«Магнолия»

      Аки нет-нет, да и бросал исподтишка в перерывах между разговорами короткие взгляды в сторону восхитительного блондина, невольно цепляясь за его очаровательную родинку на высокой скуле. Та, казалось, и вовсе была искусственной – настолько идеально, с ювелирной точностью, будто бы выверенной до миллиметра, располагалась ниже глаз, в нужной мере придавая совершенным, утонченным чертам лица недостающей мягкости. Хотелось подсесть ближе, прикоснуться, проверяя, настоящая ли она, но юноша не осмеливался сделать это, интуитивно чувствуя, как клиент очертил вокруг себя невидимые границы, не позволяя кому-либо нарушать свою зону комфорта. Единственным исключением стал Ошитари, весь вечер сидевший по одну сторону от блондина и тихо переговаривавшийся с ним о чем-то, так, что разговор не достигал чужих ушей.       Боковым зрением Аки отмечал, что не его одного влекла холодная красота Атобе. Сидевшие поблизости завсегдатаи клуба надолго останавливали на нем свои наметанные взгляды, изучая, оценивая. Его можно было бы спутать с работающими в клубе хостами, если бы не пронзительный, надменный взгляд холодных темно-голубых глаз, смотревших на всех вокруг себя высокомерно, с исключительной долей собственного достоинства и превосходства. И эта витавшая вокруг него аура царственной недосягаемости…       Аки прерывисто вздохнул, отводя взгляд в сторону и мысленно ругая себя за непривычную рассеянность. «Да соберись же ты! Нашел, о ком вздыхать. Клиенты приходят и уходят, а судя по реакции и поведению Атобе-сана, он и вовсе здесь в первый и последний раз. Забудь. От твоих попыток привлечь его внимание ему ни тепло ни холодно, так что хватит уже, - он мысленно чертыхнулся. – Ей-богу, Аки, как будто в первый раз встречаешь клиентов такого типа. Им не нужна компания хостов, - он метнул взгляд в сторону блондина и кисло вздохнул, - они и без нее великолепно обойдутся».       Отогнав невеселые мысли, юноша прислушался к развернувшемуся рядом с ним спору между Гакуто и Шишидо. Кажется, те никак не могли решить, как подступиться к омару в медовой глазури, поглядывая на блюдо с подозрением.       «За работу, парень», - мысленно подстегнул себя Аки и обезоруживающе улыбнулся, плавно вливаясь в разгоравшийся все сильнее спор:       - Зря вы смотрите на него с таким недоверием, ведь это блюдо… - завладев вниманием, он чуть снизил тон, доверительно зашептав: - Одно из лучших в «Магнолии». Вы еще пальчики облизывать будете и обязательно захотите добавки! У вашего капитана великолепный вкус. Сразу видно, что он разбирается в отличной кухне и заказывает только самое лучшее.       Гакуто и Шишидо мрачно переглянулись между собой.       - Вот именно поэтому…       - Мы и опасаемся, - хмуро закончил Ре, скосив взгляд на аппетитно пахнущее нечто.       Атобе сделал глоток прохладного шампанского, смотря на шумных, болтающих и спорящих друг с другом, как в старые времена, повзрослевших парней снисходительным взглядом. Он, как и раньше, предпочитал наблюдать со стороны, не желая вмешиваться в развлечения подобного сорта. Достаточно было и того, что в компании бывших товарищей по команде он чувствовал себя комфортно и мог позволить себе расслабиться, временно оставив все дела и обязанности в стороне.       - Я надеюсь, мы не сильно отвлекли тебя от дел? – поинтересовался Ошитари.       Атобе передернул плечами и чуть поморщился, ощутив отголоски не так давно, казалось бы, растаявшей под действием таблетки головной боли.       - Тебе стоило задаться этим вопросом прежде, чем звонить мне, - бросил он сухо. – И разве мог я оставить вас, детишек, без своего присмотра, а-а?       Ошитари коротко усмехнулся, покачав головой.       - Ты не меняешься.       Тот недоуменно-надменно вскинул бровь.       - Не вижу абсолютно никаких причин для этого бесполезного процесса. – Он посмотрел на веселившихся ребят пронзительным взглядом, как в пору своего правления в Хетее. Только в этот раз теннисисты не были под его руководством, и за прошедшие годы привитые до инстинктов привычки, кажется, истерлись из их памяти. Раньше стоило им ощутить на себе пристальный взгляд своего капитана, в полной мере выражающий его недовольство и укор, как все тут же успокаивались и переставали дурачиться, возвращаясь к тренировке. Теперь же они если и заметили что-либо, то тщательно старались не подавать виду, продолжая отдыхать.       Атобе устало потер свободной рукой переносицу.       - А вот некоторым стоило бы немного повзрослеть. Постой, кажется, я сказал «немного»? Забудь. Такие вещи в подобных случаях просто несоизмеримы в своих масштабах.       Ошитари глубокомысленно кивнул.       - Конечно. Но разве сейчас это имеет какое-то значение? Ребята отдыхают. Наслаждаются обществом друг друга…       - Ссорясь и цапаясь, как дети малые, - вставил бывший капитан.       - …в привычной для себя манере, - выкрутился Юуши. – Позволь и ты себе немного расслабиться.       Атобе лишь закатил глаза.       - Я и так расслаблен.       - А по тебе не скажешь. Выглядишь мрачнее обычного.       - Что? – блондин окинул взглядом расстегнутый пиджак, рубашку и стряхнул с плеч несуществующие пылинки. – Что за чепуха? Я выгляжу великолепно, как и всегда.       Ошитари подавил стон, уже готовый было сорваться вместе с тихим смехом. Действительно, Атобе не меняется, и в какой-то мере это знание даже успокаивало.       - Проехали.       - А вот что за смехотворный галстук на тебе сегодня? – блондин оглядел бывшего товарища придирчивым взглядом. – Ужасный цвет. Это что… морские водоросли?       Юуши невозмутимо поправил на переносице очки.       - Всего лишь подарок Гакуто.       Атобе сочувствующе посмотрел на него, и Ошитари подавил возглас удивления сразу в зародыше.       - Выкинь его. При первой же возможности.       - Но это же подарок, Атобе.       - Убери в шкаф, - скрепя сердце предложил тот. – Но не вздумай еще раз показаться в нем на людях.       - И что подумает Гакуто, если я вдруг перестану носить его подарок?       - Что ты не любишь галстуки?       - Хм. Вообще-то люблю, и он это прекрасно знает, как видишь.       - Какая жалость, что он не удосужился вдобавок узнать, какие цвета ты предпочитаешь, - ехидно прокомментировал Атобе.       - Чтобы он их от случая к случаю чередовал, а я потом развешивал галстуки в шкафу по цветам? – иронично поинтересовался Ошитари.       Атобе иронии не уловил и серьезно кивнул. Именно так поступал он сам, причем не только с галстуками.       - Ты всегда довольно быстро улавливал суть вещей. Осталось донести это до Мукахи. Разумеется, если ты попросишь, я могу сам поговорить с ним на эту щекотливую тему, - милостиво предложил он.       Ошитари поспешно ответил:       - О, не стоит утруждать себя такими мелкими разговорами. Они ведь не стоят твоего внимания, Атобе. И мне даже нравится… оригинальность Гакуто при выборе подарков.       Блондин с явно читаемым на лице сомнением посмотрел на Юуши, справедливо полагая, что тот еще не видит всех последствий своих странных симпатий.       - Не звони мне, если захочешь пожаловаться, когда получишь новый «оригинальный подарок», - надменно вскинув бровь, недовольно проворчал он. – Ты и так знаешь, что я тебе тогда скажу. «Я тебя предупреждал».       Уговорив скептически настроенных парней довериться если не вкусу своего капитана, то хотя бы его клятвенным заверениям, сейчас Аки широко улыбался, то и дело тихо, мелодично смеясь при виде особо комичных выражений лиц теннисистов, когда те уплетали вкуснейшего омара в медовой глазури.       - Как насчет добавки? – поинтересовался он.       - М-м-м, - отрезав кусочек, Гакуто с удовольствием его проглотил и едва не облизнулся. – Хочу!       - Ну-у, можно, - неохотно протянул Шишидо, для порядка скучающе скривив лицо. – Все равно Атобе платит.       Хост улыбнулся одними уголками губ и полуобернулся, устремив ищущий взгляд в полутемный зал, выискивая там официанта, чтобы распорядиться насчет очередных порций блюд и закусок. Мельком оглянувшись через плечо на веселящихся ребят, окинув взглядом стол и полупустые бокалы, он мысленно сделал пометку, что было бы неплохо сделать заказ еще на несколько коктейлей. А также…       Аки украдкой глянул на восседавшего во главе стола блондина. Тот тихо переговаривался о чем-то с Ошитари, но его цепкий взгляд был устремлен прямо, словно приклеенный к своим нынешним «бывшим» подопечным, а его ловкие, аристократически бледные пальцы небрежно-изящным жестом сжимали тонкую ножку бокала, изредка поигрывая ею, очерчивая в воздухе невидимые овалы и периодически поднося бокал к тонким, красиво очерченным губам.       Будто зачарованный, юноша смотрел, как переливается в бокале игристое вино, а со дна его бурной, непрерывной дорожкой поднимаются золотистые пузырьки. Прошло, наверное, несколько секунд, прежде чем он поднял взгляд и чуть не поперхнулся воздухом, встретившись с холодно-льдистыми, темно-голубыми глазами, открыто смотревших на него. Взгляд этот был неожиданный, пристальный и… изучающий?       Смутившись и улыбнувшись чуть скованно, застигнутый врасплох тем, что его «поймали», Аки перевел взгляд обратно в зал. «И шампанское, - немного взволнованно подумал он. – Блюда, закуски, коктейли и шампанское. Обязательно французское, охлажденное, а к нему…»       Юноша продолжал проигрывать различные вариации меню, желая угодить взыскательному вкусу одного конкретного клиента и оставить самые благоприятные впечатления, а взгляд его, немного рассеянный, тем временем скользил по залу, привычный к приглушенному освещению.       