Принц нищего переулка

— Ещё раз примите мои соболезнования. Не сомневайтесь тот, кто это совершил будет гореть в Аду, — черноволосый офицер стоял на пороге дома Паучего Тупика и кидал внимательные взгляды на женщину. Убедившись, что новоиспечённая вдова Снейп не собирается впадать в истерику, из-за смерти своего супруга, а тем более пытаться совершить самоубийство, мужчина ещё раз попрощался и вышел.       Эйлин Снейп устало вздохнула, прижавшись спиной к дверному косяку. Уже несколько дней Эйлин не видела спокойного сна и отдыха. Резкая и странная, для маглов, кончина мужа вызвала фурор. Все газеты только и говорили о таком зверском преступлении. Её дом стал проходным двором: здесь побывали и сотрудники полиции, и назойливые журналисты, пытавшиеся взять у неё интервью, впрочем безуспешно, и соседские старушки, каждый раз заводящие одну и ту же песню «Ах, Тобиас был таким молодым», «Ох, Эйлин, мы знали его с пелёнок», «Дорогая, не переживай, всё образуется, мы тебе поможем». Эйлин еле сдерживалась, чтобы не послать их куда подальше — спрашивается, где были все эти люди «готовые помочь в сложную минуту»? Она что-то не замечала их, когда тащила по улице на плече, еле держащегося на ногах Тобиаса, или когда у неё родился Северус, а она не могла одна справится с ним. Она была одна. Всё это время. Одна против целого мира. И чёрта с два ей кто-то предложил помощь. Может быть если бы кто-то её поддержал, она бы не возненавидела собственного ребёнка, выродка магла. Может быть она бы собравшись с силами, вернулась в магический мир. Столько много «может быть» и «если бы», а толку ноль.       Оторвавшись от косяка, Эйлин с трудом добралась до кухни и села на шаткий стул. Кофе, который она заварила чисто автоматически, уже успел остыть и приобрел более выраженный вкус горечи, даже ложка сахара не смогла подсластить напиток. А так хотелось чего-нибудь сладкого, вкусного! Хотелось разбавить чёрную гущу окруживших её событий ложкой кристально-белого сахарного песка. Хотелось почувствовать вкус детства и забыть, что сейчас она отшельница в Мире Магии, в родном для неё мире. Впрочем, сейчас это совершенно не важно. Сейчас уже ничего не имеет смысла. Вдова Снейп уже давно поняла, что её жизнь не будет яркой и длиной, как она когда-то мечтала. Эх, мечты, мечты! А ведь раньше она и вправду была другим человеком — единственной и любимой наследницей Принцев, тихим Мышонком и обычным, счастливым человеком. Пока не решила, что стала взрослой и вправе распоряжаться своей жизнью, как она сама захочет. Наивная дура.       Снейп раздражённо поморщилась и расстегнула верхнюю пуговицу чёрной рубашки. Чёртов траур! Всего лишь день назад она похоронила мужа, на которого ей было, кстати, совершенно наплевать, и теперь, как полагается верной супруге, она должна ходить в чёрном одеянии целый год. Или делать вид, что ходит в нужных одеждах. Второй вариант нравился Эйлин гораздо больше. Одной в тёмном доме было неуютно. Даже вечно пьяный муж создавал хоть какую-то, но атмосферу, а тут… Тьма. Пустота. Безвыходность. Некстати женщине вспомнились слова цыганки, к которая она попала совершенно случайно: «Мне жаль, милочка, но поделать я ничего не могу. Матушка Судьба уже сделала свой выбор насчёт вас. Не вините себя раньше времени, Вы ещё успеете всё искупить. Только запомните, что действовать Вам нужно, когда тьма и безвыходность окутают вас пеленой пустоты, а зелёный свет будет притягивать к себе. Не сопротивляйтесь. Как я уже говорила, Вы искупите свою вину… И ещё, слушайте внимательно. Они не родственные души, Они два совершенно разных человека, чьи дороги ещё не раз сойдутся, и вы станете третьей. Вас должно быть три — не больше, не меньше. Ступайте, дорогуша, ступайте навстречу своей судьбе». Эти слова она выучила наизусть, хотя и не верила цыганке. Неужели всё-таки старушка и вправду ясновидящая? Тогда как правильно расшифровать её слова? Раньше Эйлин бы никогда не стала заниматься такой дурью, но это было раньше… А сейчас… Сейчас ей пора проведать чердак на наличие школьного сундука с волшебной палочкой и прочими побрякушками.       Лестница, ведущая на чердак, противно заскрипела, когда Эйлин вступила на неё. Бросив взгляд на настенные часы, которые были единственной вещью, более-менее приведённой в порядок, она продолжала свой путь. Ещё чуть-чуть и она будет у цели.

