Просыпаясь с принцессами

Это не вошло в арку но вот что было планах описать как поменялся Квирелл за короткое приключение. Серёга и тут канон поломал. Сцена: «Квиррелл и говорящие единороги» Запретный лес, глубокая ночь. Туман ползёт между стволов, как живой. Слышен шёпот ветра и далёкий вой волков. Квиррелл, шестнадцатилетний студент Хогвартса, пробирается сквозь кусты, дрожа от страха и азарта. На нём мокрый плащ, в руках — фонарь и потрёпанная записная книжка. Глаза лихорадочно блестят. Квиррелл(шёпотом, себе под нос) — Говорящие единороги… Говорящие Хагрид сказал… сказал, что они знают древние заклинания… что они видели, как умирают звёзды… и что они… едят магов, которые задают слишком много вопросов… Но это же бред Просто пьяный бред… Наверное… (Он спотыкается о корень, фонарь гаснет. Тишина. Только дыхание.) Квиррелл(в панике) — Н-не бойся, Квиррелл… Это просто лес… Просто деревья… Просто… тени… Просто… что-то блестит в темноте… (Из тумана медленно выступают три фигуры. Высокие, стройные, с рогами, сверкающими, как лезвия. Глаза — чёрные, без белков. На шеях — ожерелья из костей. Один из них снимает с рога кусок обугленного мяса и пробует.) Единорог-1(хрипло, с акцентом) — Мэсо… свежее. Единорог-2(с надеждой) — Мэсо? Единорог-3(восторженно) — МЭСО!!! (Они поворачиваются к Квирреллу. Он пытается отступить, но спотыкается.) Квиррелл(в ужасе) — Я — студент Хогвартса У меня есть рекомендательное письмо от профессора Флитвика Я пришёл с миром Я хочу… хочу узнать вашу мудрость Я читал о вас в «Тайных существах тьмы»! Единорог-1(с сожалением) — Мудрость… да. Мы мудры. Единорог-2(кивает) — Мы знаем: мэсо — это жизнь. Единорог-3(внезапно хватает Квиррелла рогом за плащ) — МЭСО — ЭТО ЖАРКА!!! (Они хватают его, тащат к костру, где уже вертится на вертеле что-то с курткой Гриффиндора. Квиррелл кричит, вырывается, роняя книжку.) Квиррелл — Нет Я не мэсо Я — будущий профессор У меня диплом Я знаю защитные чары «Протего» (Щит появляется на миг — и лопается, как мыльный пузырь. Единорог-1 смотрит с укором.) Единорог-1 — Слабый щит. Слабое мэсо. Будет сочным. (Они начинают насаживать его на длинный деревянный шампур. Квиррелл в истерике.) Квиррелл — ПОЖАЛУЙСТА Я могу стать вашим переводчиком Я говорю на латыни Я знаю, как работают зеркала портков Я могу… могу рассказать, как Хагрид плачет, когда смотрит на пауков! Я знаю где есть Пауки! (Единороги переглядываются. Пауза.) Единорог-2(взволнованно) — Пауки… Единорог-3(с уважением) — …прячутся? (Они кладут Квиррелла на землю. Один из них достаёт блокнот и ручку.) Единорог-1(строго) — Говори. Пока мы не передумали. И… не включили огонь. (Квиррелл, дрожа, начинает рассказывать. О Хагриде. О Арагоге. О том, как любовь — это самое сильное заклинание. Единороги слушают, делают пометки. Один из них плачет. Остальные запоминают.) Единорог-3(шёпотом) — …мэсо… но с душой… *(Утро. Квиррелл выходит из леса — бледный, в рваном плаще, но живой. В руках — странная серебряная булавка в форме единорога. На спине — выжженное клеймо: «МЭСО, НО НЕ СЕГОДНЯ».) Эпилог (внутренний монолог Квиррелла): «Говорящие единороги… не легенда. Они существуют. Они умны. Они жарят людей. И… они истекают слюной от рассказов о пауках. Надо внести это в диссертацию. Если выживу. И если Волан-де-Морт не окажется таким же сентиментальным, как эти психи с рогами…» Комната общежития Когтеврана. Рассвет. Синие шторы колышутся от ветра. Птицы поют. Квиррелл резко садится в кровати, глаза — широко от ужаса, пижама пропитана потом, в руке — сжатый кулак. Он оглядывается, дышит часто, как загнанный зверь. Квиррелл(шёпотом, срывающимся голосом) — Не было… Это не было… Это сон… Просто сон… Отравленный гриб… Или… Или лунный чай… (Он опускает руку — и видит. На ладони — маленькая серебряная булавка в форме единорога. И тонкий запах дыма, как от костра, въелся в волосы.) Квиррелл(в ужасе, почти кричит) — О, нет… Нет-нет-нет-НЕТ Это было ПРАВДОЙ! (Он вскакивает, босиком бежит к зеркалу. На шее — лёгкий румянец. На спине, под рубашкой — едва заметное, но реальное клеймо: «МЭСО, НО НЕ СЕГОДНЯ» — выжжено, как печать.) Квиррелл(в отчаянии, хватаясь за голову) — Говорящие единороги… Они… Они существуют И они… они едят Они жарят Они включают огонь! (Он бросается к столу, хватает перо, чернила, начинает писать на листе, дрожащей рукой:) КЛЯТВА Я, Квиринус Квиррелл, шестикурсник Хогвартса, факультет Когтевран, клянусь перед силами магии, духами знаний и памятью о шампуре: Я больше никогда не пойду в Запретный лес.