The Hollow Men

      Ожидание длится около двух дней. Ви заказывает еду прямо в квартиру, чтобы никуда из неё не выходить, и коротает время за просмотром телека. Каждые несколько часов он подключается к биомону Джонни, чтобы проверить его жизненные показатели, а по ночам, когда просыпается в холодном поту раз в пару часов, винит себя в том, что кровать у него только одна.       В какой-то момент он всё-таки решает увидеться с Джуди и Керри, излагая им всю очередность своего приключения. Джуди, вроде как, в итоге приходит к выводу, что он окончательно сошёл с ума, а реакция Керри заставляет его думать, будто тот ещё сам не определился, что конкретно думает обо всём этом.

      Посередь ночи его как обычно отрывает ото сна, однако в этот раз он понимает, что что-то не так. Он включает свет и заученно собирается подключиться к туловищу рядом, когда замечает, что тот уже больше не лежит на спине как прежде. Теперь он с хмурым выражением лица свернулся калачиком на боку.       У Ви пальцы дрожат, когда он осторожно коннектит шнур с нейропортом Джонни, и сердце удары пропускает, когда замечает, что показатели больше не свидетельствуют о бессознательном состоянии мужчины, тот просто спит и видит сны.       Он принимает на кровати сидячее положение и, прижав колени к груди, снова ждёт.

      Бывший-мёртвый рокер во сне начинает что-то неразборчиво бормотать, а после, когда неосознанно дёргает железной рукой, едва ли не задев наёмника рядом, резко подрывается, окончательно отогнав остатки сна.       Тёмные волосы беспорядочно ниспадают на лицо, он тяжело дышит. Ещё не отойдя до конца, он рьяно озирается по сторонам, натыкаясь взглядом сначала на уже знакомые книжные полки, а затем и на их хозяина.       — Ви? — в попытке убедиться изрекает он. Звучит максимально грубо, синтетические связки, очевидно, ещё не успели приспособиться, однако этот голос точно принадлежит Джонни Сильверхенду.       — Привет, Джонни, — отвечает ему тот, не доверяя себе ничего громче шёпота.       Музыкант смотрит на него какое-то время, а после, резко поддавшись вперёд, хватает его за руку. Ещё немного и эта хватка, вне всяких сомнений, оставит нехилый след в виде синяка. Потом, аккуратно вскинув металлическую ладонь, он прижимает её к голой груди напротив.       — Это всё правда?       Ви ограничивается сдержанным кивком.       — Ебать, — беззлобно выдыхает Джонни, позволяя голове свободно упасть на уровне чужого солнечного сплетения.

      Ви не знает, как долго они проводят в таком положении, но в конце концов дыхание у другого приходит в норму, и он, наконец, находит силы, чтобы поднять голову. Убирает левую руку с его груди и проводит ею по волосам.       — Ебать, — вторит он.       — Как… — наёмнику приходится чуть откашляться, чтобы продолжить. — Как ты себя чувствуешь?       — Как кусок говна.       Ви усмехается.       — Ага, Вик и та специалистка это предсказывали.       — Специалистка, значит?       — Ну да, не каждый риппер ежедневно занимается отстраиванием тела с нуля.       Джонни ему в ответ лишь хмыкает. И продолжает сжимать пальцами его руку.       — Давай я принесу тебе воды, — говорит он. — У тебя обезвоживание.

      Тот медленно отпускает его, и он поднимается на ноги, чтобы наполнить стакан водой из-под крана в ванной. По возвращении он замечает, что Джонни небезынтересно, упирая локти в колени, смотрит на свои руки, поворачивая их во все стороны в попытке рассмотреть детальнее.       — Ты нарыл мою старую руку.       — Откопал её на месторождениях в куче мусора, которая служила тебе могилой. Подумал, ты оценишь, — он протягивает ему стакан, и тот с благодарностью в глазах берёт его левой рукой.       — Хах, спасибо, Ви.       Наёмник наблюдает, как он опускает стакан на одно оголённое колено и проводит пальцами правой руки по конденсату, собирая влагу.       — Никогда бы не подумал, что смогу снова почувствовать это.

