Просыпаясь с принцессами

      Проведя ночь в домиках Литтл Уингинга, принцесса Луна и пять из шести хранительниц Элементов Гармонии подготовились к первой вылазке в магический мир Великобритании. Превращённым аликорнице и остальным кобылкам приготовили наряды в цвет шёрстки, в результате чего владычица грёз оказалась одета в строгое приталенное тёмно-синее платье до середины голеней, удачно подчёркивающее фигуру, туфли на невысоких каблуках, а также серебряную диадему с изображением кьютимарки, придерживающую густую гриву волос. Рарити выбрала из предложенных вариантов белые блузку и юбку до колен со светло-голубым жакетом, Пинки Пай же надела пышные розовые шаровары и жилет без рукавов, на голову накрутив тюрбан (при виде этого модница хотела было упасть в обморок, но вспомнила о том, что оставила свой любимый топчан дома и передумала).       К облегчению сотрудников, приставленных к высоким гостьям, Рэйнбоу Дэш смирилась с необходимостью носить «неудобную девчачью сбрую» и влезла в длинный сарафан, тогда как Эпплджек и Флаттершай вовсе не привередничали, а согласились на простые строгие платья. После этого к дому подъехал официальный посольский автомобиль, в роли которого выступал длинный чёрный лимузин с водителем, нанятым из числа британских сквибов (за обещание помочь ему обрести магию, что стало возможным после многократного пересечения портала с превращением в пони и обратно, рыжеволосый Уизелби был готов душу продать, не то, что подписать контракт о неразглашении тайн нанимателей).       — Тётушка Луна, — принц Блюблад, перехвативший принцессу ночи и пятёрку подруг в гостиной дома, использованного в качестве гардеробной, будучи одетым в тёмно-серый костюм-тройку и опираясь на трость из красного дерева с золотым наболдашником в виде головы единорога с сапфировыми глазами, которую использовал из-за до сих пор не прошедшего чувства дискомфорта из-за необходимости ходить на двух ногах, изобразил приветственный кивок.       — Здравствуй, племянник, — отозвалась соправительница Эквестрии, тут же вопросительно вскидывая брови. — У тебя что-то срочное? Мы с хранительницами уже собирались уезжать на экскурсию в магический квартал.       — Меня предупредили об этом, — констатировал превращённый жеребец. — Я тоже отправляюсь в Лондон, но на другой машине и в другое место. Просто я хотел напомнить о том, что у вас назначена встреча с королевой Великобритании в пять часов дня в Букингемском Дворце. Пусть местная монарх и не является единоличным правителем государства, но было бы нежелательно демонстрировать ей своё пренебрежение опозданием или же полным игнорированием. Всё же волшебники, пусть и с оговорками, являются подданными британской короны, а потому данное происшествие может негативно сказаться на всех уже достигнутых договорённостях, как и на отношениях слуг её величества к эквестрийцам в целом.       — Блюблад, можешь не беспокоиться об этом: даже если произойдёт нечто неожиданное, из-за чего я забуду о составленном Тией расписании, мне об этом обязательно напомнит её помощница, — отозвалась аликорница, едва сдержавшаяся от досадливого вздоха, после чего всё же добавила сварливым тоном: — Мне и раньше доводилось участвовать в официальных мероприятиях, в том числе и в мирных переговорах. После возвращения же у меня было достаточно возможностей, чтобы освежить и дополнить свои навыки.       — Прошу меня простить, — ничуть не раскаиваясь, произнёс племянник, но всё же объяснил своё поведение: — Для меня эта миссия крайне важна не только в плане репутации, но и как доказательство, что мне можно доверять важные задания, а не только отправлять сверкать мордой перед подданными.       — Понимаю, — на миг Луне стало неловко, так как она вспомнила собственное прошлое, когда была заложницей образа, сформировавшегося у подданных, что в итоге и привело к печальным событиям, а потому мысль помешать племяннику вырваться из затягивающейся у него на шее петли причинила почти физический дискомфорт. — Я обязательно прибуду на чаепитие, даже если для этого придётся взять дворец штурмом.       — Очень надеюсь, что столь радикальных методов не потребуется, — скупо, но в то же время облегчённо произнёс принц, после чего перевёл взгляд на выстроившихся позади тётушки хранительниц Элементов Гармонии и слегка кивнул уже им. — Что же, в таком случае не смею вас более задерживать. Приятной экскурсии.       …Пёстрой толпой они высыпали на улицу, где уже стояли чёрный лимузин со сквибом-водителем, одетой в строгий женский деловой костюм секретаршей Селестии, двумя автомобилями сопровождения, экипажи коих тоже состояли из смешанных команд пони-человек. Ещё не привыкшие к запахам человеческого транспорта, девушки почти синхронно поморщились, но без возражений забрались в салон, обшитый красным бархатом и белоснежным заменителем кожи, что придавало внутренностям автомобиля богатый и в то же время уютный вид.       Пинки Пай тут же начала осматривать машину и успокоилась, только когда сунула нос буквально везде, не обойдя своим вниманием и мини-бар, где весь алкоголь оказался заменён на соки и лимонады, а также чистую ключевую воду. После этого она проверила упругость сидений, подпрыгивая на них так, что едва не билась головой о потолок, остальные же кобылки предпочли разместиться у окон, с любопытством выглядывая на улицу.       — Чего-то мы как-то не шибко быстро едем, — заметила Эпплджек, первой оторвавшаяся от видов на улице, где по встречной полосе проносились более компактные автомобили.       — Дорогуша, мы в лимузине — машине повышенного комфорта, а не скорости, — задрав нос, поучительным тоном заявила Рарити.       — А ты откуда знаешь? — вскинулась Рейнбоу, тоже оторвавшая взгляд от дороги, чтобы перевести его на подругу.       — Ох… Неужели только я изучала предоставленные перед поездкой бумаги? — трагично вздохнула начинающая модельерша.       — Я тоже читала, — скромно отозвалась Флаттершай. — Но там не было ничего о лимузинах. Говорилось только о машине представительского класса.       — М… — модница смутилась. — Возможно, я читала об этом в каком-то журнале. Верно! Это был журнал дорогих автомобилей с Земли Альфа.       — Сахарок, не ожидала от тя, шо ты увлечёшься подобными штуками, — удивлённо покачала головой фермерша.       — Эт точно, — поддержала Джек Дэш. — Я думала, тебе ничего кроме разных тряпок да блестяшек у людей не интересно.       — Эй! Это, знаете ли, прозвучало обидно, — насупилась превращённая единорожка, после чего чопорным голосом объявила: — Меня интересуют не только модная одежда, аксессуары и бижутерия, но также музыка, изобразительное искусство, новинки в области изобретений.       — Эм… С каких пор тя интересуют научные штуки? — изумилась превращённая земнопони.       — С тех самых, когда появляться на публике с устаревшей моделью нахуфника стало позорным, — усмехнулась временно бескрылая пегаска.       — Рейнбоу, это было грубо, — подала голос любительница животных. — Рарити просто следит за модой людей в самых разных областях.       — Именно, — подтвердила модница. — Мои интересы не ограничиваются какой-то одной областью. И я не забываю постоянно расширять свой кругозор…       — Ладно-ладно. Я была не права, — под взглядом подруги Дэш вскинула руки в жесте сдачи. — Но ты так и не сказала, откуда знаешь о машинах.       — Звёзды моды и шоу-бизнеса на Земле Альфа постоянно хвастаются своими машинами, а на все сколь-нибудь важные мероприятия прибывают исключительно на лимузинах, — заявила модельерша, после чего негромко добавила: — Правда, выглядят они новее чем тот, на котором едем мы.       — Это шо ж получается? — удивилась Эпплджек. — Нам какую-то старую колесницу подсунули?       — Не старую, Эпплджек, — решила вмешаться в разговор подопечных Луна, мигом притянув к себе все взгляды, одновременно с тем неуловимо изменив атмосферу с дружески-расслабленной, на смущённо-сосредоточенную… что было немножко обидно. — Этот автомобиль ещё не считается раритетом, но уже ценится за свою историю. По этой причине и его аренда стоила дороже, чем если бы мы взяли абсолютно новый транспорт.       — Эт как с выдержанным вином, шо ль? — почесала затылок фермерша.       — Смотрите! — воскликнула всё ещё разглядывающая виды за окном Пинки, лицом плотно прижимающаяся к стеклу. — Там такая же машинка как у нас! Ну… почти такая же. Но она здорово украшена шариками и блестяшками, и ленточками, и фигуркой на носу. Давайте тоже украсим нашу машину?       — Пинки, это свадебный лимузин, — поучительным тоном (напомнив в эти мгновения Твайлайт), заявила хранительница Элемента Щедрости. — У людей принято украшать свой транспорт только на подобные праздники.       — Оу… А может тогда установим мигалки на крышу? — сперва расстроилась, но тут же вновь оживилась превращённая земнопони. — Такие классные: красно-синие. Прямо как фонарики на вечеринке!       — Пинки, это машина полиции, — терпеливо объяснила модница. — Местной стражи порядка. Чтобы поставить на машину мигалки, мы должны получить официальное разрешение от местного правительства.       …Поездка по Лондону на машине оказалась удивительно унылым занятием: Луне, как и большинству сопровождающих её хранительниц Элементов Гармонии надоело смотреть в окна ещё в первый час, и только Пинки Пай продолжала оглашать салон автомобиля возгласами, едва лишь ей на глаза попадалось что-то интересное. Развлекать себя пришлось разговорами о магазинах, которые следовало посетить в самую первую очередь, ну и просмотром журналов, обнаружившихся в сумочке у Рарити.       «Небесные колесницы намного быстрее, а поезда — комфортнее. Хотя, я предпочла бы пролететь это расстояние на собственных крыльях, ну или же телепортироваться. Нужно было последовать примеру ученицы сестры и воспользоваться камином. В конце концов то, что я — аликорн, ещё не означает, что мне можно терять попусту столько свободного времени», — придя к выводу, что лимузины, как средство передвижения, годятся только в случае если нужно заставить кого-то себя ждать, принцесса ночи первой вышла на улицу едва только они остановились рядом с «Дырявым котлом».       Двое стражников, которые ехали в машинах сопровождения и приставленная Селестией помощница по имени Таймлайн, буквально материализовались рядом с превращённой аликорницей, стоило ей только начать осматриваться. Тут же она приказала передать водителям, что сегодня их услуги ей больше не понадобятся.       — Вы уверены, ваше высочество? — переспросила секретарша, во взгляде коей промелькнуло лёгкое неодобрение. — Если у нас под копытом не будет собственного транспорта, то мы можем не успеть прибыть на мероприятия, запланированные принцем Блюбладом.       — Мы воспользуемся каминной сетью, — решительно отмела возражения владычица снов. — Ну или же опробуем «Ночной рыцарь», о котором рассказывала ученица нашей сестры. Говорят, что он перемещается гораздо быстрее и не стоит в пробках.       — Простите… — покраснев лицом, Таймлайн опустила взгляд к туфлям. — Я ещё не привыкла к подобному и… совсем об этом забыла. Но как же статус?..       — Ничего страшного: главное, чтобы твоя забывчивость не повторялась, — отозвалась Луна. — Что же до статуса — наш визит является неофициальным. А потому мы не видим смысла в соблюдении не только бесполезных, но даже вредных условностей.       «Кроме того, принцессой Эквестрии я быть не перестану, даже если прийду пешком», — мысленно добавила превращённая крылато-рогатая пони, вслух этого добавлять не ставшая, чтобы не выглядеть высокомерной гордячкой.       …Завершив формальности, их группа цепочкой втянулась в утопающее в полумраке помещение с мутными окнами, деревянными столами и стульями, стойкой трактирщика и лестницей, ведущей на второй этаж. Младшие кобылки тут же стали с любопытством оглядываться, изучая обстановку и посетителей, устремивших на вновь прибывших не слишком-то дружелюбные взгляды.       — Какой кошмар, — прикрыв рот ладонью, всё же достаточно громко изрекла Рарити. — И это жеребята видят самым первым, когда входят в магический мир?       — Тут не так уж плохо, сахарок, — пожала плечами Эпплджек. — Мрачновато, конешн, но вполне чисто и пахнет приятно.       — Тем более, что мелким как раз нравится такое, — поддержала фермершу Рейнбоу. — Это ж почти как трактир из приключенческих книг про Деринг Ду!       — Ты всё ж прочитала книжку, которую те подарила Твай? — усмехнулась Джек, переведя свой взгляд на Дэш.       — И всё равно, книжки — отстой, пусть и среди них находится что-то интересное, — отозвалась девушка с радужными волосами.       — Здравствуйте, меня зовут Том, — привлёк к себе внимание трактирщик, отставляя от себя ранее протираемый стакан. — Добро пожаловать в «Дырявый котёл». Чем я могу вам помочь?       — Здрасте, — Пинки буквально телепортировалась к стойке и уставилась на мужчину широко открытыми голубыми глазами. — А у вас бывают трактирные драки и выступают барды?       — М… Нет, юная мисс, — моргнув с удивлением, всё столь же дружелюбно ответил хозяин «Дырявого котла». — На случай драк у меня есть способ вызвать ДМП или авроров, ну а если хочется послушать музыку — я включаю радио или проигрыватель.       — А у вас можно купить слухи или взять задание для команды… ммм, — попыталась продолжить допрос кобылка, но подошедшая сзади Эпплджек зажала ей рот, оттаскивая подругу от бармена.       — Притормози, сахарок: мы всё ж не в книжке про приключенцев, — после этого фермерша виновато посмотрела на мужчину и добавила: — Звиняйте. Прост Пинки сёдня перенервничала.       — Ничего страшного, — отозвался Том, улыбнувшись несколько искреннее. — Волшебный мир как раз и стоит на вере в чудеса. Так чем я могу вам помочь?       — Здравствуйте, нам нужно пройти на Косую Аллею, но мы впервые пользуемся этим путём, — взяла инициативу в свои хуфы Таймлайн, мысленно успев выругать себя за нерасторопность. — Могли бы вы нас проводить?       — Да-да, одну секунду, — засуетился волшебник, выходя из-за стойки. — Вы же — иностранцы, о которых я слышал?       — Да, — помощница согласно кивнула, после чего удивлённо спросила: — А как вы это поняли?       — О! Это элементарно, мисс…? — вскинув указательный палец к потолку, бармен сделал паузу в своём монологе.       — Таймлайн, мистер Том, — ответила превращённая пони, вильнув взглядом в сторону принцессы Луны. — Я — сопровождающая её высочества в вашей стране.       — Ваше высочество, — Том быстро сориентировался и, крутанувшись на пятках, изобразил не слишком умелый поклон. — Для меня честь приветствовать в своём заведении представительницу голубых кровей дружественного государства. Прошу прощения за то, что не смог обеспечить вам достойную встречу.       — В сим нет нужды, сэр Том, — принцесса ночи отозвалась спокойно, никак не проявив лёгкую досаду от того, что о её статусе слышало столько народа (посетители бара внимательно прислушивались к происходящему и, после того как было объявлено о статусе одной гостьи, стали активно переговариваться). — Прошу, не нужно церемоний.       — Благодарю за оказанную честь, — всё же вставил мужчина, прежде чем вернуться к беседе с помощницей: — Так вот, мисс Таймлайн, возвращаясь к вашему вопросу — это элементарно…       Внезапно волшебнику показалось, что он слышит игру скрипки, стоило же обернуться к источнику звука — взгляду предстала та самая девушка в розовых шароварах и жилете, обуви с загнутыми вверх носами и чалме, которая держала в руках музыкальный инструмент и смычок. Поняв, что её заметили — Пинки тут же спрятала руки за спиной и невинно улыбнулась, на что её подруги либо вздохнули, либо закатили глаза, либо пожали плечами.       — Гхм… — решив никак на это не реагировать, Том вернулся к разговору с сопровождающей принцессы: — Это элементарно, мисс Таймлайн. Я никогда раньше вас не видел в своём заведении, но маглами вы, определённо, не являетесь. Кроме того, поведение ваших спутниц говорит, что вы впервые в магической Великобритании, а слухи говорят, что известные представители вашей страны имеют очень яркие волосы необычных оттенков.       Вновь заигравшую музыку хозяин «Дырявого котла» на этот раз проигнорировал, решительным шагом двигаясь к выходу в тупик за зданием. Оказавшись же под открытым небом, он на миг смутился непрезентабельности прохода в магический квартал, но тут же достал из рукава волшебную палочку и постучал ею по кирпичам, активируя открытие арки.       — Прошу, леди, ваше высочество, джентльмены, — отступив на шаг в сторону, бармен изобразил поклон, поочерёдно обратившись к принцессе, её фрейлинам и охране. — Косая Аллея к вашим услугам.       — Благодарим вас за помощь, сэр Том, — изрекла Луна, обозначив лёгкий кивок проходя мимо человека.       Пинки Пай, задержавшись рядом с трактирщиком, решительно вручила ему скрипку со смычком, нацепила на голову фетровую шляпу и сунула в уголок рта курительную трубку, проделав это настолько быстро, что он и моргнуть не успел. После этого она поспешила догнать подруг, подпрыгивая на каждом шагу и широко улыбаясь.       — Это ж кто так строит? — присвистнула Эпплджек, оглядывая петляющую словно ползущая змея улицу, дома на которой то наклонялись вперёд, то отклонялись назад, а то и вовсе изгибались волной.       — Кто строил — не знаю, но план, определённо, рисовала Дидзи, — хмыкнула Рейнбоу, после чего добавила: — Узнаю её копыто.       — Дэши, дорогуша, это невежливо, — одёрнула подругу Рарити. — Она же не виновата в своих проблемах со зрением.       — Смотрите, сколько тут всяких штук! — Пинки Пай, энергично крутя головой с широко распахнутыми глазами была похожа на жеребёнка в магазине игрушек, которому разрешили выбрать одну любую вещь. — Идёмте скорее!..       — Постой, сахарок, — придержала превращённую вечериночную пони фермерша. — Надо следовать составленному списку.       — Джеки, тебя Твайлайт покусала? — усмехнулась Дэш.       «Похоже на базар в Верблюжьих Эмиратах», — проскользив взглядом по прилавкам, выставленным перед магазинами, расстеленным коврам, на которых были разложены различные безделушки, бочкам с неаппетитным содержимым под навесами, мысленно отметила Луна (в её представлении рынки Эквестрии были более упорядоченными, тогда как британские волшебники располагались кто как хотел).       — Ваше высочество, нам нужно приобрести волшебные палочки, — объявила Таймлайн, сверившаяся с записью в блокноте. — В магической Великобритании палочки — это одновременно и главный инструмент волшебника, и удостоверение личности. Однако же сперва нам нужно посетить гоблинский банк, где был открыт счёт на дипломатические расходы.       — Хорошо, — принцесса ночи кивнула помощнице. — Не будем терять времени.       Группа превращённых пони, с любопытством поглядывая по сторонам, стала продвигаться к высокому белому зданию с колоннами, будто бы нависающему над Косой Аллеей. Волшебники, одетые в мантии с остроконечными шляпами, старомодные (по магловским меркам) костюмы и длинные тяжёлые платья, с удивлением, любопытством, а временами и неприязнью косились на шумную пёструю толпу, умудряющуюся выделяться даже на фоне эксцентричных чародеев. Впрочем, именно необычный вид превращённых пони лучше всяких слов говорил о том, что они совсем не просты, отчего даже самые ревностные борцы за чистоту крови не заподозрили в эквестрийцах маглов… а затем и вовсе вспомнили приметы иностранцев из Атлантиды, что пробуждало удвоенный интерес.       «Для кого же гоблины строили такие ворота? Неужели они полагали, что к ним станут приходить драконы… или тролли? Хотя, тут же есть мирные кентавры, которые значительно больше людей ростом. Что же, это всё объясняет», — ведя мысленный монолог, соправительница пони слегка кивнула низкорослому существу у высоких двустворчатых ворот, к коим вела широкая белокаменная лестница, отметив, как хранительница Элемента Смеха отвесила поприветствовавшему их гоблину ответный поклон.       Внутренняя обстановка банка полностью соответствовала его фасаду: просторный общий зал для посетителей был ярко освещён тяжёлыми люстрами, висящими на толстых цепях, поблёскивающими начищенным до состояния зеркала золотом, свет коих отражался в мраморных полах и колоннах, поддерживающих своды потолка. За высокими стойками, что тянулись справа и слева двумя рядами, сидели гоблины в классических костюмах, которые, по всей видимости, должны были делать их ближе к людям.       «Подражание чужой культуре, как признание её ценностей, порой только вредит. Щедрость, насколько я понимаю, меня в этом мнении поддерживает», — отметила про себя превращённая аликорница, краем глаза наблюдая за Рарити, на которую внешний вид банкиров оказал наиболее сильное впечатление (даже на стражника у дверей она отреагировала спокойнее).       Не то, чтобы костюмы плохо сидели на своих владельцах, просто… они им не шли, что могла признать даже Луна, от моды пони отставшая на тысячу лет. Впрочем, благодаря сестре, племяннице и служанкам, она этот отрыв сократила, хоть и не стала известной модницей и любительницей излишних украшений.       На взгляд принцессы ночи, гоблинам больше пошло бы что-то свободное и, возможно, яркое, чтобы отвлекать внимание от хищных морд с острыми зубами, демонстрируемыми в улыбках, ну и чёрными глазами. С другой стороны, на фоне волшебников, некоторые из коих были пёстрыми даже в сравнении с Пинки Пай (а это уже достижение), банкиры смотрелись строго и решительно.       — Здравствуйте, — Таймлайн подошла к свободной стойке и сняла с шеи цепочку с маленьким золотым ключом. — У нас открыт счёт для посольских нужд.       — На какое посольство зарегистрирован счёт? — лениво оторвавшись от толстой книги, в которой неспешно делал какие-то пометки, клерк растянул губы в улыбке и посмотрел на сопровождающую принцессы немигающим взглядом.       — Посольство Эквестрии, — ответила превращённая пони. — Нам требуются средства на нужды для представителей.       — Я должен проверить ключ и правдивость ваших слов, — отозвался гоблин, достал из нагрудного кармашка монокль и водрузил его себе на правый глаз, после чего окинул взглядом терпеливо (кроме Пинки) ожидающих пони. — А-а-а-а!..       Как-то совсем уж неловко взмахнув руками, работник банка свалился со стула и, сколь бы странным это ни казалось, закатился под стойку. Клерки, находившиеся за тонкими перегородками, отвлеклись от своих дел и поспешили к сородичу, после чего с той стороны раздались звуки грубой гортанной речи. Один из клерков, сидевших за столом напротив, без раздумий хлопнул ладонью по скрытой кнопке и двери банка захлопнулись, а свет сменился на красный.       — Всем сохранять спокойствие и никому не тянуться к волшебным палочкам! — раздался возглас из глубины здания, пока из коридора выбегали гоблины в позолоченных доспехах с полушлемами, вооружённые алебардами и ростовыми щитами.       