Чёрно-белый

Умные нам не надобны. Надобны верные. («Трудно быть богом» Стругацкие)

Парни тихо сидели в джипе, смотря сквозь стёкла на то, как Чонгук о чём-то беседует с охраной. Когда он повернулся спиной к машине, а пальцы его сжались в кулак, Сокджин бесшумно открыл боковую дверь, что была не видна говорившим. Тэхён перелез на задние сиденья, после чего аккуратно вылез из машины вместе с остальными. Он дотронулся до уха, чуть прижимая маленький аппарат внутрь. — Слышишь меня, милый? Послышался шёпот Чонгука, после чего брюнет стал уходить вместе с вышибалами куда-то за угол каменного здания. — Слышу. Тихо отвечает красноволосый, до мурашек серьёзным и напряженным голосом. — Расслабься. Всё будет хорошо. Голос Чона действует, как успокоительное и кажется, что Тэхён даже чувствует, как ласково ухмыляется брюнет в этот момент. — Идите в ту же сторону, что и я, но только через минуты две… Чонгук замолк. Красноволосый напряг слух, тщетно пытаясь услышать что-то ещё. Сокджин и Чимин внимательно следили за Тэхёном, ожидая команды. Ноги блондина непослушно дрожали, из-за чего ему пришлось опереться о дверь машины. — Идём за тот угол через полторы минуты. Кивает в ту сторону Тэхён, тут же получая дежурные кивки в ответ. Сокджин чуть наклонился, вглядываясь за угол. Как вдруг адская волна головной боли заставила его застонать, он сделал два шага назад и свалился на колени, хватаясь руками за виски. — Сокджин, что такое? Тэхён рванул к широкоплечему, садясь рядом. Он расцепил его руки и ударил ладонями по щекам Джина несколько раз, пытаясь привести того в чувства. Это помогло, и Сокджин приподнялся. — Намджун… Всё, что смог выдавить из себя мужчина после приступа. В его голове постепенно стало что-то всплывать. —Я знаю, что ты на меня пялишься. — Ты что делаешь, извращенец? — Я…Прости, там какая-то грязь была. — Да ты даже врать не умеешь, святоша, я слышу твою ложь, даже не видя твоих глаз. — Я заказал кальгуксу на ужин, тебя устроит? — Кальгуксу? Это моё любимое блюдо, конечно меня это устроит, как давно я его не ел. — Намджун хён, это я, Сокджин, я… Я парень твоего брата, узнаешь мой голос? — Из тысячи. — Что? — Я узнаю твой голос из тысячи. Сокджин резко вобрал много воздуха в легкие, чувствуя, что сейчас его разорвёт изнутри, от нахлынувших чувств. И единственное, что било гонгом, хоть как-то закрывая возвращающуюся память - это мысль: я должен спасти Намджуна! Он уверенно встал на ноги, кивнув Тэхёну, что в порядке. И они вместе с Чимином направились туда же, где ранее скрылся брюнет. Они обошли здание, оказавшись возле выгнутой стены, за который был вход. — Постоим тут, я дождусь сигнала Чонгука. Тэхён остановился, чуть выглядывая за выступ. Сокджин подавлял слёзы, что неприятно подступили к горлу. Его воспоминания восстановились не до конца, но с каждой минутой память поэтапно возвращалась к нему, вставая на своё место в голове. Чимин вдруг резко схватился за голову, его приступ был схож с приступом широкоплечего, но он удержался на ногах, так как Джин вовремя подхватил мальчишку. — Вспоминаешь? Хрипло спросил Сокджин, смотря, как Чимин отходил от боли, к которой постепенно привык. — И от вас тоже, Пак Чимин, я этого не ожидал, вы отличник по истории, всегда делали проекты и доклады, я разочарован. Блондин распахнул глаза, чувствуя, что учитель постепенно возвращается к нему в мозг, заполняя все пробелы. — Кажется да… Также хрипит в ответ Пак, сжимая руками края плаща Джина. Тэхён обеспокоено смотрит на них, вглядываясь в их шокированные лица. — Он будет рад, что вы его вспомнили… Тихо говорит красноволосый, чувствуя, что сердце жаждет скорой