Он искал, пока случайно не остановился, буквально споткнувшись, на знакомой фигуре, как всегда затянутой в непримечательный, придававший своему обладателю необходимой незаметности, но идеально и со вкусом скроенный костюм, ладно сидевший на крепком теле. «Хозяин», - отметил про себя Аки и невольно вытянулся по струночке, хотя господин Есихара сейчас вовсе стоял к нему спиной, разговаривая с одним из постоянных клиентов. Это было его обычной практикой: спуститься из своего кабинета в vip-зал, устроиться за столиком в тени, заказать ужин и, закурив сигару, незаметно наблюдать за работой своих мальчиков. Долгое время никто не знал об этом, пока пару раз несколько хостов не распознали его среди всех прочих посетителей, по чистой случайности кинув взгляд именно в ту сторону и на тот столик, за которым сидел мужчина. После подозрительной цепочки из нескольких подобных случайностей, за которыми неизменно следовал нагоняй некоторым хостам, все витавшие сомнения о постоянном надзоре исчезли. Но очень редко господин Есихара спускался в зал так открыто, не скрывая, как обычно, своего присутствия. Возможно ли, что он пришел просто отужинать?.. В этом Аки сомневался. Что угодно, но только не «просто».       Теперь он не сможет спокойно сидеть на месте, гадая, что же привело хозяина в зал.       Мелькнувший за спиной мужчины и быстро исчезнувший белоснежный козырек Аки заметил случайно, когда уже почти отвел взгляд. И теперь он замер, уверенный, что ему померещилось, и медленно неверяще моргнул пару раз, словно стряхивая с ресниц внезапно нахлынувшее наваждение.       Но когда мужчина отошел от стола постоянного клиента, попрощался с ним и, неспешно развернувшись, шутливо поклонился, пропуская вперед своего спутника, Аки чуть не подпрыгнул на месте, в последний момент вцепившись пальцами в мягкую обивку дивана. С губ сорвался рваный потрясенный вздох, а жадный взгляд так и приклеился к невысокой, статной фигуре, увенчанной до дрожи знакомой белоснежной бейсболкой.       «Вернулся», - почти благоговейно пронеслось в мыслях хоста, тщетно вглядывавшегося в терявшиеся под козырьком и в приглушенном освещении зала красивые черты лица. Он видел, как, поравнявшись с господином Есихарой, юноша остановился, полуобернулся и что-то сказал ему, как хозяин негромко рассмеялся в ответ, и при виде них на губах Аки тоже заиграла радостная улыбка. Но не прошли они и десятка шагов, как владелец клуба вновь остановился, здороваясь с очередным знакомым, а его спутник в этот раз спрятался за спиной мужчины и натянул козырек пониже, словно надеясь так скрыться от непрестанно кидаемых в его сторону любопытных взглядов. Аки едва слышно хихикнул, наблюдая за ним, таким знакомым и не меняющимся, и все не мог перестать улыбаться. И, не сводя с него взгляда, одними губами прошептал:       - Вернулся…       Плавным элегантным жестом Атобе поднес бокал к губам и неспешно сделал маленький глоток. Перекатывая на языке капли шампанского, он смаковал весьма недурной вкус игристого вина, напоминавший ему о великолепных, душистых виноградниках на юге Франции и недавно проведенных там днях под теплыми ласковыми лучами июльского солнца. А взгляд его тем временем, не подернутый дымкой воспоминаний, внимательный, задумчиво-изучающий лежал на светловолосом юноше. Он не помнил, что именно заставило его остановиться и присмотреться к хосту не как к фрагменту мебели. Тот постоянно улыбался и часто смеялся, и смех его был на удивление приятным. И он совершенно непонятным образом умудрился поладить с двумя самыми проблемными парнями бывшей теннисной команды Хетей. Атобе склонен был считать, что именно этот немыслимо-удивительный факт и привлек его внимание к нему более чем на две трети секунды.       А присмотревшись, он неожиданно для себя понял, что у парня довольно симпатичные черты лица, особенно линия губ. Целовать хостов моветон, но смотреть на них должно быть эстетически приятно, особенно в таких мелочах. Фигура тоже неплоха, не так совершенна и прекрасна, как у него, но явно заслуживает некоторого внимания. Скажем, на горизонтальной поверхности, в приватной обстановке номера люкс…       Периферийным зрением Атобе видел, как хост в очередной раз улыбнулся Гакуто и Шишидо, обернулся было в зал, выискивая официанта, и бросил взгляд через плечо, на заставленный блюдами, закусками и коктейлями стол, словно что-то просчитывал в уме. А после его взгляд неспешно, будто бы неуверенно, и украдкой устремился в его сторону, упав на сжимавшие ножку бокала пальцы, не смея подняться выше.       Мысленно хмыкнув, блондин не торопясь пригубил шампанское, чувствуя, как пара карих глаз зачарованно наблюдает за каждым его движением. А нарочито медленно опустив бокал, Атобе прямо встретил взгляд юноши, застав того врасплох.       Он видел, как в темных глазах на секунду промелькнула растерянность, смешавшаяся с остатками смущения, и, снова посмотрев на него, хост слабо улыбнулся, словно бы каялся в свершенном преступлении, после чего отвернулся, вновь выискивая в зале официанта.       