Эксперимент

Они вошли в спальню рыцаря и остановились около кровати. Комната утопала в темноте. Лоренс поставил переносной светильник на небольшой столик, взял лучину и зажег от него развешенные по стенам масляные лампы. Просторная спальня тут же наполнилась приятным желтоватым светом. Впрочем, обстановка здесь царила та еще: кровать не застелена, по полу раскиданы различные элементы одежды. Все это сразу давало понять: несмотря на свое благородное происхождение к порядку Лоренс не был приучен. Чистоту он конечно же ценил, и даже частенько хозяйничал по дому, устраивал уборку, самостоятельно готовил… Но иной раз вполне мог развести в собственной спальне такой вот бардак. — Ты что не умеешь шкафом пользоваться? — придирчиво оглядев валявшиеся на полу носки, брюки и рубашки, Ольтер хмуро уставился на рыцаря. — Торопился, когда уезжал, вот и оставил все как есть, — неохотно признался Лоренс и принялся подбирать с пола раскиданные вещи. Впрочем, вопреки ожиданиям вампира, когда у рыцаря в руках образовался здоровенный ком из различного барахла, вместо того чтобы аккуратно все сложить или развесить, Лоренс просто взял все скопом и запихнул в шкаф, после чего плотно закрыл дверцы, чтобы «убранная» одежда ненароком из него не вывалилась. — Ну вот и все, — подытожил рыцарь и, с довольным видом засучив рукава, уселся на край не заправленной кровати — практически на самый ее угол, — Я готов! — Что должно значить твое «готов»? — переспросил Ольтер, недовольно уставившись на него. А Лоренс в ответ приглашающим жестом махнул ему рукой: — Снимай штаны и ложись ко мне на колени. — С какой такой стати?! Почему это я должен ложиться к тебе…?! — А как иначе прикажешь мне тебя лупить? — Ну явно не так! — вампир строго сверкнул красными глазами, — Иначе это будет уже не порка, а домогательство! А я тебе уже ясно сказал: ничем подобным сегодня заниматься с тобой я не стану! — Никакого домогательства, только порка! — тут же заверил его Лоренс, — Хотя если ты не хочешь в такой позе — можешь просто встать у стены и немного выгнуть спину. Но тогда рукой мне будет не удобно и, соответственно, я возьму ремень. — Нет уж, — тут же передумал Ольтер, — Никакого ремня, мы же договорились! — Тогда не возникай и ложись как я тебе велел. — И ты даешь мне слово, что не будешь делать со мной ничего пошлого?.. — Пока ты будешь у меня на коленях, единственное, что я буду с тобой делать — это тебя бить, за то, что ты сломал мой любимый арбалет, — со вздохом подытожил рыцарь. Вампир настороженно взглянул на него, затем, решив, что Лоренс все-таки не врет, принялся расстегивать ремень на брюках. По началу Ольтер хотел просто немного приспустить их — если потребуется до колен, но затем передумал. Все-таки велика вероятность, что в середине экзекуции он не выдержит и захочет сбежать… а при подобном раскладе болтающиеся на ногах штаны будут ему только мешать. С такими мыслями Ольтер полностью разулся, снял с себя брюки и аккуратно повесил их на спинку одинокого стула, что стоял у окна. Затем, старательно прикрывшись спереди своей шелковой рубашкой, осторожно подошел к рыцарю. Тот прошелся по вампиру заинтересованным взглядом: внимательно осмотрел стройные голые ноги и плотно сжатые в районе паха кисти. — Да ладно тебе, чего я там не видел? — с улыбкой пробормотал Лоренс, но под строгим взглядом вампира все-таки отвернулся чуть в сторону. — Можешь так тщательно не прикрываться, все равно голую задницу никуда от меня не денешь. Ольтер в ответ промолчал и только возмущенно хмыкнул. Он уже собирался лечь рыцарю на колени, но вдруг запоздало вспомнил о чем-то и тут же густо покраснел. Затем взял с кровати подушку, бросил ее поверх ног Лоренса и только после этого улегся в требуемую позу. — Можешь приступать, — стараясь унять дрожь и вообще держаться, как можно более достойно, в полголоса произнес Ольтер и тут же уперся локтями в матрас. Лоренс, не веря, что такое все-таки произошло, аккуратно прижал спину вампира левой рукой в районе лопаток — чтобы тот слишком не елозил у него на коленях от боли, а правой задрал его шелковую рубашку, обнажив напряженный от страха зад. По бледной кожи на округлых ягодицах тут же побежали мурашки. — Ты что, замерз? — осторожно поинтересовался рыцарь. Ольтер промычал в ответ что-то невнятное и уткнулся лицом в одеяло. Чувствуя, что он сгорает от смущения, Лоренс решил больше терпение вампира не испытывать. — Ладно, сейчас в миг согреешься, — с этими словами рыцарь отвесил ему первый