Колючий

- Так куда же вы с Эмгыром исчезли прошлой ночью? - спросила Цири, как только они с Геральтом остались одни, чего Геральту следовало ожидать. В эти дни от нее ничего не могло ускользнуть. - Почему ты говоришь, что мы исчезли? - спросил Геральт, решив, что все равно не стоит себя выдавать. Цири ухмыльнулась. - Ну, сначала я пошла к Эмгыру, и мне сказали, что у него болит голова и он не принимает посетителей, что показалось странным, но я смирилась с этим, пока вместо этого не пошла к тебе, а тебя нигде не было. - Это не значит, что я был с Эмгыром, - сказал Геральт, зная, что он вот-вот признается в этом. - Верно, но Эмгыра тоже не было, когда я поднялась на его балкон, чтобы проверить, - сказала Цири, и Геральт криво улыбнулся. Конечно же, она пошла проверить. - Нелегкий подъем, - сказал он. - Я сам приготовил его вчера вечером. - Я так и знала, - торжествующе сказала Цири. - Так что ты делал? Ты же не похитил его. Геральт пожал плечами. - Вроде того, - сказал он. - Он провел для меня экскурсию по Нильфгаарду.. Мы пошли посмотреть Храм Солнца, поужинали… Цири удивленно посмотрела на него. - Что? - Пока он был ежом, он видел Новиград как нормальный человек. Хорошо. Нормальное лесное существо, - сказал Геральт. - Он никогда не видел Нильфгаард таким. - Так ты его похитил? - спросила Цири, приподняв бровь. - Он согласился на это! - Защищался Геральт. - Я не вырубал его и не бросал через стену. Хотя. - Он криво усмехнулся. - Это было бы проще. - Не думаю, что Эмгыр уделяет много внимания физическим тренировкам, - Цири пожала плечами. - Я что-то здесь упускаю. - Например что? - Например, почему ты так добр к нему, - сказала она, подозрительно прищурившись. Геральт облизнул губы, взвесил все возможные варианты и решил, что правда, вероятно, рано или поздно выплывет наружу. - Как много ты знаешь о том, как мы сняли проклятие? - спросил Геральт. - Я думала, что Филиппа нашла способ как сделать это, но я начинаю думать о том, что меня ввели в заблуждение. Геральт поморщился. Если Эмгыр действительно солгал Цири о том, что произошло, то он, вероятно, сделал это, потому что не хотел, чтобы она знала правду. Он мог бы посмеяться над собой. Он начал заботиться о том, чего хочет Эмгыр. И все потому, что он так отчаянно хотел быть любимым, что осознание этого казалось ему самой драгоценной вещью в мире. Что-то, что стоит защищать. Что-то стоящее. И еще потому, что он видел Эмгыра с той стороны, с которой не видел никто другой, и его чертово ведьмачье любопытство взяло верх. Он хотел большего. Он хотел видеть Эмгыра таким, каким он есть, а не таким, каким он притворялся, потому что это была одна чертова загадка, которую нужно решить. - Да, это не совсем то, что произошло, - Геральт вздохнул. Как он должен был это сформулировать? - Тогда что же произошло? - спросила Цири, и Геральт понял, что теперь ему нужно придумать какое-то объяснение. - Проклятие требовало, чтобы Эмгыр влюбился в кого-то, чтобы разрушить его, - сказал Геральт, полагая, что все остальное, кроме простой правды, просто вернется и укусит его позже. - Мы все думали, что это Присцилла. Цири кивнула. - Она очень добрая. И такая красивая. Геральт моргнул. Ух ты. Все действительно любили Присциллу. - Ты должна заставить Эмгыра сказать ей об этом в одном из своих писем. На этот раз настала очередь Цири моргнуть. - Письма? - повторила она, явно не убежденная. - Они пишут друг другу письма, - сказал Геральт. - Они теперь друзья. Цири несколько секунд молча смотрела на него. - Это жутко. Геральт усмехнулся. - Присцилла безобидна, и кажется, она достаточно нравится Эмгыру, чтобы не расстраивать ее. Она, вероятно, будет полезна человечеству в целом. Он дал ей пожизненное пособие. - Но ты намекнул, что он на самом деле не влюблялся в нее. - Нет, - сказал Геральт. - Нет, он… сохранял видимость, потому что человек, который действительно снял проклятие, ну… - он сделал паузу, чтобы нервно почесать затылок. - Это был я. - Ты? - спросила Цири, широко раскрыв глаза. - Я, - подтвердил Геральт. - Я знаю, что это звучит безумно, но формулировка была... довольно специфичной, и я единственный, кто ее выполнил. Кроме того, Эмгыр согласен, что это был я, и он не признался бы в этом, когда одурачил всех остальных. За исключением Присциллы, которая все поняла. - Геральт, я не хочу показаться грубой, но ... - Что мог во мне увидеть Эмгыр? - Геральт закончил фразу Цири за нее. Цири пожала плечами, сморщив нос, как будто она не совсем правильно выразилась. Но именно это она и имела в виду. - Понятия не имею, - признал Геральт. - Я думаю ... мы много времени проводили вместе? Думаю, он понял, что может мне доверять, и, возможно, ему это нравится. - Хм, - сказала Цири, явно обдумывая возможность. - Я не говорю, что ты не ... я имею в виду, что понятия не имею, каковы вкусы Эмгыра ... Геральт криво