Наблюдая за ним, Атобе вдруг вспомнил, что давно не скидывал физическое напряжение, последнее время полностью загруженный делами семьи и университета, и теперь он заново окинул светловолосого юношу внимательным, куда более пристальным взглядом, придирчиво оценивая того в прикладном смысле на ближайшие несколько часов. Темно-голубые глаза медленно прошлись по ладной фигуре, подчеркнутой форменным костюмом-тройкой, выполненным в черно-золотистых цветах «Магнолии», поднялись снова к лицу, изучая мягкий профиль, и чем больше хетеец смотрел на него, тем яснее и ярче представлял себе картины будущей ночи, с недовольством отмечая, как брюки стали теснее. Так быстро возбудиться после долгового воздержания, словно он юнец какой-то!       Атобе одним глотком допил остатки шампанского, будто рассчитывая алкоголем немного сбить настрой, и тут подозрительно сузил темно-голубые глаза. Все это время он не отрывал взгляда от светловолосого хоста и сейчас заметил, что парень вдруг застыл на месте, уставившись в одну сторону. Его карие глаза изумленно распахнулись, а ухоженные пальцы с неожиданной силой вцепились в мягкую спинку дивана. Но когда на его губах заиграла неподдельно счастливая, радостная улыбка, несравнимая с той недавней профессиональной, Атобе нахмурился.       Отведи он взгляд, и он бы не увидел, как красивые губы едва слышно прошептали что-то. Но хетеец смотрел на него, и в царившем кругом разнокалиберном шуме разговоров, смеха и музыки он не услышал, но разобрал по губам слетевшее с языка юноши слово. И тот его взгляд, которым хост продолжал смотреть в определенную сторону, заставил блондина посмотреть туда же, в глубину раскинувшегося перед ним зала.       Темно-голубые глаза выхватили из приглушенной, интимной полутьмы стоявшую возле одного из столов пару, примечательную лишь тем, что она была совершенно дисгармоничной. Рядом с высоким, одетым в деловой костюм представительным мужчиной без толку болтался невысокий парень, соизволивший явиться в клуб не только в удлиненных до колен джинсовых шортах и футболке-поло, но и в бейсболке! Уму непостижимо. То было нарушение всех правил этикета, и Атобе презрительно скривил губы.       Его внимание переключилось с мелкого плебея на мужчину лет тридцати, и на мгновение блондин бросил взгляд обратно на светловолосого хоста. Так о нем шла речь? Старый клиент? «Ну, нет, - мрачно усмехнулся про себя Атобе. – На сегодня ты моя игрушка». Не видя поводов для беспокойства, он быстро потерял интерес к странной паре, явно не стоящей его драгоценного внимания.       - Эй! А ну верни!       Раздраженно цыкнув, Атобе бросил недовольный взгляд на того самого, кипевшего возмущением, парня и удовлетворенно хмыкнул про себя, убедившись, что у мужчины все-таки есть зачатки каких-то манер и знание банальных основ этикета, раз он соизволил отобрать у мальца эту совершенно неуместную в заведении кепку.       Не зная, почему, но он задержался на паре взглядом. Плебей оказался брюнетом и сейчас буравил своего спутника явно недовольным взглядом, а тот, улыбнувшись в ответ, взъерошил его темные волосы. Несколько секунд они стояли посреди зала, привлекая всеобщее внимание, пока парень, передернув плечами, не развернулся к мужчине спиной.       И в тот момент, когда он подошел ближе, Атобе вдруг хищно прищурился.       Они располагались недалеко от сцены, в той части, где освещение было чуть ярче, куда брюнет вынырнул из темноты зала, подобно освободившемуся от ночных оков солнцу, утренней звездой засиявшему на холодном небосклоне. Будто в подтверждение тому, под недовольно сведенными бровями чистым золотом раздраженно сверкнули удивительные глаза, мгновенно приковавшие к себе чужое пристальное внимание.       Плавной, уверенной походкой юноша подошел к столику на двоих, стоявшему как раз напротив. Вблизи он представился немногим выше, с гибкой подтянутой фигурой, и оттого еще более грациозным, чем сначала показалось издалека. Ступая легко и бесшумно, держа великолепную осанку, он напоминал кота, забредшего на завоеванную территорию, неприрученного и гордого, прекрасно знающего цену своей богатой соблазнительной шкурке.       Цепким взглядом внимательные темно-голубые глаза оценивающе и нарочито медленно скользнули снизу-вверх по явно тренированному телу, отметив красивые подтянутые икры, очаровательные острые коленки, заманчиво выглядывавшие из-под шорт, стройные бедра, обрисованные натянувшейся джинсовой тканью…       Опустившись за стол, брюнет мельком огляделся, и на лице его читалось выражение неудовольствия, плавно переходившего в откровенную скуку. Атобе чуть сжал хрупкую ножку бокала, не заметив этого, внимательно следя за выразительными чертами лица. У него была великолепная идея, как помочь этому полудикому котенку избавиться от скуки, стоит им на время остаться наедине.       Взгляд невольно вернулся к коленкам, обласкал длинные стройные ноги и медленно поднялся к красивому лицу, остановившись на глазах цвета расплавленного золота.       Губы тронула предвкушающая ухмылка. На много, много времени наедине…       Заметив, как юноша, посмотрев в их сторону, коротко кивнул в знак приветствия и так же быстро перевел свое внимание дальше, блондин пристально посмотрел на чуть рассеянно улыбавшегося светловолосого хоста с совершенно конкретной целью.

