Как (благодаря Гавриилу) Дин и Кастиэль (случайно) вырастили друг друга (и Сэма)

— У меня уже есть одежда, — запротестовал Кастиэль, когда Сэм снова попытался заманить его в Target. — Ты не можешь просто носить вещи Дина, чувак, — Сэм потёр лоб, словно у него начиналась головная боль. — Ты сам себе хозяин. Нужно иметь вещи, которые тебе нравятся. — Мне нравится моя одежда, — он что-то пробормотал, но вышел. Носить одежду Дина бесконечно, по-видимому, не было вариантом как для Сэма, так и для Дина, поэтому он должен был уступить неизбежному. — Если хочешь, мы можем достать тебе что-нибудь похожее, — Сэм дружески обнял его за плечи. Кастиэль цинично подумал, не для того ли это, чтобы удержать его от побега. — Но тебе могут понравиться и другие вещи. Целевые проходы предлагали ошеломляющее количество выбора. Сэм потребовал тележку, наклонив своё большое тело над ней, когда они пробирались через детские и женские отделы, чтобы добраться до мужской одежды. Кастиэль посмотрел на ряды, ещё больше сгорбив плечи. — Хорошо, — Сэм взглянул на него. — Ну. Какие цвета тебе нравятся? — Я не… — начал он и замолчал. Конечно, у него были свои предпочтения. Какой смысл прятать их сейчас? — Темно-зелёный. Голубой. Коричневый. — Естественные тона, прохладные. Это просто. — Я бы предпочёл тёплые вещи, — он протиснулся к стеллажам с большей уверенностью, чем чувствовал. — И мягкие. — Тёплые, мягкие, естественные цвета, — Сэм усмехнулся. — Ты действительно Винчестер. — Так написано в моём водительском удостоверении. Дин предъявил права (с предупреждением, что он не должен использовать их для вождения), а также несколько поддельных удостоверений личности и кредитных карточек в то утро. Он проинструктировал Сэма: «Купи ангелу его чёртову одежду, а потом приходи по адресу, который я тебе дал». Очевидно, грандиозный план Дина будет раскрыт в тот же день. Он был скрытен во всём этом, отвечая на вопросы только натянутой улыбкой и уверениями, что всё в конце концов обретёт смысл. — Вот, — Сэм сунул Кастиэлю в руки свитер. Он был тёмно-синим и мягким, как внутренняя часть новой толстовки. — Примерь его. Ты можешь просто натянуть его поверх футболки, никому не будет до этого дела. Кастиэль неохотно натянул свитер. У него был v-образный вырез, и он многообещающе прижимался к коже. Рукава были немного длинноваты, достаточно, чтобы он мог легко натянуть ткань на костяшки пальцев. — Мне нравится, — принял он решение, и Сэм положил в тележку ещё две штуки разных цветов. Футболки были простыми, больше v-образных вырезов в различных цветах без какой-либо графики. Ему нравилась их простота. Сэм со смехом предложил ему плед, и пока Кастиэль любезно примерял его, то обнаружил, что тот слишком не подходит по его вкусу. — Ладно. Штаны, — Сэм повернулся к вешалкам с джинсами и брюками. — Я понятия не имею, какой у тебя размер. Так что давай возьмём несколько штук и посмотрим, что подойдёт, хорошо? — Если придётся. Раздевалка была ужасным опытом. Маленькая комната с легко дребезжащей дверью и искажённым зеркалом заставила сердце Кастиэля бешено забиться. Он был рад сбежать, чтобы показать Сэму то одну, то другую посадку, пока, наконец, не нашёл настоящий размер. — Ты худее нас обоих, — рассеянно прокомментировал Сэм через тонкую дверь. — Я всегда думаю, что ты такой огромный, понимаешь? — Нет, — Кастиэль снова натянул джинсы Дина. Теперь, примерив подходящую пару, он увидел, как плохо сидит на нём одежда Дина. Джинсы были слишком широки в талии и изношены в тех местах, где ткань едва натягивалась. — Да, тогда неважно. Мы можем достать тебе несколько пар джинсов. — Мне бы ещё хотелось цвета хаки. — Конечно. Не похоже, что ты действительно можешь сорвать банк здесь. Выбор нижнего белья привёл к некоторому обсуждению, которое явно поставило Сэма в неловкое положение. Боксеры выиграли день, несколько упаковок были брошены вместе с простыми