улыбнулся. - Думаю, другое дело в том, что я его не боюсь. Или даже в благовейном страхе перед ним. Это должно быть большая редкость для императора. - Значит, ты ему нравишься из-за твоей наглости, - ухмыльнулась Цири, явно цитируя своего отца. - Я и сама это видела. Он спрашивал о тебе, когда вернулся. Он был ... добрее. Теплее, - добавила она. - Добрее и теплее, - повторил Геральт, пытаясь это представить. Хотя… это уже не казалось невозможным, по крайней мере, теперь. - Может, ты ему и подходишь. Черт возьми, может быть, ты будешь хорош для всех. Если он не хочет тебя расстраивать. Геральт фыркнул. - Я не уверен, что он зайдет так далеко. Я сказал ему, что он должен попросить меня остаться, но он еще не сделал этого. - Но он понял, что ты ему говорил? Потому что ты хуже дракона, когда говоришь загадками. - Они этого не делают, - сказал Геральт, хотя и не был уверен, что его взаимодействия с драконами до сих пор обязательно были репрезентативными для всего вида. - Ну, ты знаешь. - Эмгыр тоже так думает. Он все понял, - решительно сказал Геральт. Эмгыр все понял, а Геральт проявил хитрость, потому что знал, что навязывание ему решения только заставит его снова замкнуться. - Он сказал, что я получу ответ к закату. Хуже всего было то, что он хотел, чтобы Эмгыр велел ему остаться. Неважно, как он смотрел на это, но это было то, чего он хотел. Он скучал по Эмгыру, когда уходил, хотя тот снова был размером с человека, потому что Эмгыр был одним из немногих людей, которые, казалось, действительно понимали его. - А почему ты хочешь остаться? - спросила Цири. - Не то чтобы я против. - Ну вот ты, к примеру - честно сказал Геральт. Шанс остаться рядом с Цири определенно был в колонке "за". - А для ведьмака в мире осталось совсем немного работы. - Это все причины, чтобы остаться в Нильфгаарде, - сказала Цири. - Нет причин оставаться с Эмгыром. Геральт криво улыбнулся. Цири не собиралась бросать это. - Думаю, мой типаж - темноволосые, властные люди, которым трудно угодить, - пошутил он. Цири приподняла бровь, ожидая настоящего ответа. - Он - загадка, которую я мог бы разгадывать всю оставшуюся жизнь, - признался Геральт. - Это… это, правда. Я имею в виду, что он мне нравится, мне нравится его остроумие и чувство юмора и... ладно, дело не в том, что он загадка, а в том, что… - Ты влюбился в него, - сообщила Цири. - Почему ты просто не сказал этого? Геральт пожал плечами. - Раньше никогда не было достаточно причин. Я любил много людей. - Но это никогда не было удобным по времени, - сказала Цири. И она была права. Вот что здесь происходило. Геральт без труда отдавал людям свое сердце. Он практически ходил вокруг, держа его в руках в надежде, что кто-нибудь примет его. И у него создалось впечатление, что Эмгыр по крайней мере думал об этом. А перед этим он протянул свое Геральту. Тот факт, что в то время он был ежом, на самом деле не имел большого значения. Он все держал под контролем. Возможно, ему было бы легче поддаться тому, чего он хотел, потому что ежи не были точными столпами самоконтроля, но ... Это просто означало, что Геральт увидел то, что хотел, и ему нужен был кто-то, с кем он мог позволить себе быть уязвимым. А Геральт хотел кого-то, кто чувствовал бы себя в безопасности, находясь рядом с ним. Он хотел, чтобы его впустили. Он хотел, возможно, впервые в своей жизни, протянуть руку и взять сердце, которое предлагалось ему свободно, зная, что на этот раз в его силах сохранить его в безопасности. Потому что Эмгыру не нужно было много. Все, что им действительно нужно, - это кто-то, кто ослабит бдительность. - Ага, - наконец ответил Геральт. - Да, я думаю, ты все поняла. Цири кивнула. - Иди и ударь что-нибудь, - сказала она, кивнув в ту сторону, где его руки уже дергались от нервного желания сделать именно это. Он любил тренироваться, когда ждал, что что-то случится, и Цири знала это. - Звучит неплохо, - сказал Геральт. - Ты идешь? Цири тяжело вздохнула. - У меня есть официальные обязанности, - сказала она, театрально закатывая глаза. Но Геральт видел, как она к этому привыкает. Даже наслаждается этим. Ей нравилась власть - она должна была это делать, учитывая ее воспитание, - и это был новый вид для экспериментов. Через месяц она поставит Нильфгаард на колени, и даже Эмгыр не сможет ее остановить. Геральт подозревал, что он даже не потрудится попытаться. Он гордился Цири. Они оба были такими. - Мне лучше не задерживать тебя, иначе меня выгонят, - сказал он, отступая на шаг, чтобы она могла пройти мимо. - Веди себя хорошо. И если ты не можешь быть хорошей, будь осторожной. Смех Цири отражался от красиво вырезанных каменных стен одного из многочисленных дворцовых двориков, отдаваясь эхом даже после того, как она скрылась из виду. Геральт направился вниз, туда, где стражники тренировались в поисках чего-нибудь, во что можно было ударить.