Мердред

— Артур стой! Не надо! — крикнул я в ужасе, спугнув ближайших дроздов и их стайки с шумом поднялись над деревьями. Единорог лишь поднял на нас свои умные и внимательные глаза, повёл ушами и продолжил жевать сочную траву. Его мой крик совсем не напугал. Какое беззащитное создание, в отчаянии подумал я. Принц зло зыркнул в мою сторону, а я продолжил в волнении: — Артур, зачем тебе его убивать?! — У нас будет сытный обед, разве ты не рад? — тихо заметил принц, он уже понял, что животное не намерено убегать. — Это магическое создание, очень редкое! Мы может обойтись и зайцем. — Ты видишь здесь зайца, Мерлин? Мордред пока озадаченно наблюдал, но теперь решил вставить своё слово: — Прошу прощения, милорд, но вам стоит прислушаться к Мерлину. Друиды говорят, что любой, кто покуситься на жизнь единорога, будет проклят. — Проклят? Чушь какая, — ухмыльнулся принц, — Вот, если я буду первым в Камелоте, кто сразит единорога, отец явно будет гордиться. — Артур, но разве есть честь в том, чтобы убить безобидное и хрупкое создание, — я в отчаянии заламывал руки, пока принц заряжал арбалет. — Будешь ли ты гордиться, убив безоружного? Услышав это, он замер. — Предлагаешь просто отпустить? Но это прекрасная дичь! — Артур их почти не осталось. Он может быть последним в своём роде. Мордред утвердительно кивнул на мои слова: — Вполне возможно, я ни разу не встречал их. Хотя живу в этом лесу. Артур перевёл взгляд на единорога, а тот посмотрел прямо на него. Величественное животное мирно склонило голову и защипнуло ещё травы. Принц в задумчивости закусил губу и отвернулся. Арбалет в его руках слегка опустился. По глазам я понял, что Артур близок к принятию моих слов. Поэтому стоило быстро придумать ещё один аргумент в пользу единорога, чтобы окончательно склонить принца к верному решению. — Артур, у тебя ещё есть возможность стать первым в Камелоте, — я осознанно перевожу всё в шутку. — Думаю ещё не один Пендрагон за всю историю не гладил единорога. Принц раздражённо цыкает, но я уже замечаю, как меняется его лицо. Лоб слегка разглаживается, а уголки губ немного приподнимаются в улыбке. — Мерлин, слышал бы тебя мой отец… — Хорошо что его здесь нет, — без притворства радуюсь я. — И он не увидит как мы будем чесать за ухом магическую лошадь с рогом. — Хм, думаешь, я стану заниматься подобным? … Гладить единоров … Я что по-твоему девчонка? — съязвил принц. Однако в его голосе не было привычного возмущения. Скорее он старался замаскировать своё отступление за перепалкой. Артур медленно и недовольно начал разряжать арбалет. Потом ворчливо закрепил его ремнями на лошади. Наконец, закончив со всем этим он обернулся ко мне в ожидании и вопросительно вскинул брови: — Ну и как его гладить? — Полагаю, нужно сначала подойти, — глубокомысленно киваю. Напускаю на себя серьёзный вид. Сбоку раздаётся приглушённый смешок. Мордред прикрывает ладошкой рот и ржёт. И теперь и мне сдерживать смех становиться трудно. Я плотно сжимаю губы. И поймав раздражённый взгляд принца, переступаю с ноги на ногу. — Тогда ты первый, — Артур резко встаёт мне за спину и с силой толкает вперёд. Накренившись, как падающее дерево, чуть не вмазываюсь лицом в грязь. Замахиваюсь руками и прохожу пару тройку шагов, прежде чем восстановить равновесие. Единорог с интересом поводит ушами. Представление его впечатлило. Чувствую себя преданным. Я мысленно кляну принца, пока медленно и осторожно приближаюсь к волшебному созданию. Сильно же он меня толкнул. Нет, ну как просто смутить эту королевскую задницу! Вот как разозлился. А я чуть не влетел лицом в землю! И из-за чего? Полуулыбки! Позади