* * *

      Стоило привычно приподнять руку вверх и звонко щелкнуть пальцами, как вместе с несколькими повернувшимися в его сторону головами и направленными взглядами, выражавшими недоумение, удивление, интерес или даже веселую усмешку при виде знакомого жеста, в течение пары-другой считанных секунд возле столика появился симпатичный официант.       Он улыбнулся приветливо, посмотрев сперва на хозяина клуба, удобно устроившегося на диване и внимательно наблюдавшего и за ним, и за сидевшим рядом парнем, а после на брюнета, замерев перед ним в ожидании.       - Желаете сделать заказ?       - Желаю, - расслабленно откинувшись на спинку дивана, Рема на мгновение поймал вопросительный, с нотками неподдельного любопытства, взгляд Нацуки и весело прищурился. – Для начала – Понту, виноградную, охлажденную, - он увидел, как мужчина театрально закатил глаза, и проглотил смешок. – В банке, - добавил он.       Рику, официант, подавил усмешку и лишь кивнул.       - Что-нибудь еще?       - М-м-м… - Эчизен принял задумчивый вид, и Нацуки сузил глаза, подозревая, что с парня станется на этом завершить заказ. Но тут он посмотрел на него, слегка наклонил голову на бок, будто раздумывая, и вновь встретился с ним взглядом. Мужчина весь заинтересованно подобрался. Рема продолжил: - Уверен, нашему гостю понравится наш фирменный сырный суп с цветной капустой. – Нацуки изогнул вопросительно бровь. Брюнет тихо усмехнулся: - А еще треска в беконе с розмарином, особенно с новозеландским белым вином. – На вине мужчина особо пристально посмотрел на Рему, и тот, не сдержавшись, открыто, чуть издевательски ухмыльнулся.       - Прекрасный выбор, - мельком посмотрев на хозяина клуба, оценивая его реакцию, Рику вновь посмотрел на брюнета. – Желаете что-нибудь еще? Ванильный чизкейк с малиновым соусом на десерт?       - Вместе с Понтой, - одобрительно кивнул тот. – Пока все.       Забрав нетронутые, обтянутые мягкой кожей меню и предупредив о приблизительном времени ожидании, официант удалился, оставив «клиентов» наедине.       - Хм, - многозначительно выдал Нацуки, задумчиво потер подбородок и с интересом посмотрел на Рему. – Ты не смотрел меню, - со смешанными чувствами выдал он, то ли укоряющее, то ли удивленно. – И не предложил его мне.       Тот пожал плечами.       - Зачем?       - Так принято.       Эчизен внимательно посмотрел на него и вдруг усмехнулся.       - Чем-то недоволен? Ты все слышал и мог остановить меня в любой момент. Но не сделал этого.       - Не сделал, - не стал спорить Есихара.       - Стоит ли мне спрашивать, почему? – по затаившейся в уголках губ юноши довольной улыбке мужчина понял, что тот и без него знает ответ на незаданный вопрос.       - Потому что ты угадал, - молвил он и чуть нахмурился. – Даже с вином.       Рема ухмыльнулся шире, отрицательно покачав головой. Нацуки нахмурился сильнее, и неожиданная догадка осенила его.       - Ты знал? – недоверчиво произнес он и пристально посмотрел на брюнета.       Тот небрежно пожал плечами, но по довольным искоркам в желто-зеленых глазах мужчина понял, что своим предположением попал в точку.       - Пояснишь?       Эчизен тихо фыркнул.       - Я не должен делиться с клиентами своими профессиональными методами.       - А со своим работодателем?       Юноша метнул в него недовольный взгляд.       - Даже не рассчитывай.       - Я настаиваю.       - Как угодно.       - Я твой шеф.       - Оу. Серьезно?       - Уволю.       - Да пожалуйста.       - Выплачу премию.       Темная бровь скептически приподнялась.       - Дам еще один выходной? – напоследок рискнул Нацуки.       Продолжая с сомнением смотреть на него, Рема что-то неопределенно промычал и задумался.       - Три, - решительно произнес он и добавил: - И оставляешь за мной право, когда распорядиться ими.       - А ты не обнаглел, радость моя?       «Радость» ехидно прищурилась. Нацуки вздохнул.       - Ты из меня веревки вьешь, - пожаловался он. – Хорошо, будет тебе три выходных. А теперь выкладывай. И я надеюсь, - ворчливо добавил он, - что это действительно что-то интересное.       Эчизен на это только весело ухмыльнулся и беспечно пожал плечами.       - Раньше надо было об этом думать, - небрежно припечатал он.       Мужчина смерил его скептическим взглядом и красноречиво промолчал, лишь многозначительно вскинув брови.       Закатив глаза, Рема немного потянул с ответом, а потом сказал таким тоном, будто это все объясняет:       - Сегодня среда.       Нацуки ожидал продолжения, но, не дождавшись, наградил брюнета убийственным взглядом.       - Это я и сам знаю.       - Середина рабочей недели, - продолжил парень и начал загибать пальцы. – По средам ты по очереди объезжаешь все свои рестораны и проверяешь, чтобы все было в порядке. К вечеру возвращаешься в «Магнолию». Проверяешь счета и список закупок. Ты никогда не обедаешь, только если это не какой-нибудь деловой обед, предпочитаешь плотно позавтракать и вкусно поужинать по окончании рабочего дня. – Рема замолчал и глубоко вдохнул, словно лимит его слов на сегодня был исчерпан. Рассеянным взглядом окинул зал и, переждав немного, со вздохом продолжил: - Ты чередуешь блюда из мяса и рыбы и на ужин обязательно берешь суп, либо томатный, либо сырный. Мясо предпочитаешь оставлять на выходные, а на неделе берешь его редко, в основном по вторникам и четвергам. С ним же лучше всего сочетается томатный суп. Сегодня среда, - подвел он итог и, помолчав еще немного, продолжил снова: - К рыбе в основном подается белое вино, а из всех них ты больше предпочитаешь чилийское и новозеландское.       