Молодость прошла, прощенья неуместны

Оценивая обстановку вокруг в течение жизни, легко можно сказать, что вся человеческая сущность строится вокруг удовольствия. И для того, чтобы понять это, не нужно быть закоренелым гедонистом. В детстве весь смысл жизни сводится к тому, чтобы поиграть и делать только то, что хочется. Мы живем так много лет и совершенно не хотим ничего иного, а если и представляем наше будущее, то представления эти скорее походят на сказку. А потом нас по щелчку пальца погружают в жестокую взрослую реальность – начинается школа. Еще вчера хвалящие нас за то, что мы поели и поиграли родители вдруг резко меняют подход и начинают давить на нас из-за оценок, заставлять что-то учить и делать домашние работы, даже не давая нам понять, ради чего все эти пытки появились в нашей жизни. Все ссылаются на то, что мы еще маленькие и просто должны делать то, что говорят взрослые. А я не хотел ничего делать и все еще помню то ужасно разбитое моральное состояние, в котором я находился каждый день с утра, разлепляя глаза и снова отправляясь в школу, которая была для меня настоящей тюрьмой. Потом, спустя года, я начал думать, что учится надо для того, чтобы потом работать на хорошей работе и жить в свое удовольствие, и этот образ мышления сохранялся у меня вплоть до того, как я уволился из консульства и полностью переосмыслил свою жизнь. По сути, можно сделать вывод, что все мы учимся и работаем для того, чтобы потом получать удовольствие от серых будней и ни в чем не нуждаться. И как после этого не называть людей гедонистами? Не зря еще Эпикур писал, что все в этой жизни направлено исключительно на удовлетворение собственных желаний, на получение удовольствия. Однако, я понял для себя еще одну важную вещь – не нужно ждать никаких событий и никакого особого момента, чтобы начинать жить в кайф. По сути, те серые будни, от которых мы так хотим уйти, и есть наша жизнь, и если их все время избегать, то и годы будут лететь бесполезно и быстро. Если хочешь жить так, как всегда мечтал – не жди ничего и начинай прямо сейчас. Сначала будет казаться, что все не так и все не то, ведь хочется то большего, но с годами начинаешь осознавать, что нет ничего лучшего, чем то, что есть сейчас. Лично для меня стало открытием, что когда видишь вокруг сплошные возможности и позитив – то и мир вокруг преображается, словно следуя твоему взгляду на него. Поэтому я не стал сожалеть о том, что уже на следующий день после концерта придется лететь в Беларусь – в этом же тоже сплошные плюсы: можно увидеть родину, встретиться с родителями и старыми друзьями, да и в принципе побыть в родной обстановке. Разве это уже не стоит того, чтобы ни минуты не раздумывая отправиться в путешествие? И с утра, просыпаясь рядом с Антоном, который лежал в очень странной кривой позе, я снова прокрутил в голове все это, и как же хорошо стало на душе. Я не спеша принял душ, оделся в чистое, плотно позавтракал. Все, теперь я, обновленный и довольный, снова готов к великим свершениям. Придя к себе в комнату, я обнаружил, что Селя опять спит голый (сегодня даже без трусов) и, исходя из этого, не пожалел, что остался у Антона. Этому дибилу сколько не повторяй просьбу одеваться на ночь, все одно и то же – дуб - дерево хвойное, как говорится. Я подсобрал чемоданы, просмотрел ленту инсты и решил зайти к Максу, потому что наверняка мы выедем на место проведения концерта еще днем – надо же порепетировать хотя бы немного. Но он меня опередил и позвонил с просьбой прийти к нему в комнату. Я ответил, что приду в самое ближайшее время и уже через 10 минут настойчиво долбился в дверь его номера. Макс удивительно долго открывал мне, явно пытаясь то ли привести себя в порядок, то ли что-то скрыть от меня. Но тут скорее первый вариант, потому