встречи с Намджуном. *** Ын Су Ин только вернулась с работы, кряхтя от усталости и тяжести сумок с продуктами. Наконец, оказавшись дома, она свалилась на стул, что стоял в прихожей, чтобы облегченно выдохнуть этот очередной день. Стук в дверь прервал её отдых и женщина удивленно открыла входную дверь, размышляя, кто же мог пожаловать в такое время. Чувство дежавю вспыхнула сразу же, как Су Ин увидела перед собой знакомое лицо парня. — Госпожа Ын, добрый вечер. Я пришёл за Чимином. Мин вежливо выдавил из себя улыбку, заглядывая за спину женщины. — А разве Чимин вам не сказал? Он ночует эти дни у Тэхёна. Теперь этот парнишка живёт в хорошем, дорогом доме, я так рада за него. Кроме того, отныне я могу со спокойной душой отпускать Чим-Чима к нему. Су Ин тараторила слова очень быстро, прикладывая руки к груди, словно в молитве. — Может вы зайдёте? Я вам приготовлю булочки… — Не стоит. Всего хорошего. Ледяной голос Юнги, невольно заставил женщину вздрогнуть, наивная улыбка сползла с её лица и она озадаченно смотрела на спину парня, что удалялся с нечеловеческой скоростью. Мин был зол. В тот вечер, когда Пак сбежал ничего ему не сказав, а затем отключив мобильный. Юнги поклялся себе, что не оставит Чимина без присмотра, однако тот сумел выскользнуть прямо из-под его носа. Этот мальчишка ещё и телефон выключил, а так бы Мин давно его выследил и нашёл. Парень дошёл до байка, что стоял на другой стороне улицы. Оседлав мотоцикл, он мгновенно сорвался с места. Сплошной холодный ветер распалял его кожу, заставляя наливаться щёки кровью. Юнги внимательно смотрел на дорогу, напряжённо, но в то же время с ледяным спокойствием, что пыталось подавить любые эмоции, в том числе злость, что поднималась в нём, при мыслях о блондине. Чимин вёл себя очень странно в последние дни. И убежал он так спонтанно не спроста. Мин докопается до правды, он должен узнать всё. Чтобы контролировать, надо быть осведомленным, и это хорошо известно Юнги. Байк лихо сворачивает направо, позволяя воздуху наиграться с волосами парня, что тут же набирает скорость после поворота. И снижает её лишь тогда, когда показывается парковка, на которой он останавливается. Машины, мотоциклы, скутеры также чинно стояли там, возле высокого элитного здания с табличкой «Alchemy Center». Юнги спрыгивает со своего транспорта, быстро доставая пропуск. Он поднимается по трём ступенькам, останавливаясь у камеры перед дверью. — Пожалуйста, приложите пропуск и назовите имя. Слышится голос мужчины-робота, после чего тёмно-русый показывает карточку в объектив. — Мин Юнги. Раздаётся чёткий и уверенный голос. — Доступ открыт, господин Мин, мы рады, что вы работаете с нами. Говорит робот, но Юнги уже совсем не слушает, проходя в раздвинутые ему двери властным и твёрдым шагом. *** — Эти шестерки не знают, где держат Намджуна, я буду ждать управляющего, стойте на месте и держитесь рядом друг с другом… Слышится шёпот Чонгука в ухе Тэхёна, который тут же поворачивает парней к себе, передавая слова Чона. Чимин кивает, опираясь на стену, чтобы чуть отдышаться от перегрузки мозга, что не даёт ему спокойно размышлять. — Пак Чимин! Вот уж кого не ожидал увидеть воочию! — Господин Чон! Я так рад, что вы меня тоже, то есть, теперь вы тоже видите меня. Вспыхнули воспоминания в голове блондина, мигрень начала проходить, показывая, что процесс восстановления вот-вот закончится. — Учитель Чон, я так счастлив, что вы в порядке. В мозгу ещё что-то лязгнуло и затихло, Чимин распахнул глаза, чувствуя, что наконец всё вспомнил, однако последние воспоминания о том дне, заставили его лицо вытянутся от ужаса. — Ты чего? Тэхён испуганно смотрел на