Взойдет кровавая луна (Серия: Истребитель Вампиров; Часть 1)

      — Это просто ненормально, Гавриил. Я не думаю, что…       — Тебе не положено думать, солнышко, — высокомерно-снисходительным тоном отрезает его Гавриил, как всегда, отметая его возражения. — Ты не стратег, а солдат. Истребитель вампиров. — В устах Гавриила его титул звучит как издевка. — Почему для такой важной миссии выбрали именно тебя, когда имеются намного более квалифицированные кандидатуры, — я понятия не имею, но другого варианта у нас нет, по крайней мере пока. — То, как Гавриил произносит последнюю фразу, невольно заставляет Азирафеля поежиться. — Но ты хотя бы можешь дать тем из нас, кто знает, что делает, разобраться с более важными деталями.       Азирафель скрипит зубами, сжимая в побелевших от напряжения пальцах телефонную трубку. — Я просто… я не понимаю, почему это должно быть так сложно. Если у этого человека есть важная информация по поводу всплеска вампирской активности в Тадфилде, почему он не может встретиться и поговорить со мной где-нибудь здесь в городе? Зачем нужно, чтобы я ехал в какой-то заброшенный монастырь у черта на куличках?       — Конспирация, Азирафель. Этот человек принадлежит старинному аристократическому роду, он хорошо известен в определенных кругах. Если он заявится в Тадфилд, кто-нибудь может его узнать и предупредить вампиров.       — Хорошо, допустим. Но выбирать место в часе езды от города? Хорошая ли это идея мне уезжать так далеко от Тадфилда на Бог знает сколько часов, когда нападения так участились? Кто будет все это время охранять здесь людей?       — Они переживут без тебя парочку часов, Азирафель. Ты не незаменим.– Азирафель буквально представляет себе, как на другом конце провода Гавриил раздраженно закатывает глаза. –И, потом, разве ты не завел там свой отряд вампироловов?       — Они не истребители вампиров, Гавриил. Они обычные люди, которые не должны подвергать себя опасности только ради того, чтобы я мог отправиться на целый день гулять!       — Ох, не драматизируй. Уверен, что они отлично справятся. И не забудь, он тебя ждет через час. Не опаздывай. Чао. — И он вешает трубку, прежде чем Азирафель успевает что-либо ответить.       Азирафель кладет телефон на место. То хорошее настроение, в котором он пребывал в предвкушении прихода Кроули, улетучилось. Но в этом и весь Гавриил, не так ли? — вечно разрушать то, что приносит Азирафелю хоть толику удовольствия.       Он вздыхает, устало проводит ладонью по лицу. Что ж, ничего не поделаешь, думает он. Нужно идти собираться в дорогу. Чем раньше он уедет, тем раньше вернется. Может, если ему повезет, он успеет вернуться до темноты, и тогда ему не надо будет беспокоиться о том, что Анафема и остальные будут сражаться с монстрами одни.       Он встает, снимает с вешалки пальто. Бросает последний взгляд на комнату, пытаясь понять, не забыл ли он что-нибудь. Затем он берет ключи и выходит на улицу к машине.       И налетает прямиком на Кроули.