Нацуки пару раз удивленно моргнул, в первую минуту, слушая Эчизена, опешив оттого, насколько просто и по пунктам тот рассказывал ему о его же собственных, незаметно устоявшихся с годами привычках, не забыв упомянуть и вкусовые пристрастия. И когда только ухитрился выяснить? Каким образом? И почему из всего ассортимента меню выбрал именно эти два блюда, прекрасные сами по себе и идеально дополнявшие друг друга в ансамбле? И как только за прошедшие три недели не забыл, что готовится за священными стенами кухни «Магнолии»?       В его голове вихрем пронеслись десятки вопросов, и на каждый хотелось получить ответ, но вместе с ними, подобно аксиоме, внезапно прояснилось четкое и такое простое понимание: не получится. Брюнет не расскажет больше того, что сам сочтет нужным, а уж после всего выданного от него и вовсе ничего похожего не дождешься. Жаль, что их игра в «клиента и хоста» закончилась, не успев толком начаться. И жаль вдвойне, что они, связанные обязательствами друг перед другом, никогда не смогут откинуть их в сторону и облачиться в реальность, сняв несерьезные маски несерьезной игры.       С необычайно довольным выражением лица посмотрев на брюнета, мужчина не удержался оттого, чтобы не заметить ехидно:       - И из всех вин ты решил взять то, что подороже.       Рема ухмыльнулся, нисколько не чувствуя себя виноватым.       - Не только. Оно действительно подойдет лучше. Чилийское слаще.       Откинувшись поудобнее на спинку диванчика, Нацуки посмотрел на парня, прокрутил в памяти все сказанное и покачал недоверчиво головой.       - Ты когда-нибудь вообще пользуешься меню? – вдруг спросил Есихара.       Рема пожал плечами.       - Да, - поймав на себе вопросительный взгляд владельца клуба, он закатил глаза. – В кафе на углу, где делают бургеры. Все? Доволен?       Не удержавшись, мужчина слегка запрокинул голову назад и негромко, низко рассмеялся.       - Доволен.       Их уединение обещали неожиданным образом нарушить.       Боковым зрением заметив, как к ним направляется светловолосый юноша, Ёсихара озадаченно нахмурился и обеспокоенно вскинул брови, когда тот остановился рядом со столиком.       - Аки, солнце наше, ты разве не на работе? Что-то случилось?       Игравшая на губах хоста профессиональная улыбка едва уловимо дрогнула. Кивнув мужчине, блондин посмотрел на Эчизена и тут же поймал его взгляд. Рема еще раз кивнул в качестве приветствия, по обыкновению не размениваясь на большее, а хосту, напротив, так и хотелось податься вперед к нему, плюя на все протесты свободолюбивой недотроги. За прошедшие три недели он слишком соскучился по этой язве, так любящей смотреть на всех либо свысока, либо исподлобья.       - Добрый вечер, - отозвался Аки и покачал головой. – Нет, все в порядке. Не стоит беспокоиться.       - Твои гости чем-то недовольны? – Нацуки мельком посмотрел за стол напротив, поискал взглядом еще одного хоста и нахмурился. – Куда подевался Джун?       - Всем довольны более чем, что и следовало ожидать, - успокоил его юноша. – А Джун играет с некоторыми гостями в бильярд. Кажется, уже вторую партию, и возвращаться к столу они пока не собираются.       - Хорошо, - мужчина удовлетворенно кивнул. – Тогда?..       Вздохнув, Аки неожиданно замялся.       - Понимаете, босс… - на секунду он метнул взгляд в сторону Эчизена, и тот, перехватив его и заподозрив неладное, подозрительно прищурился. – Один из наших гостей приглашает Ре… Эри, - поправился он, - присоединиться к ним. Ему очень хотелось бы познакомиться с ним, - «поближе», - мысленно добавил про себя юноша, вовремя прикусив язык.       Рема нахмурился. Нацуки такое положение вещей тоже не нравилось.       - Сегодня мы такие же клиенты клуба, как и все здесь присутствующие, - резче, чем хотелось, произнес он. – И с его стороны весьма невежливо мешать нашему романтическому ужину, - брюнет не замедлил мстительно ткнуть его в бок, прекрасно услышав последние слова, но Нацуки сделал вид, что ничего не заметил. – Ведь меня, как я понимаю, не пригласили?       Аки неловко кашлянул и отвел взгляд в сторону.       - Я имел неосторожность бросить, что мы с Эри друзья… - нехотя, покаянно добавил он, упрямо не желая встречаться глазами ни с хозяином клуба, ни с другом. – После этого Атобе-сан… попросил меня об одолжении, - он несколько помедлил, с глухой горечью припомнив тот гипнотизирующий взгляд и ту пленительную, обращенную к нему улыбку, понимая, что за красивыми словами и бархатным голосом в действительности скрывался четкий приказ.       - Так уж и попросил? – словно прочитав его мысли, едко поинтересовался Рема. Он решительно не горел желанием идти куда-либо, кроме как на выход и домой.       А Нацуки неожиданно напрягся и переспросил:       - Как ты сказал? Атобе?       - Да, босс, - кивнул тот и, заметив, как хмурое выражение лица сменяется сосредоточенным, а недовольный взгляд обернулся холодно-расчетливым, не сдержал своего любопытства: - Важная шишка? Вы его знаете?       «Еще нет, но это, кажется, очень скоро изменится», - промелькнуло в мыслях у Ёсихары, и он, не ответив подчиненному, посмотрел в сторону расположенного напротив стола, выискивая взглядом представителя того самого семейства Атобе. После перевел взгляд на Аки, мазнул по нему мельком и остановился на недовольно хмурившемся Эчизене. Тот словно нутром чувствовал, что исход сегодняшнего вечера ему не понравится, и уже внутренне весь подобрался, приготовившись к обороне.       При взгляде на него желание приятно провести время начало с новой силой бороться с маячившими на горизонте соблазнительными перспективами. Но если удастся привлечь в их клуб такого постоянного клиента, как Атобе…       В этот момент к их столику подошел официант, неся на подносе тарелочку с чизкейком, открытую бутылку белого вина, изящный бокал и совершенно не вписывавшуюся рядом с ними жестяную банку.       Отвлекшись от мрачных мыслей, Рема потянулся было за заветной Понтой, но рука его так и замерла на полпути, стоило Нацуки, пристально смотревшему на него, заговорить:       - Рику, будь так любезен, подними все в мой кабинет, я поужинаю там. А чизкейк оставь, - добавил он, когда юноша чуть было уже не развернулся. – Вернее, отнеси вон за тот столик напротив.       - Как будет угодно, - слегка поклонился тот.       - Что? – прошипел брюнет, метнув в мужчину гневный взгляд, и поднялся. – Вали к черту. Я иду домой.       - Не идешь.       - Иду.       - Сядь, - приказал Нацуки, пригвоздив парня взглядом, и тот плюхнулся обратно на диван, но лишь затем, чтобы не привлекать к себе ненужного внимания. – И послушай меня. Сейчас ты уберешь все свои иголки, очаровательно улыбнешься и составишь компанию тем молодым людям, что так жаждут твоего внимания. Во-первых, - с нажимом продолжил он, увидев, что Эчизен намеревается возразить, - своим упрямством и своеволием ты не будешь подставлять Аки под удар. Во-вторых, ты прекрасно знаешь, что желание клиента для нас закон, пока в наших силах его исполнить. От «Магнолии» во всех отношениях должны оставаться только самые приятные впечатления, чтобы люди возвращались к нам снова и снова. И ты обязан, - голос его стал тише и зазвенел от напряжения, - позаботиться о том, чтобы Атобе-сан пришел в наш клуб снова. Ты понял меня, Рема? Мы не должны потерять такого клиента. Делай, что хочешь, но произведи на него самое лучшее впечатление. Как ты умеешь, - уже чуть мягче добавил он и по-отечески потрепал брюнета по волосам. – Иди.       - Расчетливый ублюдок, - процедил Рема и решительно отбил от себя руку мужчины.       - Я все слышал.       - И прекрасно, - огрызнулся тот. – Я еще в отпуске, глупый старик!       Нацуки недобро сощурился, пристально посмотрев на него.       - Просто иди. Пока я не лишил тебя трех подаренных отгулов и не отправил работать с завтрашнего дня. Аки, солнце, - вмиг смягчившимся тоном обратился к хосту владелец клуба. – Иди, скажи дорогому гостю, что наша звезда через пару минут с удовольствием присоединится к нему.       Светловолосый юноша молча кивнул и развернулся, направившись обратно, а Рема устремил на мужчину испепеляющий взгляд. Обещанным удовольствием от встречи тут и не пахло, и брюнет даже не старался изобразить хоть что-то, отдаленно бы напоминавшее его.       Нацуки опустил руку на плечо юноши, тот непроизвольно дернулся, но сильные пальцы буквально впились в него, не позволяя далеко отодвинуться.       - Что за выкрутасы? – наклонившись, прошептал, почти прошипел хозяин на ухо парню. – Или забыл, что я все еще твой работодатель? Как бы ты ни был хорош, я, и только я – твой непосредственный начальник. И ты не смеешь ослушиваться моих прямых приказов, - хватка немного ослабла. – Такие акулы не слишком часто обращают свое внимание на наш маленький аквариум. И нам крупно повезло, что он заметил тебя. Именно тебя, - подчеркнул он. – Так что просто иди и сделай это.       Похоже, у него в любом случае не оставалось выбора. Просто не стоило приходить сегодня в клуб, вот и все. Не стоило соглашаться на ужин, не стоило играть с этим чертовым стариком в дурацкую игру у всех на виду… Надо было прилететь в выходные, только и всего.       Эчизен молча скрипнул зубами, пытаясь утихомирить собственный гнев. Сильнее всего его выводил этот холодный приказной тон и скрывавшееся под маской истинное лицо жестокого, хладнокровного начальника, правящего в своем небольшом королевстве твердою рукой. Они могли сколь угодно шутить и по-дружески, совсем не как подчиненный с боссом, пикироваться друг с другом, но едва речь заходила о большом куске пирога и новых выгодных отношениях, как Нацуки живо расставлял приоритеты. И всегда не в пользу тихо бесившегося от таких подстав судьбы брюнета.       Не говоря ни слова, Рема поднялся с диванчика, а следом за ним и Ёсихара.       - Умничка, - с едва заметной улыбкой обронил он и вовремя успел поймать юношу за руку. – Погоди. Я провожу.       «Передам из рук в руки», - скривился про себя юноша, когда Нацуки взял его под локоток, словно барышню какую-то, и накрыл его руку своей теплой, сильной ладонью.