послышался шелест травы. Я нервно обернулся и к своему удивлению заметил Мордреда. Я уж подумал Артур идёт с новой порцией подзатыльников. Мальчик сдержанно улыбнулся: — Что-то не так, Эмрис? — А, нет. — от удивления я ответил вслух. Артур позади друида озадаченно выгнул бровь. — Мерлин, я смотрю тебя пугает даже это безобидное создание? Я сильно смутился. А потом запоздало понял, что он говорил не о друиде, а о единороге. И нахмурился. Учитывая, что принц не пошёл первым, это он тут тот, кто боялся. Разочаровано качаю головой и иду дальше. — Артур странный, — снова слышу мысленный голос друида, когда мы уже подходим к единорогу. Конь с интересом изучает нас умными глазами и попыхивает ноздрями приподнимая губу. Видимо мы пахнем для него необычно. — Ты только сейчас заметил? — хмыкаю я. — Я просто не понимаю, почему он не может признать правду. — Какую? — заинтересованно спрашиваю. На что друид загадочно переводит взгляд в небо. Вопрос так и остаётся без ответа. Множество других крутятся у меня на языке, но я постоянно себя одёргиваю. Разве есть мне дело до переживаний Артура? Нет. Ему мои чувства точно не интересны. Он вечно грубит, пинается, и старается выглядеть неуправляемым. Словно настоящий осёл. Ослы вот тоже не любят, когда им указывают куда идти. А я часто указываю. Меня больше волновало то, что именно смог распознать друид. Совершенно посторонний человек для принца. Мне хотелось услышать замечания Мордреда. Его мысли. Он довольно сообразительный для мальчишки и, если наши мнения сойдутся, я буду не один, кто в тихую посмеивается над глупостью Артура. Мордред подошёл к единорогу первым. Из-за своего роста друид доставал рукой только до плеча лошади, поэтому ласково погладил то, до чего дотянулся. Понаблюдав за потугами мальчика, единорог из жалости к нему склонил голову. Тогда друид с серьёзным видом стал чесать морду животного. На это было приятно смотреть. И я тоже протянул руку, почёсывая за ушами. Артур присоединился к нам многим позже. Он всем своим видом показывал, насколько глупо то, что мы делаем. Но продолжал гладить шёлковую гриву единорога. Мне на ум пришла забавная идея. Гаюс как-то говорил о чудесных свойствах рога, но о свойствах волос почти ничего. Шестое чувство так и подталкивало меня взять образец длинных прядей из хвоста. Когда я резко дёрнул один волос единорог недовольно стукнул копытом по земле. «Тише-тише, — я мысленно успокоил животное. — Потерпи немного». Я растянул волос перед собой и понял, что интуиция и в этот раз меня не подвела. Магия текла через прядь словно река по проторенному руслу. Плавно и уверенно. Поток силы переходил по натянутой волосине от одной ладони к другой. Если сделать из прядей посох как у Ши или амулет с заклинанием, это будет очень хорошим подспорьем. А на счёт зелий пускай Гаюс сам посмотрит. Уверен, он что-нибудь придумает. Раз толчёный рог единорога по его словам мог спасти от смертоносного яда, а вода, испитая из цельного рога, давала пожизненный иммунитет к болезням. То волосы тоже могли обладать схожей силой. Я взялся за парочку волосин у основания хвоста и слова дёрнул. Единорог в раздражении махнул им мне в лицо. Я мысленно обратился к животному: «Прости, друг, уступи мне немного волосинок. У меня есть яблоко. Отдам сразу, как надеру достаточно», — вынул из наплечной сумки свой перекус покрутил его и сразу спрятал обратно. Единорог моргнул. Надеюсь, это он так согласился. Я снова дёрнул, потом ещё и ещё. Пока в моей руке не образовался небольшой пучёк из примерно 30 волосин. Длинных, мне до пояса, толстых и несомненно роскошных. Гаюс будет вне себя от