Внезапно на полу под каждым из посетителей возникла красная пентаграмма, заключённая в круг, из-за чего люди почувствовали как им резко становится тяжело удерживаться на ногах. Чары, локально увеличивающие гравитацию, заставили мужчин и женщин с возмущёнными возгласами хвататься за стойки, опираться на трости, а то и вовсе опускаться на колени в то время как группа стражников уверенно продвигалась к превращённым пони.       Флаттершай и Рарити, оказавшиеся менее других готовыми к подобному воздействию, обидно плюхнулись назад, Рейнбоу хотела было броситься к подругам, но врезалась в невидимую стену, а затем её звезда засияла ярче, буквально вдавливая в пол. Пинки Пай и Эпплджек сопротивлялись чужой магии лучше, но и им было тяжело оставаться в вертикальном положении, тогда как Таймлайн вовсе рухнула на четвереньки.       — Ваше высочество! — воскликнул один из стражников, выхватывая из одежды кастеты, похожие на подкованные копыта. — Мы вас защитим!              Второй охранник встряхнул цилиндрическим предметом, разложившимся в копьё, после чего без промедления ударил им по краю огороженной зоны, вызывая вспышку искр и рябь. Поняв, что борется со следствием, а не причиной, он тяжело ударил по полу пяткой своего оружия, выбивая мраморную крошку, на этот раз добившись потускнения пентаграммы.       — Окружить! — рявкнул командир гоблинов на вполне человеческом языке. — Сдавайтесь, иначе мы применим силу!       — Довольно, — негромким, но полным скрытой мощи голосом изрекла принцесса ночи, глаза коей вспыхнули двумя изумрудами, а волосы стали трепетать на неощутимом ветру, после чего пентаграмма под её ногами взорвалась искрами, а пол пошёл трещинами. — Мы пришли с миром в ваш дом, но коли вы желаете битвы — будь посему.       Не успели затихнуть последние слова, как на подбегающих гоблинов обрушился пресс густой магической силы, в считанные мгновения перегрузившей рунную защиту на доспехах, после чего воинов уронило на пол и протащило на несколько шагов назад, прежде чем они замерли, будто распятые на прозекторском столе лягушки. Луна же на этом не успокоилась и сделала шаг, из-за чего под её ногами растрескались мраморные плиты, а красный тревожный свет замерцал, чтобы потом и вовсе погаснуть и погрузить общий зал банка в полумрак, разгоняемый лишь сиянием вокруг разгневанной аликорницы.       — Что здесь происходит?! — выкрикнул старик, выбежавший из того же прохода, откуда появилась стража чуть ранее. Облачённый в мешковатый балахон и опирающийся на посох, ярко сияющий серебряным светом, заключённым в закреплённую в навершии лампу, он широко распахнутыми глазами уставился на Луну. — Матерь ночи… Вы что тут устроили, кретины?!       Как ни странно, но последнее восклицание было адресовано стонущим и вяло подёргивающимся гвардейцам, к чести своей так и не выпустившим оружия из рук. Видя это и чувствуя, что этот разумный не собирается сражаться, младшая из диархов Эквестрии решила попытать удачу в дипломатии (ну а если не сработает — ничто ей не мешало вернуться к прежнему плану).       — Мы, Луна Эквестрийская, возмущены беспричинным нападением со стороны народа гоблинов, работающих в банке Гринготс, — принцесса ночи, коей слова «Матерь ночи» показались отнюдь не признанием титула, сделала ещё шаг навстречу новому действующему лицу. — Мы требуем принесения извинений, либо же все отношения между нашим королевством и вашим народом будут разорваны раз и навсегда.       Давление магии превращённой аликорницы ослабело, после чего стражники начали шевелиться и попытались подняться на ноги. На этот раз на зеленоглазую ведьму они смотрели с куда большей опаской, но вместе с тем и решимостью, что не могло не вызвать уважения у принцессы ночи, всегда ценившей верность и самоотверженность.       — Лежать, — одним словом остановил закованных в металл воинов старый гоблин, яростно сжимающий древко своего посоха, стараясь даже не моргать для того, чтобы и на долю секунды не выпустить Луну из поля своего зрения. — Гхм… Я — Грызбух, приношу глубочайшие извинения от всех гоблинов банка Гринготс в целом, а также от себя в частности. Виновные в данном происшествии будут найдены и показательно наказаны.       «Вроде бы и извинился, но при этом будто бы пообещал, что "если виноваты вы — мы отомстим"», — мысленно отметила владычица грёз, которую такое разрешение ситуации вполне устраивало (в конце концов, себя, как и других пони, виноватой в случившемся она не считала).       — Мы принимаем ваши извинения, — окончательно убрав магическое давление, младшая из диархов Эквестрии осмотрелась вокруг. — Полагаю, сегодня банк работать не будет?       — Нет-нет, что вы, — растянув губы в широкой клыкастой улыбке, старик приглашающим жестом указал на коридор в глубине зала. — Прошу вас проследовать в отдельный кабинет. Здесь сейчас всё уберут… Кривоклык!       А дальше события завертелись с огромной скоростью: помещение заполнили новые гоблины, одни из коих увели слегка контуженных стражников, другие принялись менять артефакты и устранять повреждения пола, третьи же стали успокаивать недовольных волшебников, благодаря удерживающим барьерам практически не пострадавших во время разборок. Эквестрийцев сопроводили в офис с мягкими диванами и креслами, массивным столом из красного дерева и огромной картиной мрачных джунглей, где среди ветвей прятались обезьяны, по земле прогуливался тигр, в корнях одного из стволов отдыхала змея (все животные двигались, порой издавая характерные для своих видов звуки). Вскоре к гостям пришёл ещё один пожилой гоблин, на этот раз одетый не в деловой костюм, а богато украшенный камзол, с золотыми браслетами и перстнями на руках, маленькими очками с круглыми стёклами на крючковатом носу и похожей на пирамидку шапочкой из серебра на макушке.       «Прямо как шапочка из фольги, о которой рассказывал Грей…» — мысленно усмехнулась превращённая аликорн, тут же ощутив вспышку грусти по пропавшему жеребцу.       — Гхм-гхм, — прочистил горло новый банкир, безошибочно найдя взглядом Луну, чтобы слегка склонить голову. — Я — Златогрыз Тридцать Первый, член Совета Тринадцати банка Гринготс. Принцесса Луна, нами было выяснено, что клерк Гринготса пострадал из-за собственной неосторожности, когда через артефакт для проверки подлинности монет взглянул на вас и был ослеплён сиянием магии. Другой клерк, ошибочно приняв это за нападение, поднял тревогу, на что отреагировала дежурная группа стражи. Оба виновника будут наказаны понижением в иерархии банка, лишением премии, а также тремя дюймами стали в седалище. Однако же, если бы вы не оказывали сопротивление, а дождались прибытия ответственного лица, банк Гринготс не понёс бы материальный, репутационный и кадровый ущерб: кроме вышедших из строя артефактов, пострадали честно исполнявшие свой долг воины, отреагировавшие на сигнал о нападении.       — Вы обвиняете нас в самозащите? — вскинула брови владычица снов, на что собеседник даже не поёжился, а лишь сложил руки поверх столешницы.       — Клан Гринготс имеет право следить за порядком на территории банка и принимать любые меры противодействия нарушителям, — проскрипел Златогрыз. — Ваши действия в холле могут быть расценены как предумышленное причинение материального и физического вреда, не говоря уже о препятствовании выяснению истины. Однако же я, как член Совета Тринадцати, официально заявляю о том, что Гринготс не имеет претензий ни к вам, ни к вашим спутникам и спутницам. От себя лично выражаю надежду, что это обоюдное недоразумение не помешает плодотворному сотрудничеству в будущем.       Завершив речь, банкир вновь улыбнулся, всем видом демонстрируя, словно бы и вправду делает одолжение.       — Да если б принцесса Луна не… — попыталась возмутиться Рейнбоу Дэш, но была остановлена рукой Рарити, схватившей её за плечо. — Что? Разве я не верно говорю? Эпплджек?       — Верно-то верно, сахарок, но… щас нам бы помолчать, шоб принцессе не мешать, — проворчала фермерша в ответ.       — Верно, дорогуша, — серьёзно кивнула модельерша. — Даже Эплджек это понимает.       — Ага… Эй! — возмутилась превращённая земнопони. — От эт обидно прозвучало.       — Тише, девочки, — попросила Флаттершай. — Берите пример с Пинки.       — Ммм? — услышавшая своё имя вечериночная пони, из уголка рта которой торчала палочка от леденца, оторвала взгляд от рассматриваемой картины и повернулась к подругам.       «Я бы, конечно, предпочла добиться публичных извинений, но, похоже, гоблины будут стоять на своём до конца. Что сделала бы Селестия? Сперва попыталась бы разобраться во всём при помощи слов, а не демонстрировать силу. А что сделал бы Грей? Показал бы перспективы сотрудничества, а потом заявил о собственном уходе. Ну, раз уж путь сестры для меня сейчас закрыт, да и попытку пойти на попятную воспримут как слабость, то… почему бы не воспользоваться методом своего жеребца?» — приняв такое решение, принцесса ночи сделала знак Таймлайн, что тут же начала копаться у себя в сумочке.       …Так как основной валютой Эквестрии были золотые битсы, показавшие свою отличную покупную способность и на Земле Альфа, пони открыли счёт в гоблинском банке именно в золоте. Однако же исследования показали, что драгоценные камни вроде алмазов, распространение коих в мире людей несколько затруднено, волшебниками ценятся едва ли не больше (а ведь дома они буквально под копытами валяются).       Луна, не желая ещё сильнее накалять отношения, чтобы Селестия потом не пилила её за отсутствие дипломатичности, решила показать банкирам, что Эквестрия способна вести дела напрямую с волшебниками, даже не обменивая свои золотые монеты на их. В конце концов, никто им не мешал выставить на аукцион несколько камней покрупнее, чтобы получить деньги на удовлетворение своих потребностей от людей… а то и провести бартер с производителями товаров.       — Полагаю, наши действия и впрямь были чрезмерны, — начала говорить превращённая аликорница, краем зрения заметив как помощница достала бумажную коробочку, которую тут же протянула принцессе. — Мы планировали при помощи банка Гринготс начать торговлю кристаллами… но, в связи с произошедшим инцидентом, вероятно нам придётся договариваться напрямую с министерством магии, дабы открыть торговую лавку. Ну или же придумать что-то ещё. Вы же не откажетесь провести оценку образца нашего товара, чтобы мы примерно представляли, с какими требованиями стоит идти в министерство? Этот экземпляр мы преподносим банку в качестве извинения за нанесённый ущерб, дабы между нами не осталось претензий.       Коробочка перекочевала на стол банкира, морда коего медленно вытянулась от удивления. Сняв очки, он достал из кармашка своего наряда платок и, протерев стёкла, вновь водрузил их на переносицу, внимательным взглядом впиваясь в упаковку.       Длинные пальцы хозяина кабинета медленно вскрыли коробочку, после чего он осторожно взял когтями алмаз, имеющий размер крупного грецкого ореха, что был огранён одним из кантерлотских ювелиров. Камень засиял в искусственном свете, тогда как рот гоблина открылся, словно бы он собирался съесть подарок так, как это сделал бы дракон. Впрочем, поползшие на лоб брови и округлившиеся глаза явно говорили, что банкир испытывает явно не гастрономический интерес.       — Каково ваше мнение, мистер Златогрыз? — подождав несколько секунд, поторопила банкира Луна, после чего напомнила об изначальной цели визита пони: — И нам всё же хотелось бы снять средства со своего счёта, чтобы, наконец, отправиться за покупками.       Челюсть гоблина захлопнулась со звуком кассового аппарата, а в глазах, выражение которых несложно было понять, несмотря на необычный облик, словно бы промелькнули символы магловского доллара. Впрочем, последнее могло превращённой аликорнице только померещиться, так как уже в следующую секунду, стоило только собеседнику моргнуть, уже ничто не напоминало о каких-то странностях.       — Принцесса Луна, ваше высочество, — голос гоблина стал мягким и практически заискивающим, тогда как улыбка почти что разрезала лицо, став крайне широкой. — Не стоит спешить с принятием решений: я уверен, что Гринготс сможет полностью удовлетворить ваши запросы и загладить свою вину за недавнее недоразумение. Не желаете чаю, кофе, какао? Может быть, горячего шоколада, вина, огневиски? Предлагаю обсудить возможные поставки данных… кристаллов в более дружеской обстановке. Я лично готов взять на себя ответственность за этот проект…       …Народ гоблинов, как и иные магические виды, имел свою собственную магию, ради повторения которой человеческим волшебникам приходилось применять самые разные приспособления. Одной из способностей, благодаря которым они стали великолепными артефакторами и оружейниками, являлось чутьё к насыщенным магией материалам (это позволяло очищать руду, внешне не отличающуюся даже химическим составом, а также интуитивно понимать, какие присадки нужны для увеличения прочности, гибкости, проводимости энергии).       Кристалл, который принесли эквестрийцы, столь легко передавшие его в руки банкира, словно для них он был не более чем щебнем под ногами, в восприятии Златогрыза буквально сиял. Умелый кузнец мог бы сделать из измельчённого камня вещество для добавления на последнем этапе ковки брони, что наделило бы её невероятной прочностью, а артефактор создал бы настоящий шедевр с вложенными эффектами одной из стихий, вплоть до времени и пространства. И если бы только что принцесса Луна не показала свою личную силу, буквально проломив первые рубежи обороны банка, то член Совета Тринадцати посчитал бы этих волшебниц за глупцов, не осознающих, каким сокровищем владеют.       «Нет. Они знают о том, что это за камень, но относятся к нему… как к безделушке, которые навострились делать маглы, а затем и маглорождённые волшебники, считающие себя самыми умными. Им в Хогвартсе, что ли, совсем не объясняют того, чем отличаются друг от друга драгоценные камни, вызревшие в насыщенном магией поле, от кусков углерода? А потом людишки удивляются, почему у них нет талантливых артефакторов», — мысленно кривился гоблин, отчаянно борящийся с соблазном вцепиться в кристалл обеими руками и бежать в мастерскую, пока никто другой не увидел доставшееся ему богатство (в конце концов, каждый представитель его народа, кроме личного богатства, мечтал сотворить именной шедевр, что переживёт создателя и будет приносить его имени славу до скончания времён).       Однако же Златогрыз сдержался и, проявляя всё своё дружелюбие, пообещал себе лично всадить ещё пару дюймов стали в седалище тупомордого паникёра, едва не толкнувшего столь многообещающих клиентов навстречу британским волшебникам. Теперь же от его изворотливости зависело, получит ли народ гоблинов доступ к источнику пусть даже не столь крупных, но схожих по качеству драгоценных камней.       — Мы не будем возражать против заключения договора об оптовых поставках кристаллов, но договариваться вам предстоит с нашим представителем, — решила завершить не слишком удачное посещение банка Луна, благодаря сестре ознакомленная с тем, что в современном мире некоторые переговоры могут длиться даже не часами, а целыми днями (либо же месяцами, если одна из сторон упрётся рогом). — Сейчас мы желаем снять средства со счёта и посетить другие запланированные места Косой Аллеи.       Златогрыза подобное заявление не обрадовало, но он не позволил своему недовольству как-либо проявиться внешне, в уме уже начав составлять планы осады представительства иноземцев. В этом деле ему следовало проявить всю смекалку, тактические таланты и стратегическое мышление, использовать хитрость и напор. И если первый натиск из подарков, приглашений на официальные мероприятия, предложения условий, за которые в иной ситуации можно было лишиться места в Совете Тринадцати не принесёт желаемого эффекта, то гоблин был готов задействовать личных законтрактованных вейл и волшебников, надушенных духами с зельями дружелюбия и амортенцию.       — Желаете лично спуститься в хранилище, либо же предпочтёте дождаться, пока вам принесут нужную сумму сюда? — уточнил банкир невозмутимым голосом, продолжая скалить зубы в том, что должно было считаться располагающей улыбкой.       …Спустя ещё десять минут пони наконец-то покинули не слишком-то гостеприимные стены Гринготса, работники коего стали крайне услужливыми в конце визита. Впрочем, долго задумываться о произошедшем никто из них не собирался и, едва только вся группа оказалась под открытым небом, Рейнбоу Дэш тут же привлекла к себе общее внимание возгласом:       — Вон магазин — «Всё для квиддича»! — спортсменка обернулась к подругам и принцессе, резко вспомнила, что они — сопровождающие аликорна и, сменив тон на просящий, добавила глядя на превращённую аликорницу: — …Давайте пойдём туда?       Волшебники, по той или иной причине оказавшиеся неподалёку от банка, ставшие свидетелями этой картины могли бы подумать, что Луна — мать или тётушка кого-то из девушек, обладающая довольно строгим нравом. Всё же даже не стараясь ни на кого произвести впечатление, соправительница Эквестрии неосознанно источала ауру силы и величественности.       — Хорошо, — не стала возражать аликорница, но всё же добавила: — Не забывайте, что нам нужно посетить ещё несколько мест.       — Ей! — подскочила Пинки, тут же срываясь с места. — Кто последний — тот веник от метёлки!       — Эй! Так не честно!.. — круто развернувшись, от чего радужные пряди взметнулись красочной волной, превращённая пегаска побежала вслед за подругой, заставляя принцессу ночи вспомнить о том, что в нынешнее время пони их возраста всё ещё остаются подростками, которым не нужно было рано взрослеть из-за нависающих со всех сторон опасностей (и это было по-настоящему здорово).       «Селестия, ты проделала прекрасную работу. Как жаль, что меня не было рядом, чтобы помочь тебе на этом пути», — пронеслись в голове аликорницы мысли.       — Подобные глупости не для настоящих леди, — фыркнула Рарити, вздёрнув нос, всем видом выражая осуждение поведению подруг.       — Признайся честно, сахарок: ты прост боишься, шо не догонишь Пинки, — поправив свою неизменную шляпу, усмехнулась фермерша, провокационно подмигнувшая моднице.       — Вот ещё, — модница отвернулась от превращённой земнопони, на что та только хмыкнула и чуть-чуть ускорила шаг, вырываясь вперёд. — Ты что задумала? А ну, стой!       Под весёлый смех Эпплджек, совсем небыстро побежавшей к магазину мётел, откинувшая «поведение настоящей леди» Рарити, звонко цокая каблуками, бросилась в погоню.       — Ваше высочество, что-то случилось? — оставшаяся рядом с Луной Флаттершай, заправив за ухо выбившуюся на лицо прядку розовых волос, едва только взглянув на принцессу с вопросом во взгляде, тут же поспешила спрятать глаза за чёлкой. — Простите, если это не моё дело…       — Всё в порядке, моя маленькая пони, — улыбнулась в ответ на слова превращённой пегаски владычица снов. — Теперь — всё в порядке.       «А будет ещё лучше, когда мы найдём Грея. Обещаю, Селестия, чего бы мне это ни стоило, мы справимся со всеми трудностями… вместе», — слегка дёрнув головой, от чего пряди волос колыхнулись и рассыпались по плечам, маскирующаяся под человека аликорница уверенно зашагала вперёд.       …В магазине «Всё для квиддича» было достаточно просторно, несмотря на относительно небольшую площадь, которую он занимал при взгляде снаружи. На стенах в креплениях, словно мечи в оружейной, висели мётлы разных форм и размеров, с изогнутыми древками или прямыми, с сидениями как у велосипедов и упорами для ног, а также без оных. Отдельно стояли стеллажи со шлемами, коробы с изображением мячей (в памяти Луны тут же всплыло собственное «сражение» с одним из них), в углах же разместились стенды с защитой для квиддичистов.       — Мне нужно семь… Нет! Мне нужно четырнадцать вот таких мётел, — заявила радужновласая девушка, решительно сунув под нос продавцу, стоявшему рядом со стойкой, красно-белую метлу причудливой формы, на которой золотыми буквами было написано «Спитфайр-эксклюзив». — И перчатки… и сапоги… Мне нужно два полных комплекта для команд.       — Никогда бы не подумала, что увижу, как Рейнбоу покупает метлу, да ещё и не одну, — прикрывшись ладошкой, произнесла Рарити, обращающаяся к Эпплджек. — Не говоря уже о том, чтобы получать удовольствие от процесса.       — Агась, — согласилась фермерша, тут же добавив: — Кто ж знал, шо для этого нужно, шоб мётлы просто летали? Нужно будет посоветовать, шоб она попробовала ими облака разгонять. Вдруг получится?       …Фрэнк Граймс, продавец магазина спортивного инвентаря, благодаря регулярным визитам шумных подростков и фанатов квиддича был готов ко многому, а потому под напором молодой волшебницы с разноцветными волосами, а также её подруг (чьи шевелюры пусть и отличались меньшим количеством цветов, но были столь же яркими, но не режущими глаз), совершенно не растерялся. Поняв, что перед ним находятся крайне обеспеченные клиенты, он с профессиональной улыбкой начал предлагать дополнительные товары вроде полироли для мётел, специальных мешочков с расширенным пространством для ношения транспортного средства на поясе, биноклей для наблюдения за игрой с функцией записи изображения.       — Могу я предложить что-нибудь вам, мисс?.. — спросил мужчина у старшей ведьмы, которая вместе с двумя охранниками и ещё одной волшебницей, по всей видимости являющейся подчинённой, наблюдала за всем со стороны. — У нас есть отличные прогулочные мётлы семейного класса. Благодаря ним вы с максимальным комфортом и безопасностью сможете оценить все прелести свободного полёта, открывающего привычные виды с совершенно нового ракурса.       — Уверяю вас, мне известны прелести свободного полёта, — отозвалась Луна, одарив смутившегося от её тона человеческого жеребца изучающим взглядом. — Впрочем… заверните мне мётлы.       «Думаю, нашим исследователям будет полезно их изучить. Кроме того, можно попробовать посадить на них единорогов и земнопони из гвардии. Да и жеребятам слуг должно понравиться», — взвесив все «за» и «против», приняла решение превращённая аликорница.       — Таймлайн, будь добра, оплати наши приобретения, — попросила принцесса ночи свою помощницу, в сумочке коей находились средства из банка.       — Прекрасно, — волшебник вновь улыбался и уже мысленно потирал руки. — Какую модель вы бы хотели приобрести?       — Все, — ответила соправительница Эквестрии.       — Э-э-эм… — Фрэнк от такого заявления растерялся, но к собственной чести быстро взял себя в руки. — У нас семь основных моделей мётел: четыре разновидности спортивных, две — семейных и одна — эксклюзивная прогулочная с повышенным уровнем комфорта. Вы уверены, что вам нужна каждая?       …Не то чтобы Граймс был против хороших продаж: всё же его зарплата зависела, в том числе, и от общей выручки магазина. Однако, как хороший продавец, он понимал, что если клиент в итоге окажется недоволен, то все шишки опять же обрушатся на него, а это грозит уже не премиями, а штрафами и выговорами. Тем более, что девушка с радужными волосами одним своим заказом уже сделала не просто дневную, а месячную выручку.       — Вы меня не поняли? — младшая из диархов Эквестрии выразительно выгнула брови. — Мне нужны все мётлы, которые у вас есть.       — …?! — продавец замер, не в состоянии осмыслить услышанное, а его взгляд остекленел.       — Кажись… принцесса его сломала, — подошедшая поближе Эпплджек помахала ладонью перед лицом человека, на что он никак не отреагировал.       — Может, его стукнуть? — предложила Рейнбоу Дэш.       — Дорогуша, мы в приличном обществе, — возмутилась Рарити.       — Поберегись! — Пинки Пай, непонятно откуда взявшая ведро с водой, окатила из него волшебника, который отмер и закашлялся, начав отряхиваться.       — Пинки! — вскрикнули сразу и модница, и Флаттершай, и фермерша.       — Простите… — обладательница розовых волос достала белый платок и протянула его мужчине.       — Гхм… Ничего страшного, — достав волшебную палочку из внутреннего кармашка мантии, Френк высушил себя от воды, лучезарно улыбнулся и уточнил: — Сколько, говорите, вам нужно мётел?..       По итогам посещения эквестрийцами магазина «Всё для квиддича», на входной двери появилась табличка с объявлением «Мётел нет». Чуть ниже, от руки была сделана приписка «Совсем нет». Ну а в самом низу, спустя ещё час, добавилась строчка «Да, часто спрашивают».       …Флаттершай была известна своим мягким, неконфликтным характером, неумением спорить и любовью к животным, что не мешало ей брать себя в копытца в случае реальной нужды, когда требовалось помочь кому-то другому. Её лучшая подруга, Рейнбоу Дэш, была почти полной противоположностью, из-за чего у многих знакомых возникал один и тот же вопрос: «А как они, вообще, подружились?».       Жёлтая пегасочка знала, что её радужногривая подруга всё ещё винит себя за происшествие, случившееся несколько лет назад во время гонки, и слова о том, что Флаттершай её виновной не считает, успокаивали лишь внешне. Впрочем, всё это в данный момент не имело никакого значения…       Молодая любительница животных очень хотела попасть в магазин питомцев для волшебников, но, из-за своего характера, настоять на этом не могла. Отделиться же от группы, чтобы пойти туда одной (либо в сопровождении охранника) она тоже не решалась, но уже из-за страха потеряться не просто в незнакомом месте, а в совершенно чужом мире. По этой причине ей пришлось применить бесчестный, подлый, запрещённый трюк…       — Ну, куда идём теперь? — спросила довольная Дэш, едва только все превращённые пони покинули лавку спортивного инвентаря.       — А давайте… давайте… давайте… — начавшая бодро Пинки, нетерпеливо подпрыгивающая на месте, наткнулась взглядом на скромно стоящую чуть в стороне розовогривую подругу, сцепившую кисти рук внизу живота, чуть опустившую голову, из-за чего чёлка закрыла верх лица. — М-м-м… в магазин животных?       — Ну я… — Эпплджек проследила за взглядом вечериночной пони, поправила фетровую шляпу на голове и заявила: — Я не против, сахарок.       — Хорошо, дорогуша, — поддержала подруг и Рарити, после чего перевела взгляд на аликорницу. — Если принцесса Луна не против, конечно.       — Хм… — взгляд зелёных глаз владычицы снов скользнул по её сопровождающим, после чего задержался на Флаттершай, от чего последняя почувствовала себя очень неловко и постаралась сжаться. — Хорошо. Думаю, это место ничем не хуже других. Но после этого мы пойдём покупать волшебные палочки.       — Вперёд! — воскликнула Пинки Пай, подхватывая Флаттершай под руку, чтобы устремиться к новому магазину. — Найдём новых друзей! Как думаешь, Флатти, тут есть большие говорящие попугаи? У-у-у! Я всегда хотела такого! Ну… не всегда-всегда, но давно. Минут пять или шесть — точно!       Едва успевая перебирать ногами вслед за вечериночной пони, любительница животных даже не пыталась отвечать на град слов, сыплющихся изо рта превращённой земнопони. Ей было неловко от того, что пришлось применить столь бесчестную манипуляцию, а ещё — её беспокоило то, что принцесса Луна, по всей видимости, всё поняла, но не стала возмущаться.       Магазин питомцев встретил двух подруг звоном колокольчика, прозвучавшим, едва распахнулась входная дверь, а затем — голосами множества птиц, змей, жаб, котов и других зверей, размещённых, на первый взгляд, в хаотичном порядке на насестах, в клетках и террариумах. Неподалёку от входа стояла стойка продавца, что отвлёкся от газеты, которую увлечённо читал и с улыбкой посмотрел на посетительниц, дабы его глаза тут же округлились.       — Здрасте! — выскочившая вперёд Пинки Пай дунула в бумажную спиральку, которая развернулась в трубочку и издала негромкий писк, после чего объявила: — Мы пришли посмотреть на зверьков.       Немолодой человеческий жеребец с каштановой гривой, начавшей выпадать на лбу, из-за чего он зачёсывал волосы вперёд, стремительно побледнел, а его взгляд метался от страницы газеты на всё прибывающих эквестрийцев, пока в глазах разгорался огонь паники. Флаттершай подобное поведение человека, который добровольно устроился на работу, где ему каждый день приходилось взаимодействовать со множеством клиентов, было непонятно, но, обеспокоившись его здоровьем, она подошла поближе и спросила:       — Вам плохо? Могу ли я вам помочь? Может быть, присядете…? — не успела превращённая пегаска договорить и протянуть к продавцу руку, как он икнул и осел на пол, завалившись под стойку.       Эпплджек и Рейнбоу поспешили помочь подруге и, подняв мужчину с пола, усадили его на ближайший стул, после чего фермерша начала обмахивать пострадавшего шляпой. С возгласом «Посторонись!», вечериночная пони окатила продавца водой из ведра (неизвестно откуда появившегося), чем вызвала недовольное ворчание Дэш и Рарити.       — Вы в порядке, мистер? — вновь спросила юная ветеринар, заглядывая в лицо человека. — Может быть…       — Нет-нет! Не надо! — закричал так и не представившийся волшебник, затравленным взглядом окинув столпившихся вокруг подруг. — Я всё отдам! Берите, что хотите… Только не делайте со мной ничего… противоестественного.       — Ты шо несёшь, сахарок? — удивилась Эпплджек. — Ты за кого нас принимаешь?       — Мы тебе не какие-нибудь воры! — хлопнула кулаком по ладони Рейнбоу, отчего человек отчётливо вздрогнул и постарался сжаться.       — Ох, девочки, кажется я поняла, в чём тут дело, — всплеснула руками Рарити, затем подняла со стола газету и показала первую страницу, на которой находилась фотография Гринготса.       Оглавление первой статьи гласило: «Ограбление банка гоблинов!», «Чудовищные разрушения и множество пострадавших — количество трупов неизвестно!», «Запуганные работники Гринготса отказываются от комментариев!». В самом верху страницы красными буквами красовалось название «Ежедневный пророк — экстренный выпуск», а ниже находились непонятно когда сделанные двигающиеся фотографии, на коих легко узнавались как хранительницы Элементов Гармонии, так и принцесса Луна.       — Эт кто ж такое про нас написал?! — возмутилась фермерша, стиснув кулаки от негодования, из-за чего продавец снова икнул и потерял сознание (хотя, как подозревала Флаттершай, он просто притворялся и подглядывал из-под прикрытых век).       — Да как они посмели такое писать?! — в свою очередь вскинулась Дэш. — Да ещё про принцессу!       — Агась, — серьёзно кивнула вечериночная пони. — Мы же ничегошеньки чужого не взяли! У-у-у… мерзкая врушка.       — Мы должны срочно потребовать опровержение, — заявила модельерша, встряхнув газетой. — И изъятия всех экземпляров этого ужаса. Я же получилась на этих фотографиях как какое-то чучело!       «Ох… Рарити», — мысленно вздохнула превращённая пегаска, почему-то совершенно не удивлённая тем, что единорожку в первую очередь заботило то, как она выглядит на снимках.       — Спокойнее, мои маленькие пони, — наконец-то вышла вперёд превращённая аликорница, мягко, но решительно забравшая газету из рук модельерши, чтобы сунуть её Таймлайн. — Мы немедленно займёмся получением опровержения этой гнусной клеветы. Никто не смеет называть подданных эквестрийской диархии бандитами и грабителями. А тем более — заявлять, что мы забрали золото силой, предварительно не объявив народу гоблинов войну!       — Мы немедленно этим займёмся, ваше высочество, — решительно отозвалась превращённая единорожка, словно на врага Эквестрии посмотрев на газету. — Нам нужно связаться с принцем Блюбладом и написать требование в министерство магии Великобритании. М… Впрочем, если вы не возражаете, я могу отправиться в министерство через общественный камин. Останется только связаться с принцем, но для этого нужна почтовая сова…       — Так можт энтими воспользуемся? — предложила Эпплджек, указав на сидящих на насестах птиц, с интересом косящихся в сторону группы странных волшебниц. — Флатти, ты ж сможешь договориться?       — Да… наверное, — превращённая пегасочка наклонила голову, пряча глаза за упавшей на лицо чёлкой. — Но ведь они принадлежат магазину.       — Эй, ты, — Рэйнбоу ткнула кулаком под рёбра продавцу, от чего он охнул и, распахнув глаза, уставился на оскалившуюся в улыбке спортсменку. — Нам нужна почтовая сова. Самая лучшая, какая у тебя есть. Сейчас.       — Дэши! — возмутилась обладательница розовой гривы, мгновенно оттесняя подругу от человека. — Нельзя же так. Простите её, мистер…       — А чего он притворяется? — надулась летунья, но тут же снова усмехнулась. — Да и метод действенный: вон как быстро в себя пришёл.       — Ох, сахарок… ты б его ещё пониже спины лягнула, шоб ускорения придать, — надвинула фетровую шляпу на глаза фермерша.       — Дорогуша, мы здесь представляем Эквестрию, — вскинулась Рарити. — Какое впечатление о нас возникнет у британских волшебников, если ты будешь вести себя как неотёсанная, грубая деревенщина?       — Я сделаю вид, шо тя не услышала, сахарок, — констатировала Эпплджек, после чего встретилась взглядом с продавцом и заявила: — Нам нужон посыльный. Шоб письмо отнести. Платим битсами… Ну… энтими… галлеонами.       — И у нас мало времени, — сложила руки на груди Дэш. — Так что — не стоит испытывать наше терпение.       — Не думала, что скажу такое, но — тебе, определённо, стоит читать меньше книг, — вздохнула модница, после чего вернула внимание волшебнику. — Мы можем получить товар, мистер?       — Да-да, — вскочив на ноги, человеческий жеребец начал суетиться. — Одну секунду. У нас самые лучшие совы во всей Британии — вы уж поверьте…       И события завертелись: Таймлайн, после того как принцесса Луна написала письмо Блюбладу, вместе с одним из стражников и ещё одной запиской, адресованной лично министру, удалилась искать общественный камин, тогда как сама аликорница, ещё немного подумав, начала строчить новые послания. Продавец же, осознав тот факт, что его не собираются грабить или избивать (нет-нет, да опасливые взгляды в сторону Дэш он бросал), постарался натянуть на лицо располагающую улыбку и поинтересовался, а зачем, собственно, волшебницы пришли.       