Своё пекло, свой рай

Но бури так и не было, вопреки всем надеждам как Усоппа, так и Лисы. Последняя уповала на прогноз погоды как не в себя, но ведущие пятиминутного прогноза на каждом центральном канале и встроенные виджеты Яндекса в один голос твердили — погода будет до мерзкого прекрасной. — Хоть убей — я не помню ни единого раза, чтобы прогнозы были такими точными… — под конец недели ошалелым тоном с не менее удивлённым видом заявила девушка, закрывая вкладку со страницей подробной погоды. — Обычно каждый раз, когда я собираюсь гулять, погода начинает портиться после слов «солнечно и небольшая облачность целый день». — Тут хотя бы не снег через пять минут после солнцепёка, так что не жалуюсь, — вздыхал парень, положив голову подбородком на ладонь. Вторая рука скучающе помешивала чайной ложечкой чай в кружке, которую разрисовала и подарила ему Лиса. На белой керамике было изображено голубое небо, синее море и белая пена, а у самой ручки кружки покачивался небольшой кораблик, который невозможно было опознать. «Я не уверена, что смогла бы хорошо нарисовать вашу Мэрри, поэтому только так», — сказала тогда девушка, но и такой приятной мелочи Усопп был рад. На самом деле, Усопп всё больше и больше был рад, что свалился именно на головы этой семьи. Конечно, это не очень-то правильно, висеть на их шее, но едва ли кто-то другой проявил бы к нему такое милосердие, которое, вопреки всему хвастовству и напускной гордыне, Усопп попросту не считал заслуженным. В голове всё ещё набатом била мысль, что перед друзьями он всё равно не извинился и не извинился перед Луффи — как перед капитаном экипажа, частью которого он ещё когда-то был. Сейчас лишь оставалось думать, как они там, ведь время на месте не стоит, верно? Наверняка уже и думать забыли о нём, со своими-то приключениями… Впрочем, тут всяких происшествий, пускай и менее масштабных, чем тот же поиск пути на Скайпию, было достаточно. Алиса же начала потихоньку вливаться в школьную жизнь, хотя дело уже шло к середине октября. «Ну что поделать — я очень долго прохожу адаптацию!» — пожимала на это плечами девушка, когда отец замечал лишний раз, что дочь его валяет дурака, причём делает это ещё и в компании Усоппа, который то и дело отвлекал её своими идеями. Парень уже и забыл, каково это — мастерить что-то. — Мда, дома мои боеприпасы давали куда сильнее эффект, но горит — и то хорошо. — Усопп часто выбирался на улицу и испытывал свои боеприпасы и лихо сделанную рогатку о пяти креплениях для резинки, и Лиса иногда присоединялась к нему, желая посмотреть, что же умеет её приятель. — Зачем ты вообще решил её сделать? Ну-у, просто тебе тут не с кем сражаться, разве нет? — Верно, но разве я не должен быть готов к любой неожиданной опасности? Капитан Усопп не хочет оказаться застигнутым врасплох! — И снова задрал нос кверху, на секунду задержав взгляд на пасмурном небе. А бури всё и не видать. — Странная у тебя рогатка, — пробормотала девушка, вертя «игрушку» Усоппа и так, и сяк. У неё была длинноватая рукоять, которая доставала до пояса парню, а самой Лисе — дотягивалась чуть ли не до коленей. Парень быстро, но аккуратно взял её из рук подруги и начал проверять её рабочее состояние. — Ну так и это не совсем рогатка — я называю её Кабуто, и она удобнее, чем обычная рогатка, — потягивая резинку и целясь в нужную ветку старого клёна (находились они неподалёку от тайного места Алисы), начал объяснять Усопп. — Видишь эти резинки? Из-за них выстрел получается более ровным, быстрым и сильным, хотя будь у меня ракуши, то я бы смог сделать точь-в-точь мою первую Кабуто, а может даже и лучше!.. Однако, долго печалиться снайперу-изобретателю не пришлось, и через несколько дней после разговора о мистических раковинах да рогатках лицо того просияло. — Валера написал — сказал, что сейчас отец его в гараже находится, забирает какие-то вещи, так что нам стоит поторопиться! — Лиса только со школы вернулась, а Усопп зашивал дырку в своей бандане — не решился он её выкинуть, да и нравилась она ему больно сильно, чтобы пускать её на ветошь для кисточек. — Я сгоняю туда, всё равно одета! — Х-хорошо! — чуть взволнованно отозвался парень, который к данному моменту и забыл с той бумажкой и непонятной надписью, что он с Лисой хотел проверить и гараж — вдруг и там будет нечто важное? Всё же та ракуша не давала ему покоя. Сама же девушка взяла из коридора прозрачный зонтик с чёрными котятами на куполе, быстренько натянула на ноги кроссовки и побежала на улицу, борясь с непогодой по пути. Возле уже запомнившихся всем гаражей стоял мужчина, пузатенький, но достаточно высокий. На макушке блестела лысина, зато по бокам были видны красивого оттенка каштановые волосы. Глаза у него узенькие, с хитрецой смотрящие — сейчас Тимур Тарасович задумчиво сверлил взглядом канистры с домашним вином и думал, прихватить ли с собой или оставить непутёвому сыну с дурой-мамашей. — Здравствуйте, Тимур Тарасович! — поздоровалась с лёгкой запинкой Лиса, подойдя к мужчине поближе. Тот повернулся и даже улыбнулся — Алису-то он вспомнил и даже сейчас узнал. — Здравствуй, Алиса! Мне мой шалопай рассказал, что справку твоего друга мне в гараж задуло, только вот я ничего такого не нашёл, — всё в таком же состоянии лёгкой фрустрации поприветствовал девушку Тимур Тарасович. Лиса вздохнула и глянула на содержимое гаража. Там стоял старенький жигулёнок, к стенке придвинут стеллаж и стопкой располагались ящики и канистры. В самом углу лежали мешки с чем-то, и Лиса предположила, что это — всего лишь картошка. — Можно я всё же посмотрю? Справка-то нужная, ему для постановки на инвалидность надо, ну, сами понимаете… Кое-чего Лиса у Усоппа всё же переняла — в данном случае, это оказался актёрский талант к её способности вывернуть любую историю в свою сторону. — А, раз такое дело — то ладно, хотя я всё же сомневаюсь, что найдешь что-нибудь. — Тимур Тарасович не стал отказывать девушке в достаточно настойчивой просьбе — здесь, в этом гараже, едва ли что-то важное находилось, да и Алиса никогда не была известна клептоманией — район был такой, что каждый о ком-то что-то да знал. Алиса, памятуя рассказы отца, достаточно быстро сориентировалась в гараже, когда Тимур Тарасович даже отогнал жигулёнка болотного цвета из него. С крыши капало, и звук барабанящих капель по железной крыше и по машине с землёй немного нервировал девушку, потому что сейчас ей меньше всего хотелось отвлекаться на такие мелочи. Коробки и полки быстро прошли осмотр (или же досмотр, хотя последнее скорее к людям относилось, если память Лисе не изменяет), и взгляд переключился на мешки. Сначала казалось, что их всего два в углу лежало, подпирая одну из боковых стенок стеллажа, но оказалось, что там лежало два мешка и небольшая сумка с потёртой лямкой. Рука к ней и потянулась в первую очередь. В сумке что-то зазвенело, но как-то гулко, словно это были какие-то полые камушки. Откинув клапан сумки, Алиса увидела уже знакомые ей ракушки, но разных форм и размеров, а ещё — листки пергамента, свёрнутые трубочкой и небольшую рогатку с мешочком — в нём лежали кругляши-боеприпасы, такие же, какими сейчас Усопп пользовался. — Тимур Тарасович, а что это за сумка? — Алисе снова пришлось подрубать внутреннего актёра. Лысенький мужчина вылез из машины и забрался под козырёк гаража, глядя на сумку в руках девушки. Мясистая большая рука потянулась к задней стороне шеи и начала почёсывать её. — Не знаю, ей Богу, Алиса — я даже не помню, чтобы держал у себя мешок с ракушками… — Пергамент, рогатку и заряды для неё Тимур Тарасович не заметил — оно и к лучшему. — Ракушки такие красивые! Неужели на море такие можно найти! — Насчёт моря Алиса боялась врать — его она боится и не любит до сих пор, хотя и не видела вживую его — было достаточно и фотографий из сети. — Тимур Тарасович, а где Вы такие взяли? Это с Чёрного моря? — Так сильно нравятся? — усмехнулся мужчина, после чего улыбнулся и махнул рукой. — Ладно, хрен с ними, с ракушками — забирай, если так нравятся! Валера говорил, что у тебя руки из нужного места растут, а пристроить их куда-нибудь точно сможешь! Горячо поблагодарив отца одноклассника, Алиса помахала ему на прощание и помчалась домой, где её всё так же ждал Усопп. Завидев сумку в руках у девушки, тот дёрнулся и выхватил явно свою вещицу, начиная на ходу копошиться в ней. Кажется, у Усоппа заслезились глаза, когда он увидел листовки, когда взял в руки старую рогатку, с которой только взошёл на борт Мэрри, когда между пальцев заскользили гладкие чёрные шарики, так и просившиеся, чтобы ими стрельнули