радости. А вот еднорог явно осуждающе косил на меня глазом и ржал. Я примиряюще вынул из сумки яблоко и поднёс к морде животного. Он его мигом схватил и ловко зажевал, я даже не успел опомниться. Артур оторвался от почёсывания холки, заметив мою подачку. И тут же увидел у меня в руке клок длинных серебристых волос. — Мерлин, надеюсь ты не ради забавы ощипал его? — в голосе принца проскользнула нотка сочувствия к бедному животному. Ну-ну, не верю. Артур совсем недавно хотел его убить. А теперь жалеет. Как же. — Это очень ценный ингредиент, — я поднял выше руку с прядями, давая разглядеть, — и крайне редкий к тому же. — Правда? — Артур с интересом склонился из-за шеи животного. Мы стояли по разные стороны. Внезапно принц ловким движение выхватил собранные мною пряди и самодовольно ухмыльнулся. — Раз они такие редкие, тогда я сам преподнесу их королю. Отец будет доволен. — Лекарю они нужнее, — я нахмурился. Из сокровищницы мне их будет не достать. А Утер непременно упрячет их в надёжное место. Как же мои опыты? Как же эксперименты Гаюса? Нет, так не пойдёт! — Все богатства королевства, — меж тем продолжал принц, — должны принадлежать королю. — Ой, да брось, Артур. Эти волосы пригодны только для зелий. Кому они ещё сдались? — открыто блефовал я, надеясь что принц будучи несведущ в магии, так же никогда не узнает о свойствах волос. — Будут просто лежать и пылится на полке. Или вообще Утер прикажет их запрятать в ящик куда подальше. Какая от этого польза? — Пф, подумаешь беда, — так же настойчиво гнул свою линию Артур. — Гаюс мог бы сделать из них прекрасное зелье! Пустоголовый ты ишак. — я начинал злиться. Артур явно испытывая неудовольствие от моих слов посмотрел исподлобья. Я не уступал, сверля в ответ уничижающим взглядом. Как бы говоря: «Попробуй опровергни. Я полностью уверен в сказанном.» Наигравшись в гляделки Артур всучил мне локоны обратно со словами: — Положи в сумку! Потом. Так и быть. Разделим. - раздражённо отчеканил он. - Большую часть я отнесу отцу, а остальное можешь взять для Гаюса. — Давай напополам. Артур сурово промолчал. Его глаза метали молнии. — Вот и славно. Рад, что ты не против, — я искренне улыбнулся и засунул увесистый пучёк в сумку. Друид неловко стоял в стороне наблюдая за нашей небольшой комедией. Мне вдруг стало стыдно. Перед Мордредом. Я отвернулся от принца и с извиняющейся улыбкой обратился к мальчику: — Ничего страшного, мы всегда так общаемся. Артур лишь выглядит страшным, на самом деле он безобиден. — Эй! Мерлин, а ну повтори! — принц рвал и метал, но я проигнорировал его. — Понятно, — лаконично и скупо ответил друид. Но потом я услышал его мысленный голос. — Эмрис, а что ты будешь делать с локонами? — О! Так вот в чём дело! — я мысленно усмехнулся. Артур на заднем плане исходил гневом, но не решался распускать руки. Видимо пугать ребёнка в его планы не входило. — Хочу попробовать сделать посох. Эти волосы по всему видно прекрасно проводят магическую силу. На посмотри. Я вытащил из сумки одну плотную как тетива волосину. Друид заинтересовано склонил голову. По удивлённому взгляду стало понятно, он тоже заметил. — Мне нужно тоже набрать, — его мысленный голос звучал непреклонно. — Вряд ли единорог позволит. Он и так уже обижен. — Я срежу магией, он не почувствует, но нужно отвлечь Артура. Магией. Точно. Я уже который раз мысленно бью себя ладонью по лбу. Кажется это входит у меня в привычку. После встречи с друидом. — Оставь это на меня, — с ухмылкой заверил я мальчика и, наконец, обратил внимание на недовольного принца. Он с силой начёсывал щёки единорога, а тот отворачивал голову. — Артур, хватит