друга. — Вспомнил. Я всё вспомнил. — Вот и отлично! Что там случилось в квартире? Вас с Хосоком и Юнги сразу схватили? Полились вопросы от красноволосого. Чимин встревоженно стал мотать головой, ком в горле не мог выпустить слова. «Прости, Тэхён. Мне снова придётся нарушить обещание.» — больно проносится в голове Пака. — Ничего такого. Нас отвели в комнату и эти люди, просто взяли и вкололи нам вакцину. А затем я заснул и очнулся уже дома с Юнги. Липко и затравленно рассказывает Чимин, чувствуя, как неприятные картинки мечутся перед глазами. Тэхён кивает, задумчиво переводя взгляд на Сокджина. — А ты, вспомнил всё? Вы были вместе, когда его схватили? Спрашивает красноволосый, испытывающее заглядывая в глаза широкоплечему. Тэхёну казалось, что любая мелочь из прошлого могла им помочь вытащить Намджуна. — Я… Ещё не до конца… Лепечет обреченно Сокджин, но уже чувствуя, что приближается к завершению процедуры восстановления. — Ты даже не знаешь, что значишь для меня, Сокджин. Даже не представляешь себе этого. И вот он уже воссоздаёт тот злосчастный вечер у себя в голове, вот уже последние куски пазла, встают на свои места, ещё чуть-чуть и… — А я? Я по-твоему справлюсь без тебя? Нет, Намджун! Я никогда тебя не оставлю. Сокджин уже чувствует, как трепещет тело по завершению процесса. — Чонгук сказал зайти внутрь, лесенка слева, третий этаж, срочно! Громко говорит Тэхён, прерывая волнение Джина и размышления Чимина. Он хватает их за плечи, толкая вперёд. Поднимая выше кожаные воротники, парни заходят внутрь здания. Там было довольно темно, источником света служили люминесцентные лампы, что светили у самого потолка, однако их лучи не могли доходить до пола. Огромный холл, посреди которого висела доска работников, что отмечали свои смены в ячейках. Двое сотрудников, одетых также в форму с масками, прошли мимо парней, ничуть не реагируя на них. Они свернули в какой-то коридор. Тэхён стал вертеть головой, в поисках лестницы с левой стороны. Чимин старался держаться спокойно, игнорируя бешено стучащее в самых ушах сердце. А Сокджин просто следовал за красноволосым, чуть морщась от мигрени. В своей голове, Джин был далеко отсюда. В ней он стоял там, возле той закрытой калитки, держа руку Намджуна и чувствуя, как за шиворот стекают капли холодного дождя. — Туда. Мычит Тэхён, показывая рукой в проём, за которым виднелись ступени. Они быстрым шагом проскальзывают в него, поднимаясь наверх. Отсчитав пролёты, красноволосый указал на дверь, что вела на третий этаж. Они зашли туда, рассматривая светлый белый коридор, в котором было много кабинетов и комнат, словно в больнице. Тэхён отошёл чуть в сторону, усердно нажимая на аппарат в ухе. Как вдруг чьи-то руки схватили его, зажав рот рукой. Он испуганно запищал. Сокджин и Чимин спокойно смотрели на похитителя, что усмехнувшись выпустил парня из рук. — За мной. Говорит Чонгук, что только что отпустил злого и напуганного Тэхёна. Он проходит чуть вперёд, заходя в одно из помещений, ждёт пока все зайдут туда же, а затем плотно закрывает дверь за ними. — Дела плохи. Почти никто не знает, где держат Чон Намджуна. Они даже и не слышали, что такого привозили сюда… Брюнет говорит это тихо и хмуро, глядя на разочарованное лицо красноволосого. — Однако, тут есть карцер, там обычно запирают тех, чьё имя хранят в строжайшей тайне. Там может быть Намджун. Это в конце коридора, на этом этаже. Я раздобыл ключ, но мы не сможем пойти туда всей толпой, мне нужен кто-то один. — Я! Выкрикнули одновременно Тэхён и Сокджин. Чонгук усмехается, предугадывая подобный расклад. — Тебя я точно не возьму. Смотря на красноволосого, размышляет