Девятнадцать
14 марта 2021 г., 22:56
Медленно и неохотно Доктор моргнула и открыла глаза. Что-то было не так. Конечно, это мог быть тот факт, что она просто проснулась после настоящего долгого и освежающего сна — что само по себе было странным — но внутри и вокруг неё было кое-что ещё странное.
Матрас, на котором она лежала, был не таким мягким, как в её собственной спальне, и не таким твердым, как тот, который она прятала под консолью на случай, если она слишком уставала во время ремонта, и ей требовалось вздремнуть пять минут. Кроме того, она чувствовала тяжесть, которую нельзя было приписать мягкому одеялу на её плечах.
Попытка сдвинуться с места дала ей немедленный ответ. На её грудной клетке покоилась рука, прилегающие пальцы касались её грудины с каждым вдохом. Яз.
Ох. Так вот что это было за странное чувство внутри, она чувствовала себя комфортно и безопасно.
Как только её осенило, тут же вернулись сомнения.
Зажав переносицу и подавив разочарованный стон, чтобы не разбудить девушку, Доктор попыталась отбросить нежелательные навязчивые мысли. Ей нужно было что-то сделать, что угодно, чтобы занять свой ум.
Завтрак. Ага, она собиралась приготовить завтрак.
Прямо сейчас подходящее время? Люди и их странная страсть придерживаться расписания, стало не так просто каким-то образом отслеживать его.
Она осторожно сняла руку Яз, нежно поцеловав костяшки пальцев, прежде чем положить её на матрас. Она выглядела такой молодой, спящая вот так, с прядями тёмных волос, падающими ей на лицо и движущимися в такт её поверхностному дыханию.
Сердца Доктора забились быстрее, по её венам потекло тепло, пока…
Такая молодая.
Её настойчивые мысли, словно ледяные щупальца, снова начали тянуться к ней, подавляя любое тепло, словно крадя весь кислород из пламени.
Завтрак. Она хотела приготовить завтрак.
Доктор практически сбежала из комнаты. Её ступни в носках почти не издавали звуков, когда она шла по всё ещё тускло освещённым коридорам.
ТАРДИС использовала довольно слабый свет в обычные часы человеческого сна, пытаясь подражать базовому циклу день-ночь, так что по стандартам её друзей должно было быть довольно рано. Тем не менее, она пошла на кухню — в конце концов, сейчас она была Повелительницей времени на задании.
Закатав рукава пижамы до локтей, она осмотрела шкафы и внутренности холодильника на предмет чего-нибудь полезного и, наконец, приступила к работе.
Очевидно, её план отвлечься оказался успешным, поскольку, когда Грэм выделился из дверного проема, свет из коридора позади него стал ярче, чем раньше.
— Ты же не собираешься подавать нам инопланетную еду, а?
Доктор повернулась на пятках, возмущенно подняв лопатку. — В этом нет ничего инопланетного! Это блины, а это немного мюсли, и вот кексы на завтрак!
Он посмотрел на всё это с опаской. — Не хочу быть невежливым, Док, правда, но… ты уверена?
При этом она заметно сдулась. Что ж, стоило попробовать, не так ли? Бессчетное количество лет она провела с людьми, но почему-то до сих пор не могла приготовить их самые простые блюда. Конечно, не помогало и то, что их так называемые «фавориты на все времена», казалось, менялись каждые несколько лет. По крайней мере, на этот раз она ничего не сожгла, что определенно сочла победой.
— Так ты голоден?
По дороге к чайнику её друг скривился. — Мог бы съесть зоопарк, но я откажусь, извини.
— Но тебе всегда нравилось то, что я делала!
— Действительно? — Он бросил на неё скептический взгляд, заставив Доктора уныло взглянуть на свои покрытые мукой руки и для вида заворчать.
— Ладно. Нет.
Грэм указал на неё чайной ложкой. — Играть с моими несуществующими воспоминаниями — это не круто.
Осознав, что она только что натворила, Доктор закусила губу, когда её охватил прилив стыда. Неуверенная, она поглядела на него краем глаза, пытаясь понять, насколько он зол. Судя по тому, как Грэм продолжал готовить утреннюю чашку чая, как ни в чем не бывало, ей уже простили эту ошибку. Тем не менее, на её языке остался горький привкус.
Чувствуя непреодолимое желание поднять настроение в комнате, она ухватилась за следующую лучшую мысль, которая крутилась у неё в голове. — Итак, на сегодня я… — слова Яз эхом разнеслись в её голове, напоминая ей о разговоре, который должен был состояться. — Подожди, нет, я должна кое-что с тобой обсудить. С Райаном тоже, но, может быть, нам стоит подождать, пока он тоже встанет.
— Как долго ты хочешь ждать? Потому что этот мальчик проспит весь день, если солнце не заглянет в окно, — сказал он, качая головой.
— ТАРДИС специально построила для него что-то вроде искусственного солнца, она будет зажигать его автоматически, когда для вас будет утро.
Щелчок чайника прозвучал как раз под впечатленный свист Грэма.