шлепок — не слишком сильный, но далеко и не слабый. От второго удара Ольтер тихонько подал голос и весь напрягся. После третьего — плотнее вцепился обеими руками в одеяло и постарался сцепить зубы, чтобы не заорать. Он и представить себе не мог, что обычные шлепки по заднице, оставленные невооруженной ладонью рыцаря, могут оказаться настолько болезненными. А ведь, между прочим, вытерпеть ему предстояло целую сотню! Уловив волнение вампира, Лоренс плотнее прижал его к себе и продолжил ритмично бить. Зная толк в качественной порке, рыцарь старательно выдерживал паузу между ударами — ровно в три секунды и последовательно менял половинки с правой на левую, чтобы вампир мог как следует прочувствовать свое наказание. В итоге уже после десятого удара задница Ольтера не то, что согрелась — изрядно порозовела, а к двадцатому шлепку, вздрагивающий всем телом вампир после каждого удара принялся откровенно вскрикивать и сквернословить. Вслушиваясь в его судорожное дыхание, Лоренс счел нужным сделать паузу. — Ну, что скажешь? — деловым тоном поинтересовался он. — Чертовски больно! — дрогнувшим голосом отозвался вампир. — А еще жутко унизительно… — Может ты хочешь закончить на этом? — Осторожно предложил рыцарь, — Мы ведь как раз в спальне. Могли бы куда более приятными вещами заняться… — Нет уж, спасибо! — недовольно отозвался Ольтер, — Тебе что, одного отказа было мало? Сколько раз мне нужно повторять, что спать с тобой сегодня я не намерен?! — Ладно, как знаешь, — Лоренс разочарованно вздохнул и снова треснул вампира по заднице. Тот от неожиданности вскрикнул громче обычного и тут же обиженно пробормотал: — Мог бы и предупредить… — Лежи смирно и терпи, — сухо велел рыцарь. — Я и так тебе передышку сделал, а ты еще жалуешься! — Так ведь больно! — простонал Ольтер и тут же снова заорал, потому что получил очередной шлепок по левой половинке, — Черт… ты хоть чередуй нормально! А то с ума ж так можно сойти!.. Лоренс вернулся в правильный ритм и, невзирая на жалобы, которые отнюдь не закончились на вполне уместном замечании про очередность, продолжил от души лупить вампира. Тот перестал пререкаться, но вопить исправно продолжал. Вскоре его розовая задница от сурового натиска твердой рыцарской ладони совсем раскраснелась. Лоренс старался на нее не таращиться слишком откровенно, потому что в такой позе Ольтер выглядел чертовски аппетитно, да и повизгивал весьма заманчиво… Из-за этого с ним хотелось сделать что-нибудь куда более интересное, чем просто как следует выпороть. Впрочем, Лоренс твердо для себя решил — за испорченный арбалет вампира следует хорошенько наказать, а не придаваться во время экзекуции глупым фантазиям на тему того, как здорово было бы поставить его на четвереньки и войти сзади… Бороться с такими навязчивыми желаниями было сложно, даже несмотря на решительный отказ вампира разобраться в ситуации полюбовно. Тем не менее рыцарь держался стойко и старательно отвешивал своему «господину» болезненные шлепки, не имея совершенно никакого представления о том, какие откровенные мысли в этот момент бушевали в голове у Ольтера. Конечно, вампиру было чертовски больно и ужасно стыдно… но кроме этих неприятных моментов, удара так с десятого Ольтер начал испытывать еще и нешуточное возбуждение. Вместе с обжигающей болью, которая после каждого шлепка прокатывалась по всему его телу будто волной, внизу живота и в паху у него начало растекаться весьма приятное ощущение, жгучее и до жути смущающее. Ольтер даже опомниться не успел, как его член предательски встал. Хорошо еще вампир додумался на такой случай положить на колени рыцаря пуховую подушку. Иначе, чего доброго, тот мог бы заметить его эрекцию и тогда это стало бы позором для Ольтера на всю его бесконечную вампирскую жизнь! Тем временем порка продолжалась и была уже в самом разгаре. К пятидесятому удару ладонь у Лоренса уже приятно горела, а что до задницы Ольтера — она и вовсе дошла до такой кондиции, что от нее чуть ли не пар шел, и от каждого нового шлепка вампир теперь не только орал и ощутимо дергался, но и откровенно всхлипывал. — Как ты там? — Лоренс снова решил прерваться и вместо следующего удара осторожно погладил вампира по пояснице. — Еще держишься? Из-под одеяла, в котором Ольтер тут же спрятал лицо, донеслось неуверенное постанывание. — Если ты захочешь передумать и поменять порку на постель, я все еще не прочь заняться с тобой сексом, — на всякий случай напомнил рыцарь, но в ответ услышал только откровенное пожелание