дуться. Давай лучше подсчитаем сколько нам ещё идти по лесу. Запасы заканчиваются. — Тц, — раздражённо цыкнул принц, — и как по-твоему мы это определим. — По карте. Артур поднял голову и полностью включился в разговор, смотря на меня как на круглого болвана. — Да невозможно по карте определить где мы сейчас. — Возможно. — Мерлин, хочешь сказать, что лучше меня разбираешься в картах? — Давай проверим … сир, — я приглашающе указал перед собой рукой, — Пойдём, она осталась в седельной сумке. Артур слегка удивился моему вежливому обращению, но в итоге вместе со мной решительным шагом направился к оставленным нами лошадям. Мы не рискнули вести их с собой к единорогу. Краем глаза я заметил как друид тихонько надрезал пряди из хвоста. Большими пучками. Я быстро отвернулся. Неудобно участвовать в подобном, но я сам не лучше… Вырывал их одну за одной… Так единорог хотя бы ничего не почувствует. И, видимо, не заметит как станет лысым. Надеюсь, Мордред не срежет все волосы с животного. Я намеренно медленно доставал и разворачивал карту, частенько переворачивая то одним боком, то другим. Принц с иронией в голосе попросил просветить, где же мы находимся. И я просто указал на лес Осетир. Он тогда молча смотрел с минуту. Кажется, моё поведение его окончательно утвердило в мысли — его слуга недалёкий, неуклюжий болван. Довольный собой принц сострил что-то о глупых слугах и умных господах. И сам принялся изучать карту. В итоге он отметил приблизительную окружность, довольно размашистую, где мы могли находиться. Но до края леса было далеко. Ещё около двух дней ходу. В пределах допустимого.

***

Вскоре мы отправлись в путь. Единорог не успел лишиться хвоста, но тот заметно поредел. Мордред видимо решил запастись на всю жизнь. А я не стал заострять на этом внимание и отвлёк принца рассуждениями о зайцах и кроликах и их превосходном вкусе в жаркое, пока мы не ушли дальше в лес. После моего фиаско с картой, Артур выглядел самодовольно. Нам не стоило больше задерживаться. Я хотел зайти к отцу до атаки бандитов и попросить его о помощи. Думаю с ним вместе мы надолго отвадим их грабить деревни в округе. Заодно хороший предлог для него вернуться домой. Так бы он не решился показаться на глаза Хунит. Ну и главная причина, по которой я торопился его увидеть, это Килгарра. Я мечтал рассказать отцу о своём перемещение. Хотел увидеть его реакцию. Спросить совета у опытного повелителя, как поступить с драконом. Я подозревал, что друг из подземелья частенько манипулировал мной, но не мог и отрицать его помощи в критические моменты. Да и жалко было оставлять его узником навечно. Я хотел узнать у отца, можно ли освободить его и избежать уничтожения Камелота. Но неизвестно сколько времени может отнять моя поездка вглубь земель Сенреда. Эссетир кишел разбойниками, словно амбар мышами. Крестьяне, горожане, что бежали от власти короля-захватчика и затерялись в многочисленных лесах к западу. Вот кем были эти шальные головорезы. И по слухам их число всё росло. Говорили они не уступали по величине армии Сенреда. Только были разбросаны по его территории словно зёрна в поле. Эти люди были злые, голодные и свирепые. Так как каждый день им приходилось отстаивать свою независимость и отвоёвывать свои родные земли. От захватчиков англов во главе с их варваром-королём. Целый день мы продирались сквозь колючие кусты, которые, кажется, специально кололи и царапали руки и лицо. Лес становился всё плотнее и гуще. Но после особо непроходимого места стал редеть. Мы обрадовались. Остановились на ночлег уже в сумерках. Какого же было наше удивление, когда на следующий день, идя