Parabellum

            Принц слишком поздно понимает, какую ошибку совершил — секунда, и он оказывается уже на спине, а над лицом, больно сжимая пальцами щёки, шипит Даниил. Взгляд, как у озлобленного зверя, хищный оскал не предвещал ничего хорошего.       Ещё мгновение — и Руслану связывают руки, так крепко, до синяков. Как только Даниил сует в рот кляп — принц хочет возмутиться, но не выходит. Куском ткани солдат обвивает и голову, не давая выплюнуть ком, прижимающий язык.       Принц пытается сопротивляться, брыкаться, но годы войны сильно натренировали руки Даниила, поэтому тот без всякого труда связывает монарха по ногам, лишая всякой возможности их сдвинуть.       В итоге телохранитель выходит, оставляя Руслана в абсолютном одиночестве. Тот, как бы ни пытался, не мог выпутаться, так сильно связал его Даниил.       Поперечный уже пьян, злость ушла. Он криво усмехается и идёт к принцу. Нога саднит, он немного прихрамывает, и его, хромого, замечает доктор, шедший из лазарета в сторону спальни принца. Начинает отчитывать и говорить что-то про постельный режим. Даниил же в свою очередь забирает флакон из рук, который, как оказалось, предназначался для обработки протеза принца.       — Я обработаю, — говорит солдат и возвращается в спальню. Он видит, как дёргается продрогший от раскрытой позы Руслан, пытаясь вырваться.       — Тише, кошечка, не вертись, — говорит Поперечный и снова забирается на кровать к принцу, устраиваясь у него между ног и показывая флакон в руках. — Мне нужно привести твой глаз в порядок, я твоему доктору обещал.       Когда солдат объясняет, что будет делать, Руслан и вовсе начинает панически биться на кровати, вертя головой. Что угодно, только не снимать повязку. Принц стонет, вертится из стороны в сторону, лишь бы помешать Даниилу к нему притронуться, но все безуспешно, даже выглядит как-то глупо.       — Тише, тише, — успокаивающе шепчет Даниил и мягко, бережно снимает повязку.       Про принца ходило много слухов, в том числе и про золотой протез с рубином. Но Даниил видел только простой стеклянный шар в глазнице. Напоминающий, какую боль однажды пережил принц. Причем даже не физическую — Поперечный даже представить не мог, как тяжело морально лишиться такой важной части тела.       Он капает на стекло, прокручивает его пару раз, потом снова капает. Доктор говорил, так нужно сделать три раза.       И на третьем разе даниил возвращает повязку на место, а сам щекой прижимается к щеке Руслана и трётся, как верный пес, непривычно нежно для самого себя поглаживая бока монарха.       Если бы с Руслана сняли всю одежду, а затем подчистую содрали кожу, он бы не чувствовал себя настолько голым, как сейчас. Никто, никто не смел видеть то, что скрывала повязка. Этот чёртов кусок стекла был вечным напоминанием принцу, что его жизнь больше не станет прежней.       До рокового выстрела принц был… Другим. Мальчик ещё с детства проявлял интерес к географии и политике. В свои шестнадцать лет юный принц придумал, как обезопасить население от нападений — смастерил макет конструкции нынешней загородительной стены, после чего её в оригинале построили вокруг города. Мальчик не раз ссорился с отцом по поводу его политики. Слишком была она негуманна. Но император был непреклонен, поэтому Руслану лишь приходилось ждать, когда он взойдет на трон и сможет договориться с заговорщиками.       Но тот день… Изменил всё. Стоило пуле неизвестного преступника пронзить глаз принца, как тот тут же повалился на землю без сознания. Проснулся Руслан совершенно другим человеком — злым, беспощадным, сумасшедшим, жутко обиженным таким поступком. Он же хотел, как лучше! Он же хотел всех спасти! Проснулся наследник обозленным на весь народ, который, как он думал, жестоко его предал этим самым выстрелом. Пуля повредила его рассудок, обрекая несчастного парня на вечные муки ненависти. Ненависти ко всему миру, к людям, имеющим оба глаза.       