Доктор в здании

Всё закончилось так же быстро, как и началось. Только-только ослепляющая ярость перестала затмевать оптику Ретчета, как его уже оттаскивали прочь, сильные руки Айронхайда обхватили его поперёк корпуса, ноги упрямо заскользили по палубе. Он пытался вырваться, злость текла по топливопроводам вместо энергона, ободранные шарниры заменённой руки жаждали еще одного удара. Оптимус прижал Проула к переборке, положив руку тому на грудной отсек, и уставился на Ретчета так, словно не узнавал его. Он слепо нарыл в своем сабспейсе тряпку для полировки, и не глядя ткнул ею в нос Проула. Оглушённый, Проул попытался оттолкнуть его, но не смог. — Прайм…! — Ну да, конечно! Давай, убедитесь, что с Проулом всё в порядке! — бушевал Ретчет, вывернув одну руку из захвата и сердито указывая на начальство. — Он пальнул в носителя! — Рэтч, Рэтч, он живой, — отчаянно пыхтел Айронхайд ему в аудиосенсор. — Очухается. Он просто оглушен. Просто оглушен… — Да налить мне, что он просто оглушен! — От этих слов у Ретчета перехватило горло. Из-за плеча Айронхайда у него не получалось рассмотреть Старскрима, только битое стекло, разбросанное по полу. — Ты что, пытаешься погасить новую искру?! — Довольно! — резко скомандовал Оптимус, и раздался громкий стук, когда Проул попытался броситься вперёд, но его снова прижала рука командира. Оптимус бросил на него мимолетный взгляд, и Ретчет ощутил лёгкое удовлетворение, заметив, как Проул вздрогнул от осуждения, клубившегося во взгляде его лидера. — Хаунд? — позвал Оптимус, не сводя оптик со своего заместителя. Тогда-то Ретчет заметил, что Мираж и Хаунд находились в камере со Старскримом. Хаунд осторожно переворачивал его на бок, чтобы проверить заднюю часть его шлема, которая приняла основной удар об пол. — Вроде цел, — пробормотал он, наклонив голову, чтобы прислушаться. — Не в стазисе, просто вырубился. — Переместите его в другую ячейку, — приказал Оптимус, метнув взгляд на сверкающее на полу камеры стекло. — Поаккуратнее с ним, — рявкнул Ретчет, сбрасывая ослабшую было хватку Айронхайда. Руки броневика сжались на нём с новой силой. Хаунд не ответил, но, Мираж, видимо, смирившись, присоединился к нему, присел рядом со Старскримом и вынул пару стазис-наручников. Гнев Ретчета вырвался на поверхность с удвоенным рвением: — Погодите минутку! — Это десептикон, — отрезал Проул из-за руки Оптимуса. Нельзя было не заметить, что его голос стал более гнусавым. — Он без сознания! — возразил Ретчет. — Да, без сознания! Но не дезактив! — снова вмешался Проул. Он выглядел таким же разъяренным, как и Ретчет, и с размазанным по лицу энергоном, вытекающим из носового конуса, стал походить на какого-то демона. — Он вполне способен очнуться и разорвать Хаунда на куски… — Иди наболт! — выплюнул Ретчет. Ему надоело слушать, как о Старскриме говорят, как о каком-то диком звере. — Ретчет, ну же, — фыркнул измученный Айронхайд. — Это просто мера предосторожности, — осторожно сказал Оптимус, стараясь, чтобы это не выглядело так, будто он на стороне Проула. На которой он, откровенно говоря, и был. Хаунд поднял теперь уже скованного сикера на руки, кряхтя от напряжения из-за его мёртвого веса. Неудивительно, что Мираж не сделал ничего, чтобы помочь ему, и просто отступил в сторону, чтобы выпустить их из камеры. Хаунд переместил свою ношу в противоположную ячейку. В напряженном молчании Ретчет наблюдал, как он укладывает Старскрима на чистую платформу. Мираж тем временем отряхнул одно из одеял из первой камеры от мусора и стекла и неловко сунул кусок ткани Хаунду, жестом показывая, чтобы тот укрыл им сикера. Несмотря на невротическую паранойю Проула, Старскрим, конечно же, не проснулся. Ретчет снова толкнул своего личного охранника. — Дай мне проверить его… — Один момент, Ретчет. — Оптимус поднял свободную руку, чтобы остановить его. — Старскрим может подождать. — Хоть сними с него наручники! — После того зрелища, что