Ловить луну в стоячей воде

— Кто вы и как посмели ворваться и прервать важное государственное дело? — Как же так, императрица не узнает своего покровителя? Я оскорблён. Сделав пару шагов в сторону статуи сестры, он взглянул на неё с печалью и принял её облик — точь-в-точь как изящное изваяние. — Или, может, вы больше предпочитаете мою дорогую сестру, чем меня? — Нагло заняв свободное место за столом, Лей поправил одеяния. — Не могу вас винить за это: даже я обожаю её больше себя самого. Но сейчас не об этом. Какое видение получила ваша предсказательница? Не смея больше портить чистую сущность сестры, заклинатель вернул себе свой облик. «Вэньян, не позорься, быстро сядь». Ворон хмуро посмотрел на спину небожителя, недовольный таким поведением. Он считал, что стоило быть более вежливым с главой этой страны. Подойдя к столу, Бог Войны вежливо поприветствовал императрицу, хоть и находился выше неё по положению: — Приветствую, Ваше Величество, мне жаль, что наше прибытие не произошло в более спокойной и дружелюбной атмосфере, кое-кто, — бросив суровый взгляд на Лея, он сел рядом с ним, — слишком нетерпелив. «А тебе стоило бы успокоиться». — Думаю, это мне стоит приносить извинения: мы не полагали, что нас посетят такие высокопоставленные личности. Накануне у нашей предсказательницы действительно появилось видение о нашествии демонов по всей стране. Из-за чего мы не смогли не провести это закрытое собрание, ограничив доступ даже через особый пропуск. — Мы прибыли именно из-за этого. Уже совсем скоро демоны по определенной причине собираются возвращаться в свой нижний мир, никто не гарантирует, что по пути они не захотят захватить с собой перекус. — Это ведь великая опасность для страны! Мы немедленно должны решить, что делать. «Лей, долго будешь молчать? Это всё-таки твоё задание, а также твой план». «Я успокаиваюсь, оставь меня». Сжав ладонь в кулак, Вэньян сдержал порыв влепить Лею затрещину за свое упрямство и капризность прямо здесь, перед всеми. «Оставь свои обиды на потом. Тебе поручили — ты и говори, иначе я возьму и уйду». Лей мысленно задохнулся от возмущения: никто, кроме Мэйли, никогда его так не шантажировал, и ему это крайне не нравилось. Разумнее было бы послушаться и начать рассказывать план действий, однако не в этот раз. — Ах так! Ну и уходи тогда. Думаешь, можешь манипулировать мной? Наглец. В завершении своих слов Лей влепил пощечину Ворону, серьёзно обидевшись. Не желая больше сидеть рядом с ним, он встал и подошёл к большой карте империи, висевшей на стене. — Самые уязвимые точки страны — это далекие поселения без определённой готовности к таким бедствиям. Даже если люди останутся целы, им могут испортить имущество, отчего далее будет трудновато жить. В эти самые поселения сейчас отправились разные группы служащих небес, дабы подготовиться и обезопасить поселения. Затем идут поселения побольше, но они всё ещё остаются деревнями. Эти люди разделывают земли и зарабатывают ремеслом. Им нужно обеспечить защиту, послав туда пару стражников для надежности. Конечно же, в предположительный день беды туда прибудут и более сильные группы, однако присутствие императорских стражников придаст людям больше спокойствия, и они будут знать, что империя заботится о них. Дав себе немного времени отдышаться, Лей невольно взглянул на Бога Войны, который самодовольно усмехался. «Позлился, но всё-таки делаешь, что нужно, горжусь тобой». — Заткнись, глупый Ворон. Наслаждайся своей победой молча. — Отвернувшись, Бог Бедствий продолжил, будто ничего не произошло: — Что же дальше? Города, верно. Они многолюдны, оживленные и, несомненно, привлекают нечисть. Тут потребуется, чтобы жители не высовывались из домов, а вид активности будут изображать подчиненные. По необходимости демоны будут уничтожены. Но в этот раз у нас нет цели истребить их, только если это будет угрожать