Пришло время Флаттершай выступать вперёд, чтобы сообщить о своём желании познакомиться со зверьками, ну и, возможно, приобрести себе какого-нибудь питомца из тех, кто захотят отправиться в Эквестрию вместе с ней. За время её монолога человек достаточно успокоился и осмелел, из-за чего даже сообщил поучительным тоном, что некоторых животных не следует пытаться разводить без разрешения министерства, так как они, если сбегут на свободу, могут нарушить Статут Секретности, а то и нанести трудноустранимый вред природе.       Пришлось заверить волшебника, что она всё это осознаёт и понимает степень ответственности, после чего экскурсия всё же началась…       В магическом мире людей оказалось очень много интересных зверьков: змея с головами на обоих концах (про которую Рейнбоу сказала, что не хотела бы быть второй головой после того, как первая поест); забавный глазастый пушистый шарик, вызвавший у Эпплджек ассоциацию с параспрайтами, но не умеющий летать и любящий есть козявки; сумчатый зверёк с чёрной лоснящейся шерстью, буквально влюбившийся в Рарити… ну или её украшения с кристаллами. Продавец показал жабу-гипнотизёра, с которой Пинки стала играть в гляделки, очень быструю мышь, бегающую внутри гудящего от скорости колеса, нечто вроде прямоугольной коробочки на четырёх тонких лапках, общающееся мигая всем телом разными цветами.       — А этих существ разводят всего на одном острове Средиземного Моря, — мужчина подошёл к клетке, похожей на большой пластиковый шар, внутри которого на подстилке из опилок лежали зелёный, золотой и синий то ли змеи, то ли крылатые ящерки, с любопытством поднявшие головы при приближении гостей. — Нигде они больше не прижились, так как в сезон спаривания телепортируются на тот самый остров, где совершают кладку яиц в ямах с песком.       — Они умеют телепортироваться? — заинтересовалась вечериночная пони. — А почему тогда сейчас они сидят в этом шаре? Им там удобно?       — Именно благодаря этому артефакту фаеры ещё не разбежались, — продавец постучал костяшками по прозрачной поверхности. — Эта оболочка не позволяет использовать пространственную магию, а заодно сохраняет на опилках запах особых растений острова, заставляя чувствовать себя в уюте и безопасности. Волшебники покупают их для того, чтобы показать свой статус, так как после личной привязки фаеры отлично исполняют работу почтовых сов. Питаются они крупными насекомыми, ну и рыбой, хотя мы рекомендуем хозяевам специальный комбинированный корм.       — Ты очень красивая, — улыбнулась Флаттершай, глядя в глаза-бусинки маленького змееподобного дракончика с золотой чешуёй, зависшего в воздухе напротив её лица, быстро-быстро взмахивая крылышками.       — А…? — волшебник перевёл взгляд с шара на фаера и обратно, чтобы заметить как и двое других зверей исчезли из своей клетки. — Как?..       — Похож, что противомагическая защита не работает, — заметила фермерша. — И шо-то мне подсказывает, что они туда уже не вернутся.       — А-а-а… — продавец беспомощно всплеснул руками. — Но почему они раньше там сидели, если в любой момент могли сбежать?       — Им там было уютно, — ответила Пинки. — А теперь они хотят пойти с Флатти.       В доказательство слов превращённой земнопони, золотистая фаер свернулась кольцом на голове у обладательницы розовой гривы, лапками уцепившись за волосы, а двое её друзей обвернулись вокруг шеи на манер причудливого ожерелья. Видя это, принцесса Луна решила успокоить человеческого жеребца словами:       — Мы заплатим за всю троицу.       …Покинув магазин домашних животных, Рарити заявила о своём желании посетить бутик модной магической одежды. Всё же после происшествия в банке, посещения лавки спортивного инвентаря и стресса, полученного в магическом зверинце (ужасные фотографии — фу-фу-фу!), ей требовалось восстановить душевное равновесие, для чего занятие любимым делом подходит наилучшим образом.       К облегчению превращённой единорожки, ни принцесса Луна, ни Рейнбоу Дэш не высказали возражений, и только Эпплджек проворчала нечто вроде «Опять энти тряпки моднючие переодевать?». Впрочем, мнение фермерши в этот раз не было решающим, да и не проявляла она серьёзного недовольства после всего, что уже случилось… и только могло случиться.       «Из-за количества случающихся вокруг нас недопониманий, у меня возникает непреодолимое ощущение того, что где-то рядом крутится Свити Белль. Но ведь этого не может быть. Не может же?», — на всякий случай молодая модельерша внимательно осмотрелась, но нигде на магической улице не заметила ни знакомого хвоста, ни выглядывающего из-за угла кончика рога.       Магазин «Твилтим и Татем» встретил посетителей просторным светлым помещением с белоснежными полами и медового цвета стенами, где вдоль стен на постаментах возвышались безликие манекены, облачённые в платья и костюмы. Здесь были бальные платья с пышными юбками, корсетами, рукавами-фонариками, вечерние струящиеся наряды с оголёнными плечами и высокими перчатками, а также многое-многое другое (вплоть до униформы горничной). Та же половина, которая была отведена под одеяния человеческих жеребцов, у подруг не вызвала особого интереса.       Хранительница Элемента Щедрости опасалась, что и тут произойдёт нечто такое, из-за чего посещение будет если и не испорчено полностью, то порядком омрачено беспорядком, но в первые минуты всё происходило пристойно. Вышедший им навстречу продавец, оказавшийся невысоким пухлым волшебником с редкой сединой в волосах, одетый в сшитый явно на заказ длинный синий камзол с серо-серебряными брюками, услышав о желании дорогих клиентов, позвал помощницу и приказал повесить на дверь табличку «Закрыто». На вялую попытку возразить он заявил, что особых клиентов у него сегодня нет, а остальные могут и подождать, пока он работает с дорогими гостями.       …Превращённая единорожка оказалась очарована манекенами, которые могли крутиться вокруг своей оси, менять пропорции тела (увеличивать-уменьшать рост, круп, вымя, ширину талии), изображать ходьбу на месте и танцевальные па. В конце концов, ей не раз приходилось использовать в собственной работе помощников, не слишком-то довольных необходимостью стоять на одном месте до пары часов, время от времени шевелясь для того, чтобы увидеть, как себя ведёт ткань.       Ещё одной функцией манекенов оказалась возможность создавать иллюзии разнообразной одежды, комбинируя разные сочетания тканей и украшений, прежде чем начать воплощать идею в жизнь. Казалось, что даже Рейнбоу, Пинки и Эпплджек заинтересовались процессом моделирования, окружив своей группой один из постаментов, буквально задёргав помощницу продавца своими поправками. В итоге же у них получился ярко-жёлтый костюм с юбкой-брюками, коротким топом без рукавов и ковпоньской шляпой с загнутыми полями.       Сама Рарити остановилась на более консервативном варианте с узким подолом, кружевным бюстом и узким корсетом, который визуально делал талию настолько тонкой, что её почти можно было обхватить ладонями. Принцесса Луна же заинтересовалась моделью «Амазонка», которая была сшита из плотного чёрного материала, состояла из жилета с серебряным лифом, оставляющим оголёнными плечи, перчаток до локтей с серебряными же накладками на предплечья, юбки в складку, опускающейся до колен, ну и сапогов на высоком каблуке, поднимающихся до середины бёдер.       — Для того, чтобы пошить примерочные варианты платьев, мне потребуется не больше десяти минут, — довольный проделанной работой человеческий жеребец хлопнул в ладоши. — Можете пока готовиться к примерке: моя помощница-а-а…       — Шо такое, сахарок? — стянувшая своё платье через голову Эпплджек посмотрела на стоящего с открытым ртом и выпученными глазами волшебника. — Ты, случаем, не заболел? А то шо-то у тебя лицо красное.       Пискнув нечто невразумительное, молодая волшебница, работающая ассистенткой продавца, схватила платье фермерши и прижала его к её груди, начав выталкивать превращённую земнопони в сторону примерочных. Эпплджек, которую в ином случае и с места сдвинуть не получилось бы опешила, а потому и попятилась назад, вскоре скрывшись за тканевой ширмой.       — И чё это такое было? — озадаченно почесала затылок Дэш, оглядывая проводивших хранительницу Элемента Щедрости и британскую ведьму подруг.       — Ох, дорогуша… — Рарити прижала ладонь ко лбу, трагично закатывая глаза к потолку. — Я и забыла, что вы не прочитали инструкцию по правилам поведения в Британии. Местные жители считают неприличным появляться на пон… людях без одежды.       — Какая глупость, — фыркнула Рейнбоу. — Столько шума из-за каких-то тряпок, прикрывающих вымя. Хорошо, что у нас дома нет ничего подобного.       — Вообще-то — есть, — удивила превращённых кобылок принцесса Луна, чему-то тонко улыбаясь, но всё же не став нагнетать любопытство молодых кобылок — продолжила: — Наша племянница как-то отправилась с посольством в Верблюжьи Эмираты, где царят очень… патриархальные нравы. Как рассказывала сестра, она прекрасно подготовилась: перечитала отчёты официального представителя Эквестрии за три года, выучила длинные титулования всех сколь-нибудь важных сановников, подобрала подарки. Однако же стоило ей спуститься по трапу дирижабля — её тут же схватила стража и отволокла в тюрьму, закутав в какой-то бесформенный балахон. Каденс очень перепугалась, затем — возмутилась, но так как время встречи с султаном города уже приближалось — воспользовалась телепортацией на улицу, скинула с себя ужасную тряпку и на собственных крыльях прилетела во дворец, торжественно влетев через распахнутое окно подготовленного для праздника зала. Стоило ей приземлиться на дорогой толстый ковёр, как со всех сторон раздались возгласы и вздохи, мать правителя города-государства упала в обморок, а на неё саму навалились полдюжины стражников, прижавшие принцессу к полу. Оказалось, что из-за жуткой жары днём и холода, царящего в пустыне ночью, верблюды и другие жители Эмиратов давно взяли в традицию носить свободные светлые одежды и головные уборы везде, где их могли увидеть другие граждане. За много поколений это из необходимости превратилось в традицию, нарушение которой считалось крайней степенью неприличия, распутности и далее по списку. Нашу племянницу, разумеется, узнали, но вместо переговоров — выслали из страны с наказом не появляться в ближайшие лет десять.       — Я никогда ничего подобного не слышала, — призналась модница, как и остальные пони — внимательно слушавшая рассказ.       — Просто наша сестра не хотела, чтобы репутация молодой принцессы пошатнулась из-за одной ошибки, — пожала плечами превращённая аликорница. — И, в связи с этим, я рассчитываю на то, что и вы не станете распространяться о данном случае.       — Мой рот на замке, — заявила Пинки, проведя рукой по губам, от чего лишь в самом уголке остался свисать кончик языка, похожий на язычок от собачки молнии.       — Пинки… — вздохнула Рарити, но тут же спохватилась и провозгласила: — Обещаю, что никто не узнает от меня о данном случае, покуда я нахожусь в здравом уме.       Остальные пони подтвердили обещание, заслужив одобрительный взгляд соправительницы Эквестрии.       — Клянусь честью хранить эту клятву, — провозгласил продавец магазина (о котором, к стыду своему, пони почти позабыли). — Гхм… Прошу, проследуйте к раздевалкам. Платья будут доставлены вам сразу по готовности.       …Скрывшись в маленькой комнатке с зеркалами на стенах и даже потолке, Рарити воспользовалась стоящими там же вешалкой и стулом, чтобы разоблачиться, после чего надела невзрачный белый халат и принялась ждать. Вскоре помощница продавца принесла её платье и довольно сноровисто помогла в него одеться, туго затянув корсет, от чего скрытое под кружевной тканью вымя стало казаться больше, а круп шире (подобными изгибами могла похвастать только Эпплджек, на которую оборачивались жеребцы как в обычном, так и в магическом мире).       Выйдя в общее помещение, где уже собрались Флаттершай, Рейнбоу и Пинки, хранительница Элемента Щедрости придирчиво осмотрела их наряды и осталась полностью удовлетворена. Когда из своей раздевалки вышла Эпплджек, она была вынуждена признать, что короткий коричневый жакет, надетый поверх кремового платья с длинным подолом и ковпоньской шляпой шли ей даже больше, чем наряд, выбранный самой превращённой единорожкой.       — А это довольно удобно, — изрекла принцесса Луна, последней покинув свою раздевалку, звонко цокая каблуками высоких сапог, выглядывающих из-под едва достающей до колен юбки, сжимая и разжимая кисти рук, обтянутые чёрным плотным материалом высоких перчаток, гармонично сочетающихся с жилетом, украшенным серебряным лифом. — Думаю, в данном костюме можно даже сражаться. У вас не найдётся меча… ну или кнута?       Последний вопрос был обращён к продавцу, с сожалением (совершенно не искренним) заявившим, что ничего такого у них в продаже нет. Впрочем, владычица ночи не стала настаивать и, величественно кивнув, попросила упаковать все их покупки.       «И почему этот человеческий жеребец так занервничал при упоминании кнута?» — удивилась про себя модница, но долго задумываться об этом не стала и вернулась к примерке новых моделей одежды.       …Пинки Пай с нетерпением ждала возможности посетить магазин розыгрышей, но, будучи хорошей подругой, не торопила девочек в других лавках. И всё же когда они вышли из бутика одежды, вечериночная пони буквально подпрыгивала от предвкушения (что, на самом деле, не слишком-то и отличалось от её обычного поведения).       Принцесса Луна, заметив щенячий взгляд обладательницы кудрявой розовой гривы, временно спрятанной под чалму, в очередной раз отложила посещение магазина палочек и позволила своим подданным отправиться в виднеющуюся неподалёку лавку. Пинки тут же сорвалась с места и, огласив Косую Аллею (отлично подходящую для игры в прятки), первой помчалась ко входу в заветное место.       — Ва-а-ау… — переступив через порог, превращённая земнопони оказалась будто бы внутри колодца, все стены которого оказались заставлены баночками и коробочками, скрытыми в таинственном полумраке.       — Приветствую вас, юная мисс, — вышел из темноты невысокий человеческий жеребец с чёрной гривой, густыми усами и лучезарной улыбкой, одетый в чёрный плащ с алой подкладкой поверх белой рубашки с жилетом и брюк. — Меня зовут Гомес и я буду рад провести вас в мир чудес и помочь погрузиться в таинства величайшего в мире искусства!       — М… Это очень мило, но мы совсем не знакомы, — смущённо улыбнувшись, Пинки сцепила кисти рук перед грудью и, потупив взгляд, шаркнула ногой.       — А-а-а… — волшебник слегка растерялся. — Прошу прощения, я не имел в виду ничего такого.       — Хи-хи-хи, — посмеялась превращённая пони. — Я знаю. Я хочу купить что-нибудь необычное, невероятное, умопомрачительное!..       — Хм, — продавец задумчиво приложил палец правой руки к подбородку, кивнул и вновь улыбнулся. — Пожалуй, мисс, я знаю, что вам точно понравится. Следуйте за мной…       К моменту, когда остальные эквестрийцы вошли в магазин, на стойке перед нетерпеливо подпрыгивающей превращённой земнопони уже была выставлена целая горка товаров, каждый из коих человеческий жеребец расписывал с азартом восточного торговца:       — Это баллон сахарной бороды, — мужчина потряс в воздухе флаконом, похожим на взбитые сливки с кнопкой под колпачком. — Если вам нужно замаскироваться — просто направьте на себя и нажмите на клапан. Вот так.       Струя пены вырвалась из баллончика, чтобы превратиться в пушистую седую бороду на лице Гомеса, рассмеявшегося низким гулким голосом:       — Хоу-хоу-хоу… Это не только отличное средство маскировки, позволяющее изменить голос под стариковский, но ещё и прекрасное украшение для сладкой выпечки. Рекомендую использовать вместе с рентгеновскими очками.       — Дай-ка посмотреть, — выхватив круглые стариковские очки из протянутой руки волшебника, Рейнбоу посмотрела на мужчину. — Эй! Да они же не работают.       — Просто я ношу свинцовую одежду, — достав из кармана платок, Гомес весело подмигнул и стёр бороду с лица. — Кроме того, в них встроен возрастной ценз, не позволяющий несовершеннолетним волшебникам смотреть через нижнее бельё.       — Какая-то бесполезная штуковина, — окинув взглядом подруг, с разочарованием констатировала обладательница радужных волос.       — Ну, их можно использовать для подглядывания сквозь стены, — заметил продавец чуть обиженно, вскинул указательный палец к потолку и продолжил: — У меня есть товары для самых требовательных клиентов! Например — вот эти желейные конфеты.       В руках человеческого жеребчика появилась баночка, из которой тут же полезли разноцветные жучки-паучки, едва он только открыл крышку. Рарити при виде этого скривила лицо, Пинки же, поймав особенно шустрого тараканчика (красного, как спелая клубника), немного подумав, сунула его себе в рот.       — И что они делают? — писклявым голосом спросила вечериночная пони. — Хи-хи… Я словно шарик с гелием вдохнула. Здорово!       — Не только это, — поймав пчелу, Гомес закинул её себе в рот, прожевал и проглотил, после чего поднялся на фут над полом. — Некоторые конфеты позволяют ходить по стенам, высоко прыгать, а то и вовсе летать.       — А они обязательно должны выглядеть… так? — осторожно спросила Флаттершай.       — Вовсе нет, — помотал головой волшебник, решительно закрывая банку крышкой. — У нас есть специальные напитки в бутылочках с надписью «Выпей меня», а также грибы «Съешь меня». Кто-нибудь хочет Всевкусное драже? В последний раз мне попался острый перец чили…       — У вас есть что-нибудь действительно полезное, что нельзя есть? — скептическим взглядом осмотрев полки, спросила модница.       «Глупенькая Рарити: если шутка не только смешная, но ещё и вкусная — это же в два раза лучше!», — мысленно возмутилась Пинки, но вслух поправлять подругу не стала, а вместо этого с ожиданием посмотрела на Гомеса.       — Несомненно-несомненно, — лучезарно сверкнул улыбкой продавец, затем левой рукой схватился за правую кисть и со звуком вынимаемой бутылочной пробки выдернул её из рукава. — Могу предложить вам Руку Помощи — очень полезная Вещь, когда нужно что-то подержать и принести.       Брошенная кисть упала в ладони рефлекторно выставившей руки превращённой единорожки, которая уставилась на неё непонимающим взглядом, постепенно наполняющимся ужасом. Когда же оторванная конечность начала шевелить пальцами, Рарити взвизгнула и откинула её прочь, одновременно с тем отскакивая за спину принцессы Луны.       — Что это за ужас?! — воскликнула превращённая волшебница.       — Позвольте представить — это Вещь, — волшебник высунул из рукава совершенно здоровую кисть, после чего указал на оторванную ладонь, ловко приземлившуюся на пять пальцев. — Вещь, поздоровайся с нашими гостями.       Кисть присела в реверансе, забавно оттопырив мизинец.       — И все волшебники могут также отбрасывать руки? — спросила принцесса Луна, с интересом изучая взглядом ладонь, побежавшую к стойке продавца быстро-быстро перебирая пальцами.       — Только если приобретут у нас Руку Помощи, — отозвался Гомес, после чего «дал пять» взобравшейся на столешницу кисти.       — Простите, а как он ест? — спросила Флаттершай, с головы которой на ладонь посмотрела золотистая фаер, в глазах коей всем почудился гастрономический интерес.       — Нет-нет, юная мисс, Вещь не нужно кормить, — помахал ладонями волшебник. — Это очень качественный голем, имитирующий живую плоть. Его можно использовать как для розыгрышей, так и для помощи в не слишком требовательных к физической силе делах: рисовании, игре на рояле, печатании на машинке, например.       — Это было вовсе не смешно, — проворчала Рарити, выходя из своего укрытия.       — Ты просто не видела себя со стороны, — усмехнулась Рейнбоу, на что подруга гордо отвернулась, всем видом показывая, что она выше этого.       — Вещь может быть отличным домашним питомцем и другом для любознательного ребёнка, — продолжил рекламировать свой товар Гомес. — Кроме того, она абсолютно безопасна…       Подставив руку к столу, волшебник позволил кисти взбежать себе на плечо, но в тот момент, как он начал говорить о безопасности, ладонь сжалась на его шее, начав душить. Пока людской жеребец хватал ртом воздух и пучил глаза, Эпплджек подскочила вплотную и хлёстким ударом сбила взбесившуюся ладонь на пол, чтобы тут же припечатать её ногой.       — Ты в порядке, сахарок? — спросила у продавца превращённая земнопони.       — В полном… в отличие от артефакта, — Гомес с сожалением посмотрел на раздавленную Вещь. — Это была шутка…       — Гхм… Ну ты это… звиняй, шо я не разобралась, — отступив на пару шагов, Эпплджек потупила взгляд. — Прост ты очень натурально задыхался. А я б ся не простила, ежели б на моих глазах жеребчик удавился.       — Сколь бы ни печально было данное событие… — Гомес достал из кармана носовой платок и высморкался в него, издав трубный вой слона. — Но — такова жизнь. Я даже не буду требовать с вас оплату за артефакт. Желаете увидеть что-нибудь ещё?..       Пинки, разумеется, желала, да и Дэш от неё не отставала, хотя остальные подруги и принцесса Луна оказались к этому магазину более равнодушны. Впрочем, вечериночная пони нет-нет, да замечала взгляды превращённой аликорницы, останавливающиеся на икоточной сахарной пудре, которую можно есть, летательной пыли фей, на несколько минут придающей возможность парить над землёй тем, кого ей осыпали, фотоочках с выдвигающимися стёклами-объективами, галстуке-бабочке, заставляющей говорить глубоким жеребцовым баритоном (земнопони пообещала себе, что убедит Флаттершай что-нибудь спеть таким голосом).       В какой-то момент Рарити заинтересовалась блёстками в банке, у которой отвалилось дно, едва только она взяла её с полки. Пол тут же оказался засыпан яркими кусочками бумаги, а когда смутившаяся модница извинилась и заверила, что всё уберёт — раздался звук пердежа.       — Это не я, — покраснев лицом, почти пропищала модница.       — Сахарок, ты, случаем, суп с бобами не ела? — усмехнулась фермерша, демонстративно помахав перед лицом ладонью, сделала шаг и замерла, так как звук повторился, но уже от неё.       — Ха-ха-ха… — рассмеялась Рейнбоу, почти согнувшись пополам. — Вы б себя видели!       — Это не смешно! — возмутилась хранительница Элемента Щедрости, в подтверждение своих слов топнув ногой, от чего вновь раздался звук испускаемых газов, но короткий и более громкий.       — Насколько мы понимаем, это эффект блёсток? — спросила превращённая аликорница, с невозмутимым видом подойдя к Гомесу, никак не выдавая свою реакцию на сопровождающие цокот каблуков звуки.       — Вы абсолютно правы, — ничуть не смутился человеческий жеребчик. — Данная разработка находится в сфере сортирного юмора, по этой причине я её и не показывал юным леди.       — Очень зря, — улыбка принцессы ночи стала очень многообещающей, а взгляд — мечтательным. — Пожалуй, мы сделаем оптовый заказ данного… изделия.

