Strauß von Amaranthusen

Алексей волновался сейчас больше, чем тогда, перед алтарём. Точнее, чем тогда, в начале дня, в ЗАГСе. В чём же причина такого смущения у новобрачного? Всё просто. Первая брачная ночь! До этого у него был сексуальный контакт, да, конечно, но сегодня первый секс с Юлей. Да-да, как-то так получилось, что до свадьбы они вообще ни разу не пробовали заниматься этим. За это время Навальный придумал кучу сценариев их первого соития: то это должно быть под лёгкий джаз и с лепестками роз на кровати, то нет, надо, чтобы это было динамично, тогда надо какой-то романтический рок… К идеалу так и не пришёл. С движениями всё было ещё хуже. Так казалось юному супругу — язык у него, как у коровы, двигать он им не умеет, фрикции будут, наверное, рваные, грубые, как бы он не старался. Разглядывая себя обнаженного у зеркала, грустно констатировал — это провал во всех галузях. У него ничем непримечательное тело, словно у какого-то заплывшего жиром Амура, с широкими плечами, вроде ничего так подкачанными руками (это единственное, что нравилось Лёше в себе, честно) и плоской задницей. «Среди всех иномарок Юля выбрала отечественный трактор, то есть, меня.» — грустно заметил Навальный и сел на диету, чередуя это с теперь уже более частыми походами в спортзал. В бешеном ритме подготовки к свадьбе и учёбы подобное втиснуть было тяжело, но будущий политик старался, как мог! Сегодня посмотрим на его результаты… Юля наконец-то пришла, отбившись от всей кучи родственников, которая только сейчас смогла разъехаться, значит, пора начинать. Юноша ещё даже не успел в душ залезть, но бежать уже поздно. Стой и терпи. «Да нет, всё вроде нормально, если что, сбегаю и помоюсь, но это так, на всякий пожарный…» — причин психовать было много, вот лови ещё одну, мой друг! Правда, Фатум воистину милосерден и он подарил ему прекрасную причину отвлечься. — Я уже весь день не могу тобой налюбоваться, моя милая жёнушка. — шепнул довольно своей возлюбленной парень, приобнимая её за талию и поглаживая одной рукой по спине. Ткань её платья невероятно приятная и мягко скользит, оставляя на кончиках пальцев лёгкое тепло. Девушка смеётся, прижимается к любимому, обвивая его шею своими ручками, и таким же довольно-мягким тоном отвечает: — То самое и с тобой, мой самый очаровательный в мире муженёк! — её обращение, на которое она тоже, как и Лёша, сделала особенный акцент, заставляет его краснеть. Его полюбила такая женщина, о Господи! Он счастлив, как никогда. А факт того, что она — его супруга, вообще окрыляет во всю. Навальный не выдерживает. Он тянется к её личику, но не начинает поцелуй сразу, нет. Он сначала поглаживает лишь кончиками пальцев её щёки, потом оставляет лёгкий чмок на левой щечке, на правой… Лишь после этой небольшой увертюры переходит к основному — к нежному, очень трепетному поцелую. Её теплые, слегка влажные уста нельзя сравнить ни с чем. Это будто амброзия для голодного, неисчерпаемый источник воды для жаждущего. К чёрту высокопарные метафоры! Даже они не опишут всю суть. Пока парочка целовалась, молодой человек не терял время зря, ибо он уже успел спустить лямки свадебного платья Юли и начать развязывать узел на задней стороне корсета. — Чёрт, солнце, как женщины ходят так целый день? Это же нереально и неудобно! — оторвавшись от поцелуя на секунду, удивлённо потянул юрист. На хохот жены он лишь вздохнул и попробовал развязывать завязки дальше. Ещё немного, ну же… О, есть! Хотелось снять уже с неё это платьице, но порывы страсти блондинка осторожно остановила одним прикосновением к руке. «Я на секунду, не скучай!» — она игриво подмигнула будущему оппозиционеру, уходя с какой-то странной коробкой в уборную. Лёша кивнул и решил: надо что-то делать, пока любимая не видит! Так, холодное шампанское достал, два бокала тоже. Презервативы в тумбочке возле кровати припрятал, хорошо… Таки надо в душ, волнение уж слишком спровоцировало потовыделение, а это, признаем, последствие не из приятных. Навальный прошмыгнул в душ, вымылся тщательно-тщательно, внезапно побрил ноги, почистил