***
Ночь на Нафеме обладала особой жуткой красотой. Луна заливала ландшафт бледным светом, а в отдалённом лесу раздавались крики существ, которых ещё недавно здесь не было. Планета возрождалась, но в этом таилось нечто зловещее. Сила здесь обострялась, как чувства хищника перед охотой. Коммуникатор на запястье внезапно завибрировал, прервав её размышления. Голос Даррена звучал напряжённо, с тревожными нотками паники: — Сиана! — прохрипел Даррен. — В лагере тревога! Нас обнаружили! — Отступаю к точке встречи, — ответила она шёпотом, пригнувшись к земле. — Двигайтесь туда же. — Мы под огнём! — крикнул Даррен, и связь прервалась резким треском помех. Сердце Сианы забилось чаще. Рука инстинктивно коснулась внутреннего кармана, где хранился голопроектор — загадочное послание, которое должен увидеть лишь её наставник. Выбор был прост, но не лёгок: продолжить путь к точке эвакуации, сохраняя ценные сведения, или рискнуть, пытаясь помочь команде. Академия учила только одному: всегда выбирай собственное выживание. Но что сказал бы Дарт Нокс? Она ещё не успела понять своего учителя до конца. И не успеет, если её труп останется на Нафеме. Выругавшись, Сиана изменила направление и побежала к источнику выстрелов. Вскоре она заметила их — Даррен, Майра и Корен отчаянно отстреливались от группы имперских солдат, укрывшись за выступом скалы. Внезапный взрыв сотряс воздух — недалеко разорвалась термальная граната. Сиана увидела, как тело Корена отбросило в сторону, он упал и остался неподвижным. Майра с отчаянным криком бросилась к брату, а Даррен продолжал прикрывать, отстреливаясь от наступающих солдат. Среди имперцев она заметила высокую фигуру в тёмных одеждах с алыми вставками. Дарт Азарис. Его лысая голова, покрытая извивающимися татуировками, отражала лунный свет. В отличие от своих солдат, двигавшихся рывками, он шёл медленно. Ситх поднял руку — и сгусток тёмной энергии сорвался с ладони, устремившись к Даррену. Разведчик пытался увернуться, но сфера изменила траекторию, словно обладая собственным разумом, и ударила в бок. Его крик превратился в сиплый хрип, когда он упал, схватившись за почерневшую рану. Сиана узнала технику — тёмная алхимия, древнее искусство, о котором в Академии предпочитали не говорить. Техника, истинные секреты которой знали лишь избранные. Азарис оказался сильнее, чем она предполагала. Девушка активировала световой меч и ринулась в бой, отражая выстрелы и расчищая путь. Клинок двигался с необычной лёгкостью, будто сам находил слабые места в обороне врага. — Вперёд! — крикнула она, сметя нескольких нападавших толчком Силы. Майра, подхватив раненого брата, и Даррен, с трудом держась на ногах, устремились прочь, преследуемые оставшимися имперцами. Азарис, заметив новую угрозу, метнул ещё одну сферу — теперь в Сиану. Она инстинктивно выставила клинок, и сфера, столкнувшись с лезвием, разлетелась в пыль, отбросив девушку на несколько метров назад. На лице ситха промелькнуло удивление, затем — оценка. Его глаза, окружённые татуировками, сузились, фиксируя каждую деталь нарушителя периметра. Внимание привлёк световой меч в руке Сианы. Губы чуть приподнялись в хитрой улыбке — знак того, что он был прав в своих ожиданиях. — Клинок Нокса… — прошептал Дарт. — Мой старый знакомый выбрал нового ученика. — Татуировки на голове засветились немного ярче. — Он всегда умел находить таланты. Азарис шагнул вперёд, и пространство вокруг будто сгустилось, сдавливая лёгкие. Но вместо атаки он неожиданно опустил руку и отступил, приказав солдатам: — Ученица пусть уходит. Остальных привести живыми или мёртвыми. — Передай своему учителю, что Азарис скоро нанесёт ему визит, — крикнул он вслед. — Мы не виделись слишком давно. А у меня для него… сюрприз. Он ухмыльнулся: — Ты передашь Ноксу, что мы оба ходим по тонкому льду. Сегодня я проявлю снисхождение, но завтра оно закончится. Не дожидаясь ответа, ситх развернулся и размеренным шагом двинулся обратно к лагерю, оставив своих солдат в замешательстве. Сиана не стала испытывать судьбу, используя эту неожиданную передышку для побега.***