***

      Октавиус тяжело вздохнул и провёл рукой по волосам. Как же он сразу не догадался? Сначала они с Жасмин решили, что на Томе использовали жидкий Империус и внушение — всё это было прекрасным доказательством кратковременного бешенства Тома, и таких последствий со созданиями крестражей. Идеальная версия, но они не учли одного — Том уже несколько лет был отшельником, помешанными на научных исследованиях и уж точно не принимал еду из чужих рук, заранее не проверив. Надо было уже тогда проверить и другие версии, а не хвататься за это сейчас. Банши. Эти потусторонние существа взаправду могли расколоть душу невинного мага, доказывая свою опасную сущность.       «Это было неожиданно, но не нереально», — был вынужден признать мужчина, сидя в библиотеке битый час и выискивая хоть какую-то информацию о банши. Информации было катастрофически мало. Банши описываются, как потусторонние существа, предвестники смерти, призраки, чьи ужасные мелодии разносятся в тёмной ночи. Из всего прочитанного можно смело делать вывод, что, во-первых, банши встречаются крайне редко, во-вторых, убить мага или сквиба они не могут (могут только смертельно ранить или превратить жизнь в кошмар), а вот самых обычных людей они убивают запросто, и в-третьих, этих существ можно упокоить только одним способом — ценой жизни мага. Это условие пугало Октавиуса больше всего. Обычно банши представляли перед человеком в женском обличии. Они могли быть как и маленькими девочками, так и пожилыми представительницами женского рода.       Самым первым магом, который отправил банши в мир иной, была дочь Алимби Принца — Маргарет. Как именно она убила эту сущность, история умалчивает. Говорят, что девушка всячески помогала избавиться от разной нечисти, и однажды положила на алтарь свою жизнь, чтобы навеки упокоить банши. Ещё есть версия, что Маргарет провела какой-то ритуал, отправившись вместе с дьявольской сущностью в Ад. Что это был за ритуал и при каких обстоятельствах она его проводила, никто не знает.       «Ну как никто? — усмехнулся про себя Лорд Принц. — А портреты спросить не догадались?»       Октавиус взмахом руки потушил свечи и откинулся на спинку кресла. Так много вопросов и так мало ответов. — Долго ты тут сидишь? — послышался тихий женский голос с порога библиотеки. Жасмин стояла, подпирая плечами стену. На ее устах играла усталая улыбка, а глаза смотрели на мужчину в упор. — Часа два, — пожал плечами Принц, не отрывая голову от кресла. Женщина обвела тяжёлым взглядом резанный стол, на котором разместилась горка книг и потухшие свечи, и подошла вплотную к креслу. — Нашёл что-нибудь? — Леди Принц запустила руки в волосы супруга и начала потихоньку массировать. Октавиус прикрыл глаза, наслаждаясь умелыми руками жены и покачал головой. — Ничего интересного, — просто ответил мужчина. — Как дети с Томом? — Рей вроде заснул, он сейчас в комнате Северуса. Северус созерцает звёздное небо из окна, а Том где-то гуляет, — нараспев произнесла женщина, продолжая делать массаж мужу. Тот, казалась, чуть ли не мурлыкал от удовольствия. — Всё, массаж на сегодня окончен. — Спасибо, дорогая, — мужчина тяжело вздохнул и поднялся на ноги. Всё-таки середина ночи — не самое лучшее время для трезвого анализа ситуации. — Отправляйся-ка ты поспать, Жасмин, день был тяжёлый. Не бойся, Северуса я уложу, как и поговорю с Томом, — улыбнулся Октавиус и, притянув, жену к себе, поцеловал. Женщина только продолжала улыбаться, сверкая голубыми глазами. — Что бы я без тебя делала, — протянула Жасмин, пытаясь сохранить остатки веселого настроения. Но Октавиус слишком хорошо знал свою супругу, и мог смело утверждать, что она смертельно устала. Взяв жену под руку, он медленным шагом вышел с ней из библиотеки. — Добрых снов, я к тебе позже присоединюсь, — отпустив жену восвояси, Октавиус направился к комнате Северуса, чтобы в который раз уложить внука и найти Тома. Шутки закончились.