я застал? — спросил Проул. — Чтобы он смог разрушить ещё одну камеру и добыть самодельное оружие? — Заткнёшься ты или нет! — зарычал Ретчет. — Если бы не ты и твои гнусные планы, этого всего вообще бы не случилось! — Если бы не я, ты бы до сих пор был пленником, — вздернул подбородок Проул. — Так вот в чём дело? — поразился Ретчет. — Месть? Они похитили меня, поэтому ты решил дать им сдачи? Антенна за антенну? Так, что ли? Ты всерьёз хотел насолить им, да? Ты знал, что он заискрён… Наконец Проул оттолкнул руку Оптимуса и выпрямился. Прайм, тем не менее, оставался рядом, озабоченно поглядывая то на одного, то на другого. — Несмотря на твои нелепые инсинуации, я бы никогда не опустился до такой мелочности, — начал Проул, бесстыдно верный своему решению. — Если верить отчету Миража, — а его точность теперь не вызывает сомнений, — ты настолько привязался к врагу, что отказался от его плана эвакуации, уровень риска которого был минимален. Твои доводы? Лишь опасения по поводу гестации десептиконского сикера, не более. — Я же сказал, что вернусь. Если бы ты просто дождался, а не кидался с головой… — Дождался, пока ты вернешься, потому что Мегатрон тебе разрешит? Или, может быть, ты бы сбежал сам? Поразительное высокомерие. — Это я-то высокомерный?! — Довольно, вы двое! — вмешался Оптимус, и по его интонации стало ясно, что он уже на пределе. — Проул, критика Ретчета обоснована. Наши действия граничат с нарушением этики… — Граничат?! Да вы так далеко шагнули за черту, что её уже даже не видно! — прорычал Ретчет. Айронхайд попытался заткнуть ему рот рукой. — Да отвали ты уже, Хайд! — Старскрим будет освобожден. — Оптимус изящно проигнорировал вспышку Ретчета. — Но ты, Ретчет, останешься здесь. — Его освобождение уже ничего не решит, — запротестовал Ретчет. — Тебе придется связаться с Мегатроном и разрядить ситуацию, потому что он, — Ретчет указал на бессознательного сикера в камере, — за тебя этого не сделает. Выпусти мы его где-нибудь, он вернётся домой к Мегатрону и растреплет ему, как был подстрелен в собственной камере этим подражателем Терминатора… — Что ещё за Терминатор? — пробормотал Айронхайд. — Это… робот-убийца из фильма, — огрызнулся Ретчет, вспомнив нелепый кино-вечер на базе десептиконов. Почему-то от этих воспоминаний на него накатила грусть. Его молчание дало Проулу новую возможность начать оправдываться. — Я оглушил Старскрима, чтобы он не причинил себе вред, — горячо возразил он. Ретчет теперь больше, чем когда-либо, хотел, чтобы у него в руке оказался гаечный ключ. Или что-то столь же тяжелое, что можно было метнуть в него. — На самом деле он не собирался вредить себе, Проул, он просто пытался заманить кого-нибудь в свою камеру! — Ну, тогда, похоже, у старого Мегза нет оснований поносить наше поведение, — оптимистично прокомментировал Айронхайд. — Лицемерие ещё никогда не останавливало конов, — пробормотал Мираж. — Мегатрон хотя бы никогда сознательно не похищал носителя, так что ты немного переоцениваешь свои достижения, Мираж, — усмехнулся Ретчет. — Мегатрон — убийца, — напомнил Хаунд Ретчету, словно тот забыл. — А ты как будто никогда никого не убивал, да, Хаунд? — саркастически возразил Ретчет. — Только тех, кто этого заслужил. — Я не могу… Я просто… — Ретчет вскинул руки. — Вы почти хуже. Нет. Вы хуже их, потому что они, по крайней мере, знают, какие они оплавки… — Не знал, что ты вступил в этический комитет, Ретчет, — ехидно фыркнул Проул. — Не нужно собирать целый комитет, чтобы понять, что ты проржавел до самой искры, Проул. Тактик дёрнулся к нему, и Оптимусу снова пришлось его удерживать. Правда, на этот раз его сердитый взгляд достался Ретчету. — Последние несколько недель дались тебе нелегко, — мягко, но строго сказал Оптимус. — Возможно, тебе стоит самостоятельно нанести визит в один из наших медотсеков. Фёрст Эйд будет рад вашей встрече… Ретчет не собирался поддаваться на инсинуации своих друзей, уж