…

      — Заходите ещё, — радостно улыбаясь, Гомес помахал рукой группе необычных покупателей, затем взял со стола человеческую кисть и, уложив её на левое предплечье, стал поглаживать правой ладонью, словно бы это была кошка. — Что же ты так подставился, дружище? И не притворяйся: я-то знаю, что подобные мелочи для тебя совершенно не опасны.       В ответ кисть дёрнула пальцами, словно бы возмущаясь, но вместо сочувствия дождалась только смеха мужчины и, совсем обидевшись, показала волшебнику фигу, спрыгнула с его рук и, подобно пауку, убежала из торгового зала. На это человеку осталось только вздохнуть, отряхнуть ладони и, насвистывая незатейливую мелодию, начать прохаживаться вдоль полок с различными розыгрышами, где откровенно не хватало более взрослых шуток.       В этот самый момент со стороны служебного помещения раздался грохот, за которым последовало приглушённое ругательство, а затем дверь распахнулась и в торговый зал вывалился мужчина в полосатом чёрно-сером костюме со шляпой-котелком, старательно запихивающий в головной убор упирающегося всеми четырьмя лапами кролика. Белый пушистик, отчаянно сопротивляющийся своей судьбе вновь оказаться в расширенном пространстве, извернулся и укусил волшебника за пальцы, заставив его дёрнуть рукой, чего оказалось достаточно, дабы спрыгнуть на пол и со всех сил рвануть к приоткрытой двери на улицу.       — Тьфу, — досадливо сплюнул мужчина в костюме, нахлобучил шляпу на голову и пробормотал: — Неблагодарное животное.       — Стив, рад тебя видеть! — воскликнул Гомес. — Ты уже разобрался со своими делами? Как жена? Дети?       — Мистер Аддамс, — молодой волшебник вытянулся во весь невеликий рост, состроив на лице смущённое, но радостное выражение. — Спасибо, что отпустили меня домой: Барбара была очень рада, что я смог поприсутствовать на столь знаменательном событии.       — Ни слова более, Стив, — остановил его старший волшебник, затем хлопнул по плечу и доверительным тоном заявил: — Семья — это самое важное, что есть в жизни человека. Вы можете ссориться, спорить, обижаться друг на друга, но когда придёт время — вы вместе возьмёте лопаты и пойдёте закапывать тело на заднем дворе.       — Ха-ха… Вы же шутите, мистер Аддамс? — слегка побледнев, Стив Смит натянуто улыбнулся.       — Такими вещами не шутят, друг мой, — совершенно серьёзно констатировал Гомес, проникновенно посмотрев в глаза подчинённого. — Мистер Чакерс был любимым псом моего сына.       — А-а-а… — облегчённо выдохнув, Стив кашлянул в кулак. — Ещё раз — спасибо, мистер Аддамс. Я готов вернуться на свой пост.       — Отличный настрой, — похвалил подчинённого старший волшебник, убирая руку с его плеча, оставив на нём красный отпечаток. — Ну, не буду тебе мешать. Ах да: я заключил контракт на десять тысяч галлеонов с новыми покупателями. Договор на столе — оформи всё, как положено.       — Да-да, мистер Аддамс, — поспешно закивал Смит, провожая взглядом владельца магазина, направившегося к выходу, насвистывая весёлый мотив. — Десять тысяч… Гомес Аддамс — золотой души человек.

…

      Магазин шуток пони покидали в приподнятом настроении, за исключением, разумеется, дующейся и возмущающейся Рарити. Впрочем, долго обижаться превращённая единорожка не могла, и, когда эквестрийцы всё же добрались до магазина волшебных палочек (куда собирались зайти сразу после банка, но постоянно это откладывали), её настроение тоже поползло вверх.       — Привет… — позвала Дэш, первой войдя в полумрак помещения, стен которого не было видно из-за полок с коробочками. — Атмосфера как в фильме ужасов.       — Бу! — выскочившая из-за спины вечериночная пони, осыпавшая радужногривую девушку белой пудрой, заставила её шарахнуться словно от огня. — Хи-хи… Попалась.       — Не смешно, Пинки, — Рейнбоу вскинула голову и сложила руки на груди. — И вовсе я не испугалась. Ик!..       — Ведите себя культурно, — потребовала модница, оглядываясь вокруг. — Здесь кто-нибудь есть?       — Я тут есть, молодые люди-и-а-а-а! — появившийся позади вошедших последними стражников человеческий жеребец (седой, невысокий, сутулый), который был одет в серый костюм старинного покроя, едва его взгляд сфокусировался на принцессе Луне, схватился руками за лицо. — Мои глаза!       — Вот шо значит ослепительная красота, — изрекла фермерша, глядя на трущего зажмуренные веки волшебника.       — Главное, чтоб не любовь с первого взгляда… Ик! — поддержала шутку подруги превращённая пегаска. — Пинки!       — Агась, — кивнула вечериночная пони. — Лучше один раз увидеть…       — Хватит каламбуров про глаза! — воскликнул волшебник. — Я сам вижу, что совершил ошибку. Гхм… Прошу прощения, молодые люди. Чем я могу вам помочь?       — А вы делаете что-то, кроме продажи палочек? — чуть насмешливо уточнила Дэш.       — Рейнбоу, это неприлично, — одёрнула подругу Рарити. — Даже если магазин оказывает только одну услугу, его хозяин или продавец обязан задать этот вопрос.       — Точно-точно, — поддержала модницу Пинки. — Вдруг пони зашёл вовсе не для того, чтобы что-то купить, а спросить время или дорогу?       — И всё же мы пришли именно для того, чтобы купить волшебные палочки, — констатировала принцесса Луна, затем посмотрела на пожилого человеческого жеребца и вежливо уточнила: — Вы можете нам помочь, мастер…?       — Гаррик Олливандер, к вашим услугам, — слегка поклонившись, волшебник приложил руку к сердцу.       — Луна Эквестрийская, моя помощница Таймлайн и мои спутницы — Рэйнбоу Дэш, Пинкамина Диана Пай, Эпплджек, Флаттершай Бриз и Рарити, — представилась превращённая аликорница.       — Мой магазин к вашим услугам, — ещё раз поклонившись, хозяин лавки обвёл рукой заставленные коробочками полки. — Я могу подобрать палочку для любого волшебника с самыми изысканными вкусами и необычными требованиями. Кто желает начать?       Первой к продавцу подскочила Пинки, с интересом ставшая рассматривать вылетевшие из-за стола измерительные приборы. Затем, когда Олливандер выставил на стол дюжину коробочек, она взяла первую попавшуюся палочку и взмахнула ею, создав облако блёсток, осыпавших пожилого жеребчика (Рарити в этот момент дёрнулась, словно её ударило током).       Удивлённый и даже чем-то расстроенный Гаррик похвалил выбор вечериночной пони и объявил:       — Праздничная ель и рог оленя… Как она сюда попала? Гхм-гхм. Прекрасно подходит для чар и трансфигурации. У каждой палочки, юная мисс, есть своя, неповторимая история и, пусть многие в это не верят, но я считаю, что характер магического инструмента зависит не только от природы материалов, которые были использованы для его создания, но и от условий, в которых они были добыты.       — И шо же за история у этой палочки? — полюбопытствовала фермерша, так как её подруга в этот момент буквально сияла и мыслями находилась явно где-то не здесь.       — Я сделал её на спор из праздничной ели, когда мы отмечали рождество, — смущённо отвёл взгляд Олливандер, но тут же вернулся к воодушевлённому предвкушающему состоянию: — Кто хочет испытать себя следующим?       Следующей вызвалась Рарити, которая получила концентратор из плакучей ивы и гривы единорога, а потом Рейнбоу Дэш, ставшая обладательницей инструмента из морёного дуба и пера пегаса. Эпплджек выбрала палочку из вишни (фермерша внешне возмутилась, но выглядело это скорее попыткой скрыть смущение), тогда как Флаттершай — сакуру с волосом из гривы мантикоры.       На попытке подобрать палочку принцессе Луне Гаррика настигла неудача: первые два артефакта попросту рассыпались пеплом, а когда она приноровилась выпускать силу совсем маленьким потоком — выдавали вовсе не те эффекты, что были нужны. Однако человеческий жеребец не желал сдаваться и предложил сделать палочку из волоса самой волшебницы, что должно было решить проблему пропускной способности инструмента, пообещав подобрать древесину для корпуса не более чем за один день.       …Незаметно для эквестрийцев время стало приближаться к пяти часам дня, что означало необходимость отправляться на чай к королеве Великобритании. Пинки Пай, не желающая расставаться со своей палочкой ни на единое мгновение, весело поблёскивая глазами, хотела было вызвать «Ночной рыцарь» прямо на Косой Аллее, но подруги сумели её убедить этого не делать.       После короткого совещания принцесса Луна решила, что они вернутся в обычный Лондон через волшебный бар, потом вызовут автобус и отвезут хранительниц Элементов Гармонии в домики рядом с порталом. Уже после этого превращённая аликорница собиралась поехать на дипломатическую встречу, взяв с собой лишь Таймлайн и охрану для статуса (не то, чтобы она стеснялась своих подопечных, просто считала, что нет нужды тащить их на подобное мероприятие, на котором подразумевается беседа один на один).       В заведение Тома эквестрийцы вернулись яркой и шумной компанией, с первых же секунд раскрасив унылую обстановку в новые цвета. Впрочем, бармен на Пинки не обиделся, а лишь спросил, не желают ли чего-нибудь заказать его дорогие гости.       — Спасиб, сахарок, но мы нынче торопимся, — отозвалась Эпплджек, опередив пылающую энтузиазмом вечериночную пони.       — Очень жаль, — посетовал человеческий жеребец. — В любом случае — вам всегда рады в Дырявом котле.       — Пинки, что это с тобой? — радужногривая девушка обратилась к внезапно замеревшей подруге, которая вдруг прищурила глаза и стала медленно поворачиваться.       — Тс-с-с… Дэши, не шуми, — превращённая земнопони пошевелила человеческими ушами. — Моё Пинки-чувство говорит, что где-то тут находится оболгавшая нас пони.       — Шо, правда? — фермерша тут же вскинулась и стала обшаривать взглядом зал с посетителями, от чего некоторые из них поперхнулись своими напитками. — Ну я ей выскажу пару ласковых…       В эту самую секунду со стороны группы хмурых волшебников раздался грохот, за которым последовали ругательства мужчины средних лет на стулья с гнилыми ножками. Пока же все отвлеклись, сидящая в дальнем углу женщина в очках с золотой оправой незаметно сползла под стол и превратилась в насекомое, закрепившись под столешницей вниз головой (никаким особым чутьём она не обладала, но вредноскоп с собой носила всегда, что и помогало избегать большей части неприятностей со стороны обиженных волшебников).       — Где же эта нехорошая пони? — растерянно спросила сама у себя Пинки.       — Ох… Здесь никого нет, — приложила ладонь ко лбу Рарити. — И вообще, дорогуша, никакое Пинки-чувство не даст тебе права что-либо сделать этой Р. Скиттер. По закону…       — Ну дык мы с ней поговорим по свойски, — заметила Эпплджек. — А ежель потом придётся штраф какой заплатить — это я завсегда готова.       — Девочки, давайте пойдём отсюда? — обратилась к подругам Флаттершай. — А то на нас все косятся. И принцесса спешит.       Сама Луна с интересом смотрела за этой картиной, гораздо больше внимания уделяя таланту Пинки Пай. Всё же её дар (один из многих) был весьма перспективен и, если бы им обладала та же Твайлайт Спаркл…       «Если бы он был у меня, то Элементы Гармонии не разделили бы нас с сестрой. Впрочем, возможно, что подобные силы просыпаются только у по-настоящему достойных? Пинкамина — очень добрая пони, что точно не использует силу кому-либо во вред. О себе я такого сказать не могу», — мысленно вздохнув, принцесса ночи собралась с мыслями и решила, что больше время терять нельзя.       — Идёмте, наши маленькие пони, — слова, которые так привычно вылетали изо рта её сестры всё ещё вызывали некоторое противоречие в душе, но в то же время и слегка (самую чуточку) веселили. — Мы бы не хотели оскорбить королеву этой страны своим опозданием.       Попрощавшись с Томом, эквестрийцы покинули бар, после чего его посетители непроизвольно выдохнули с облегчением. Маленький жук же, сидящий под столешницей и старающийся вслушиваться в слова иностранцев, уже придумывал новую обличительную статью…