***

      — Почему я не могу поехать с тобой?       — Я же сказал тебе, Гавриил говорит, что…       — Да, к черту то, что говорит этот мудак. Почему ты вообще должен его слушать?       Азирафель тяжело вздыхает и опирается спиной на бок машины. У них с Кроули это старый спор. И начался он с тех пор, как однажды вечером, года четыре тому назад, Азирафель, у которого развязало язык от дорогого вина и хорошей еды, имел неосторожность пожаловаться Кроули о том, как обидно ему было иногда от того, как с ним обращался Гавриил.       — Он мой старший брат, Кроули. Глава семьи. Он знает, как лучше, — привычно заводит он всю ту же старую пластинку. И на этот раз она звучит не более убедительно, чем обычно.       Кроули открывает рот, будто хочет поспорить, но передумывает. Сжимает крепко губы, кивая собственным мыслям. Затем улыбается Азирафелю, широкой, обезоруживающей улыбкой. — А давай я тебя подброшу, а? Ты знаешь, я вожу намного быстрее, чем ты. Доставлю тебя туда и назад — моргнуть не успеешь.       — Кроули…       — Я свожу тебя на обед на обратном пути. — Кроули разбрасывает руки в стороны, склоняясь в позе искусителя. — Куда скажешь. Ну что, ангел, по рукам?       Черт бы побрал этого человека. Как же ему всегда так легко удается его соблазнить?       Азирафель медленно, побежденно выдыхает. Качает головой, устало улыбаясь. — Почему ты меня все время так называешь?       — Ангелом? — Кроули пожимает плечами, и уголок его рта дергается в легкой усмешке. — Да ты посмотри на себя, Зира. Ты весь такой мягкий, и светящийся, и добрый, а в один миг превращаешься в страшного, смертоносного карателя вампиров. Тебе подходит.       — Ты просто невозможен.       Ухмылка на лице Кроули становится шире. — Это значит, что ты соглашаешься на мое предложение?       Азирафель кусает изнутри щеку, чтобы не улыбнуться в ответ. — Ты будешь только вести машину, так? Ты обещаешь не идти со мной внутрь?       Кроули отвечает ему салютом из трех пальцев. — Честное скаутское! — нарочито-важным тоном заявляет он.       — Я более чем уверен, что ты никогда даже не был в скаутах, дорогой мой.       Кроули раскрывает рот с выражением притворного возмущения, которое быстро перерастает в самый настоящий обиженно-надутый вид:       — Обижаешь, ангел. — Он драматически прижимает руку к груди, отступая на шаг для полного эффекта.       Азирафель закатывает глаза.       — Садись в машину, демон, — беззлобно ворчит он.       Улыбка, которой Кроули одаривает его в ответ, способна затмить само солнце:        — После вас.