Какое-то время они работали в дружелюбном молчании, Грэм доделывал свой чай, а она избавлялась от неудачных экспериментов с завтраком.
(Она перепробовала всего понемногу, когда он не смотрел, и да, он был прав, когда отказался.)
— Итак, о чём ты хочешь поговорить?
— Яз сказала, что я не могу просто предположить, что вы с Райаном присоединитесь к нашим приключениям, поскольку теперь у вас совершенно другой набор воспоминаний, и, следовательно, возможно, вы не те люди, которыми были, когда я видела вас в последний раз, так что…
— Так ты спрашиваешь, хотим ли мы по-прежнему путешествовать с тобой или хотим, чтобы ты нас высадила?
— В принципе, да. — Она старалась относиться к этому как можно более небрежно, но перспектива отпустить часть своей семьи всё ещё ранила.
Ей пришла в голову мысль. Сама Яз никогда не говорила, хочет ли она остаться или нет, она просто подтолкнула её к разговору с мальчиками, никогда не произнося ни слова о своей позиции по поводу этой ситуации. Неожиданно начали активироваться её нейроны, отвечающие за тревогу.
Яз не захотела бы уходить, верно? Не после их последнего разговора и достигнутого соглашения. О чём именно они договорились? Что, если…
— Не могу сказать, что вчера вечером я об этом не думал. Думаю, я уже принял решение, но хочу спросить ещё об одном.
Ответ Грэма прорезал клубок навязчивых мыслей, и Доктор автоматически сделала глубокий вдох, чтобы избавиться от удушающего чувства тревоги, сковывающего её легкие. Понимая, что в этом ответе всё ещё сохраняется отчетливая энергия «мы должны поговорить», она нехотя снова напряглась.
Спокойно, па… девочка. Женщина. Когда она перестанет это путать? В любом случае, вопрос Грэма.
— Жги.
Несмотря на всё это, он, казалось, не обратил внимания на её внутреннюю борьбу, наблюдая за ней вопрошающими, но всё еще слепыми глазами. — Будем ли мы в безопасности от того, что преследовало тебя или нас в Шеффилде?
Теперь, наконец, это было то, на что она могла переключиться. Однако ей пришлось прервать свои размышления, когда она наткнулась на важную деталь. Что на самом деле было не деталью, а мощным ударом по гудку посреди дороги.
Действуй с осторожностью. Думай, прежде чем говоришь.
— Я думаю, да, но мне, вероятно, придется предпринять с вами некоторые меры предосторожности. — Теперь она подошла к решающей части, когда ей нужно было мудро подобрать слова. -… Может быть, мне придётся поставить глушители в ваш разум или что-то в этом роде.
Сразу же брови Грэма взлетели вверх, его невпечатлённый взгляд, которым он её одарил, почти резал. — Ещё одно проникновение в мозг? Я, пожалуй, откажусь. Не могу позволить тебе заставить меня случайно забыть правила покера или что-то в этом роде.
Часть её хотела попасться на удочку и начать протестовать — она была вполне способна манипулировать разумом и никогда не перепутала бы что-то непреднамеренно, большое спасибо, — но её челюсть закрылась, как будто кто-то натянул ей кожу. Её губы плотно сжались, и вместо этого она возмущенно фыркнула.
Однако это, казалось, было вполне нормально для её друга, который, очевидно, считал, что этот конкретный разговор окончен, и теперь жевал тост с маслом, который ТАРДИС каким-то образом приготовила для него.
Доктор никогда бы прямо не призналась в этом, но в её сердцах потеплело, когда она увидела, как её древняя компаньонка обожает её друзей.
Телепатически поблагодарив свой корабль, она повернулась, чтобы приготовить себе миску с хлопьями. После Нексус 304 до сих пор должны были остаться какие-то остатки их удивительного бренда. Она практически чувствовала их запах.
Так, сосредоточенная на своей задаче, она не заметила, что ритмичный лязг Грэма, который время от времени помешивал чай и ударял ложечкой по кружке, прекратился. Поэтому его следующие слова неожиданно поразили её во внезапно наступившей тишине.
— Итак, вы помирились с Яз?
Она чуть не уронила миску из рук? Может быть. Признается ли она когда-нибудь в этом? Нет.
Жизнерадостная ухмылка крепко приклеилась к её лицу, когда она повернулась к нему. — Что ты имеешь в виду?
— Да ладно, Док! Она чуть ли не вытащила тебя из комнаты, чтобы поговорить о чём-то, и после этого вы обе исчезли с лица земли на остаток дня — и не вместе. Я, может, и старый, но не слепой, и это очень похоже на то, что ты дулась в своих комнатах, или на корабле, или под кораблем, да ладно, ты понимаешь, о чём я.
Её плечи немного расслабились, когда она поняла, что Грэм не имел в виду ничего большего, чем то, что он сказал. Очевидно, либо он уже спал мертвым сном, когда Райан разыскал её прошлой ночью, либо Райан просто не сказал ему, что Яз заняла его место в консольной комнате.
