Крыша на двоих

      Улицы снова опустели. Народ разошелся по домам. Я стою у цветочного и жду свой заказ. Палитра цветов в ларьке невероятна. Глаза бегают от ирисов к пионам, от пионов к ландышам и так, пока не обойдут все растения. Запахи борются между собой за внимание моего обонятельного эпителия. Сначала улавливаю нежный и душистый аромат розы с фруктовыми нотками, но его быстро сменяет горьковато-медовое благовоние гиацинта. Пока я разглядывала яркий колорит торговой палатки и расплывалась в букете цветочных ароматов, хозяин ларька уже собрал для меня букет. Он протягивает мне белые хризантемы. Они чистые и невинные, их простота всегда завораживала меня.       — Маргарет, снова собралась к мемориалу?       — Да, погибших в этот раз чуть меньше половину, — я беру в руки белоснежный букет.       — За счет ларька, — улыбается мне мистер Вилсон.       — Господин Вилсон, я всегда их покупала и сейчас, прошу, возьмите деньги, — я протягиваю ему пару монет.       — В этой вылазке погиб мой сын Ник. Помолись за его душу вместо меня, — он улыбнулся мне. Ни одна мышца не вздрогнула на его морщинистом лице.       — Обещаю, — я убрала монеты в карман, поблагодарила его и отправилась к мемориалу крыльев свободы.       У памятника уже стояли фотографии погибших. Десятки свеч были зажжены в память о защитниках человечества. Я подошла к фотографии Ника Вилсона и положила белый как кипень* букет рядом с ней. Хризантемы показались в этот миг мне такими хрупкими, как человеческая жизнь. Дунул легкий ветер и лепестки цветов стали двигаться в такт ветра, а мои волосы подхватили природный ритм. Я сложила ладошки у лица, прикрыла глаза и начала молиться за упокоение.       — Спите спокойно…       Поднимаю веки и вижу, что рядом со мной молиться Рей. Он никогда не приходил к памятнику и не отдавал дань уважения погибшим разведчикам. Ведь как правило, военная полиция и разведккорпус находятся в контрах. Его зачесанные волосы аккуратно лежат на затылке. Прямые длинные ресницы немного подрагивают. Симпатичный дьявол, нечего сказать. Девушки всегда завидовали мне из-за моих близких отношений с первым красавцем в царских войсках.       Наконец-то он заканчивается молиться и поворачивается в мою сторону.       — Я знал, что найду тебя здесь, — снова эта безмятежная улыбка.       — Ты молишься? — недоумеваю я.       — Мне не по себе от того, что я смог уцелеть. Так много хороших ребят легли в землю.       — Ты не должен так говорить, дурак. Не ты выбираешь, когда и как смерть настигнет тебя. За нас уже давно все решено. Предвидеть, умрешь ли ты от рук титанов или вернешься домой невозможно. Поэтому живи и будь благодарен судьбе. Сделай все, чтобы жертвы не были напрасны, — я ущипнула его за бок. — И не распускай нюни, девушки не любят слышать нытье от мужчин.       — Ты права, спасибо, — он ухмыльнулся. — Поужинаем, я угощаю.       — Еще бы ты не угощал. Ладно, один раз можно поужинать с похотливым блондинчиком.       — Это ты что, согласилась? Надо записать этот день, — он изображает ручку и блокнот.       — Это не свидание.       — Да-да, как скажешь, а то капрал Леви отпинает меня до смерти.       — Что ты там говоришь, я не слышу, — я уже порядком отдалилась от него.       — Говорю, пойдем покушаем мясца и выпьем эля!       — Ну пойдем тогда, не тормози! — кричу в ответ.       Солнце медленно завершает свою работу и незаметно скрывается за горизонт. Мы взяли закуски из мясной лавки, пару бутылок медного эля и уселись на скамейку около городского фонтана.