смертным. Что же до императорского дворца, то он будет под моей защитой, начиная с королевской охоты. Естественно, все, находящиеся внутри, тоже будут в безопасности. По этому поводу наш верховный Владыка желает, чтобы в этом году именно я — Бог Бедствий — и присутствовал на королевской охоте, вместо Мэйли. Возражения? — Позвольте, господин, — юная предсказательница сочла этот вопрос риторическим, но посчитала невежливым ничего не ответить, — какие могут быть возражения, если это воля Небесного Императора? Даже вы не можете ослушаться, а мы — тем более. — Ха-ха, тут я бы поспорил. Он может ослушаться даже Владыку. — А вы, господин?.. — Я не могу. Или это вопрос, кто я? Вы ведь получили предсказание от Повелительницы Ночи? — Да, госпожа часто общается со мной по ночам и даёт ценные наставления. — Она восхищается вами, настолько, что одарила вас подарком, я даже завидовал вам, госпожа предсказательница, можете гордиться. — Ч-что вы такое говорите?.. Как небожитель может завидовать простой смертной? — Легко. Ворон не получал подарков от неё, а только дарил их и тратился на эту женщину. — Тебе не кажется, что раскрывать подробности личной жизни — некрасиво? — Так она в прошлом, не всё равно ли сейчас? — Тогда я могу рассказать, какие ты дары преподносил своим избранницам? — Когда генерал научился так красиво выражаться? — Если я воин, это не значит, что умею лишь держать меч, а об этикете ничего не знаю. — Я такого не говорил. Если уж называть кого-то из нас неотёсанным грубияном, так это я. Кто, если не Генерал Цзян, клад достоинств и талантов? Куда уж мне до тебя. Наблюдая за непонятной для юной девицы сценой, предсказательница тихо обратилась к императрице: — Ваше Величество, они ссорятся? Я не могу понять, что происходит. — Да, всё так, полагаю. Семейная ссора богов, как трогательно. — Неприлично ведь сидеть и слушать… мне неудобно. — Так останови их. Императрице явно не доставляла проблем ссора посреди важного государственного дела. Она была не против послушать и вникнуть в обычную жизнь богов. Когда ещё представится такая возможность? — Господа небожители, прошу прощения… не могли бы вы перестать ругаться сейчас? — А кто ругается? Спорить — не значит ругаться. Поначалу Лей лишь хотел притвориться разгневанным, посмотреть на реакцию этих людей. А после что-то пошло не так, и он увлёкся. Так сильно, что вновь стал спорить с Вэньяном, разозлившись на него. — Да, тебе уж точно всё равно, кто перед тобой, ты продолжишь спорить. — Закатив глаза, Вэньян поднялся из-за стола и положил ладонь на плечо Лея. — Думаю, стоит на сегодня прекратить совещание и встретиться завтра. По наставлениям Владыки, мы останемся во дворце, поэтому, пожалуйста, выделите нам покои. Не стоит слишком беспокоиться: любая свободная комната подойдет. — Хорошо, генерал, потребуется немного времени, можете прогуляться по дворцу, пока ожидаете. — Моё имя Вэньян. Не стоит утруждать себя. Также только вы должны знать наши личности, будет проблематично, если станете называть нас по титулам. «Мой любимый цветочек, как будешь представляться?» — Лей. — Вот и познакомились. Что ж, мы осмотрим дворец. Куда бы небожители ни шли, они везде встречали слуг на своём пути: некоторые поправляли картины на стене, зажигали многочисленные масляные лампы и убирали осколки упавших фарфоровых ваз. — Это всё последствия после твоего появления. И зачем нужно было устраивать весь этот спектакль? — Я же говорил, что пугать смертных забавно. Пусть знают и ведут себя осторожнее. А вот ты зачем стал спорить со мной? Я не могу обращать внимание на другое, когда ты так делаешь. — Вздохнув, Лей остановился перед открытым окном. — Брать тебя с собой всё же не стоило, не могу сконцентрироваться. — Зато люди видят тебя таким, какой ты есть, и могут поменять мнение о тебе. Даже императрица изменила своё мнение насчёт твоего незнания