в свой адрес иди куда подальше. Лоренс со вздохом недовольно закатил глаза к потолку. Конечно, от души дубасить перекинутого через колени вампира было весьма приятным занятием, но к этому моменту рыцарь уже серьезно надеялся, что Ольтер начнет молить его о пощаде и согласится не то что переспать с ним — пообещает придаваться любовным игрищам в его спальне минимум дважды в неделю. Но нет… Вампир вздрагивал, вскрикивал, пытался елозить на его коленях, но продолжал терпеть. Наконец, когда задница Ольтера из красной стала уже совсем малиновой, а крики вампира сменились откровенным рыданием, Лоренс остановился. Выждав с четверть минуты, он осторожно потормошил вампира за плечо. — Что… уже все?.. — болезненно всхлипывая, пробормотал тот. — Нет, еще двадцать ударов осталось, — коротко сообщил рыцарь. — Тогда… почему ты остановился?.. — осторожно поинтересовался вампир. — Да жалко мне тебя, — признался Лоренс и легким движением потрепал разлохмаченные волосы на его макушке. — В каком смысле жалко?.. — сдержав плачь и шмыгая носом, настороженно переспросил Ольтер, про себя страшно надеясь, что рыцарь все-таки не заметил, как он уже дважды украдкой кончил ему в подушку… — Если честно, я не думал, что даже без ремня ты будешь так громко рыдать, — виновато пробормотал Лоренс, действительно ни о чем не догадываясь. — Ну, а чего ты от меня ожидал? — смущенно начал оправдываться вампир, — Это ты у нас с детства приучен к такого рода наказаниями. А я вот к подобному варварству совершенно не привык! — Ясно, — рыцарь вздохнул и снова нежно потрепал его волосы, а заодно и растер теплой рукой затекшую поясницу. — Ну и что мы теперь будем с тобой делать? — Ммм… — Ольтер от таких неожиданных ласк аж на мгновение выпал из реальности и довольно застонал. Впрочем, сквозь одеяло, в которое он старательно уткнулся носом, и блаженные стоны, и болезненное завывание — все звучало примерно одинакого. — Может ты все-таки передумал уже, а? — Лоренс легонько потянул его за плечо. — Передумал в каком смысле? — не понял Ольтер. Ведь после позорного стона, от страшного смущения мозги в его голове чуть не вскипели. — Ты о чем? — Ну как о чем?.. — не теряя надежду, смущенно отозвался рыцарь, — Мы ведь можем закончить все по-другому… — Ага! То есть в постели?! — гневно выпалил вампир, наконец, сообразив, что к чему. — Совсем обалдел?! Какой смысл предлагать мне такое в последний момент?! Когда я уже почти все до самого конца вытерпел, я, по-твоему, должен внезапно передумать?! И за каким чертом тогда я вообще соглашался на эту порку и столько страдал? Нет уж! Теперь ты точно обойдешься, недоумок! Выслушав его гневную тираду, Лоренс в недоумении пощупал подбородок. — Звучит так, будто чуть раньше у меня все-таки был шанс получить от тебя согласие… — Да, пожалуй, так и было! — злорадно отозвался Ольтер, уже окончательно отойдя от рыданий, — Но ты его проворонил, потому что ты — бестолковый олух! И вообще, раз у тебя пропало настроение меня бить, тогда я сваливаю отсюда… — Куда это ты собрался? — резко став строже, Лоренс грубо прижал вампира к кровати, не давая ему сползти с его колен на пол. — Раз я обещал тебе сотню ударов и менять ее ты ни на что не собираешься — значит получишь всю сотню! — Ай! — Ольтер тут же дико завопил от очередного весьма болезненного шлепка, — Раньше было слабее!.. — Это потому, что раньше ты вел себя поскромнее, — сурово заявил рыцарь и снова крепче обычного треснул вампира по уже изрядно обработанной заднице. — Теперь терпи, что заслужил! Вампиру ничего не оставалось, кроме как истошно вопить. Последние двадцать ударов стали для него настоящим наказанием, но и их предстояло вытерпеть. Ни о каком побеге Ольтер уже давно не мог и мечтать. Конечно, если говорить откровенно, он обладал не малой силой и, пожалуй, даже был посильнее Лоренса. Но в отличие от рыцаря, который мог использовать свои способности, когда ему заблагорассудится, вампиру требовалось активировать «ярость». В такие моменты его клыки увеличивались, зрачки сужались, на руках из обычных ногтей проступали длиннющие когти. Но для того, чтобы использовать эту вампирскую силу, Ольтеру следовало разозлиться и собраться с духом. А в такой позе — лежа у рыцаря на коленях с раскрасневшейся вздернутой кверху задницей он сделать этого просто не мог… Единственное что ему оставалось — это вцепиться зубам во вторую подушку, пронзительно орать и рыдать в нее, потому что одеяло с подобной шумоподавляющей задачей уже не справлялось.