У входа в узкий каньон Майра едва стояла на ногах. Её рыжие волосы слиплись от пота, а на униформе виднелись следы крови брата. — Они вызвали подкрепление, — предположив, выдохнула девушка. — Скоро здесь будет целый взвод. Сиана быстро оценила ситуацию. В её руках информация и устройство, которые Дарт Нокс должен получить любой ценой. Рисковать собой ради других она больше не собиралась — это не путь ситха. — Разделяемся, — решила она. — Ты несёшь брата прямо к кораблю, Даррен отправится западнее. Ваши следы отвлекут основную погоню. — А ты? — спросил Даррен, стиснув зубы от боли. — Пойду через восточное ущелье, — ответила девушка, не раскрывая подробностей преследования, услышанных от Азариса. — Так хоть кто-то из нас прорвётся. Майра кивнула, понимая логику. Даррен, несмотря на боль, не стал спорить. Сиана скрылась в боковом расщелье, используя технику сокрытия присутствия в Силе. Большинство преследователей действительно устремились по пути разведчиков Альянса, но небольшой отряд отделился и последовал за ней. Она двигалась через лабиринт скал и узких проходов, стремясь сбить с толку возможную погоню. Коррибанские техники маскировки присутствия в Силе сейчас оказались крайне полезными. Ученица Нокса продолжала бежать, пока дыхание не стало огнём в лёгких. Наконец, достигнув нужного поворота, она остановилась, чтобы перевести дух. Вдалеке виднелся транспорт, но путь к нему пересекал открытую местность — идеальное место для засады. Преследователи, судя по отдалённым звукам, всё ещё шли за ней. Ученица ситха уже собиралась двинуться к кораблю, когда краем глаза заметила движение. Фигура показалась из-за кустов, двигаясь медленно и неуверенно. Даррен. Его бок был залит кровью, форма обгорела от выстрелов, а лицо исказилось от боли. Он прислонился к скале, тяжело дыша. — Не могу… идти дальше, — прохрипел он, медленно оседая на землю. — Уходи… без меня. Сиана застыла, анализируя ситуацию. Имперцы вот-вот настигнут их — она ощущала их приближение в Силе. Даррен был смертельно ранен. Его плоть разъедало изнутри, подобно яду, и никакая медицинская помощь уже не поможет. Если оставить Даррена здесь, его неизбежно найдут, захватят, допросят. Азарис не даст ему умереть. Под пытками даже самый стойкий разведчик в конце концов выдаст всё. В памяти всплыли слова Харкуна: «Павший становится балластом, а балласт сбрасывают». Годы обучения на Коррибане уже определили выбор, но что-то в ней сопротивлялось этой мысли. Действительно ли есть только один выход? Дарт Нокс выбрал её, возможно, за способность видеть иные пути. — Я помогу, — наконец сказала она, приближаясь. Даррен с благодарностью взглянул на неё, протягивая дрожащую руку. — Я этого не… — начал он, но не успел закончить. Неожиданно девушка активировала световой меч, и алое лезвие легко пронзило грудь разведчика. В его взгляде мелькнуло удивление, затем облегчение, прежде чем глаза застыли, глядя в пустоту. Сиана почувствовала, как холод сковал её душу. Она не могла позволить, чтобы Даррена сломали. Это был единственный дар милосердия, доступный в этот момент. На мгновение она задержала взгляд на лице мёртвого разведчика, запоминая его черты. В Академии учили, что ситх должен помнить каждого, кого убил — не из сожаления, а как напоминание о своей власти над жизнью и смертью. Она сорвала с шеи Даррена идентификационный жетон, забрала коммуникатор и бластер. Затем, сосредоточившись, использовала Силу, чтобы замести следы — рассыпала камни вокруг тела, стёрла отпечатки своих ног. Когда имперцы найдут его, им потребуется время, чтобы понять, кто это был и как он связан с остальными. Девушка