что уж я-то знаю, в каком виде он просыпается с утра – без слез не взглянешь. К тому же, у него в комнате еще и жена с детьми, может и они там все голые и растрепанные. Но вот дверь номера открылась, и передо мной предстал Максим, голый по пояс, в спортивных штанах и кепке. Своим внешним видом он напомнил мне одного из моих любимых порноактеров, и я тут же возбудился. Не говоря ни слова, я зашел в номер и скромно присел на край кровати, осматривая номер. Тут все было немного по-другому: более роскошная обстановка вокруг, позолоченные светильники на стенах и ручки шкафов и тумбочек, кровать с верхним ярусом, как в Букингемском дворце. Все это производило впечатление, кроме того, в этом номере было на одну спальню больше, да и гостиная была повнушительнее. Черт, а Макс на свою семью не поскупился, это, судя по всему, королевский люкс за кучу бабла. Конечно же, есть номера и подороже, но и этот весьма неплох. Я как-то задумался, рассматривая обстановку вокруг, и это заметил Макс: - Леха, але, что ты сидишь то такой зажатый? Никого нет в номере, не парься, Таня с детьми ушла на завтрак - Погоди, а что ты с ними не пошел? - Да я особо и есть то не хочу, тем более, я сказал, что буду решать рабочие вопросы - Ух ты какая деловая колбаса, посмотрите на него. Так что ты меня звал то? - Честно говоря, смотря на тебя, я уже забыл, зачем Я услышал в голосе Макса и увидел в его лице такой наглый флирт, что любому бы в глаза бросилось. Мне очень хотелось снова поцеловать Макса, потрогать все его тело, вдохнуть запах его тела, и я, не удержав себя в руках после такой игривой речи Макса, встал и подошел к нему для жаркого поцелуя. Он ответил мне тем же, и уже через пару секунд я снова чувствовал его грубые губы, его напористый язык, нагло лапал его всего. Черт, ни один человек не может заставить меня настолько сильно трепетать от возбуждения, как Макс. Только он своими уникальными качествами, своей чисто мужской грубой натурой может делать это. В тот момент я уже был готов отдаться ему целиком и без остатка, хотел, чтобы он оттрахал меня жестко и без церемоний. Но Корж отстранился от меня и сказал: - Лех, хватит, пожалуйста, в любой момент могут зайти Таня с детьми, к тому же не забывай, мы сюда работать пришли - Ну может все-таки мы…? – говорил я, сгорая от возбуждения - Нет, братан, не все-таки. Давай лучше я тебе расскажу, что там вообще насчет репетиции и концерта, ты же даже не в курсе - Да, а ты, по-моему, и не говорил никому - А ты спи больше, Леха, и вообще тогда ничего никогда не узнаешь. Короче, концерт в 7 вечера в клубе ближе к деловому центру, но мы приедем к 4 дня и будем прогонять все и настраивать, понял? - Да, понял. А во сколько встречаемся внизу? - в 3 часа дня, до этого клуба еще доехать надо - Хорошо, я тебя понял. Тогда я пойду? - Погоди ка, дружище После этих слов Макс медленно подошел ко мне и, прижав к себе, горячо поцеловал. Я снова моментально возбудился, ловил каждую секунду, меня опять распирало от приходящих снова и снова эмоций. Черт, Макс меня когда-нибудь с ума сведет, это точно. Однако, все хорошее имеет свойство заканчиваться, и Корж отстранился от меня и сказал: - Вот теперь точно можешь идти, Леха - Макс, ты меня когда-нибудь с ума сведешь окончательно - Я знаю, братан. А теперь иди, надо работать Последние слова Макса звучали настолько нагло и игриво, что я был не в силах на них ответить. Я просто взглянул на Макса, рассмотрел каждую черту его прекрасного тела, каждую родинку на его добром и родном лице и просто ушел к себе в номер, не переставая думать о нем. Придя к себе в номер, я обнаружил, что Селя все еще спит, хотя время близилось к половине первого. Уж не знаю, во сколько он уснул вчера, но явно не очень рано. Что же, придется его будить, иначе он тупо