о демонах. — Я не хочу, чтобы другие знали, какой я на самом деле. — Несмотря на то что в коридоре было многолюдно, Бог Бедствий обвил шею Ворона руками, улыбнувшись ему. — Только тебе позволено всё знать и видеть. — А как же Владыка и сестра? Я думал, сестра — главный претендент на это звание. Лей нахмурился и отстранился от Вэньяна. Надо же было такой момент испортить. Он раздражённо цокнул: — Глупый Ворон. А ещё романтиком себя называешь. Отбил всё желание даже извиниться перед тобой. — За что ты собирался извиниться? — Забудь. Пойду осмотрю двор, солнце уже село — прекрасное время. С этими словами Лей перепрыгнул через открытое окно, желая быстрее убежать от Вэньяна и остаться наедине с собой. Думать ни о чем не хотелось — всего лишь постоять на свежем воздухе, созерцая звездное небо. Увы, и этого не вышло: после его проделок небо затянулось тучами. — Хорошо, я сбежал, а как вернуться обратно? Совсем всё плохо с памятью стало… может, уже время уйти? — Покачав головой, заклинатель уселся прямо на траву под деревом. — Нет, глупости какие-то. Раз понаблюдать за звездами не вышло, Лей решил помедитировать и успокоить свои мысли. С чего он вдруг стал таким сентиментальным, что сказал подобное Ворону? Не лучше ли держать всё в себе и не говорить всякую чушь? Да. Так было всегда и будет. Медитация успешно завершилась именно к тому моменту, как Лей почувствовал приближение кого-то, но не стал оглядываться, ожидая, пока подойдут поближе. Такое спокойствие было лишь из-за того, что он знал — это не Вэньян. Что даже разочаровывало. — Господин, я могу присесть рядом с вами? — Это ваши владения, Ваше Величество, как я могу запретить? Но не думаю, что земля достаточно чистая для вас. — Раз сам бог присел, то чего мне стыдиться? — Устроившись поудобнее на должном расстоянии от небожителя, Си Ши не знала, с чего начать дальнейший разговор: столько вопросов и мыслей в голове было. — Мэйли… то есть ваша сестра, она тоже любила приходить сюда и смотреть на небо. Неужели в небесных чертогах нет звёзд? — Отсюда они более очаровательны: такие далёкие и маленькие. Прямо как люди. Мы все наверху тоже когда-то были людьми, да и сейчас называемся так же, но позабыли уже чувство жизни. — А вы скучаете по былым временам и жизни? — Нет. Незачем скучать по тому, чего уже нет. Мир изменился, слишком сильно. Сестра искренне любила этот мир и его людей, а я отобрал у неё всё, заставив быть вместе со мной, бессмертными, лишил её будущего. — Вы правда любите её всем сердцем, как она и говорила мне однажды. Если позволите сказать… у госпожи Мэйли были догадки о ваших угрызениях, но она никогда не могла с вами об этом поговорить, как и вы с ней. Может, стоит это наконец сделать? — Вы искали меня, чтобы раздавать советы по общению в семье или всё-таки дельное что-то обсудить хотели? — Верно. Мы забылись, предались ностальгии. Мы, как правители этого государства, совершили ошибку и приносим свои извинения за грубость в ваш адрес. Мы растерялись и испугались, надеюсь, господин-небожитель не станет держать обиды. — Господин-небожитель прощает вас и не сердится, можете быть свободны, государыня. — Ещё кое-что, если позволите… Господин Вэньян попросил провести вас до выделенных вам покоев. Но, если вы желаете ещё побыть тут, я пришлю слугу, чтобы тот позже сопроводил вас. — Не стоит, я пойду сейчас, не стану вас утруждать. Дойдя до нужных покоев, Лей попрощался с императрицей, пожелав ей приятной ночи из-за норм приличия. Зайдя же в комнату, он сразу лёг на кровать и закрыл глаза. Спать не хотелось — только спокойно полежать и отдохнуть, не говоря и не видя никого. По этой же причине Бог Бедствий не открыл глаза, когда рядом с ним легли и прижали к себе. Приятный успокаивающий запах лаванды ударил в нос. Замечательный умиротворяющий конец дня — это всё, чего мог только желать Лей в данный момент.