брюнет. — А вот ты, Сокджин – неплохой вариант, однако я боюсь, что твои эмоции могут в один момент быть против нас. Вообще, я рассчитывал на Чимина… Обреченно изрёк Чонгук, смотря на подкосившиеся коленки блондина. Пак сразу попытался встать на ноги уверенно, показывая, что тоже готов идти. — Так то лучше… Идём вдвоём с Чимином, а вы ждёте здесь. Через пять минут, врубите сигнализацию - вон кнопка, на той стене. Брюнет ещё раз внимательно оглядел с ног до головы остающихся, и кивнув блондину, покинул комнату вместе с ним. Гробовая, тягучая, как мёд, тишина, полная ожидания, неприятно давила на нервы Тэхёна. Он взволнованно дышал, прикрыв глаза, слыша лишь собственное дыхание. Слух не подвёл его - он слышал лишь своё дыхание. Резко распахнув глаза, красноволосый понял, что находится в комнате один. — Чёрт! Тихо ругается Тэхён, быстро выбегая в коридор, ища по сторонам широкоплечую фигуру. Благо он заметил её, почти в конце прохода, куда по словам Чонгука они отправились с Чимином. Красноволосый почти лихорадочно побежал к Джину, хватая его за плечи. Тот повернулся, останавливаясь от рук парнишки. Тэхён приоткрыл рот, видя полное слёз лицо Сокджина, что судорожно пытался не задохнуться в маске, что пропиталось солёной водой. — Там нету Намджуна… Еле разбирает слова Сокджина Тэхён, серьёзно пытаясь понять мужчину, что снова поворачивает голову в сторону. — Скажи… Скажи Чонгуку, что Намджуна там нет… Голос Джина до ужаса пугает Тэхёна, что тут же связывается через наушник с Чоном, и говорит ему вернуться назад. Затем красноволосый испуганно поднимает глаза обратно к Сокджину. — Я всё вспомнил, Тэхён. Это фраза звучит отчаянно и обреченно, словно широкоплечий сейчас стоит в болоте, медленно утопая в нём. И Тэхёну почему-то не хватает смелости задать самый важный вопрос в этот момент. Он просто отходит чуть дальше, оседая по стене на пол. Его глаза видят отчаяние в лице Сокджина. Тэхён отворачивается, и наблюдает за тем, как бегут к ним Чимин и Чонгук, непонимающе смотря на них. Всё это происходит вязко, словно в замедленной съёмке, в которой совсем нет звука, будто вода затопила все колонки, оставляя лишь неприятное шипение чего-то неминуемого. *** — Чёрт возьми, Сокджин, тебе придётся хорошенько объясниться. Быстро в машину. Злой голос Чонгука неуместно звучал, вдалбливаясь в до боли пугающее лицо Сокджина, что послушно сел в джип. Тэхён тихо сидел впереди, напрасно пытаясь себя успокоить или подбодрить. Чимин, к которому подсел Джин, обеспокоено смотрел на Чонгука. В воздухе висело напряжение. Брюнет молча завёл джип, выезжая с помощью пропуска из закрытого корпуса «Забвения», что оставил после себя лишь холодный металлический привкус, словно безвкусный осадок, наполненный отчаянием. Они выехали на долгую сплошную магистраль, видя, как мрак ночи поглотил всё вокруг. Сокджин сидел не шевелясь, будто в трансе находилось его тело: глаза пусто смотрели перед собой, а руки замерли в расслабленном положении, болтаясь по бокам. Тэхёна пугало это, из-за чего он не мог оторвать взгляд от Джина, одновременно боясь долго смотреть на него в таком состоянии. — Я вспомнил всё, Тэхён. Сокджин снова повторил это, как мантру. Его пересохшие губы, чуть дернулись. — Тогда рассказывай, где сейчас Намджун? Грубо поинтересовался Чонгук, которому совсем не нравился расклад этой ситуации. Он так лез из кожи вон, чтобы попасть в этот корпус, а в итоге: всё в пустую. Джин вздрагивает, приподнимая взгляд на Чона, пытаясь понять его вопрос. По его щеке скатывается слеза, образуя мокрую вертикальную дорожку до подбородка, а губы начинают говорить: загробным, полным отчаяния голосом.