зубы (паранойя на высшем уровне, господа!) и ещё раз на всякий случай нанёс новенький одеколон на тело. Его действия были вроде чётко спланированные, но в мыслях был странный хаос, который, как казалось, влиял на всё то, что делал парень. Последний раз поправив свои волосы, уложенные на бок, посмотрел в зеркало. Хоть на человека похож теперь! Алексей натянул полотенце, в которое обернулся, чуть повыше и вышел из ванной. Кстати, синхронно с Юлей вернулся в спальню. Чуть не упал уже во второй раз за день от восторга. Только застыл и начал лопотать бессильно: «Ю-Юленька, это как? Как?». У него даже слегка челюсть отвисла. Девушка лишь смеётся мелодично, приближаясь. Она настолько близко, чёрт, ты даже чувствуешь соблазнительный аромат её парфюма. Малина, бергамот, фиалка… Что ещё? В плену волнения больше ничего не удается узнать. Кстати, если вы думаете, что Навальный просто удивлён из-за их близости, то нет. Он в приятном шоке от белья любимой. Это был умиляющий белый кружевной комплект, состоящий из бралетта, удачно подчёркивающего небольшую изящную грудь, и трусиков. Никогда, ни один ангел из каталога Виктории Сикрет не выглядел бы так очаровательно, как Юля в этом белье. Лёша осторожно начал вынимать заколки и «невидимки» из причёски жены, освобождая её золотистые пряди. Судя по тому, что она закрыла глаза, словно кот, который нежится на солнышке, ей нравится, как тонкие пальцы её возлюбленного справляются с её непослушными волосами. Закончив с причёской и отложив где-то подальше все эти «странные железные штуки», юноша снова прижал к себе девушку и уткнувшись носом в её макушку, начал играть с её локонами. — Я уже не могу, любимый, давай приступим, ладно? — голос Ю. стал немного ниже из-за возбуждения. Нельзя заставлять даму ожидать. Молодой человек ещё недолго рассматривает свою красавицу и начинает мягкий поцелуй, который с временем превращается в страстное проявление любви. Его руки дрожат и поэтому все поглаживания очень странные. Может, именно из-за дрожи он не может расстегнуть застёжку лифчика, вот же чёрт! Но Юленька — его ходячая добродушность, — во время остановилась и помогла ему. М-да, разбираться с этими замками надо ещё уметь! Она попросила оставить пояс от чулков и трусики. Верно, это ж расстегнуть проще. Ну и эстетика целостной картины не портится, да. Алексей вместе с Юлей опускается на кровать и осторожно надавливает рукой ей на плечо, чтобы она прилегла. После этого хаотично осыпает горячими поцелуями шею, щёки, тыльную сторону ладоней, плечи… Целует каждую родинку на её теле, каждый шрам и царапину. Жена для него — бесконечный прекрасный горизонт, который хочется и исследовать, и просто любоваться на него одновременно. Так, первая нужная точка — грудь. Что там тебе инструкторы, ой, пардон, советники из эротических и мужских журналов рассказывали? Надо быть осторожным с этой зоной, конечно, есть те особи, которые любят более грубые ласки их груди, но нет, начинать надо степенно. Навальный наклоняется к бледно-молочным холмикам своей возлюбленной, поочерёдно целует её соски, а тогда, дрожа от волнения, начинает действовать. Он обводит ореолы сосков большим пальцем (всё, снова-таки, поочерёдно), затем очень аккуратно, боясь как-то сделать больно женщине, чуть посасывает соски, и слегка покусывает их, вызывая тихие стоны. Последнее вызывает внутри него гордость, но при этом и какую-то неуверенность. «Господи, я надеюсь, она не имитирует?» — в голове начали накапливаться странные переживания. Из-за этого пришлось глянуть вверх. Нет, в глазах его дорогой жёнушки радость и удовольствие, значит, не врёт. Гордость снова заняла лидерские позиции в душе Лёши. Поцелуями спускается ниже и останавливается перед резинкой трусиков. Поглаживает пальцами Юлю через ткань, чувствуя влагу, которая ещё не успела впитаться и улыбается — его девочка определённо полностью готова. Р-раз! И нижнее бельё с его полотенцем уже покоится на кипе остальных вещей. Юноша сначала хмурится, ибо тут уже сложнее, нервные окончания, но то ли возбуждение его подталкивает к действиям, то