не успеет собраться к концерту. Я подошел к нему, сел на край кровати и начал потихоньку толкать его спящее тело. Он отворачивался, беспокойно вертелся, но просыпаться не хотел ни в какую. Черт, да как же он замахал этой своей дурацкой привычкой, я уже не могу просто. В итоге, я не сдержался и со всей дури долбанул его в плечо. Естественно, после такого он подскочил как ошпаренный и начал говорить: - Лех, ты? Ты чего меня будишь то, утро еще, дай поспать нормально - Эдгар, время уже за полдень, а нам в 3 собираться внизу на репетицию, поэтому давай, поднимай свою задницу и вперед приводить себя в порядок - Да окей, не ори только, и так башка трещит. Кстати, а ты со мной спал или нет? - Нет, я у Антона ночевал, он просил остаться. Тем более как с тобой нормально можно спать, если ты даже трусы на ночь не надел, а ведь договорились же спать в одежде - Ну извини, я на автомате все снимаю, что я тебе сделаю. Погоди ка, а где ты у Антона спал, если он с Полиной живет? - Там такая сложная ситуация с Полиной, ты не представляешь. Короче говоря, пусть тебе Антон потом сам расскажет, не возьмусь говорить за него - Ну и ладно тогда, пойду в душ Я молча кивнул Селе в ответ и пошел собирать с собой на концерт гитару. Вот вроде бы все ясно, уже не будет ничего нового: мы приедем, прогоним звук, попробуем спеть пару песен, потом, наверное, пообедаем и вернемся вести концерт, исполняя все те же песни по давно заученному шаблону, но на душе у меня было какое-то странное волнение, словно я впервые собираюсь выходить на сцену. Я вспоминал прошедшие концерты и смаковал эти воспоминания, представляя, как сегодняшним вечером буду снова испытывать те же эмоции, грандиозные и ни с чем не сравнимые. За этими мыслями два часа, оставшиеся до сбора на ресепшене, пролетели словно один миг, и вот я уже стою вместе с Селей внизу, оглядываясь по сторонам и при этом изо всех сил стараясь не смотреть на администраторшу, перед которой мне еще очень стыдно. Она, в свою очередь, также делает вид, что не видит меня, и отводит глаза. Черт, наверное, уже пожалела, что вообще сделала мне замечание по поводу секса на балконе. Ну так ей и надо тогда. И вот, со второго этажа спускается Макс, надевший футболку с принтом «2 типа людей» и несущий на плече здоровую сумку с аппаратурой, за ним приходит Леха Лазько в легкой темной рубашке и, наконец, остальные парни, одетые кто как. Мы все перекидываемся парой слов, обсуждаем детали нашего пути до клуба и, после того как Макс говорит «ну что, пацаны, двинули, ни пуха ни пера», хором отвечаем ему «к черту» и выдвигаемся на выход. На улице было удивительно душно, чувствовалось приближение сумерек и легкий влажный южный ветерок. Да уж, это тебе не Нью-Йорк с его легким летним морозцем, здесь по большей части вечное лето. Я, как и всегда, аккуратно кладу гитару в багажник и сажусь на переднее сиденье. Как бы это не было странно, но я чувствовал странную усталость и легкую головную боль, видимо, поднялось давление, надо будет выпить чего-нибудь холодного, мне всегда помогало. Я не мог думать ни о чем кроме будущего концерта, было у меня какое-то странное плохое предчувствие, и в тот момент я был бы рад, если бы узнал, что зря волновался. Но тогда на душе скребли кошки, и за пеленой мыслей я не успел заметить, как в машину запрыгнул Макс, принеся в машину аромат спортивного легкого парфюма, его любимого. Я взглянул на него и снова залюбовался, как он серьезно завел машину и вывел ее с территории отеля, как сосредоточенно он вез нас всех к точке назначения, также, наверное, волнуясь за предстоящее выступление. Уж я-то его знаю: сколько бы опыта у Макса не было, он все равно каждый раз выверяет все до мелочи, переживает за каждую деталь, но, вместе с этим, успевает получить кайф от