Несколько дней назад.

Намджун улыбается, будто в последний раз. Сокджин приподнимает лицо, удивленно смотря в глаза Чона. Ким не хочет сдаваться. Даже увидев, что люди из системы в десяти шагах от них, Джин просто не хочет опускать руки. — А я? Я по-твоему справлюсь без тебя? Нет, Намджун! Я никогда тебя не оставлю. Он хватает мокрую ладонь Намджуна, что удивленно смотрит на него, сжимая пальцы в ответ. Их глаза встречаются, смотрят друг на друга, и уже не знают, где начинается один из них и заканчивается другой, потому что казалось, что они и есть нечто целое. А тёмные силуэты опасно приближались, оставляя каких-то пять шагов между ними и двумя парнями, что предпочитали умереть, чем расцепить руки. — Намджун… Сокджин поворачивает голову, указывая на щель между зданием и забором, что, как последний маяк надежды, заметил широкоплечий в последний момент. Пепельноволосый перехватывает руку Джина, начиная бежать вместе с ним к спасительному проёму. Люди из системы, которые думали, что эти двоя сдаются, стали паниковать, расталкивая друг друга и пытаясь догонять парочку. Всё это кажется глупым, их вот-вот схватят - это бессмысленно, но почему-то эти двое парней, отчаянно сопротивляются всему миру, непокорно продолжая бороться с системой. Намджун проталкивает Сокджина в щель, после чего лихорадочно пролазит сам. Есть: у них появилась фора. Захлебываясь каплями дождя, они сломя голову бегут дальше от забора, ища глазами машину Юнги. Она стоит чуть сбоку, покорно и холодно, ожидая поездки. Люди из системы начинают что-то кричать, предупредительно поднимая руки. Они понимают, что ещё чуть-чуть и упустят преступника. Вдруг сзади них появляется ещё один, проходя вперёд к забору. Его глаза холодно смотрят на убегающих. — Стоять! Кричит человек из системы, что появился позже всех. Его голос кажется Сокджину чуть знакомым, он уже где-то слышал его. Но широкоплечий, игнорируя крики, добегает до машины, открывая незакрытую переднюю дверь. — Мы спасены. Давай сюда ключи. Говорит Джин, облегченно улыбаясь. Он поворачивается спиной к тачке, смотря на стоящего перед ним Намджуна, что вынимает ключи из кармана, с такой же глупой улыбкой на лице. «Мы спасены» — проносится в голове у обоих. А в воздухе раздаётся пронзительно громкий выстрел. Всего один. Но какой же он точный. Улыбка ужасающе замирает на лице Сокджина. Его глаза смотрят, как только что улыбающийся Намджун, оседает на мокрый асфальт. Дрожа всем телом, Джин падает на колени рядом с Чоном, на рубашке которого стало расползаться тёмное страшное пятно. — Намджун, Намджун… Пожалуйста, только дыши… Хнычет Сокджин, приподнимая на свои колени, ещё дышащее тело мужчины. Пальцы широкоплечего пытаются зажать рану, чтобы хоть как-то остановить бесконечный поток крови. — Почему? Почему она продолжает течь? Отчаянно не понимает Джин, видя что асфальт вокруг покрывается темной жидкостью, что начинает смешиваться с дождевой водой. Ему стало казаться, что всё вокруг в этой темной густоватой крови. — Так, это ничего. Главное: просто дыши. Я сейчас вызову скорую… Сокджин лихорадочно тянется к карману в штанах, пытаясь достать намокший телефон. Его руку перехватывает ладонь Намджуна. Она шершавая, большая, но ещё достаточно крепкая, чтобы заставить Джина замереть. — Не нужно скорую, я… — Как не нужно? Что ты такое говоришь? Сейчас они приедут и спасут тебя. Это всего лишь небольшая рана. Ты же здоровый, как бык... До свадьбы заживёт. Отчаянный голос Сокджина, что испуганно перехватывает плечи Намджуна, пытаясь его положить удобнее, начинает дрожать. — До