точно не на пороге катастрофического события, которое могло изменить ход войны. — Фёрст Эйд может подождать. Я не оставлю Старскрима с вами. — Присутствие Проула здесь не обязательно, — начал успокаивать Оптимус. — Я могу устроить… — Нет, я имею в виду не только Проула, а всех вас. Любого из вас. Я не оставлю Старскрима, пока он не окажется на свободе. — И тогда ты сможешь вернуться с ним к десептиконам? — предположил Проул. Ретчет снова рванулся к нему, но ему помешала сомкнувшаяся хватка Айронхайда. Красный мех прорычал: — Может, хорош уже, Проул? Мы тут ходим по кругу, и мои руки начинают уставать. Вот потеха-то будет, если он случайно выскользнет. — Хайд, — предупреждающе произнёс Оптимус. — Никто не должен выбирать сторону. — Кроме тебя, да, Оптимус? — не смог удержаться Ретчет. Оптимус ответил молчаливым, напряженным взглядом, который дал Ретчету понять, что ничего хорошего из этого не выйдет и лучше ему лишний раз не встревать. — Если ты всерьёз подумываешь о дезертирстве… — спокойно начал он. — Ты не слушаешь меня! — закричал Ретчет. — Я не собираюсь дезертировать! Даже если вы все делаете всё возможное, чтобы я этого захотел! И на этой последней вспышке дверь тюремного блока открылась, явив в проёме запыхавшегося Бамблби. Ретчет скривился и отвёл взгляд от ошеломленной лицевой минибота, оптика которого металась между удерживаемым главным медиком и разбитым носовым конусом Проула. Оптимус громко прочистил вокалайзер. — Да, Бамблби? — ...Ему всё-таки промыли мозги? — осторожно спросил минибот. Несмотря на разбитое лицо, Проул громко фыркнул. Ретчет метнул в его сторону полный ненависти взгляд. Оптимус выглядел мрачным. — Ситуация… сложная. Так что, если ты здесь, чтобы доложить о чём-то важном… Бамблби моргнул, словно только что вспомнив, зачем он здесь. — Ах, да! На верхних палубах активировались протоколы безопасности. Кто-то снова проник за периметр. — Снова?! — Те крохи самообладания, что ещё оставались у Проула, практически испарились от этой новости. — Кто? — Оптимус выпрямился. — Телепортировался ещё один сикер. — Скайварп, — в ужасе прошептал Ретчет, ощущая, как работа внутренних систем испуганно застывает. Его взгляд остановился на бессознательном корпусе Старскрима. Скайварп хоть и был безрассудным, но суицидальных наклонностей не имел. Если он пришёл сюда, значит, он кого-то искал. Согласно хронометру Ретчета, на базе десептиконов было раннее утро. Мегатрон не проявлял никакого желания искать Старскрима прошлой ночью, поэтому Ретчет надеялся, что у них еще останется время на поиск решения, прежде чем отсутствие командира ВВС кто-нибудь заметит. Тем более, если бы десептиконы хотели устроить шумиху, Скайварп пришёл бы с подкреплением. Возможно, Ретчет, ещё сможет расставить всё на свои места, если, конечно, глупый сикер не обострит и без того сложную ситуацию. Скайварп мог бы телепортироваться вместе со Старскримом обратно, словно ничего этого никогда не происходило. Да. Это могло сработать. Несмотря на новости о том, что на их базу проник вражеский телепортер, Оптимус и Бамблби продолжали разговаривать. Ни одному из них, казалось, не было дела до задержания их незваного гостя. Беспокойство Ретчета удвоилось, когда он снова прислушался к разговору. — …усиленные меры безопасности работают? — спокойно спросил Оптимус. Бамблби улыбнулся. — Ага, разобрались с ним на «отлично». Рэд Алерт уже нацепил на него ингибитор. — Что?! — закричал Ретчет, оглядывая всех присутствующих в поисках объяснений. — Ингибитор?! Как те варварские ошейники-ингибиторы, которые раньше использовали на аутлайерах? — А что нам было делать, Рэтч, — устало пожал плечами Айронхайд. — Мелкий фрик варпался сюда и воровал наши вещи. У Джаза появилась идея поставить ловушку… — Но ошейник-ингибитор?! — А что ещё может помешать ему телепортироваться вон из камеры? — Так теперь у вас два пленных сикера! — крикнул Ретчет Оптимусу, не