***

С раннего утра императрицу ждали государственные дела — первым делом она раздумывала, что и как будет отправлено в разные части её страны. Оставался лишь вопрос, успеют ли те вовремя добраться, ведь люди менее выносливы и обделены быстрыми способами перемещения, чем небожители. Хоть и этот момент, и многие другие ещё стоило обсудить снова с самими богами, почтившими их вчера вечером, однако перед этим стоило позаботиться о более срочных требованиях людей сейчас, чем думать тут же о далеких делах. Правительница лишь надеялась, что её поймут и не станут гневаться за такое решение. Тем более с самого утра ни она, ни другие жители дворца не заметили гостей, разгуливающих в округе, что означало, что те сами довольно заняты и их уж тем более не стоит беспокоить. В крайнем случае, можно будет попытаться позвать за обеденный стол. Сколько бы самонадеянно это ни было, стоило попробовать, и, может, даже не нуждаясь в пище, боги решат почтить их своим присутствием. В итоге, так и случилось. Хайян Фэнбао, может, и отказался бы, не желая самому встретиться с императрицей, ведь с утра пропустил возможность с ней увидеться, и это уже испортило настроение с самого пробуждения, которое и произошло примерно недавно перед тем, как их пригласили поужинать. Зная все последствия своего поступка, Генерал Цзян согласился так быстро, как только смог, не дав Лею даже ни минуты на раздумывания и осуждения. Оставив своё недовольство на потом, Бог Бедствий привел себя в порядок, так и не заговорив с Вэньяном, дабы избежать ненужных сейчас пререканий. Когда гости появились в обеденном зале, их встретили со всем уважением, как и подобает для «высокопоставленных людей, вложивших много усилий в процветание империи». Лей в своей привычной манере на это никак не отреагировал, сделав вид, будто ничего вокруг не происходило, и двигался к своей цели дальше. Бог Войны, в свою очередь, приветливо улыбался слугам, либо же показывал кивком головы своё хорошее отношение и благодарность. — Приветствую, дорогие гости, мы рады, что вы приняли наше приглашение и присоединились к этому скромному столу. Лей почтительно склонился перед правительницей страны, пытаясь исправить вчерашнюю ситуацию и не казаться таким уж и невежественным, хоть ему на самом деле и было всё равно. Эта женщина никогда не была ему авторитетом. Возможно, перед императором своего времени он бы и относился более радушно и уважительно. — Ваше Величество, надеюсь, вы в добром здравии и достаточно отдохнули. Мы благодарны за ваше приглашение и не могли не принять его. Сожалею, что не смогли встретиться раньше. Поднявшись, он занял место за столом, которое ему предоставили, продолжая сохранять спокойствие и не предпринимая попыток взглянуть на наглого возлюбленного, который метко путал его мысли и отвлекал от всего одним своим видом. — Мы всё понимаем и не виним господ за это. У вас, должно быть, много других важных дел, помимо помощи нам. Прошу, угощайтесь. «Скромный стол» был завален различным яствами, на любой вкус и цвет; обычный человек, увидев такой огромный выбор, растерялся бы, не зная, с чего начать, и желая попробовать всё и сразу. В итоге, объевшись бы, показал бы себя не слишком культурным. Да даже хорошо обученный манерам человек не отказался бы от вкусной еды. Что говорить, если даже боги не отказывали себе в этом удовольствии. Лей был исключением со своим вечным нежеланием к употреблению пищи. Поэтому он думал попробовать немного и закончить на этом, однако Ворон не думал так же и, как только почувствовал, что Лей хочет отказаться от еды, наложил ему то, что, предположительно, должно понравиться, со словами: — Попробуй это, тебе должно понравиться. — Чтобы быть ещё более убедительным, Ворон перешёл на сеть духовного общения: «Я такое не умею готовить, так что попробуй, и, если тебе понравится, я научусь». Вэньян хорошо знал Лея и мог с точностью определить размер подходящей порции, которую тот бы согласился съесть, также учитывался факт, что они были перед императрицей и, видимо, старались не ссориться. Попробовав предложенное блюдо, Бог Бедствий из уважения доел всё, запив чаем. Этот маневр он также припомнит