И сейчас, когда Даниил так бесцеремонно притронулся к глазу принца, в голове у него промелькнули эти чёртовы воспоминания, заставляя здоровый глаз предательски слезиться.       — Тише, тише, — Поперечный стирает слезинку и снова трётся уже носом о лицо принца. — Тебе идёт без повязки. Ты очень красивый. Хотя ты же и так это знаешь.       Даниил грустно хмыкает, признавая, что к Руслану он не равнодушен. И от этого становится ещё хуже, ведь кому, как не Дане, знать, что из всех вольных птиц Руслан — самая свободная.       Принц хочет крепко выругнуться, да мешает кляп во рту. Правда, никогда никто не делал Руслану таких комплиментов. Но сердце его, казалось, зачерствело навсегда, поэтому лицо монарха искажается в гримасе полнейшего омерзения.       Принц дернулся, давая понять, что он не хочет так лежать. Конечности уже начали затекать и болеть, на нежности же не было никакого желания обращать внимание.       — Ты слишком красивый, так нельзя, — продолжает шептать Даня, и проводит языком по скуле, по линии шеи, прикусывая её и спускаясь еще ниже.       Глядя Руслану в глаза, Поперечный расстегивает на нём одежду, обнажая бледную грудь, и начинает языком и пальцами ласкать соски. Он видел, что Руслан хочет избавиться от верёвок, и оттого становится еще более нежным. Хочет довести монарха до ручки, чтобы потом дать ему ту конфетку, которую он хочет.       Наигравшись с сосками, он покрывает поцелуями живот, спускается ниже к резинке колгот и руку кладет на член — удивительно, что он все еще стоит. Сквозь крупную сетку солдат начинает лизать возбужденный член, пальцами массирует готовую к сексу дырочку. Он приторно нежен и осторожен, масляно смотрит в глаз принцу, продолжая играть с доступным членом.       Честно, Руслан думал, что на нежность из-за своей оплошности рассчитывать не может. Но Даниила сегодня просто не узнать. Принц уже готовился к побоям, изнасилованию, да чего греха таить, всерьёз воспринял предложение солдата о том, что он приведёт с собой друзей. Однако такая опасность только сильнее возбуждала и вызывала в принце страсть.       Но нежные прикосновения, как ни странно, безумно нравятся монарху — тот каждый раз шумно выдыхает через кляп во рту, плавится под чужими пальцами, как пластилин. А стоит Даниилу коснуться тёплым, шероховатым языком до члена и запустить палец в чувствительную дырочку, как из уст Руслана вырывается приглушённый из-за повязки стон. Этот рыженький солдатик меж его ног выглядел как никогда восхитительно, поэтому принц ни на секунду не отрывал взгляда от этих чудных зеленоватых глаз.       Поперечный хитро улыбнулся, когда Руслан начал расслабляться и получать удовольствие. Такой сладкий, до неприличия. Поперечный поддевает край крупной ячейки колгот в сетку и просовывает через нее член Руслана, так, что у основания он оказывается тут же перетянут тонкой ниткой.       Даниил отстранился и начал развязывать одну ногу, наблюдая, как перетянутый член и яички начинают темнеть, становиться еще бордовее. Солдат закидывает развязанную ногу себе на плечо и вынимает член из штанов.       Хватит нежностей, теперь Поперечный хочет только кончить и все. Руслан свое получил. Даниил входит сразу на всю длину, быстро набирает темп и начинает в размеренном ритме трахать принца, при этом поглаживая рукой лодыжку на своем плече, на которой еще остались красные следы от перевязки.       Руслану становится немного легче, когда солдат развязывает ему одну ногу, но дискомфорт от резкого проникновения не даёт получить никакого наслаждения.       Сразу видно, теперь Даниил не особо заботится о принце, только трахает, как кусок мяса. Хотя, Руслан уже привык получать болезненное удовольствие — большинство его «кавалеров» относились к нему жёстко, драли до такой степени, что он ещё долгое время не мог нормально сидеть. Сетка перетягивает член, что не давало принцу никакой возможности нормально кончить. Но для Руслана это было настолько охуенно, что тот прикрыл в удовольствии глаза и запрокинул голову, прерывисто дыша сквозь тугую повязку.       