      Ви ощущает в горле ком и безуспешно пытается его проглотить, однако, когда он начинает говорить, его голос по-прежнему звучит не очень.       — Пей. Вик сказал, что это важно. Так заставишь организм работать и всё такое, — он показательно прочищает глотку.       Джонни поднимает стакан и делает так, как ему велено. Первый глоток оборачивается для него лёгким кашлем, однако буквально через секунду он с жадностью выпивает всё. Опустевший сосуд он снова ставит на коленку.       — Как я… что из… — он обрывает самого себя и пробует снова. — Какие из частей меня…       — Имеешь в виду, насколько ты настоящий? — помогает ему Ви, последнее слово выделяя кавычками в воздухе.       — Наверное.       Ви вздыхает и вновь присаживается на кровать.       — Мы обсуждали несколько вариантов. Что лучше всего приживётся, что наиболее эффективно и надёжно. Что мы можем получить за относительно короткие сроки. Бестия где-то отрыла специалиста по реконструкции тела, и мы чудом смогли уговорить Вика поработать с ней. В итоге остановились на титановом скелете и органических мышцах. У тебя полный набор органов из синтетики и биопластичные кровеносные сосуды. Кожа тоже полностью синтетическая. Наш выбор пал в пользу полного восстановления стандартного гомеостаза, так что в большей степени ты должен функционировать как любой нормальный человек.       — Иными словами, я должен есть, пить, ссать и гадить, чтобы жить, — подытоживает тот, а Ви еле сдерживает улыбку от его раздражительного тона.       — Да, но ещё у тебя в комплекте все плюсы, присущие этому. Насчёт биометрии… на самом деле, тебе стоит сказать спасибо за это «Арасаке». Все данные были у них, сам посмотри, — он указывает в сторону зеркала в ванной.

      Проследив за его взглядом, музыкант медленно поднимается с кровати. Не пройдя даже и метра, он спотыкается и падает на колени с недовольным «вот сука». Чувствует, как подбирается тошнота, но Ви успевает только в тот момент, как того уже рвёт разбавленной желчью.       — Ёбаное головокружение, — между вздохами хнычет он.       — Скоро это пройдёт, — обещает ему наёмник. — Просто твой организм начинает работать в штатном режиме. По крайней мере, теперь мы знаем, что твой кишечник работает в обоих направлениях.       — Уржаться, блять, — ворчит Джонни, позволяя себе прижаться задницей к полу. — Если б знал, какова цена нового тела, пасанул бы.       Ви понимает, что на самом деле это не так, но не может избавиться от крошечного огонька обиды из-за сказанных только что слов.       — Хочешь попробовать ещё раз? — сдержанно спрашивает он, протягивая Сильверхенду руку. Тот, крепко за неё схватившись, всё же встаёт на ноги       — Ты прости за беспорядок, — бубнит он.       — Не волнуйся, здесь было и похуже.       — Я в курсе.       — Ой, отъебись.

      Вместе они добираются до ванной, где Ви активирует технологичное зеркало. Джонни какое-то время просто глядит перед собой, а потом медленно начинает вертеться, пытаясь рассмотреть большую часть своего туловища. В итоге он, наклонившись чуть вперёд, изучает своё лицо. И морщится самому себе.       — Вы даже мне, блять, зубы те же сделали. И татуировки.

      В это время, схватив тряпку, Ви, не брезгуя, вытирает рвоту с пола, и после выкидывает её в бак. Затем подходит к рокеру со спины и смотрит на него в отражении.       — Мне надо данные считать. Я проверял их каждые несколько часов, Вик выслал мне базовый медицинский сканер. Просто, чтобы удостовериться.       Джонни ловит его взгляд в зеркале.       — Ну хорошо, — и склоняет голову на бок, когда Ви осторожно убирает его волосы, чтобы протянуть порт. Жест кажется невероятно интимным.