потом Ворону, когда останутся наедине. «Не вкусно: слишком сладкое и калорийное блюдо, не готовь такое. Оно тяжелое для желудка». Приняв это к сведению, Вэньян выбирал менее тяжелые блюда, и те, что умел сам готовить, заставлял Лея есть разными уловками, удивляясь, что это действительно работало. «Попробуй тогда это, должно быть полегче и тем более не сладко. Это я умею готовить, скажи, кто лучше готовит?» «Такое уж точно нельзя заказать в заведениях, готовят специально для императрицы». С упрямством этого небожителя такие уговоры действовали исключительно из любви к Ворону. Но даже им был свой предел, точнее, Лей имел этот предел и уже явно ощущал, как ему становилось дурно. — Хватит. Сам поешь наконец. — Взглянув на Си Ши, заклинатель заметил, как та отвела взгляд, будто и не смотрела на них всё это время. — Передайте повару, что он постарался на славу: его блюда хороши и питательны, наслаждение для людей. Но если вдруг когда-нибудь у вас появятся проблемы, то непременно стоит поменять рацион: некоторые блюда тут слишком тяжелы для желудка и вызовут неприятные последствия. Прошу, наслаждайтесь дальше обедом, я подожду вас в зале заседаний, не беспокойтесь о времени. «Не ходи за мной. Оставь людей обедать». Помимо императрицы, за столом сидела и юная предсказательница. Судя по её присутствию, положение девушки во дворце было куда выше, чем у великого жреца, который отсутствовал в зале, либо же это всё из-за дружеских отношений между девушками. Ворон не стал об этом долго думать, не его дело всё-таки. — Мы чем-то не угодили господину и он решил уйти раньше всех? — Не берите в голову, Ваше Величество, Лей ест довольно мало и редко, и тот, кто ему не угодил больше, — это я, так что не расстраивайтесь. Закончив с обедом, Императрица распорядилась, чтобы в зал заседаний явились все командиры отрядов и дворцовых стражей. Многие перепугались, не зная, что их может ожидать. Выглядя юным, Лей не вселял доверия более старым и опытным командирам стражи. Мужчины не относились со всей серьезностью к делу и слушали вполуха всё, что говорилось. Это, конечно, не укрылось и от богов: Лею было всё равно, Ворону — наоборот. — Прошу прощения, всё, о чём говорится, очень серьезно, и от этого зависит безопасность народа. С таким отношением боги вас покарают в один день, возможно, даже близких. Стражники отнеслись даже к этому скептически. Кто бы стал слушать незнакомцев, говорящих о божественной каре? — Простите за вопрос, какому богу вы подчиняетесь? — Это не совсем тот ответ, которого я ожидал услышать от командиров императорской стражи, но скажу. Я глубоко уважаю и подчиняюсь лишь одному богу со всей душой, и это… Пока Ворон не сказал нечто смущающего в его «глупом романтичном» стиле, Лей сам закончил за него предложение: — Юго-северный Бог Войны. Он ему внешне подражает и своим прозвищем, разве не очевидно? — А вы, господин, вместе с ним, раз осведомлены так хорошо? — А я не подчиняюсь никому, кроме себя. Я так, всего лишь друг, который согласился помочь. Ещё вопросы? Вэньян воздержался от желания напомнить Лею, чьё это задание и кто тут «лишь друг, который согласился помочь», чтобы избежать ненужных споров и не дать Богу Бедствий в дальнейшем почувствовать себя глупо и нелепо. — Почему вы не полагаетесь на богов? Разве без их милости можно хорошо жить? — Если верить в свои силы, то всё получится. Перейдём к вопросам по делу. — Постояв в молчании пару минут, Лей указал на одного из мужчин, подозвав к себе. — Раз вопросов нет, давай, расскажи и покажи мне, что же ты должен сделать. Мужчина растерялся, но не потерял свой шанс покрасоваться перед императрицей и пересказал всё главное, что запомнил, надеясь удивить свою повелительницу и обратить на себя внимание. — Другие уверены, что смогут повторить? Нет, я же вижу по вашим взглядам. Задавайте вопросы или на ваше место придут другие, более опытные люди. Даже ваша слепая предсказательница и то получше вас будет. — Госпожа Янцзин слепая? Она так уверенно передвигается и не нуждается в помощи, теперь я ещё больше восхищён. — Она куда способнее и видит больше, чем вы все вместе взятые. — Обратившись к императрице, он выдал