Мухоморный приход автора

Лионов Андрей Владимирович

35 лет

Звание: Старший Лейтенант

      Чёрные, тяжёлые свинцовые тучи медленно занимали своё место на голубом небосводе, к моему счастью скрывая жаркое солнце. Скоро будет дождь. В ушах до сих пор стоял уже ненавистный гул, а голова на каждое движение отзывалась острой колющей болью. От постоянного сидения на кресле ломило спину. Посмотрев на нашего нового наводчика, я увидел то, что он сидел сильно сгорбившись и уперевшись лбом в колени, а руки его безвольно свесились и покачивались в такт движения машины. Только дыхание выдавало то, что он жив. Отвернувшись от созерцания наводчика, я шумно выдохнул и прильнул к прибору наблюдения. На высокой скорости мы пронеслись мимо груды сгоревших автомашин, возле которых лежали чёрные от огня тела, вывернутые в неестественных позах. Преодолевая головную боль, я привстал на месте, отворил люк и откинул его назад. Встав в полный рост, я зажмурился от потоков воздуха, бьющих прямо в глаза. Прикрываясь ладонью, я посмотрел в небо. — Вер-то-лёт. — По слогам прошептал я, наблюдая за маленькой точкой в небе, которая зависла в пяти километрах над землёй. В следующую секунду по направлению от вертолёта к нам вылетел огненный шар, оставляя за собой дымный след. — Крот, маневрируй. — Прошептал я в гарнитуру. — Крот, ПТУР! Маневрируй! Почувствовав, как танк сменил направление, я схватился за края люка покрепче, чтобы не выпасть. Проделав несколько глотательных движений, я услышал всем своим телом шипение, рёв/свист и взрыв в пяти метрах сзади. Вертолёт тем временем снялся с места и полетел вслед за нами, подгоняя пулемётными очередями. Зелёные трассирующие пули глухо врезались в землю и асфальт, с противным визгом рикошетили от брони нашей движущейся крепости, заставляя скрываться внутри башни. Спустившись на километр, вертолёт на бреющем полёте обстрелял нас НАР-ами, уходя на двести-триста метров, за секунды развернулся на 180 градусов, завис и снова выпустил ПТУР. Резко остановив танк, Кротов повернул корпус в сторону леса, деревья которых стояли друг от друга так далеко, что среди них мог свободно проехать наш танк. Когда танк только-только въехал в лес, между деревьями через которые мы проехали прогремел взрыв, а осколки с угрожающим гулом впивались стволы деревьев. Вертолёт, снизившись до полукилометра, на бреющем полёте серией выпустил сразу с десяток ракет, которые оставляя за собой белый дымный след, впивались в землю, взрывами поднимая фонтаны земли и заволакивая окрестность по направлению движения вертолёта густым серым дымом. Следом был сильный гулкий удар о бронесталь, от которого я моментом скрылся в глубине башни танка. Вертолёт тем временем, видимо отстреляв свой боезапас, начал отдаляться, что не могло не радовать. — Командир, солярка на нуле. — Услышал я в гарнитуре голос своего механика-водителя, а затем танк начал стремительно останавливаться, теряя с каждым десятком метров в скорости. Сориентировавшись, я приказал ему въехать в намеченную точку, представлявшую собой глубокий и широкий овраг, по краям которого росли густые кусты ежевики. Благо, топлива хватило и мы буквально влетели в него, от чего задетая земля с краёв начала засыпать боевую машину сверху.       Стянув с головы шлемофон, я тяжело вздохнул и не глядя из металлического ящика на внутренней стенке башни, сзади, вытащил АКС-74У, четыре рожка и две гранаты РГД-5. Вытащив всё моё богатство на крышу танка, я и сам поднялся наверх. Подойдя к люку наводчика, я без усилий открыл и откинул его. Послышалась возня со стороны люка Кротова. — Крот, помоги вытащить его. — Не глядя я отдал приказ, хватая Александра за плечи костюма. Вскоре мы вдвоём вытащили нашего наводчика из тёмного нутра боевой машины, и схватив его по рукам и ногам, аккуратно усадили у края оврага так, чтобы он не завалился. Проведя Александру ладонью по затылку, я почувствовал тёплую вязкую кровь, которая, однако, уже начала остывать и свёртываться, судя по ощущениям. Невольно глянул на его штаны, а после и на очевидно, бронежилет на его теле. Штаны и ткань бронежилета были насквозь пропитаны свернувшейся кровью и рвотой, которая, однако, почти смылась кровью. Кивнув головой на наводчика, я дал понять Кротову то, чтобы он принёс аптечку. Спустя несколько секунд я уже открывал пластиковую автомобильную аптечку. Бросив быстрый взгляд на её содержимое, я сразу извлёк пластиковый «бутылёк» с перекисью водорода, марлевый бинт и ножницы. Вскрыв пакет с бинтом, я отмотал сантиметров тридцать, отрезал, обильно смочил перекисью и начал оттирать кровь, натёкшую из разбитого затылка, а также и из рассечённого лба. Снова отмотав тридцать сантиметров бинта, отрезал, сложил несколько раз, приложил к разбитому затылку и начал накладывать повязку. В сумме потратив минуты две на наложение повязки на голову наводчика, замаскировали ветками танк, взяли баул с припасами, подхватили товарища и двинулись как можно глубже в лес.       Ещё раз прогремел гром, но в этот раз уже не в холостую. Послышались редкие капли, разбивающиеся о листья. Несколько раз капнуло и на меня. — Всё, остановимся зд-кхе-есь. - Задыхаясь, прохрипел я, опустив свой край носилок, сделанных из листа брезента и двух жердин, в невысокую траву. Кротов, тяжело выдохнув и что-то пробормотав, тоже опустил свой край носилок. — Надо... надо бы укрытие сделать, пока не хлынуло как из ведра. - Тяжело протянул Механник-водитель, оглядывая местность. — Это верно. - Ответил я, опускаясь на землю. Утерев тыльной стороной руки лоб, я поднялся на ноги и начал осматриваться в поисках подходящего места. Этим подходящим местом оказались две лиственницы, сросшиеся между собой на высоте полутора метров над землёй. Срубил тут же жердину по-прямее и длинную ветку в виде рогатины. Заострив топором "тупую" часть ветки, наметил место и вбил в землю напротив сросшихся лиственниц так, чтобы можно было на них положить жердь. Водрузив жердь на своё место на рогатинах, принялся вместе с Кротовом искать ветки для основания каркаса и поиска мха. Закончили мы наше импровизированное укрытие когда уже во всю шёл ливень. Затащив припасы и наводчика в шалаш, начали разводить костёр, обложив его камнями, дабы огонь не перекинулся на нас. Мох, накинутый на крышу шалаша, хорошо держит влагу и не даёт ей пробраться внутрь, от чего здесь достаточно сухо. На землю мы постелили брезент, а сами легли на туристические коврики, что мы благополучно забрали в той деревне. Приняли решение нести караул. Я до полуночи, дальше Крот до трёх ночи, потом я до шести часов.