Волк в овечьей шкуре

      Сал мягко нажал носком ноги на тормоз, остановив машину у светофора. Тот лишь мигнул ярко-жёлтым, переключаясь на красный цвет.       Слева сидела мама, мило говоря о чём-то. Сал особо не вникал в её слова, пока краем уха не уловил обрывок её монолога:       — Слышала, в вашем институте умер преподаватель. Как же его звали? Дэвид Джеффри? Джексон?       — Джефферсон. Дэвид Джефферсон. — парень слабо вздрогнул от собственного ледяного и твёрдого голоса.       Ему вдруг стало плохо от упоминания бывшего преподавателя. Нет, его вовсе не было жалко, он заслужил. Сал в принципе дико сомневался, что был единственным предметом «желания» Дэвида, и что к нему одному так похабно прикасался этот старый ушлёпок. Причина в его ещё сильнее испорченном настроения — внезапная мысль о том, что будет в том случае, если Джонсон не сдержит своё обещание. Ведь никаких гарантий нет. Конечно, если бы не Ларри, то Сал сейчас не ехал бы в этой машине, а гнил бы за решёткой или на принудительных работах. Да и Ларри в принципе не имел причин так низко кинуть Фишера, но бесплодный страх всё равно огромной грозовой тучей висел над Салом, не давая трезво оценивать ситуацию. В общем, даже если Ларри порядочный человек — каким не выглядит от слова совсем — Салу тоже нужно выполнять часть их договора, а это пугало вдвойне. Он ни разу не занимался подобным, поэтому перспектива быть затянутым в это дерьмо воистину пугала.       — Салли, ты слышишь меня?       Сал резко поднял глаза от руля и своих рук, крепко сжимающих его. Светофор добродушно горел зелёным. Отгоняя не самые лучшие мысли, Сал нажал на газ.       — Ты что-то говорила?       Диана вздохнула с облегчением.       — Ты резко поменялся в настроение при упоминании этого Джефферсона.       Ещё один страх Сала воплотиться в реальность, если Диана узнает всю правду о сыне. Это настолько маловероятно, но, тем не менее, пугающе, что Сал неосознанно уже придумывал разного рода отмазки от «это всё слухи» до «меня хотят подставить».       Фишер шумно выдохнул. До жути хотелось закурить, но это только прибавило бы негативных мыслей. А как там говорила мама? В больницу лучше заходить в хорошем настроении, иначе можно оттуда и не выйти. Вспомнив об этом, он постарался выдавить из себя улыбку, даже не обращая внимания на кусок ткани на своём лице — Диана слишком хорошо его знает, чтобы не разобрать эмоции, прикрытые чёрной маской.

***

      Миссис Фишер пропадала за дверью кабинета господина Смита почти сорок минут. В то время Сал читал конспекты, любезно отправленные ему Тоддом. Пытаясь привыкнуть ко всему, что происходит в его жизни, он вовсе забыл о учёбе. Прошло всего три дня, полных неприятных событий, но это уже сумело вывести парня из колеи относительной рутины жизни. Если честно, то с каждым новым таким днём хотелось бросить обучение всё сильнее и сильнее, но обещание, данное Диане, не позволяло это сделать. Интересно, а как он объяснит маме, что будет пропадать ночами? Дополнительная подготовка к экзаменам допоздна? Работа в паре, поэтому он остался у Тодда? Нашёл работу в круглосуточном магазине в ночную смену? Пожалуй, третий вариант самый надёжный и долгосрочный, правда, вопросов от Дианы будет пруд пруди, но с этим разобраться, по крайней мере, реально.       Из размышлений Сала вывел звонкий стук каблуков. Это молоденькая медсестра пробежалась по коридору, чуть не выронив из рук многочисленные бумаги в ярких папках. Миг — и её нет. Сал вновь остался в полной тишине с телефоном в руках и с кучей мыслей в голове. Нет, так не пойдёт, нужно подышать свежим воздухом. В идеале покурить, но вернуться в больницу с явным запахом табака — хреновое дело. Не успел Сал и встать со скамьи, как его окликнула девушка, работающая вместе с господином Смитом.       — Сал, можем поговорить?       Фишер поднял голову и жестом пригласил её сесть возле него.       — Конечно.       С Меган Холмс Сал был знаком ещё со школьных времён. Она была на год старше и часто проводила время с Тоддом в школьной лаборатории. Тогда Сал, можно сказать, ревновал своего друга, и его чувства к Меган можно было сравнить с ненавистью, но это в прошлом. Он давно понял, что Моррисону просто было интересно и полезно проводить время с человеком, интересующимся тем же, чем он. А Меган не планировала занять пост его лучшего друга. Окончив старшую школу, Сал и Тодд поступили в институт, в котором, оказывается, училась и Меган, но в другом корпусе. Их общение восстановилось с новой силой. На этот раз Сал входил в их трио, пусть биологией и химией, как эти двое, не увлекался. Холмс помогала парням со многими науками как старшекурсница. Но на деле ей ещё учиться и учиться, она всё-таки идёт на терапевта, а Сал уже в следующем году закончит обучение. Почему только Сал? Можно не сомневаться, Тодд пойдёт в магистратуру.       Спустя несколько лет обучения в медицинском Меган предоставили возможность практиковаться в местной больнице у одного из самых лучших врачей города. Поэтому общение Сала с ней увеличилось в несколько раз, ведь он всегда ходил в больницу вместе с мамой.       Меган поправила сиреневую прядку, выбившуюся из её высокого хвоста, и нервно поправила подол белого халата перед тем, как начать говорить. Сал спокойно её ждал, зная, что девушке сложно даются длинные разговоры, а этот, похоже, был одним из них. Просто так она бы к нему не подошла.       — Не уверена, что господин Смит и мисс Фишер расскажут тебе это. Но, я думаю, ты должен знать. — пауза длиной в минуту, а то и больше, кажется бесконечной. — Состояние твоей матери только ухудшается. У неё пропал аппетит, начались сильные головные боли, пятна на её коже постоянно чешутся, и иногда она кашляет кровью. — Меган рьяно теребила железный угол скамейки, тем самым царапая кожу на пальцах. — Господин Смит хочет провести ещё одну процедуру рентгенографии и посмотреть на её лёгкие. У него три теории: либо у неё развилась новая болезнь ввиду предыдущих симптомов, либо это проявление новых симптомов, либо…       Меган резко замолчала. Сал даже перестал дышать. Они оба понимали, что следует за этим третьим «либо», но никому не хотелось не только в это верить, но и попросту думать об этом.       — Либо это новая ступень её болезни. — её и без того тихий голос сейчас вовсе дрожал. Она говорила с огромными паузами и тяжело дышала. — Мы предполагаем, что она уже не в силах это выдержать. Мисс Фишер слишком слаба для ряда более жёстких процедур, да и симптомы с каждым месяцем становятся всё серьёзнее и серьёзнее. Именно они её убивают.