веря, что всё это происходит на самом деле. — Да, видимо, мы их коллекционируем, — устало признал Оптимус. — Всё ещё можно исправить. — Ретчет не оставлял попыток внушить Оптимусу, насколько серьезной могла стать эта ситуация. — Мы отдадим Старскрима Скайварпу. Это самый быстрый способ избавиться от них. Потому что в ином случае Мегатрон придёт за ними и обнаружит вот это. — Он указал на общую ситуацию в целом. — Тогда точно кто-то погибнет, Оптимус. Люди. Человеческие люди, а не только твои идиоты. Оптимус молча уставился на него, но по его виду Ретчету стало понятно, что он, по крайней мере, задумался над его словами и взвешивал варианты. В глубине искры Оптимус был хорошим лидером: сострадательным, храбрым, благородным. Все его черты вдохновляли их на великую преданность. Но он не был идеальным. Он тоже совершал ошибки, больше ошибок, чем Ретчет готов был признать. — Прошу, — взмолился он. — Разряди ситуацию. — Бамблби. — Оптимус повернулся к заинтригованному миниботу рядом с ним. — Убедись, что Скайварпа доставят сюда и поместят вместе со Старскримом. Хайд, ты остаёшься присматривать за сикерами. Свяжись со мной, когда Старскрим очнётся. И, Ретчет? — Ретчет прикусил внутреннюю часть щеки, встретившись взглядом с Оптимусом. — Ты идёшь со мной. Он тут же развернулся и зашагал прочь, на ходу отдавая краткие приказы Проулу, Миражу и Хаунду. Только тогда Айронхайд осторожно отпустил Ретчета и встряхнул несомненно ноющие руки. Вместо того чтобы последовать за ним, Ретчет обогнул Айронхайда и заглянул в камеру. Старскрим лежал там, закутанный в одеяло. Со стороны казалось, что он просто перезаряжается. — Ретчет, — позвал Оптимус. — Куда мы направляемся? — спросил тот, не самым вежливым тоном. — На мостик. — Разумно ли приглашать симпатизирующую десептиконам сторону на командный мостик? — раздраженно уточнил Проул. — Я уверен, что Бамблби и Рэд Алерт оценят любую помощь в сдерживании нашего нарушителя, которую ты сможешь предложить, — без усилий уклонился от ответа Оптимус. Он снова взглянул на Ретчета. — Тем временем я свяжусь с Мегатроном. Ретчет снова обратил взор на Старскрима и обратился к Айронхайду: — Не давай никому обижать его, пока меня нет. — Обижать его? — Айронхайд поднял обе надоптиковые дуги в ответ на такой запрос. Как будто Ретчет ещё недостаточно ощущал себя гиперопекающей материнской платой.

***

На верхней палубе они не пересеклись ни со Скайварпом, ни с его охраной, но в коридоре, ведущем к главному мостику, висел заметный запах дыма, а ещё жженного металла и пластика, какой бывает, когда кого-то ударяют током. Ретчет заметил на переборке паутиноподобный след от бластера. И остановился. — Он ранен? — Кто? — Скайварп. Оптимус, наконец, оглянулся, чтобы посмотреть, что задерживает его медика. Наткнувшись взглядом на обгоревшую металлическую обшивку, он прочистил вокалайзер и сказал: — Бамблби не дал понять, что ему нужен медик. — Но он точно не ранен? — Ретчет провёл пальцем по обгоревшим следам на переборке. — Чтобы оглушить меха, не нужно такое большое напряжение. Оно чрезмерно. — Я уверен, что это выглядит хуже, чем есть на самом деле. — Но сам ты не проверял, — пробормотал Ретчет. — А выглядит всё так, словно этот разряд мог бы убить кассету. Оптимус промолчал. Через мгновение Ретчет услышал, как он повернулся и продолжил путь на мостик. Немного помедлив, Ретчет последовал за ним. Стремление увериться в том, что Скайварп нормально функционирует, в конце концов, уступило место его растущему чувству ответственности. Одна проблема за раз, напомнил он себе. Пока что Скайварпу придётся просто зализывать раны, по крайней мере, до тех пор, пока Ретчет не убедится, что Мегатрон и Сансторм не отложили в сторону свои разногласия и не объединили силы, чтобы устроить на планете ужасный радиоактивный апокалипсис. Немного обнадёживал тот факт, что им пока не было необходимости беспокоиться о том, что Сансторм сожжет