Я не пойду в леса Албании.Я не пойду в леса Боснии, Румынии, Шотландии, Франции, Канады, Австралии, Луны или любого другого места, где могут быть единороги.Я не буду искать запретные знания, если за ними придётся идти в лес.Я не стану профессором ЗОТИ, если это потребует поездки в Албанию. Его заикание началось в шестом классе. После того, как он услышал в темноте три слова: «МЭСО — ЭТО ЖАРКА!!!» С тех пор каждый раз, когда он оказывался в темноте, в лесу, или просто видел что-то блестящее на голове (рог? венец? вилку?) — голос предательски срывался. Слова застревали в горле. А в голове всплывал образ: огонь. Шампур. Три пары чёрных глаз. Он не боялся Тёмных искусств. Он боялся леса. Не потому что там водились волколаки, акромантулы или мантикоры. А потому что там жили единороги, которые говорят. И готовят шашлык. Почему он стал преподавателем ЗОТИ? Не из-за жажды власти. Не из-за интереса к тьме. А потому что ЗОТИ — это предмет, который можно читать по книге. Без лесов. Без ночей. Без рогов. Он мог сидеть в классе, закрыть дверь, повесить табличку «НЕ ВХОДИТЬ», и рассказывать про вампиров, не видя их. Про оборотней — не выходя в полнолуние. Про единорогов — только по первому курсу, и только по учебнику, с пометкой красным: «НЕ ВЕРЬТЕ ХАГРИДУ, ЕСЛИ ОН ПЬЯН». Вечер на Тисовой улице окутал дом Дурслей мягким сумраком. Гарри Поттер, вопреки своим обычным занятиям, трудился в саду тётушки Петунии: пропалывал клумбы, подрезал кусты и с тоской поглядывал на небо, мечтая о Хогвартсе. Вдруг за спиной раздался знакомый грохочущий голос: — Гарри, ты принцесса! Юный волшебник обернулся и увидел Хагрида — великан радостно улыбался, сжимая в руке свой потрёпанный зонтик. Не успел Гарри и слова сказать, как из зонтика вырвалась ослепительная радуга. Она разлилась по саду, заставляя каждый листок, каждую каплю росы сиять, словно в ожившем мультике. В тот же миг зазвучала мелодия из «My Little Pony». Она лилась откуда‑то сверху, наполняя воздух невесомой магией. Радужное сияние окутало Гарри, и он почувствовал, как тело меняется. Сначала он превратился в серебристо‑белого единорога. Его грива стала тёмной, словно грозовое облако, но в ней переливались светло‑серебристые полосы. Копытца засверкали золотом, а на лбу заиграли серебристые кольца. Затем случилось нечто ещё более невероятное — у Гарри появились крылья. Он испуганно заржал, пытаясь осознать происходящее. Голос его стал тоньше, а в ушах зазвучал хор нежных колокольчиков. Из‑за угла выбежали пони‑единороги, следом появились земнопони, а с неба спустились пегасы. Все они склонили головы, словно приветствуя новую принцессу. Гарри в панике закричал — или заржал? — и, потеряв равновесие, вывалился из… кровати? Он резко проснулся, тяжело дыша. Вокруг была его комната на Тисовой улице. Сердце колотилось, а в голове всё ещё звучала та странная мелодия. «Это был сон, — подумал Гарри, проводя рукой по лицу. — Просто сон». Он вспомнил, как накануне Твайлайт угостила его парой сено-бургеров. «Наверное, они были лишними, — пронеслось в мыслях. — А ещё завтра поступление в школу одарённых единорогов… Вот я и разволновался». Гарри перевернулся на бок, пытаясь снова заснуть, но перед глазами всё ещё стояли образы радужного сияния, единорогов и пегасов. «Какой странный бред», — подумал он, наконец погружаясь в сон, уже без волшебных превращений.