ли понимание того, что время бежит, словно спринтер, под ручку с желанием у Навальной вообще продолжать это всё, заставляет двигаться дальше. Через миг он, стараясь, будто на вступительных экзаменах, очень осторожно массировал клитор под аккомпанемент уже громких в этот раз стонов супруги. Долго тереть — моветон, да и потом из-за этого у женщин неприятные последствия, поэтому юрист быстро заменяет палец на кончик своего языка. Солоноватый вкус на губах, скрип кровати из-за того, что девушка ищет удобное положение, смятая под руками простынь — всё это эстетика тех двадцати прелюдийных минут, которые не довели главных героев ещё даже до проникновения. Вверх-вниз, вверх-вниз, вправо-влево, влево-вправо, зигзаг, петля, восьмёрка, внутрь… Делал языком трюки круче самых профессиональных пилотов мира, может, это звучит преувеличенно, но Юля, которая изгибалась дугой от удовольствия и уже в тысячный раз покусывала губы, стараясь сдержать очередной прерывистый вздох, лишь доказывала эту сентенцию. Новобрачная, кстати, относительно скоро кончила — это юный супруг понял по тому, как она резко прижала его лицо к своему междуножью и по влаге, которую он сразу же там у неё и почувствовал. Её румянец на щеках только усилился, свет от торшера отображал это не полностью. В полумраке вообще тяжело понять эмоции, благо, хоть такие нюансы проясняют всё. Блондинка ласково поглаживает любимого по голове и улыбаясь, тянет: — А теперь, Алексей Анатольевич, попрошу дать возможность и мне Вас помучить. — каждое слово говорит с нежностью, но имя! Как-то особенно и возвышенно произносит она его. Чёрт, чёрт, чёрт! Есть у бесконечности предел, есть предел у добра и зла, но у привлекательности Юленьки нет этой границы, нет! Бесконечная, тягучая нежность заставляет сердце чуть ли не выпрыгивать из тела и ломать при этом твердь грудной клетки, а телу приказывает подняться, прилечь возле возлюбленной и расслабиться на высшем уровне. Тело будущего политика покрывают такими же поцелуями, что и изгибы девушки ещё раньше, эрогенные точки по типу сосков также не остались без внимания (кстати, во время ласки этого же места парень прикрывал глаза, смущался, но всё же негромко стонал; почему никто не говорил, что это так прикольно?) — одним словом, казалось, что ему возвращали каждое прикосновение, только по шкале нежности в тысячу раз выше. Когда горячие влажные поцелуи чувствовались на лобке и через пару мгновений Ю. держала в своих маленьких ручках член Лёши, Навальный понимал: сейчас он волнуется уже не за свои действия, а за свою реакцию. Его супруга пару минут рассматривала то, что она держит (из-за этого у Н. и началась мини-паника) и удивлённо шепнула: — Не думала, что он может быть таким большим! — Да нет, дорогая, он не большой, он просто таким сейчас тебе кажется… Это всё из-за эрекции. — на это следует только звонкий женский смех и краткое: «Поверь, я знаю, что говорю, это большой член и ни слова больше!». Ну… Хорошо. В эту ж минуту язычок Юлии начал кружить вокруг сочащейся смазкой головки, даря таким образом не только приятности и непроизвольные стоны, но и мурашки по всему телу. О, боже! Какая же чертовка — она сделала простую вещь (лизнула головку полностью, то есть), но каким был эффект! Блондинка даже не скрывала радости из-за того, что такой сильный и большой мужчина в её власти. Её тонкие пальчики скользят по набухшим венам, а щекоча, а горячий ротик уже степенно принимал в себя член юноши. Ах, как же хорошо! Это чувство не сравнить ни с чем, это просто что-то эйфорийное, заставляющее здравый смысл отключаться и выходить эмоции на первый план. На пятой минуте оральных ласк не выдерживает и измученно умоляет: «Я хочу тебя!». Когда тела парочки уже на одном уровне, молодой человек мигом оказывается сверху и раздвигая худенькие ноги девушки, шепчет: «Дорогая, я уже вхожу, расслабься.» Он действительно входит. Делает это медленно, останавливаясь каждый раз, когда чуть вводит член, чтобы Юля могла легче привыкнуть к его размерам. На этом этапе уже приходит ощущение узкого, тёплого