Однако она не успела сказать ему, что у них не было ссоры как таковой, так как её уши уловили более чем знакомый звук тапочек в коридоре, приближавшийся с каждой секундой и заставлявший её сердца биться чаще.
— Доброе утро, — послышалось всё ещё сонное бормотание, когда Яз прошаркала в кухню и немедленно направилась к чайнику.
Доктор обнаружила, что не может ответить на приветствие, её разум внезапно превратился в чистый лист, когда она уставилась на молодую женщину рядом с собой, как будто видела её впервые. Что было абсурдно, она видела Яз много раз, и во многих местах, и во многих ситуациях, если уж на то пошло. Что ж, эти мысли ей сейчас совсем не помогли.
Настолько незаметно, насколько это было возможно, она позволила себе на минутку понаблюдать за Яз, пока та наливала себе чашку чая. На ней всё ещё были пижамные штаны, но она заменила кофту на свободно свисающую рубашку, и теперь её волосы были собраны в беспорядочный пучок вместо косы, которую заплела перед сном. Несколько тёмных прядей уже выпали из него, обрамляя её сонное лицо, и Доктор практически почувствовала, как её пальцы кричали о том, чтобы заправить их за ухо и прикоснуться к мягкой коже.
Она всё ещё могла вспомнить, как в первые несколько недель Яз всегда появлялась на завтрак в безупречном состоянии, уже одетая для дневных приключений и с аккуратной причёской. Пока постепенно джинсы не были заменены пижамными штанами, а аккуратные косы — растрёпанными волосами, чем более комфортно ей становилась на борту и рядом с ними. Это был один из самых прекрасных примеров метаморфоз, свидетелем которых Доктор была до сегодняшнего дня.
Заметив внезапную тишину, наступившую с её приходом, Яз посмотрела на Доктора и Грэма, её губы сложились в улыбку. — Я слышала твой голос из коридора, не нужно останавливаться из-за меня.
По-видимому, на её лице было написано приличное количество паники, так как Грэм почувствовал себя обязанным спасти её, лишь взглянув в её сторону.
— Нет, я думаю, мы закончили, верно, Док?
Не доверяя словам, она просто нетерпеливо кивнула. Это оказалось мудрым решением, потому что Яз выбрала этот момент, чтобы достать что-то из шкафа за её головой, и, вместо того, чтобы просить её подвинуться, просто положила руки на бедра Доктора и осторожно подтолкнула её влево.
Тепло не только рук, но и тела Яз, казалось, распространилось от сердец до всех её конечностей, слабый запах шампуня заполнил её чувства. Затем наступил момент, когда любой нормальный человек убрал бы руки и взял из шкафа всё, что было нужно, однако Яз, очевидно, был настроена ещё больше повысить температуру тела Доктора.
Она почувствовала, как рука Яз оторвалась от её правого бедра, чтобы открыть дверь и потянуться за миской, но в процессе рука, всё еще державшаяся за левое бедро, усилила хватку, пальцы впились в мягкую плоть, её локоть прижался к животу Доктора, эффективно зажимая её между стойкой и рукой.
Слабый звук сорвался с её губ, и она надеялась ради всех звёзд во вселенной, что этого никто не заметил. Однако почти незаметное прикосновение губ Яз доказало её, что она неправа, кровь мгновенно прилила к её щекам и ушам.
Это было почти так, как если бы она вернулась к половому созреванию. Ладно, если бы у Повелителей времени было что-то подобное. Чего у них не было. Во всяком случае, не в этом суть.
Дело в том, что Яз, более чем вероятно, делала всё это специально и получала удовольствие, дразня её, показывая Доктору, как сильно та на самом деле хотела быть с ней (снова). Это было откровенно подло.
И всё же, конечно, она обнаружила, что не в силах по-настоящему злиться, когда Яз повернулась к ней с молящими тёмно-карими глазами. — Пожалуйста, скажи мне, что есть ещё немного хлопьев с Нексуса 3. Какое там число? 305?
— 304, — слабо прохрипела Доктор, всё ещё не оправившись от их неожиданной и очень публичной близости.
Её глаза загорелись от осознания. — Точно! 305 это там, где были плотоядные хамелеоны, не так ли?
В конце концов, молодая женщина проявила милосердие и отпустила её, отходя к шкафу с хлопьями, как будто ничего не произошло, в то время как Доктор, наконец, заметила, что то, как сильно она сжала миску в своих собственных руках, прервало кровообращение, по крайней мере, в трёх пальцах. К счастью, она раздобыла эти миски во время своего последнего путешествия на Титанелксус, планету, известную своей почти нерушимой посудой, иначе она бы разнесла её на куски.
Во рту всё ещё было неприятно сухо, но ей нужно было что-то ответить. — Ага, там мало едоков злаков.
Сморщив лицо, Доктор вздрогнула от хрипоты собственного голоса, и даже Грэм вопросительно приподнял бровь после двух последних кусочков тоста. Яз, напротив, села на свое обычное место за столом и выглядела невинной, как новорождённый ребенок.
Каким-то образом у Доктора возникло ощущение, что это будет долгий день вне зависимости от того, отправятся ли они в путешествие или нет.