следующее: — Даже больше нас. Чтобы нам видеть то же, что и ей, приходится закрывать глаза и концентрироваться на энергии, а госпожа открытыми глазами всё прекрасно видит: духовные потоки энергии, её циркуляция в воздухе, предметы. Лишь вещи, например, записанные послания на вещах, не сможет увидеть. Следующий час вопросы так и сыпались, обсуждение шло продуктивно, иногда сбивались с темы, хоть в итоге и возвращались обратно к ней. Всем было понятно, что на этот раз задание очень ответственное, чем другие до этого. Было также решено, что именно Лей перенесёт все отряды к ближайшим дорогам целей их назначения для экономии времени. Отрядов многовато, предлагалось по дням отправлять по отряду, но Бог Бедствий настоял, дабы отправить всех в один день. Конечно, он не волновался о людях так сильно, лишь хотел быстрее избавиться от этой своей обязанности и больше о ней не думать. Вэньян был недоволен и предлагал свою помощь, но Лей помнил, как Ворон ему сказал, что это его задание, и не ему говорить, поэтому и небожитель уперся сделать всё сам. Также он захотел проверить всю стражу отдельно и сам подготовить их, а также наставить по поводу того, что делать в разных ситуациях. Чтобы не мешать и не провоцировать конфликты, Вэньян решил провести сначала время с двумя прекрасными девицами дворца, угостив их вкусностями, собственного приготовления. — Значит, господин Вэньян, вы Бог Войны? Неловко вышло, когда моя госпожа сказала, что вы более всезнающи, чем Бог Бедствий… а в итоге такое. — У каждого свои убеждения, госпожа Янцзын, я действительно кое-что знаю о нечисти, но организатором всего с самого начала являлся Лей, также у него и опыта побольше, по сравнению с ним, я всего-навсего глупый юнец. Даже если возраст юношества уже прошёл. Лучше скажите, как вам печенья? — Превосходно, в меру сладкие и с мятным привкусом, как вам пришла мысль сделать такую смесь? — Да, неожиданно. Бог Войны, умеющий готовить? Да, и так неплохо. Хотя мы бы предпочли печенья слаще, да и мята нам не по вкусу. Благодарю за угощение, генерал. — Я уверен, Ваше Величество ела еду более изысканную, от лучших поваров империи. Я лишь готовлю обычные блюда смертных, ничего удивительного. Вэньян не уделял всё своё внимание женщинам: он, конечно, вел милую беседу и угощал своей готовкой, но также не забывал следить за Леем, дабы тот не увлекся и не навредил себе. Богу Бедствий, конечно, всё равно на своё состояние, а вот Вэньяну — нет и никогда не будет. Но даже со всем желанием и рвением не уследишь за всем, поэтому в какой-то момент генерал пропустил нечто важное, после чего Лей неожиданно подошёл к ним, обратившись к Ворону с просьбой заменить его на некоторое время, пока он отойдет. — Конечно, я могу, только ты не злись, как в прошлый раз. Ещё вот, я приготовил, угощайся. Посмотрев на корзину с хорошо выглядящим и пахнущим печеньем, Лей не ощутил желания съесть его, поэтому можно было отказаться, Вэньян его бы понял и не стал бы сильно расстраиваться. Однако Бог Бедствий почему-то выдал совершенно другое: — У меня руки грязные, не могу. — Что-то случилось? Плохо себя почувствовал? Как и ожидалось, всё привело к волнению со стороны Бога Войны, и сейчас, стоя с равнодушным лицом и тревогой на сердце, Лею пришлось рассказать всю правду: — Ты же знаешь, что я не объясняю словами по многу раз, а предпочитаю показывать на примере. Вот и поддался стражнику. Для обычных людей они неплохи, кое-что да могут. Почти всю. Хайян Фэнбао всё же надеялся, что Ворон не заметит одну ненужную деталь и получится улизнуть. — Тогда откусывай так. — Вэньян протянул печенье к Лею, его чутье подсказывало неладное: обычную грязь можно легко очистить, а тут Бог Бедствий никак не желал показывать ладони. — Я попробовал новый рецепт, должно быть не сладко. — Всё же брать тебя с собой было плохой идеей. Наклонившись к угощению, небожитель откусил достаточно большой кусок, чтобы специально коснуться губами пальцев Бога Войны, дразня его. Только он не ожидал, что наглость Ворона в купе с его беспокойством рождают безумные необдуманные и стыдные поступки: Вэньян приподнялся, потянувшись к тонким губам, сжимающим печенье.