      — Организму кажется, будто бы ты подцепил грипп, но это нормальная реакция адаптирования системы. В остальном всё в порядке. Но всё же нужно будет позвонить Вику, сказать, что ты очнулся. И Бестии. Но это и до утра потерпит, — Ви сворачивает нейро-шнур обратно в ладонь. — Хочешь… — он чутка нервничает, ведь, очевидно, ещё ни разу не имел дело с тем Сильверхендом, у которого могут быть настоящие человеческие потребности. — Хочешь, может, принять душ или ещё немного отдохнуть?       Он отвечает не сразу, но, деактивировав зеркало, поворачивается к хозяину квартиры лицом.       — Башка кружится что пиздец. Думаю, полежать — не самая плохая идея. Отолью только сначала.       Наёмник кивает и оставляет Джонни с самим собой. Подходит к дивану и с кофейного столика хватает сигарету. Вжимается в мягкую обивку и закуривает, глубоко затягиваясь и выдыхая дым неровной струёй.       Вода в толчке с шумом посвистывает, и рокер снова оказывается в поле его зрения. Ещё мгновение провисает у раковины, собираясь с силами и обращая на себя внимание. Странно видеть его, не сопровождаемого синеватыми полосами цифровой ряби. Будто бы чего-то не хватает. Ну и на руку совсем не играет то, что он всё ещё пребывает в одних только боксерах. Это значительно делает его уязвимым.

      — Не уверен, это меня больше впечатлило или встревожило, но ты в точности копировал мой хер, — и он эффективно портит момент, из-за чего Ви, даже неожиданно для самого себя, смеётся. Он затягивается ещё раз и откидывает голову назад. — Угостишь? — спрашивает тот, взглядом указывая на пачку.       Ви знает, что не обязан, но не может заставить себя отказать ему. Он одним движением открывает её и протягивает её Джонни, который выуживает оттуда сигарету, пихает её меж губ и падает на диван.       Наёмник берётся за зажигалку, а рокер подвигается ближе, чтобы прикурить.

      Они несколько минут курят в тишине.       — Думал, ты завяжешь, как только меня вытащат из твоей головы, — говорит Джонни, склоняя голову в сторону сигарет.       — Мгм, — хмыкает Ви. «Куда бы ты оттуда уходил», думает он, но не произносит вслух. — Это та самая часть, которая осталась от тебя. Я теперь никотиновый торчок.       — Да ты, бля, гонишь.       — Неа, — парирует он, туша окурок в пепельнице.       Сильверхенд мотает головой и следом за ним заканчивает курить. Когда поднимается на ноги, то снова запинается, но в этот раз Ви моментально оказывается рядом.       — Давай поаккуратнее, ладно?       — Ага-ага, — он совершенно не возражает, когда наёмник тащит его до кровати.

      Ви укладывается спиной к Джонни. Он ждёт, когда тот снова уснёт, но в эту секунду на его плече оказывается тёплая рука. Он вздрагивает.       — Ви?       — Да?       — Спасибо. За всё.       Он поворачивается к нему лицом, и, когда в его карих глазах отражается тусклый свет квартиры, он не находит подходящих слов. У него в запасе был почти месяц, чтобы придумать что-то, что он сказал бы ему, когда снова смог бы поговорить с ним, и вот теперь, когда он снова может, он просто безмолвно пырит на него.       — Я не думал, что это сработает, — в конце концов шёпотом признаётся он. — Что мы оба справимся, что я… что смогу когда-то потрогать тебя.

      Он закрывает глаза и ждёт, что Джонни скажет что-то в ответ. Вместо этого он слышит, как шелестят простыни, и его ладонь в итоге оказывается сжата другой. Он неуверенно вздыхает.       По крайней мере, он смог уснуть, пока рука Сильверхенда успокаивающе сжимала его руку.