Вампиры любят по-своему.

***

— Ты не дышал. — внезапно сказал Руди в обед. — Что? — сонно пробубнил Тони, потирая глаза. — Я проснулся утром, прижался, а ты не дышал.       Тони вздрогнул. Он пытался не подавать виду, но всё стало выходить из-под контроля. — У меня, наверное, был глубокий сон. Рудольф вопросительно склонил голову: — У тебя не было пульса. Твоё сердце молчало всю ночь, Тони. — Ты что, моё сердце слушаешь? — Всегда слушал. Спасибо, что заметил.       Молчание. Томпсон отвернулся к окну. Он не знал, что делать. Бессмертие... Оно пришло не сразу, а постепенно. Сначала исчезли синяки. Потом усталость. Затем голод. И хотелось теперь не совсем привычной для смертных еды. Он перестал спать, начал видеть в темноте. А главное то, что сердце стало биться медленнее и реже. Он боялся не за себя, а за Руди. Вдруг, если он расскажет это, тот подумает что-то не то, поэтому он молчал, а Сэквилбек начал подозревать совсем другое.

***

— Дорогой, где ты был? — резко спросил вампир во время ужина, влетая в комнату через окно.       Тони даже не шелохнулся от испуга, словно знал всё наперёд. — Гулял возле кладбища. — Один? — А ты с кем хотел, чтобы я гулял? — Я не знаю. С той блондинкой из соседнего номера? С кем-то, кто дышит, например? Томпсон закатил глаза. Повернулся, собираясь уйти, но Рудольф схватил его за запястье. — Ты стал другим. Не целуешь первым, не вздрагиваешь от моих касаний. Ты вообще не дышишь, чёрт тебя побери! — Хватит. — тихо, как удар. — Тогда скажи мне правду! Ты с кем-то? — Нет! — крикнул Тони, оттолкнув Руди. Тот не ожидал такой силы. Отлетел и чуть не упал, удивлённо охнул и уже через миг вцепился в грудь Томпсона, сжав футболку. — Врёшь! — Не вру! — Тогда что с тобой, чёрт возьми?! — Не знаю...       Он толкнул Сэквилбека чуть сильнее и тот отлетел в стену. Впечатался, зашипел и бросился вперёд. Началась драка на равных. Без слов. Они били друг друга, как будто хотели выбить эмоции и безэмоциональность. Рудольф попытался укусить загривок, Тони увернулся, схватил за горло и откинул почти на метр. — ЧТО ТЫ ТАКОЕ?! — прорычал вампир, вцепляясь когтями в потолок. — Я НЕ ЗНАЮ! И тут всё остановилось. Руди замер, увидев красный блеск в глазах Томпсона на секунду. Едва заметно, но было. Он прошипел: — Это… невозможно…       Тони медленно вытер кровь с уголка губ. И устало вздохнул. — Прости. Я сам боюсь. Не понимаю, как, но я больше не старею, не устаю и чую, когда ты рядом. Иногда чувствую, что голоден, но голод-то другой.       Он сжал руки в кулаки. — И я не знал, как тебе сказать это, потому что думал, что ты испугаешься или бросишь меня.       Рудольф молча опустился рядом и просто обнял. — Мы влюблённые дураки. — нежно прошептал он в волосы. — Да. — Томпсон стиснул его крепче. — Но теперь дураки навечно. Рудольф отстранился, глядя в постепенно краснеющие глаза: — Ты такой же, как и я. Тони кивнул, уверенно говоря: — Но я всё ещё твой. Они рассмеялись измученно, но с облегчением.

***

Ночью они лежали вместе. Впервые за долгое время спокойно. Никаких тайн. Полнолуние свидетель. Руди прошептал: — Ты стал сильным. — А ты стал слаще на вкус. — Мы правда будем вместе вечно? — Теперь точно да.       Молчание. Тогда Рудольф внезапно выдал, усмехаясь: — Тогда нам нужна отдельная квартира и побольше. — И звукоизоляция. — подловил Томпсон. — И огромная кровать.       Они рассмеялись. А где-то в глубине сердца Тони оно снова ударило медленно, но уверенно. Свет меток под кожей слегка искрится. И вечность вовсе не страшная, а домашняя.