нашей свадьбы?.. Так ты согласен? Хрипит Намджун, улыбаясь. — Конечно согласен! Я не женюсь ни на ком, кроме тебя! — Не говори…так… Пепельноволосый тяжело выговаривает слова, пытаясь приподняться ближе к лицу широкоплечего. Его ладонь касается подбородка Сокджина, нежно поглаживая пальцем его щёку. — Чёрт возьми… Какой же ты красивый… Улыбается Намджун, начиная хрипеть от боли. Его горло издаёт какой-то звук, после чего рот наполняется кровью, что начинает вытекать наружу. Рука, что гладила лицо Джина замертво падает на асфальт. Тело безжизненно обмякает. — Нет… Нет! Нет! Нет! Намджун, ты же слышишь меня. Намджун! Сокджин начинает елозить на коленях, пытаясь растолкать не шевелившегося мужчину. Нечеловеческий, полный боли, душераздирающий крик раздаётся на всю улицу, нет, на всю Землю. Люди из системы замирают, не доходя до Джина. — Ну же, ну же… Открой глаза! Голос Сокджина звучит почти беззвучно, совсем осев после громкого крика. Пальцы дрожат, зарываясь в насквозь мокрой от крови и дождя одежде Намджуна. Джин не верит в это. Даже смотря, на безжизненное лицо пепельноволосого, на его замершее без движения тело. Он не верит. Нет. Его Намджун не умер, ведь он только-только улыбался ему, так по-родному. Спина Кима сгорбленно нагибается, прижимая к себе трясущимися руками Чона. Кто-то сзади глухо подходит к спине Сокджина, резко ударяя по затылку широкоплечего. Его шаги не было слышно, сквозь ливень, что нещадно продолжал идти, несмотря ни на что. Острые глаза смотрели, как тело Джина падает сверху умершего, которого упрямо продолжают сжимать руки широкоплечего, даже после потери сознания. Ещё двое людей оттаскивают Сокджина от трупа. Его рукав закатывают и в кожу вводят тонкую иглу, пропуская через неё полупрозрачную жижу. А тело Намджуна, спокойно лежит на мокром асфальте, с раскинутыми руками, на его лице застыла упокоенная улыбка, посвящённая Джину. — Даже после смерти, ты выглядишь, как непокорный враг системы. Говорит работник, опоздавший на погоню, но успевший, к самому интересному. Он властно смотрит сверху вниз на Намджуна, пытаясь показать, на какой ступени человечества находятся такие «предатели», но почему-то ничего не получается, мёртвый мужчина всё равно выглядит непоколебимым. — Уберите труп… Выплёвывает сотрудник SBW, отворачиваясь от Намджуна, пытаясь себя убедить, что правосудие вновь восторжествовало.

Это время.

Сокджин захлебывался в слезах, пытаясь не содрогнуться в судорогах. Чимин тихо ревел, сжимая в объятьях Джина, что отчаянно дергался на месте. Тэхён не плакал. Он почему-то чувствовал опустошённость и корил себя, за то, что слёзы не показывались на его лице. С ними было бы легче, чувствовать эту боль. Вместо этого хотелось кричать громко, сильно, до боли в гландах. Но пустота внутри не издавала звуков. Всё ведь будет хорошо, верно? Счастливый конец и всё такое… Тэхён будет плясать от счастья и… Чонгук сжал до хруста в пальцах руль, продолжая ехать по бесконечной дороги отчаяния, на которой оказался их джип. Долго и счастливо – это не значит, что вечно. У всего есть конец и начало. Некий промежуток времени. И каким бы он ни был, у него будет завершение. Да, человек смертен, но это было бы еще полбеды. Плохо то, что он иногда внезапно смертен, и это тупое ощущение того, что оказывается у нас нет вечности, что в любой момент мы можем кого-то потерять. Что "вау"? Мир не создан из бабочек и цветов, есть его обратная сторона, более жестокая и циничная. А вы готовы принять эту вторую реальность или будете дальше загораживать правду очками из ванили?