белыми носками и новой парой кроссовок. На этом всё должно было закончиться, но по пути к кассе что-то привлекло его внимание. — Кас? — ошеломлённый Сэм последовал за ним. Часы не отличались особым мастерством, но мягкое тиканье механизма завораживало. Он остро ощущал потерю чувства времени. Ровные красные цифры будильника Дина очень успокоили его, когда он проснулся, но он едва мог таскать их с собой весь день. — Хочешь одни? — тихо спросил Сэм. — Мы можем замахнуться на их сумму, если ты этого хочешь. — Да, — его руки сжались в крепкие кулаки. — Пожалуйста. — Конечно. Всё, что захочешь. Его выбор, казалось, удивил Сэма. Толстая кожаная манжета с серебряными пряжками поглотила его запястье, успокаивающе присутствуя. Секундная стрелка двигалась по циферблату с легкими щёлчками. Если он подносил его к уху, то биение напоминало ему регулярные удары сердца Дина во сне. Как только они вышли из магазина, он застегнул их на запястье. — Хочешь сначала завезти вещи в квартиру? — Сэм запихнул сумки в багажник. — Ты можешь переодеться. — В данный момент я достаточно одет. — Держу пари, твои новые вещи будут более удобными. — Я не ребёнок, — он пристегнул ремень безопасности, понимая, что это уже не просто привлечение внимания, а вполне реальная мера предосторожности. — Вообще-то, ты вроде как и есть, — Сэм скользнул на водительское сиденье и лёгким поворотом ключа завел Импалу. — Я имею в виду, ты старше земли, но в то же время всё это ново. Ты можешь ударить меня, если я стану слишком снисходительным или что-то в этом роде. После задумчивой паузы Кастиэль наклонился и шлепнул Сэма ладонью по лбу. Он издал удовлетворительный звук. — В последние несколько минут, — объяснил он. — Холодно, парень, очень холодно, — но Сэм рассмеялся. — В любом случае, разве ты не хочешь, чтобы Дин увидел твои новые шмотки? — Мне всё равно, так или иначе, — едва эти слова слетели с его губ, как он понял, что это ложь. Ужасное ощущение охватило его, щёки запылали, кожа натянулась. — Гм… — Сэм моргнул. — Ты покраснел? — Нет, — Кастиэль опустился на своё место. — Ты должен следить за дорогой. — Ага, смотри на дорогу, понял, — Сэм откашлялся. — Итак. Квартира? — Да. — Тебе стоит надеть синий свитер. Это подчёркивает твои глаза. — Сэм? — Да? Кастиэль шлёпнул его по руке. — Ой! Вернувшись в квартиру, Кастиэль старательно сложил одежду в нижний ящик комода. Когда они только приехали, полка была пуста, и Дин назвал её его. Кастиэль коснулся коричневой толстовки, которая была такой же частью его тела, как и тело Джимми в течение последних двух десятилетий. Он неохотно задвинул ящик. Он последовал совету Сэма, переодевшись в синий свитер, натянутый поверх серой футболки. Брюки цвета хаки всё ещё имели чёткую линию, и он подумал, что выглядит в зеркале как обычно. Он мог быть любым двадцатилетним мужчиной. После некоторого раздумья он провёл рукой по волосам, пока они не растрепались, как это делали многие мужчины. Его отражение нахмурилось, морщины на лбу стали глубже. — Когда-нибудь в следующем столетии! — крикнул Сэм через дверь. Когда он вышел, Сэм подтолкнул его обратно к машине, даже не взглянув на него. Хотя он нашёл время сунуть Кастиэлю в руку бутылку с водой. Ему было трудно отличить голод от жажды, поэтому мальчики регулярно поливали его, как экзотическое комнатное растение. — Прочти это мне, — Сэм сунул Кастиэлю в руки две страницы с печатными инструкциями. Вместе они пробирались по лабиринту улиц. Приехав по указанному адресу, они оба ошеломлённо уставились на здание. Это была старая витрина магазина, немного опиравшаяся на своего соседа по магазину (химчистку). Вывеска когда-то была позолоченной, но выгорела на солнце до кричащего жёлтого цвета и гласила: «Очищающее дыхание: Волшебный магазин для всех нужд». В витрине висела ещё одна вывеска, выведенная жирным шрифтом: «Гадание по Таро — 10 долларов, Гадание по