ровно в том же направлении мы вдруг наткнулись на собственные следы. Они вели назад. Артур нахмурился, но сказал идти дальше. Лес опять становился всё гуще и гуще. А затем, так же внезапно стал прореживаться. Пройдя около часа, мы обнаружили нашу брошенную вечернюю стоянку. Мы вернулись туда от куда начинали! Все были измотаны, хотя едва перевалило за полдень. Большую часть пути нам приходилось пробираться сквозь густые заросли кустов, молодняка и высокой травы по пояс. Осознание, что всё это время мы ходили по кругу неприятно отзывалось в груди. Молча пообедали. Я мысленно переспросил у друида, туда ли мы всё время шли. Мордред честно ответил, что шли ровно на восток и ни разу не свернули, из-за чего и приходилось продвигаться напролом через густые заросли. Я невольно передёрнул плечами вспоминая суровые кусты ежевики, они меня особенно мило потрепали. Теперь на щеках красовались полосы от острых шипов. Они пощипывали, даже при малейшей попытке улыбнуться или зевнуть. — Идём дальше, — хмуро заключил Артур. Он обнажил меч и теперь попутно ставил засечки на стволах и обрубал ветки на кустах, там где мы проходили. Теперь было невозможно пойти обратным путём. Мордред на всякий случай установил силки для зайца около нашей временной стоянки на случай, если мы снова вернёмся. Как бы мы не всматривались, не сверялись по мху, не следили за Солнцем. К вечеру мы опять оказались на нашей стоянке, даже отметины на деревьях не помогли. Мы вернулись к костру с противоположной стороны, как будто обошли по большому кругу. Что-то не давало пройти, запутывало, сбивало с толку. Но принц считал, что это всё из-за невнимательности. Артур сказал следить в оба в следующий раз и тогда точно не будем ходить кругами. На ужин приготовили зайца, бедняга попался в петлю из-за своего любопытства. Я с тяжёлым сердцем свежевал его, благо жизни лишил его не я, а принц. Артур похвалил жаркое и согласился, что за это заяц достоин множества похвал. Друид тоже был доволен сытным обедом. А на моё подавленное состояние сказал: — Такова жизнь, Эмрис. Ешь или будешь съеден. Суровое представление о жизни. Но вряд ли бы мы смогли питаться одними корешками и вершками тут в лесу летом, когда ничего не созрело. Но я никогда не желал лишать жизни. Будь это хоть вредитель. Всё равно я бы предпочёл уживаться с ним, чем убивать. Ну либо скинуть эту ношу другому. Охотнику или мяснику. В своей деревне я в основном ел кашу, мясо бывало лишь по праздникам. У нас не было скота. Покупали мясо у других. Поэтому, тогда я и не думал откуда оно иногда берётся. А потом, в замке, я не был дураком есть колбаски, отбивные, супы и прочее, всякий раз когда была на то возможность. И даже тогда я не думал об участи животных. Жизнь за жизнь. Об этом говорил, Мордред? От чего-то я почувствовал, что он старше меня. На миг закралась мысль, что я больший ребёнок, чем мальчик одиннадцати лет напротив. Он с радостью уминал ещё одну порцию похлёбки. Готовый убить, чтобы выжить. Но я не был готов. Никогда не был. Если такова цена, которую платят все умудрённые жизнью. Я не желаю её платить. Лучше уж буду таким какой я есть. Наивным? Пускай. Но я не стану убийцей. Зайца поймал не я. Убил его тоже не я. Пускай так будет и дальше. Иначе я предам свои идеалы, предам самого себя. А что может быть хуже? «Если другие могут убить не моргнув и глазом, тогда почему бы не перекинуть на них это бремя» — эгоистично подумал я. Завершить эту мысль мне не дали, Артур втянул меня в очередную бесполезную дрязгу. После которой мне захотелось лечь плашмя и закрыться одеялом. Как же я устал. Принц в конец меня вывел.