каждого момента. Все-таки какой же он удивительный человек, правда. Я не успел заметить, как мы все подъехали к приличного вида клубу: футуристичная стеклянная отделка фасада причудливых форм, красивая каменная лестница перед входом, припаркованные рядом дорогие машины. Это тебе не нью-йоркский обшарпанный стрип-клуб, который великодушно выделили нам для концерта на один вечер, это уже место посерьезнее, в которое явно нелегко пробиться. А еще я просто, черт возьми, обожаю Макса за его любовь к контрастам: дорогой Lexus и квартира в элитном районе, но при этом дешевая одежда и простенька короткая стрижка; нарочитое пуританство в жизни, но грандиозный размах в работе и отдыхе; любовь к деревенской жизни, но проживание в столице страны, и т.д., думаю, вы уловили мысль. Вот и тут та же херня, такое ощущение, что ему вообще все равно, где выступать – в обшарпанной забегаловке, в элитном клубе или на стадике, лишь бы выступать. С одной стороны, это хорошо, но при этом из-за этого частенько возникают проблемы со звуком, ведь не везде есть хорошее оборудование, а таскать за собой свою аппаратуру мы, в данный момент времени, не в состоянии. Занятый разведением демагогии в своей же собственной голове, я на автомате достал свою гитару из машины и пошел в клуб, где меня уже ждали Макс, Селя и Антон, готовые подключаться и тестировать звук. Все было как всегда: я подрубился к усилителю вместе с Антоном, настроил звучание, а потом Макс начал говорить в микрофон, проверяя, не конфликтует ли одна волна с другой. Удивительно, но в этот раз у нас все получилось с первого раза, без каких-либо трудностей, видимо, сказалось хорошее качество аппаратуры в этом клубе. Потом Андрей с Виталиком подобрали хорошие ракурсы для съемки выступления, и все, за полтора часа до начала концерта все было готово, мы могли передохнуть и поесть. Макс договорился с рестораном в этом же клубе, и специально для нас на обед приготовили прекрасную красную рыбу под чудным белым соусом, от одного вида и запаха которой у каждого бы проснулся нереальный аппетит. Это был реально приятный сюрприз, поднимающий настроение и настраивающий на работу. Я не стал сильно наедаться, вопреки острому желанию, чтобы не клонило в сон и не было тяжело на сцене. Черт, все-таки как мало надо для счастья, даже хотя бы просто плотно поесть. Дальше мы сели в круг, и Андрей вдруг достал карты и предложил сыграть в покер. Блин, а ведь мы этого еще вместе никогда не делали, даже интересно, как кто умеет играть. Откуда же я мог знать, что в итоге я просто просру абсолютно все. В каждой партии меня выбивали самым первым и, честно говоря, от этого было очень обидно, я все-таки думал, что из меня мог бы выйти хороший картежник. Оказывается, все-таки нет… Но вот, из-за сцены начал постепенно доносится шум народа, громкие разговоры, крики из разряда «Макс, выходи уже», и от этого всего прямо перло общим духом сплоченности и взаимной любви. Я аж перевозбудился и уже безумно хотел поскорее выйти к народу, пропитаться этой концертной энергетикой до мозга костей. Уже скоро наступил момент триумфа: Селя тихонько пробрался за диджейскую стойку и включил клип-интро, который Макс не ленится делать перед концертом в каждом городе, и народ, словно по команде, затих в одну секунду. По знаку Коржа мы с Антоном также вышли из-за кулис и встали на обозначенные позиции. Волнение пробежало по мне ударной волной, и я мог себе это позволить – первой песней будет новый трек «Движ», исключительно в электронной версии, взрывной и сразу настраивающий всех людей на волну безудержного отрыва, и нам не надо будет играть. По плану вообще первые треки исключительно взрывные, все трогательное будет чуть позже, чтобы не сбивать народ с толку сменой настроений. Черт, а ведь концерт – это