ладони — 11 долларов, Астрологическая карта — 30 долларов». Машина позади них просигналила. Сэм подпрыгнул и снова включил передачу, выезжая на первое попавшееся свободное место. Они вместе пошли по разбитому тротуару. На входной двери магазина красовалось ещё несколько вывесок, в том числе одна с надписью «Закрыто» и другая с надписью «Магазинная кража ужасна для вашей кармы». Сэм дёрнул за ручку. Она легко открылась, и, когда дверь широко распахнулась, какофония ветрозвуков возвестила об их появлении. Запах пыли, благовоний, пролитого вина и шалфея донёсся до улицы. Сэм неохотно вошёл, и Кастиэль последовал за ним. Магазин представлял собой небольшую открытую комнату с рядом книжных полок высотой по пояс, забитых текстами в разной степени ветхости. На полках стояло множество плетёных корзин, до краев наполненных кристаллами, пучками трав, амулетами вуду и худу, рунами и обёрнутыми в пластик колодами таро. В дальнем конце магазина по всей ширине тянулся длинный прилавок — стеклянная витрина, в которой были выставлены более крупные и тонкие кристаллы, настоящие драгоценности и несколько сморщенных голов. Сверху стоял древний кассовый аппарат, а за ним сидел Дин с широкой ухмылкой на лице. — Какого хрена, приятель? — Сэм провёл пальцем по крышке одного из книжных шкафов, и тот снова покрылся пылью. — Что это за место? — Наше! — Дин поднял деревянную планку, чтобы пройти через главное помещение. — А ты как думаешь? — Э. Это пыльная свалка, полная подделок? — Нет! Ну. Да, но это ещё и наш новый штаб, — Дин ласково похлопал по столешнице, словно это был капот Импалы. — Эпицентр для предотвращения апокалипсиса! — Эпицентр — это не очень хорошо, — Сэм рассеянно выругался, его внимание переключилось на полки. — Погоди, это настоящая копия Сборника заклинаний Тахини. Таких существует всего пять! — А это апокрифический текст Марии Магдалины. Я никогда не видел его в таком формате, — Кастиэль вытащил том, где он был зажат между книгой, гадающей, есть ли у кошек ауры, и книгой о реинкарнации. — Это дополнение, кажется, имеет комментарий на мандаринском. — Круто, правда? — Дин скользнул за спину Кастиэля, положив руку ему на локоть. — Хорошие часы. — Спасибо, — он не отрывал взгляда от книги, которую держал в руках. Дин провёл кончиками пальцев по ткани свитера. — Что это за место? — Ладно, сначала выслушайте меня. Оно принадлежало экстрасенсу, с которой я познакомился несколько месяцев назад, когда мы переехали сюда. — В одиночку? — Сэм скрестил руки на груди. — Ты сам пошёл за ведьмой? — А потом украл её имущество? — Кастиэль поспешно отложил книгу. — Воу! Я сказал, выслушайте меня! — рассмеялся Дин. — Она не была ведьмой! Она была подлинным экстрасенсом, читающей мысли и всё такое! Она знала, что я приду, и уже приготовила чай с печеньем. Которые я не съел, так что перестань смотреть на меня так, Сэм. Поговорил с ней, и она сказала, что тоже заметила какие-то странные вещи по соседству, но это не имеет к ней никакого отношения. Я заглянул в соседний магазин, нашёл полтергейста, соль и сжёг ублюдка, и я подумал, что это конец. Но экстрасенс, она была очень благодарна. — Значит… она отдала тебе свой магазин? — недоверчиво спросил Сэм. — Ну, она много говорила о судьбе и о том, как её изменить. В основном, она хотела уехать на пенсию во Флориду, чтобы быть со своей сестрой, и не было никого, на кого можно было бы оставить бизнес, чтобы тот понимал, как обращаться со всем, что она продавала, — потянувшись к заднему карману, Дин вытащил толстую пачку бумаги. — Я даже нанял адвоката, чтобы он прочитал бумаги, Сэмми, так что не дёргайся. Это была простая сделка, ничего подозрительного или продажи души мелким шрифтом. Взяв бумаги у Дина, Сэм удалился за стойку и, нахмурившись, перечитал их. — Я не понимаю, что это за план, — осмелился сказать Кастиэль. — Это скорее начало плана, — задумчиво глядя на Кастиэля