пространства внутри неё. Тягучая нежность снова бьёт по мозгам из-за этого. Первые толчки плавные, трепетные, взгляды направлены друг на друга в волнующем ожидании, все «ох» и «ах» сливаются воедино, темп с временем ускоряется… Выше, глубже, быстрее! Быстрее! Навальный отстраняется от жены, на её вопросительный взгляд не отвечает, лишь бросая: «Сейчас, котёнок, приготовься к ещё кое-чему». Он даёт возможность «оседлать» его, чем и пользуется супруга, и на её совсем негромкое шипение обеспокоенно шепчет, поглаживая её по лицу: — Нет-нет, солнышко, если тебе больно, мы не будем продолжать. Я не хочу делать тебе плохо… — Всё хорошо. — девушка прячет взгляд и тогда приходится брать инициативу на себя. Молодой человек приподнимает её, кладёт на кровать и заключает жену в свои объятия, не прекращая шептать успокаивающие слова. Но когда видит безмятежное выражение лица Юли и слышит от неё «Давай попробуем по-другому», спокойно вздыхает. Правда, через пару минут снова пугается, когда видит непонятный тюбик. А, всё хорошо, это лубрикант! Это и то, как Навальная прилегла на живот, выпятив чуть вверх свою попу, наталкивая на такие крышесносящие мысли… Приходится уточнить, точно хочет ли она так. Подобный секс же больнее, насколько он в курсе из историй из уже упомянутых журналов, но любимая непреклонна. Хорошо, всё, как пожелает дама! Беспорядок в голове возвращается вдвойне. Смазывая колечко мышц жены и нанося средство на два пальца, чтобы ими разработать вход в возлюбленную, юрист пытался сконцентрироваться на своих действиях. Кажется, получалось, потому что тревожность спала на момент проникновения пальцев (пока ещё) внутрь блондинки. Он тихо застыл, спрашивая: — Всё хорошо? Не больно? Продолжать? — Да, да, пожалуйста… — это одобрение взбодрило будущего оппозиционера. Он вошёл в Юлю почти до упора, понимая — чёрт, она тут ещё больше узкая. Вновь плавность и переход на средний темп. Алексей в процессе мнет её сочные ягодицы и нашёптывает Навальной: — Крошка, ты, — он охает посреди предложения и сразу же после этого спокойно продолжает, — просто невероятна! Идеал. Я обожаю тебя. — он оставляет поцелуй на её макушке, заставляя жену засмеяться между стонов. Через несколько мгновений темп ускорился так, что скрип их кровати можно было услышать аж на лестничную клетку (гипербола, но именно так и казалось). Сменяются позы, просьбы «Ещё!» слышно всё чаще... Внезапно Юлия замирает, её большие зелёные глаза округляются, рот приоткрыт, что творится?! Она выдает глубинное «А-ах!», при этом поддаваясь телом немного вперёд и потом падает на подушки с широкой улыбкой. Супруга победно констатирует: — У меня был оргазм, Лёшенька. Это так... – она мечтательно закатывает глаза, – чудесно. Иди же ко мне, ну! Я доласкаю тебя и ты почувствуешь то самое. Долго просить молодого человека не надо. Он сразу же прижимается к ней и замечает, как её изящная ручка обхватывает ещё твердый член и скользит по нему вверх-вниз. Смотреть долго не получается, ибо его вовлекают в очередной поцелуй. Между ног узел ужасно тянет вниз и... Пришлось немного отодвинуться, чтобы издать последний рык. Навальный кончил бурно, оставляя семя на животике любимой, сам того не замечая. Для того, чтобы придти в себя понадобилось пару минут. У него ещё никогда такого не было. — Это была самая волшебная ночь в мире. – он обнимает девушку, поспешно вытирая следы их соития с неё салфетками, – Ты - самая лучшая женщина в мире и... я, откровенно говоря, стеснялся тебя разочаровать. — Я чувствовала себя также. – Юленька укрывает их обоих большим мягким одеялом и бросает салфетку точно в корзину в углу комнаты, – Ты не поверишь. — Ты была идеальна. — И ты. Ты даже лучше постарался... — Нет, не правда! – спор закончился тем, что женщина протянула налитое шампанское, которое всё ещё было холодным (ведёрко со льдом – классная штука, оказывается). Пара безмолвно цокнулась бокалами и отпила немного. На молодых прекрасных лицах начали играть розоватые, блеклые лучи восходящего солнца. В их отношениях и супружеской жизни наступал рассвет.