обернулась и двинулась к транспорту, готовая к любой опасности на пути. Голопроектор, спрятанный во внутреннем кармане, казался теперь ещё тяжелее — не физически, а своей важностью. В этот момент она впервые по-настоящему ощутила себя ситхом. Не учеником, не аколитом, а тем, кто принимает трудные решения. Когда она наконец достигла корабля, трап был уже опущен, а двигатели гудели, готовые к взлёту. Майра встретила её у входа, лицо девушки было покрыто копотью и брызгами крови. — Где Даррен? — спросила она, выглядывая за спину Сианы в тщетной надежде. Майра потеряла слишком многое за один день. Её брат Корен лежал внутри корабля, балансируя между жизнью и смертью. Правда о судьбе Даррена могла стать для последней каплей. — Прикрывал отход своей группы, — ответила Сиана, тщательно выбирая слова. — Когда я видела его последний раз, он приказал не ждать. Обещал попытаться уйти другим путём. Лгать оказалось проще, чем она думала — ещё один навык настоящего ситха. Иногда милосерднее поддерживать иллюзию, чем открывать жестокую правду. — Готовимся к старту! — крикнула Майра пилоту, как только Сиана поднялась на борт. Корабль с рёвом оторвался от поверхности Нафемы, резко взмывая в ночное небо. Внизу уже виднелись приближающиеся силы имперцев, но было поздно — транспорт исчез в облаках, направляясь к безопасной зоне гиперперехода. Сиана опустилась на сиденье рядом с импровизированным медотсеком. Лицо Корена было мертвенно-бледным, но грудь всё же едва заметно поднималась в слабом дыхании. Майра сидела рядом, держа руку брата с таким отчаянием, словно это физическое соприкосновение могло удержать его в мире живых. — Он потерял много крови, — тихо сказала она, не отводя взгляда. — Но, может быть, на «Вестнике Рока» его спасут. Их медицинский блок… Она не закончила фразу, но Сиана понимала: Майра цепляется за соломинку. Даже лучшие медики Империи не всегда могли спасти от таких тяжёлых ранений. Но надежда — это то, что удерживает людей в самые тёмные часы, даже если она иллюзорна. Ученица Нокса откинулась на жёсткую спинку кресла, позволяя телу расслабиться впервые за много часов. Адреналин боя постепенно отступал, оставляя после себя тупую усталость и странное удовлетворение. Тихий гул двигателей превратился в монотонную колыбельную, убаюкивая сознание. Девушка достала голопроектор и ещё раз внимательно осмотрела его. Запечатанный, без возможности активации. Что за сообщение он содержит? Если её догадки верны, и за этим стоит Малгус, то какую роль он сыграет в противостоянии Нокса и Асины? — Что ты нашла там? — вдруг заговорила Майра, не отводя взгляда от бледного лица брата. — Почему в лагере подняли тревогу? И кто такой этот ситх с татуировками? — Я обнаружила больше, чем искала, — уклончиво ответила Сиана. — Ситха зовут Азарис. И, он судя по всему, один из немногих мастеров тёмной алхимии, сохранившихся в нашу эпоху. Майра вздрогнула. — Он убил бы нас всех, если бы догнал, — произнесла она с горечью. — Да, — согласилась Сиана. — Поэтому нам повезло, что Даррен… задержал его. Они замолчали, каждая погружённая в свои мысли. В тишине корабля, нарушаемой лишь гудением двигателей и пиканьем медицинского оборудования, Сиана наконец позволила усталости взять верх и закрыла глаза. Девушка знала, что правда о судьбе Даррена раскроется, как только они прибудут на флагман. Но это уже не имело значения. Задание было завершено — она добыла ценную информацию, устранила риск утечки сведений и сохранила загадочное послание для своего учителя. В Академии гордились бы ею. Но что скажет Дарт Нокс? Одобрит ли её действия или увидит в них только жестокость и отсутствие изобретательности? Ведь ученица нарушила приказ, отданный учителем. Она выполнила миссию, но что-то в ней изменилось навсегда. Теперь ей предстояло понять — была ли она готова к тому, что произошло на Нафеме.