из-под ресниц, Дин продолжил: — Тебе нужно будет чем-то заняться весь день, а нам нужно место, где люди могли бы найти нас, просто позвонить, когда мы расширим наши ресурсы. Бобби может сделать кое-что из этого, но это же наш концерт, верно? Нельзя полагаться на него во всём. Я не могу придумать никого лучше, чтобы организовать всю эту информацию и рабочую силу, чем вы. И заведовать магазином, конечно, но мы с Сэмом можем помочь. А пока Сэмми может учиться в местном колледже и по-прежнему приезжать на охоту по выходным или попросить тебя научить его всем этим обалденным внеклассным штучкам, пока он работает за кассой… — Я не могу… — Я никогда не покупал тебе подарков, — Дин оборвал его, прежде чем он успел продолжить. — Ни одного раза. Ты всегда даришь нам подарки, но на самом деле не отмечаешь праздники и день рождения. Так что. Знаешь. Это что-то вроде большого подарка. Не магазин, почти сразу понял Кастиэль. Дар заключался в том, что Дин наконец-то обратил внимание на то, что Кастиэль говорил ему в течение многих лет. Это могло быть место, куда Дин вернулся домой, где Сэм жил той жизнью, которую хотел, не оставляя своего брата. Место, где Кастиэль будет ждать его, поддерживая домашний огонь. — Дин, — тихо сказал он. — Заткнись, Кас, — Дин наконец убрал руку с локтя Кастиэля. Положив руки на потёртое дерево полок, Кастиэль заметил замысловатую резьбу. Это было глубокое переплетение защитных рун, насчитывающих тысячи лет. Он провёл по ним подушечкой большого пальца. Каким бы экстрасенсом ни была владелица, она знала, как работает глубокая магия. Достаточно, чтобы полтергейст не доставил ей никаких хлопот. — Как звали владелицу? — спросил он, следуя за следом рун, когда они извивались и переворачивались на полках, спускаясь по бокам и проливаясь на пол. — Бриджит. — Бриджит, — Кастиэль почувствовал вкус этого имени во рту. — Интересно, святая или богиня? — Что? — наклонившись, чтобы проследить за взглядом Кастиэля к рунам. — Кто это? — Защитные заклинания. Старые и изношенные, — глубоко в переплетении, Кастиэль заметил любопытный изгиб одного из символов, как будто он должен был быть скручен, чтобы соответствовать современному значению. Порез был гораздо свежее, недавнее дополнение. — Вот. Она добавила что-то новое к обороне. Винчестеры, пишет она, с силой железа стоят между нами и надвигающейся тьмой. — Отлично, — Кастиэль почувствовал, как Дин напрягся. — Ты хочешь сказать, что я только ещё глубже вляпался в это дерьмо? — Нашёл что-то, что пропустил адвокат, — Сэм положил перед ними стопку бумаг. — Я должен вернуть свои проклятые деньги, — проворчал Дин. — Ему бы и в голову не пришло проверить это, — Сэм осторожно поднял последний лист бумаги, на котором рядом с именем Бриджит стояла подпись Дина. Свет лился сквозь грязные окна, и слабые водяные знаки становились отчётливыми. — Это енохианский. — Так что же, мы обязаны ей нашими душами? — Нет, — улыбка была чужой на губах Кастиэля, но он примерил её и обнаружил, что она так же удобна, как и его свитер. — Ты хорошо поработал, Дин. — О, — Дин моргнул, потом улыбнулся. — Потрясающе. Что там написано? — Не печалься, дитя Четверга, — перевёл он, и слова застряли у него в горле, — есть ещё те, кто на Небесах и на Земле стоят рядом с тобой. Будь терпелив и позаботься о моих книгах. Благословляю вас всех. — Кто дитя Четверга? — Сэм положил листок обратно, поднеся остальные бумаги к свету, чтобы убедиться, что там нет других сообщений. — Это старая детская песенка, — взяв один из листов, Дин просмотрел его. — Мама научила меня этому. Коль в понедельник родится ребёнок, будет красивым он с самых пеленок; это ты, Сэм. Жаль, что они ошиблись, а? — Пошёл ты, — беззлобно сказал Сэм. — Могло быть и хуже. Дети среды — не понравились звездам — будут они и болеть, и страдать, горькую долю свою проклинать. Это я, — Дин взглянул на Кастиэля. — Дитя Четверга