в сучок. — Ч-чёрт, это просто невероятно! — воскликнул Усопп, отложив сумку в сторону, после чего кинулся обнимать Алису. Та опешила — кажется, именно что обнял парень её впервые, и это ощущение было чем-то между неловкостью и приятным теплом, которое разливалось с каждой секундой объятья по телу всё обширнее и обширнее. — Спасибо, спасибо большое, Лис! Парня заметно затрясло — у него была странная привязанность к этой сумке, но почему? Алиса не знала ответа на этот вопрос, но сейчас была лишь рада, что смогла помочь другу вернуть хоть что-то, что осталось от родного мира. Дальше, спустя пару минут, пока эмоциональный парень пытался успокоить заколотившееся сердце и заслезившиеся глаза, на полу девчачьей спальни были разложены ракушки. Их оказалось немного, но все — большие, разноцветные. Каждая из них будто бы покрыта полупрозрачной радужной плёнкой, которая блестела то золотым, то пурпурным, то лазурным оттенками, при этом не оттесняя природный цвет раковин. — Вот эта — ослепляющая, а вот эта запоминает запах и выпрыскивает его в воздух… Э-э-э, не-не-не, лучше не проверять! Усопп хорошо помнил даже до сих пор, как любил такие ракуши использовать его нерадивый капитан. — Жаль, а можно было бы запомнить запах сирени или даже воздуха после грозы, — мечтательно вздохнула, мотнув головой, Алиса. — ¬Хорошо, а эти что делают? Усопп с видом какого-нибудь профессора по термеху начал объяснять, какая из них поглощала ударную волну, какая — стреляет огнём, а какая — выпускает воздух сильным потоком. Последние две даже заработали, хотя и не так сильно, как это помнил Усопп. — Странно… Они не так слабо работали дома, — буркнул парень, заглядывая в эмалированную дыру огненной ракуши. Огонь от неё раньше шёл длинной струёй минимум на метр, а сейчас сама раковина походила на слишком уж большую зажигалку необычной формы и без фетилька и полости для керосина. — Ну, у меня есть предположение, но я не уверена, что оно верное — я не физик и не знаток окружающего мира, — почесала нос Алиса. — Ты говорил, что во время путешествия со своими друзьями тебе приходилось прыгать с большой высоты, при этом не похоже, что у тебя были сломаны ноги — тебя не так избили, когда отец тебя нашёл, чтобы ноги были сломаны. Ты бы и встать не смог тогда… — забормотала девушка, серьёзно оглядывая парня. — Может, физика в вашем мире действует несколько иначе? У нас, например, таких ракушек вообще нет, и я даже сомневалась, что они будут работать… — Но ты же видела, что они работают! Та ракуша с записью звука!.. — На секунду показалось, что Алиса посчитала Усоппа вруном вновь — не то что бы он отрицал свою способность наврать с три короба правдоподобным образом, но сейчас это было ни к чему. — Я помню! — чуть громче сказала, перебив поток возмущения Усоппа, Лиса. — Я помню, Усопп, поэтому я просто предположила. Иного объяснения у нас всё равно нет, не думаешь? Оба в итоге после пары секунд молчания вздохнули. Усопп, сидя на полу посреди ракушек, чуть перегнулся через них и слабенько хлопнул рукой по плечу Лиса и улыбнулся. — Даже если они работают не совсем так, я всё равно тебе благодарен! — Д-да всегда пожалуйста, хотя не то что бы я делала всё это исключительно ради тебя — мне самой интересно было узнать, как там оказалась ракушка та… И всё же мне интересно, как она оказалась там, в гараже… Кстати, а что это за пергаменты? Усопп чуть шире улыбнулся и начал разворачивать их. Состаренная бумага, пожелтевшая, и вся краска, которая была потрачена на печать розыскных листовок, отдавала той сепией, что была встроена фильтром в каждый телефон в программе камеры. Только после сопоставления портретов на листовках и тех портретов, которые рисовал Усопп, стало ясно, что у Усоппа была не совсем его листовка. — Но это моя листовка! — Нет, это какой-то другой чувак! Ты бы трясся как банный лист, а этот выглядит так мужественно… — Да ладно тебе! Это же я — видишь этот шикарный длинный нос? — А разве это не часть маски? Всё равно — Станиславский не верит, и я тоже! — Лиса, ну блин! — Ла-ла-ла, не верю, ла-ла-ла! За спором двое подростков не заметили, как вернулся домой Златов, и, услышав шуточную перепалку между «детьми», мужчина покачал головой и со снисходительным «малыши», пошёл ставить чайник для кофе с чаем.