их на улицу? Весь день ими занимался я! Даже тебя не доставал! У тебя в распоряжении целая больница, денег у тебя даже больше, чем предостаточно. А они из детдома, у них нет почти ничего. Неужели ты окажешься даже упрямее, эгоистичнее, бессовестнее и бездушнее меня? Я взял их на несколько дней, чтобы подарить им счастье. Да, я делаю что угодно, дабы ублажиться, но почему когда я могу помочь бедным детям, ты отказываешь не мне, А ИМ. Не моя это выходка! И знаешь, почему последние несколько дней ты занимаешься бумажной работой? Почему твоя секретарша резко заболела? Это ЖАДНОСТЬ! Четвертый круг ада! В наказание тебе идет бесполезная работа. Подумай о детях! Куда мне их сейчас девать? Неужели... — Хватит! Половина отделения трансплантологии сейчас на ремонте. Палаты точно готовы. И прими викодин, а то совсем с катушек слетишь.

***

Хаус стер пот со лба, кивнул, посмотрел в пол и вышел из кабинета, достав пузырек викодина. Прошло пять часов. Достав нужное количество белья и халатов за место пижам, он уже собрался укладывать своих малышей спать. — Дядя Грег, – вдруг послышался тихий голос, – а вы нам сказку расскажете? Хаус улыбнулся. — Обязательно. Про Санта-Клауса и трех оленей. Один был черный, другой – австралиец, третий вообще был женщиной...

***

Хорошее завершение трудного дня. Когда рассказ подошел к концу, измученный диагност вернулся в кабинет, улегся на диван и плюнул на все. Его разбудил Форман, который пришел раньше всех. Хаус, открыв один глаз, осмотрелся и спросил: — Который час? — Почти восемь утра. — Где остальные? — Тут! – отозвалась Тринадцать. — А что с пациентом? — По прежнему в коме. — Отмените кортизол, возьмите кровь на посев. Пусть пока полежит без лекарств. — А вы куда? — Дети скоро проснутся, надо же их накормить? — Они еще здесь? – удивился Чейз. — Э-ге-гей! Посев ждет! Чейз смиренно пошел за кровью, Тринадцать была отправлена следом, а Форман остался с Хаусом. — Сегодня ты будешь помогать мне с детьми. — Почему я? — Ты шоколадного цвета. А дети любят шоколад.

***

Чейз, прогнав кровь через центрифугу, уселся за микроскоп. Тринадцать села рядом со второй пробиркой. — И когда же Хаус перестанет играть в няньку? – тихо начал Чейз. — И ты спрашиваешь. — Просто как-то странно, пришел врачом, а работаешь нянькой. — Как будто ты не привык к выходкам Хауса... Хм, странно. Взгляни-ка! Чейз посмотрел. — Эритроциты понижены? — Вот именно. Это не рассеянный склероз и никакая не цереброспинальная недостаточность. Тем более, кома не из-за болезни. — Хочешь сказать, кому вызвало лечение от РС? — Что способен выдержать иммунитет, который всю жизнь не сталкивался ни с чем из лекарств сильнее настоя ромашки? — Ничего. — Начинаем диализ.

***

В это время Хаус и проснувшиеся дети заняли половину кафетерия. — Давай еще пять сэндвичей! – командовал он продавцом. Очень скоро кафетерий посетил Уилсон. Набрав чего-то с кофейком, он заметил богатство Хауса. Джеймс подсел рядом. — У тебя впервые столько еды, – оценил это богатство Уилсон, – теперь ты не будешь брать у меня еду? — Это не для меня! Все сэндвичи детям. Все до единого. Следовательно, я без еды, а следовательно... Хаус со скоростью Хауса выхватил с подноса Уилсона первую попавшуюся на глаза вкусняшку. Тот печально утопил взгляд в черном кофе. — А сейчас дядя Эрик даст вам вкусный чай! Из-за прилавка вышел Форман в шляпе повара и фартуке с большим подносом с чашками и не менее здоровым чайником. Уилсон каким-то образом умудрился засунуть палец в джем, после чего вытереть это о стаканчик с кофе. — Что может быть лучше начала хорошего дня? — Сам хороший день? — А я думал дети... Стой, мне звонят. Алло. (зажал телефон рукой) Австралиец. (отпустил телефон) Вы уверены? Хорошо. Диализ совместите с переливанием, на низких эритроцитах он долго не протянет. — Вы вроде бы его от рассеянного склероза лечили. — Этот колючий комок в коме от лечения. Гормоны надпочечников по нему слишком сильно ударили. — Нет, я не десерт! – отбивался от детей Форман. – Вас Хаус подговорил? А время шло. Спустя три часа пыток команды детьми, появились первые результаты диализа. Состояние начало улучшаться. — Поздравляю, – сказал Хаус и окинул взглядом команду. – Теперь, когда пациент стабилен, продолжайте поиск улик. Вы освобождены от детей. А у вас (он обратился к малышне) теперь новые няни! Оказалось, Хаус еще подкупил пару медсестер, которые не были заняты. Но всю радость обломал звонок пейджера. На этот раз, приказав жестом идти за собой, Грег сам отправился в палату. Ежик, еще не отойдя от коматозного состояния, вяло катался по кровати, держась за живот. — Снова боль в животе? – удивился Чейз. — В прошлый раз закончилось тромбом, так что сейчас давайте кубик гепарина и везите на КТ, нужно объяснение этим болям.

***

После того, как Форман ввел гепарин, Чейз и Тринадцать повезли уже успокаивающегося ежика на КТ, по дороге взяв третий анализ крови, порученный Форману. После тщательных анализов крови и КТ, команда собралась в лаборатории, где Форман доделывал последний анализ. — Что мы имеем? – спросил Хаус, положив трость на стол и усевшись на него. — Тромбооразование в печени, даже не одно. Разрушено гепарином. У нас все. — Форман? — В крови выраженная гипохромная анемия. Гемоглобин на уровне 0.75, кровь потемнела, еще лейкоцитоз и билирубин повышен. — Вы получили положительный результат на антинуклеарные антитела. Значит, следующим шагом будет выяснить какая это гемолитическая анемия, аутоиммунная наследственная, изоиммунная или приобретенная. Изучите его карту. — Изучать нечего, он никогда не болел чем-то подобным. — Какая группа крови и резус у матери? — Все то же, вторая положительная. — Значит, уже остается два варианта: наследственная или приобретенная гемолитическая анемия. — Но это можно определить только поставив окончательный диагноз! Хаус склонил голову. — Значит, – продолжил он, – нам нужна информация по этому пациенту. В скорой что-то говорили о медвежонке, вот Чейз и Форман, допросите его. Взяв трость, он сам решил отправится к Ежику.