***

      — Ты ничего не знаешь по поводу участившихся нападений вампиров в Тадфилде и его окрестностях?       В течение последних двадцати минут Кроули несся по автостраде со скоростью, на которую Бентли 1933 года, по мнению Азирафеля, не должна была быть способна. И Азирафель, который сидел, вцепившись побелевшими руками в поручень над дверью, решил, что самый наилучший способ отвлечься от мыслей о неминуемой гибели от рук этого рыжеволосого маньяка — это завести с ним разговор.       Кроули резко дергает руль вправо, следуя изгибу дороги, и машина с визгом вписывается в дугу, оставляя за собой след паленой резины.       Азирафель резко зажмуривается.       — Меня последние две недели не было в городе, ангел, прости. Но я слышал, что вампиры съезжаются в Тадфилд. Не знаю пока, зачем.       Азирафель рискует открыть один глаз и тут же об этом жалеет, потому что наталкивается своим взглядом на взгляд Кроули, который смотрит на него, вопросительно задрав бровь. И все, о чем в этот момент способен думать Азирафель, это что Кроули определенно НЕ смотрит туда, куда должен смотреть. А конкретно на…       — Дорогу! — сипит он, вслепую тыкая пальцем куда-то в направлении лобового стекла. — Смотри на дорогу!       Кроули пожимает плечами с совершенно возмутительной беспечностью, но послушно переводит взгляд вперед, насмешливо ухмыляясь.       — Этот говнюк Габик поэтому хочет, чтобы ты встретился с тем лордом?       — Графом, — автоматически поправляет его Азирафель и с облегчением выдыхает, замечая вдали красно-кирпичный силуэт усадьбы Тадфилд. — И — да, именно так. Я надеюсь, что он сможет немного прояснить, что здесь происходит.       Кроули мычит под нос что-то нечленораздельное, и через несколько минут Бентли уже врывается на территорию усадьбы и резко тормозит, метнув из-под колес фонтан гравия.       — Приехали.       — Да-да. — Азирафель ждет, пока его желудок вернется на свое законное место. С трудом отлепляет одеревеневшие пальцы от поручня. Выжимает для Кроули улыбку. — Ну, спасибо, дорогой. Я, пожалуй, поспешу.       Он выкарабкивается из машины на ватных ногах. Интересно, думает он, не так ли себя чувствуют матросы, в первый раз ступившие на берег после долгих месяцев в море. Он на секунду закрывает глаза, чтобы дать себе возможность прийти в себя, и отталкивается от машины.       Здание усадьбы маячит впереди — массивное, поросшее сорняками здание с обожженными пожаром кирпичными стенами и черными дырками окон. Впечатление от него создается… тревожное, неприветливое. Жуткое.       Однако его ждут, так что…       Он одергивает подол жилета, повинуясь бессознательной нервной привычке. Решительно направляется в сторону усадьбы.       И, спотыкаясь, останавливается, удерживаемый знакомой рукой, которая с неожиданной силой хватает его за предплечье.       — Что ты делаешь? — шипит он, набрасываясь на Кроули с негодованием обманутого человека. — Ты обещал мне, что останешься в машине!       Но Кроули не проявляет никаких признаков раскаяния по поводу своего нарушенного обещания. Он даже не смотрит на Азирафеля, если уж на то пошло. Все его внимание почему-то нацелено на усадьбу.       — Нам надо вернуться, — заявляет он с неожиданной настойчивостью. Все линии его тела напряжены, и Азирафелю он в этот момент напоминает свернувшуюся перед броском змею. — Сейчас же, ангел. Иди обратно в машину.       — Еще чего. — Азирафель недовольно хмурится. — Мы только что приехали, и у меня назначена встреча.       Он кладет свободную руку поверх руки Кроули, собираясь высвободиться. Но Кроули в ответ только усиливает свою хватку. Что, в свою очередь, еще больше раздражает Азирафеля.       — Там… в этом доме есть кто-то, кто…       — Совершенно верно. — Азирафель дергает сильнее, умудряясь наконец сбросить с себя руку Кроули. — Там есть человек, с которым я должен встретиться. Так что, будь любезен, возвращайся обратно в машину, а я…       — Пос-с-с-слушай меня! — Кроули встает перед ним столбом, закрывая ему вид на усадьбу. — Тот, кто находится там в этом доме… он… это не человек. Ты не можешь туда пойти!       Терпению Азирафеля стремительно приходит конец. — Позволь напомнить тебе, дорогой, что я Истребитель вампиров, и моя работа заключается в том, чтобы иметь дело с нечеловеческими тварями. Я могу за себя постоять.       Он пытается оттолкнуть Кроули в сторону, но тот делает шаг назад, вновь вставая у него на пути.       — Только не с ним. — Кроули вновь протягивает к нему руки, как будто умоляюще. — Доверься мне, ангел, пожалуйста, пожалуйста, доверься мне. Просто… просто вернись в машину. — В голосе Кроули звучит такая открытая, отчаянная мольба, что Азирафель невольно настораживается.       Он сжимает губы. Бросает задумчивый взгляд на усадьбу поверх плеча Кроули. Затем переводит взгляд на Кроули, подозрительно щурясь.       — Что конкретно ты знаешь, Кроули? Что ты мне не договариваешь?       Кроули колеблется, на его лице появляется нехарактерное для него неуверенное, тревожно-уязвимое выражение. Какое-то мгновение он молча скрипит зубами, потом кивает с бледным, но решительным видом.       — Я расскажу тебе, — обещает он сдавленным голосом. — Все, что ты хочешь знать. Только… садись в машину. Прошу тебя.       Азирафель колеблется еще мгновение, буравя его взглядом. Кроули до сих пор еще ни разу не дал ему повода не доверять ему, и Азирафель привык полагаться на его инстинкты во всем, что касалось вампиров. И видеть его теперь таким непривычно взбудораженным, таким напуганным, Азирафелю тоже было не по себе. Поэтому он решает уступить его просьбе, кивает Кроули в ответ, на что тот реагирует судорожным вздохом облегчения, и поворачивается, чтобы пойти обратно к машине.       Секунду спустя его сверхчеловеческий слух улавливает легкий свист, и он оборачивается как раз, чтобы увидеть, как Кроули резко пошатывается, открыв рот в задыхающемся всхлипе. Ошеломленный мозг Азирафеля успевает отметить перекосившееся от боли мертвенно-бледное лицо и измазанный кровью серебряный наконечник стрелы, торчащий из груди его друга. А потом ноги Кроули подгибаются, и Азирафель еле успевает подхватить его, чтобы тот не упал на землю.       Кроули оседает в его руках, отчаянно цепляясь за перед его жилета. — Б-беги, — хрипит он Азирафелю. — Беги!       Но воздух вновь пронзает тихий свист, и прежде чем Азирафель успевает сформулировать хоть какой-нибудь ответ, что-то острое вонзается ему в правое плечо. На следующем же вздохе мир Азирафеля проваливается во тьму.