целая наука, требующая определенных знаний и навыков. Я по-настоящему кайфовал от каждой минуты, проведенной на сцене, и уже был готов сам начать игру и аккомпанировать Антону, Максу и Селе. Я наблюдал за невероятно счастливыми лицами, в которых отражалось настоящее и ничем не заменимое счастье, увлеченно смотрел на Андрея и Виталика, которые бегали по сцене и снимали концерт с разных ракурсов, периодически еще и управляя подвижными камерами, подвешенными к потолку в зале. Это была настолько сплоченная общая работа, что я просто приходил в восторг, видя, как все слаженно выполняют свои задачи. Из раздумий меня вытянул подошедший Селя, который мне на ухо начал объяснять, в какой момент нужно будет начать игру и что будет дальше. Я старался слушать его внимательно, но меня постоянно отвлекал и наводил на пошлые мыслишки шедший от него запах парфюма и пота, просто сводящий с ума. Черт, вот даже тут я не забываю про секс, что ж такое-то. Тем не менее, я все уяснил и уже был готов положить руки на гитару, готовясь играть «Жить в кайф». Я был уверен, что это будет полный беспощадный разнос, и не ошибся. Как только народ в зале услышал знакомую мелодию, игравшуюся на гитаре боем-восьмеркой, прокатилась просто дикая волна общего восторга. Я и сам словно потерял разум, орал песню вместе с Максом, отыгрывался на всю, на разрыв. Черт, все-таки я свою нынешнюю деятельность ни на что не променяю, это такие невероятные чувства, какие за всю жизнь редко испытываешь. Но, как известно, все хорошее имеет свойство заканчиваться. Честно, я не заметил, как наступил тот момент, когда после песни «2 типа людей» Корж уже начал говорить прощальную трогательную речь. Честно, я понятия не имею, как ему каждый раз удается придумать новую речь из все тех же простых слов, да еще и задеть всех за живое, растрогать даже самых бронелобых людей в зале. Вот оно, настоящее ораторское искусство. После всех красивых слов над сценой потух свет, и Макс рукой показал нам всем, что пора уходить за кулисы. Я послушался, убрал руки с гитары и тихонько ушел за сцену. За мной шел Антон, и он, не увидев порог, смачно споткнулся и чуть не упал на пол. Я, как самый ебанутый, начал просто дико ржать. Да, мне известно, что это просто даже не этично, но я ничего не мог с собой поделать. Черт, как же стыдно, я даже не могу остановиться, хоть и очень хочу. Однако, к счастью, на меня никто не обиделся, даже внимания особого не обратил, и мы мирно остались сидеть в душной каморке за сценой и болтать обо всем и ни о чем одновременно, как и всегда, собственно, ожидая, пока разойдутся все зрители. Я снова восторженно подключился к разговору, вставляя свои 5 копеек везде, впрочем, нисколько не раздражая этим никого из парней. Я увлеченно обсуждал с Селей и Антоном факт того, что пора бы нам всем обновить родную аппаратуру и купить такую же, как в этом клубе, потому что благодаря ней концерт прошел вообще без каких-либо проблем. Стоит она, конечно, дорого, но настолько упрощает жизнь, что оно явно того стоит. Вдруг, в середине разговора к нам подключился Макс: - Ну что, пацаны, концерты закончили, теперь домой пора? - Ага, как бы ни хотелось продолжать тусить, но придется уезжать – ответил я - Да знаешь, Лех, уж как мы из-за этих тусовок в Нью-Йорке попали, лучше было бы дома сесть – влез Селя - Да хватит тебе, Эдгар, ты чего такой нудный, зато будет, что вспомнить – ответил я - Не, Лех, тут он прав, ну нахер такие приключения, оно того не стоит. Ну так вот, как вы вообще, соскучились по дому? – продолжил Макс - Да уж я-то вообще забыл, как мой дом выглядит, все-таки уже восьмой месяц там не живу - Лех, да с тобой все понятно, ты особо к родине не привязан. А остальные что скажут? - Не, мы домой хотим, правда, Антох? – ответил Селя - Да, правда, хотим - Кстати, Антон, а что там твоя Полина то? Что-то давно не слышу ее громогласной ругани из вашего номера – спросил Максим Вижу, как лицо Антона поменялось, и на нем появилось недовольное выражение, то самое, когда кто-то вспоминает про неприятные тебе вещи - Короче, парни, пора рассказать уже вам, что происходит. Полина нашла себе здесь богатую девчонку в ее вкусе и объявила мне, что уходит. Ну а я сколько ее не удерживал, все бесполезно, поэтому я снова парень холостой, похоже Вижу, как пацаны застыли на месте с выражением лица, полным искреннего удивления. Да уж, знали бы вы, как я удивился, когда на меня с бодуна свалилась эта новость вместе с неожиданным каминг-аутом - Погоди, Антон, она что, бисексуалка? – спросил Эдгар - Ну да, я думал, вы понимали это - Ну мы что, по-твоему, ясновидящие? Ты как вообще после этого, нормально? – спросил Макс - Сначала переживал, но теперь уже даже рад, все-таки с Полиной тяжело было, она сучка еще та - Ну тут ты прав, конечно, мы тебе об этом говорили, еще когда только в первый раз ее увидели. Ну раз ты уже отошел и тебе теперь никто ничего больше не запретит, может пойдем по пивку выпьем, отметим окончание нашего короткого, но полного впечатлений концертного тура? – продолжил Макс - А давайте, погнали – радостно ответил Антон - Ооо, другое дело, узнаю нашего старого доброго гитариста. Тогда собираем вещи и гоним, хозяин клубу уже отписался, что едет, поэтому как раз пока успеем собраться – радостно воскликнул Корж Все поддержали его идею, все-таки выпить пивка было бы очень кстати, тем более, все были хоть и уставшие, но душа требовала продолжения банкета. Я не спеша собрал свою гитару в чехол, положил медиаторы по кармашкам и был готов выходить. Уже спустя пять минут мы всей нашей мужской компанией стояли на выходе и клуба и ждали, пока Макс окончательно договорит с хозяином клуба. Я вообще удивляюсь, как он со своим хромающим английским вообще умудряется контактировать с иностранцами. Хотя, импровизацию никто не отменял, тем более, было отчетливо видно, как к разговорам он активно подключает размашистую жестикуляцию, дополняя свою мысль. Со стороны это выглядело очень забавно, но при этом помогало, как показал опыт. Я переминался с ноги на ногу и наблюдал, чем занимаются остальные: Селя тыкал в телефон и не обращал внимание на происходящее вокруг, Андрей и Виталик достали фотоаппарат и листали фотки, громогласно их обсуждая, Леха Лазько курил и смотрел за проезжающими мимо машинами. Над городом стояли сумерки, и половина неба еще освещалась темно-голубым светом, позволяющим разглядеть размытый горизонт. Все это почему-то навевало воспоминания из детства, когда после прогулки, уже почти ночью, такие сумерки говорили о том, что вопреки всем отмазкам уже надо идти домой. Тогда это вгоняло в грусть и было большой неразрешимой проблемой, но сейчас, спустя года, наступление темноты перестало иметь какое-либо значение, а лишь напоминало о том, что прошел очередной день жизни, оставив или, наоборот, не оставив вовсе, воспоминания о себе. После приятно выматывающего концерта так и хотелось без конца пускаться в философские размышления, но Макс подозвал всех к себе, и мы двинулись к машине. Надо было сначала доехать до отеля и только потом уже идти в бар, если мы не хотим оставлять машину припаркованной где-то на улице. Дорога до отеля прошла легко, без пробок, долгого стояния на светофорах и за приятными разговорами, за которыми даже самая долгая каторга пролетит в один прекрасный миг. Поставив машину на территории гостиницы, мы пошли на прогулку в поисках питейных заведений, так сказать. Среди бесконечного пафоса Беверли-Хиллс было очень тяжело найти какое-нибудь простое заведение, где можно без лишних выкрутасов попить пива, но