* * *

      - Прекрасный вечер, - подведя Эчизена к заветному столу, мужчина обезоруживающе улыбнулся. – И добро пожаловать в «Магнолию». Как владельцу клуба, мне всегда приятно видеть в нашем скромном заведении новые лица. Нацуки Есихара, к вашим услугам, - представился он и сделал легкий поклон.       Темно-голубые глаза просканировали его с головы до ног, после чего переключились на темноволосого юношу и куда более пристальным, откровенно оценивающим взглядом прошлись по нему. А поднявшись выше, пересеклись с золотистыми глазами, на деле оказавшимися желто-зелеными, но оттого не менее захватывающими.       - Если он собирает в своих стенах такие прекрасные жемчужины, то не такой уж и скромный, - снисходительно возразил блондин и надменно произнес: - Атобе Кейго, что вам должно быть уже и так отлично известно.       Нацуки улыбнулся, оставив последнюю фразу без комментариев, и вместо этого вновь обратил внимание гостя на упрямо молчавшего брюнета.       - Мой сегодняшний спутник, Эри, - представил он его, и неожиданно темно-голубые глаза богача сощурились, словно в недоверии. Владелец клуба заметил это, но не стал зацикливаться, с вежливой улыбкой продолжив: - Ваше любезное приглашение оказалось очень кстати. Мне не хотелось оставлять своего прекрасного спутника в одиночестве, но, к сожалению, дела не ждут, - его улыбка стала немного лукавой, что не укрылось ни от Атобе, ни от Ремы. – Надеюсь, я могу доверить его вам?       У Эчизена чесались руки хорошенько врезать своему «непосредственному начальнику» за все хорошее и этому высокомерному блондину – за все оставшееся. О, он прекрасно знал, что означает этот его взгляд – чуть прищуренный и оттого маняще-загадочный, гипнотизирующий, на несколько полутонов потемневший, словно спешно наступившие сумерки. И он, кажется, до конца своих дней запомнит этот голос: глубокий, завораживающий, с чертовски сексуальной хрипотцой, мгновенно вызывавшей по спине табун встрепенувшихся мурашек. А такой голос и взгляд в сочетании со всем остальным…       Рема незаметно от других стиснул пальцы в кулак, надеясь вспышкой боли вытеснить из головы все лишние, воистину абсурдные мысли. Этот самовлюбленный богач был не лучше и не хуже остальных его клиентов. Но этот без пяти минут хозяйский взгляд раздражал до жути, так, что успокоившиеся кулаки начинали чесаться с новой силой, а на скулах ходили желваки.       Красиво очерченные губы проглотили самодовольную ухмылку и только изогнулись в ленивой, снисходительной усмешке.       - Разумеется, - сказал, словно промурлыкал, и Эчизен едва не подпрыгнул на месте, лишь скрипнул зубами. – Можете отправляться на все четыре стороны, - небрежно взмахнул рукой Атобе. – Мы великолепно справимся без вас и вашей компании.       Если Нацуки и был задет подобным пренебрежением к своей персоне, то ничем не подал виду, по-прежнему вежливо улыбаясь.       - Тогда я вас оставлю, - молвил он и сжал на мгновение руку брюнета в своей руке. – Вверяю Эри вам.       - И хоста своего заберите.       - Аки, - тут же молвил мужчина, и тот, поклонившись Атобе, отошел в сторону. Проходя мимо Ремы, он сунул ему в руку что-то, и брюнет незаметно сжал ладонь, пряча записку от случайных взглядов.       - Свободны, - коротко обронил блондин.       Когда двое ушли, желто-зеленые глаза вновь схлестнулись с холодными темно-голубыми, смотревшими пристально, будто насквозь, читая мысли и душу, как раскрытую книгу.       И Эчизен неожиданно ясно и четко понял, насколько сильно ему не нравится этот взгляд.       - Присаживайся.