Арк, ведь Старскрим до сих пор находился внутри. Тем не менее, как показала практика, Сансторм был плоховат по части сосредоточенного контроля, когда дело доходило до причиняемых им разрушений. На мостике обнаружился Джаз, небрежно прислонившийся к боку Телетраана-1 и разглядывающий датапад. Оторвавшись от чтения и подняв взгляд на Ретчета, он улыбнулся ему, и улыбка вышла лёгкой и искренней, как будто тот и не покидал стен родного дома. — Так-так, посмотрите-ка, кто тут у нас. Рад тебя видеть, Ретчет. — Чувство не взаимно, — прорычал Ретчет, все еще слишком заведённый действиями своих «друзей», чтобы выдавить из себя подобающее приветствие. — Ситуация хуже, чем мы думали, — объяснил Оптимус Джазу, который не казался слишком обеспокоенным, оскорбленным или удивленным гневом Ретчета. — Старскрим заискрён Мегатроном. — Догоняю. — Джаз слегка пожал плечами. — Думаю, он захочет его вернуть. — Поэтому Проул забрал его? В качестве рычага? — потребовал Ретчет. — Да если б я понимал всю сложность мыслительных процессов Проула, я бы не застрял с ним на первой стадии, — пошутил Джаз. Затем наклонился в сторону, чтобы заглянуть за Ретчета и убедиться, что Проул не притаился позади и не подслушивал. — Он на нижних палубах, — успокоил его Оптимус. — Где у него, я надеюсь, хватит ума остаться, скажем, в одном из медотсеков. Джаз беспокойно зашевелился: — А что, он опять глючит? — Я ударил его, — признался Ретчет. Лицевая Джаза сменила интересное разнообразие выражений, сигнализирующих, что он изо всех сил старался не улыбнуться. — …Не могу сказать, что я этого не предвидел. Оптимус сел за Телетраан и активировал систему связи, введя частоту базы десептиконов и пытливо наклонившись вперёд, когда передача запустилась. Ретчет напряженно ходил взад-вперёд вне поля зрения камер Телетраана, ожидая ответа. С характерным звуком передача прервалась. Джаз скрестил руки: — Никого нет дома. — Попробуй ещё, — твёрдо сказал Ретчет. Оптимус позвонил ещё раз, но ему снова никто не ответил. Оптимус обменялся обеспокоенными взглядами с Джазом. Диверсант оттолкнулся от Телетраана, его добродушная улыбка выглядела немного натянутой. — Прошу меня извинить, — попрощался он и быстро вышел за дверь. — Ещё раз, — настаивал Ретчет, слоняясь за плечом Оптимуса. Оптимус сделал, как его просили. — Как много они знают? — Я ничего им не говорил, — коротко ответил Ретчет. — Я ни в чем тебя не обвиняю, — заверил Оптимус. На экране перед ними Телетраан продолжал попытки связаться с базой десептиконов, но ответа всё не было. — Но если Мегатрон собирается напасть, нам нужно знать, как лучше всего защитить себя. Я знаю, что ты поделился планом Арка со Скайварпом, и знаю, что тебя на это сподвигло… — Хорошо, возможно, я и поделился с ними немного большим, чем должен был, но сейчас тебя не должно заботить, что Мегатрон знает расположение вентиляционных шахт. — Что же тогда? — Оптимус развернулся в кресле. Телетраан снова зазвонил, издав грустный, негативный сигнал. — У них новое оружие? Это оно вызвало те пожары и радиационное поражение? — Это не оружие. — Внимание Ретчета металось между встревоженным хмурым взглядом Оптимуса и сообщением «Частота не отвечает», мигающим на экране Телетраана. — Это Сансторм. — Кто такой Сансторм? — Сикер. Он… привязан к Старскриму, и имеет особую мутацию. Его искра излучает огромный избыток радиоактивного тепла, — быстро объяснил Ретчет. — Он не может это контролировать, но это опасно. Он опасен, и он… Слова Ретчета оборвал внезапный рёв сигналов тревоги Телетраана, десятки которых сработали одновременно. Экран заполонили всплывающие окна, каждое более срочное, чем предыдущее: срабатывание датчиков движения, предупреждения о близлежащих пожарах, загрязнении воздуха, повреждении внешнего корпуса, повышении уровня радиации. Оптимус перевёл взгляд с мигающего экрана обратно на Ретчета, и его оптика расширилась от зарождающегося осознания.