нам это удалось. На карте Макс заприметил в темном переулке недорогой бар, и мы всей толпой направились туда. Как оказалось, это была дешевая забегаловка, где места на нас всех хватило с большим трудом. Однако, это не останавливало, и мы, аккуратно скомпоновавшись у барной стойки, заказали каждому по 0,5 пива и просто расслабились. В этих посиделках словно чувствовалась атмосфера скорого отъезда – уже не было восторженных криков, соревнований по питью виски, не было той живости и активности. Этот тур и так принес нам чересчур много впечатлений, уже хотелось обратно нырнуть в каждодневную рутину на родине. Как говорится, от отдыха тоже нужно отдыхать, и это истинная правда жизни. Я не спеша пил пиво из огромного бокала, наслаждаясь его бодрящим холодом и ловил каждый момент. Воспользовавшись моментом общего молчания, я спросил: - Ну что, пацаны, кто чем заниматься будет по приезде? - Ой, я просто передохну и наконец побуду с семьей, ты же знаешь, у Назара сейчас такие моменты в жизни, которые я просто не имею права пропустить – ответил Макс - А мы с Виталиком, наверное, на горнолыжку поедем, уже должен снег выпасть в Сочи, сто лет не катался на сноуборде – продолжил Андрей - Господи, парни, нет вам покоя, все время куда-то мчитесь – ответил Селя – я вот лично ремонт в квартире наконец сделаю, который год уже хочу, теперь наконец то денег скопил - Ну а я просто отдохну, все переосмыслю, все такое. В моей холостой жизни теперь все банально и просто – дополнил Антон - Я с женой просто побуду, хоть в кои то веки – закончил Леха – а ты то сам чем займешься, Лех? Я не знал, что на это ответить. Теперь у меня нет учебы, работа моя только здесь, в компании, а учитывая, сколько мы зарабатываем денег, ее более чем хватает. Поэтому я не знал, чем займусь после приезда, честно - Да кто знает, парни. Наверное, адаптируюсь обратно к жизни в Беларуси. Буду скучать по нашим совместным моментам и нашей сплоченной общим духом компании. Короче, не знаю, надеюсь, найду чем заняться. Но мы ж ведь будем видеться то? А то я без вас не проживу, пацаны - Ух как красиво стелешь, в своем репертуаре – констатировал Макс – конечно будем, мы уже все друг без друга жить не сможем - Парни, а давайте выпьем за нас, чтобы мы никогда не распадались, всегда держались вместе. Давайте пообещаем это друг другу? Я знал, что такой мой тост зайдет на ура. Мы все здесь сентиментальные творческие личности, охочие до высокопарных слов о любви и дружбе. Не прошло и пяти секунд, как воздух наполнил громкий крик «обещаем!» и чоканье кружек. Спасибо, дорогие мои, что остаетесь со мной. Спасибо, что наполняете мою жизнь смыслом. В тот вечер я окончательно убедился, что у нас не бывает плохого совместного отдыха. Что по-хорошему, что по печальному поводу, мы прекрасно проводим время, дополняем и поддерживаем друг друга, а это реально дорогого стоит. Мы так и просидели в баре до полуночи, выпивая одну кружку пива за другой, и как же это было круто. Домой мы вернулись поздно, и я, будучи не в силах что-либо делать, просто разлегся на кровать в одежде и отрубился. За сегодняшний день произошло столько приятных событий, что при их прокручивании в мыслях по телу прокатывалась приятная дрожь. Перед сном в голову лезли мысли о том, насколько сильно поменялась моя жизнь за последние полтора года. Я поставил на кон все, что имел, ради погони за призрачной мечтой, за детским желанием быть принятым в ближайший круг общения кумира всей жизни, недосягаемого идола, и ни разу не пожалел об этом. Спасибо, парни, что приняли меня к себе. Мое сердце много раз повторяет, что теперь я никогда вас не предам, буду любить вас каждой частичкой своей души до тех пор, пока вечность не подойдет к концу и не обрушится мир. А сердце не обманывает, уж поверьте.