предстоит долгий путь. — Она имела в виду меня, Сэм, — Кастиэль вернулся к изучению защитных рун. — Я был Ангелом Четвергов. — Ах да, теперь я вспомнил. Мы как-то заглянули к тебе в одну из книг по ангелологии, — Сэм щёлкнул пальцами. — Я всегда считал, что день недели, за которым нужно присматривать, — это странно. — Мне кажется, она имела в виду иронию. Когда-то я присматривал за Четвергами, но теперь в этой форме я снова стал ребёнком, и они должны присматривать за мной. — Ладно, теперь это чертовски странно. Как день присматривает за кем-то? — брови Дина поползли вверх. — Это метафора, — фыркнул Сэм. — Те, кого он когда-то защищал, должны защищать его. Она имеет в виду нас, мне кажется. — Это не имеет значения, — сказал Кастиэль, беспокойно ёрзая под тяжестью их объединённых взглядов. — Остальная часть послания кое-что значит. В том, что здесь можно найти союзников, я не сомневался, но на Небесах ещё могут быть те, кто не желает, чтобы Апокалипсис свершился… это хорошая новость. Они все молча обдумали это, потом Дин ухмыльнулся. — Ты же знаешь, что «Дитя Четверга» было бы потрясающим названием для группы. Но поскольку у нас нет группы… Они так и не удосужились повесить настоящую вывеску. Вместо этого над выцветшим «Очищающим дыханием» висел дешёвый печатный плакат, на котором толстыми чёрными буквами было написано: «Дитя четверга: Книги, колокольчики и свечи». Они сняли табличку с предсказанием цен, но оставили табличку с магазинной кражей с добавленной карикатурой, любезно предоставленной Дином, изображающей жестокий конец фигурки, пытающейся тайком вынести книгу. — Знаешь, мы пропустили только вторник, — Сэм заметил несколько месяцев спустя. Они с Кастиэлем находились в задней комнате магазина. Когда-то здесь предсказывали судьбу, но теперь это был головной центр магазина. На стене висел телефон с быстрым набором номера Бобби, Придорожной закусочной, захудалой гостиницы в Аризоне под названием Mab, профессора антропологии со вкусом к необычному, которого они в основном называли Доком, и Джона Винчестера. Там были груды книг, угрожая завалить большой стол, который занимал большую часть комнаты. Сам стол был завален свитками и записными книжками, исписанными косым почерком Сэма и витиеватым почерком Кастиэля. Заметки Дина были нацарапаны тут и там беспорядочно, в основном в виде заметок, которые он делал на салфетках или оборотах квитанций. — Вторник? — спросил Кастиэль туманно, ища свою чашку кофе, а затем издал тихий разочарованный звук, когда обнаружил, что она наполовину пуста и холодна. — Конечно. Я — понедельник, Дин — среда, а ты — четверг. Отец — пятница, я думаю. Так что у нас есть все дни недели, кроме вторника. — Есть ли в этом смысл? — он рассеянно потёр переносицу. — Нет. Просто подумал об этом. Наверное, я слишком устал, чтобы что-то понимать. Просто я смотрел на рифму, и ты знаешь… Дитя Вторника полон благодати. Может быть, это наша небесная помощь? Зазвонил сотовый Сэма, и они оба с опаской уставились на него. — Алло? — ответил он. — Ого… хорошо. Тише… где ты? Да… да, хорошо. Мы можем быть там… Дин. Дин! Я не могу его остановить… ладно. Да. Хорошо. Не делай глупостей. Я приеду, как только смогу. — В чём дело? — спросил Кастиэль, как только Сэм повесил трубку. — Что-то в этом деле пошло не так. Он сказал, что все в городе поют песенки из мюзиклов или что-то в этом роде. Его было не разобрать, но ему определённо нужна помощь, — взяв своё поношенное пальто, Сэм накинул его и направился к двери. — Я иду с тобой. — Нет. Остановись, — с усмешкой ответил Сэм. — Тебе нельзя приходить. Так сказал Дин. — Да пошёл он, — сказал Кастиэль, смакуя слова и заставляя Сэма рассмеяться. На выходе Кастиэль перевернул табличку на «Закрыто», немного задержавшись у входа. Он плотно запер дверь и активировал обереги Бриджит. Затем повернулся к магазину спиной и последовал за Сэмом по тротуару.