Поперечному не нужно было долго — он скоро кончил в принца и уже в оргазменной агонии разорвал сетку колгот, освобождая перетянутый член принца.       Даниил, тяжело дыша, вышел из растраханного ануса, вытер свой член о лоскуты разорванной простыни и подтянул штаны. Руслан же так и оставался лежать с завязанными руками, заткнутым ртом и красным, стоящим членом. Поперечный развязал принцу руки и провел на прощание пальцем по скуле.       — Ты был неплох. Мне нравится, когда ты не пиздишь и просто принимаешь член, — произнес он ядовито и вышел из спальни.       Принц остервенело поднимается с кровати и, разорвав ткань, выдирает у себя изо рта кляп и развязывает ногу.       — Вернись сюда, мразь! — крикнул Руслан, выйдя в коридор, но солдата уже и след простыл.       — С-сука… — шипя, как змея, принц вернулся в ванную, чтобы облегчиться. Ещё никто из его любовников, во-первых, не оставлял его одного после секса, а во-вторых (что вообще вопиюще), не оставлял Руслана неудовлетворенным. Поперечный уж слишком много себе позволял, хотелось при первой же возможности раскромсать тому рожу в пыль. При каждом движении ладони принц представлял, как этой же рукой душит Даниила, как тот бьется в конвульсиях, и это так пиздецки возбуждало, что уже через пару минут белоснежный унитаз был заляпан жидкостью Руслана.       Принц выходит на балкон и нервно, дрожащими пальцами закуривает сигарету. Слишком, слишком много за сегодня позволил себе этот солдатишка. И хуй бы с ним просто отвратительный, односторонний трах, он еще и осмелился докоснуться до сокровенного — до отсутствующего глаза.       Поперечный ушёл в свою спальню. Он слышал, как что-то злобно кричит Руслан, но даже не стал оборачиваться. Пусть привыкает, что секс с ним теперь будет или таким, как хочет Даниил, или не будет вовсе. Плевать, что во втором случае умереть.       Поперечный садится на кровать и закуривает. В голове все ещё стоит образ принца, разложенного на кровати, беспомощного, без повязки. В тот момент солдат даже забыл, что принц — не больше, чем шлюха. Показалось, что в нем есть что-то человеческое.       Даниил быстро отогнал от себя эту мысль. Нет, ни капли человеческого в этой похотливой суке нет.

***

      — Опустить лестницу, — скомандовал принц, выходя на мостик. — Хочу прогуляться.       Даниил вышел на балкон и увидел идущего по мосту Руслана. Кровь снова прилила к низу живота, когда Поперечный увидел, что принц просто натянул свои блядские шорты на колготки, и дырки, которые порвал солдат, были отчётливо видны.       — Ну и сучка, — довольно присвистнул Поперечный. Но зубы скрипели от одной только мысли, что принц может и сейчас с кем-то флиртовать, под кого-то стелиться. Ненасытный.       Пыльная пустыня встретила Руслана довольно-таки нерадушно — поднялся сильный ветер, и песок, в буквальном смысле, витал в воздухе.       Принц в абсолютной тишине добрался до жестяных, поржавевших стен города. Солдаты, стоило им увидеть Руслана, сразу засуетились и открыли тому дверь. Люди, как в муравейнике, сновали туда-сюда, выживая в этом жестоком, опустошенном мире, и это не могло не забавлять принца. Ему то что? Ему с самого детства всё на блюдце подавалось. Даже на обед он ел такое, что не мог себе вообразить ни один горожанин. Что ж, для Руслана они все были всё равно, что пушечное мясо.       — Ой, простите… — вдруг в принца на всей скорости впечатался какой-то мужчина, и сразу извинился. Но стоило ему поднять взгляд, как он увидел перед собой исказившееся в злости и отвращении лицо Руслана. Мужчина в мгновение сжался и взмолился, — Простите, простите, умоляю, я не хотел, Ваше Высочество!       — Убирайся. — процедил принц, после чего горожанина и след простыл.       — Узнать, где живёт и доложить мне. — приказал принц подошедшему солдату, а сам отправился дальше.       Вскоре листок с местом жительства горожанина оказывается в руках у принца, и тот сразу передаёт его первому попавшемуся солдату:       — Найти и вырезать всех.       И всю дорогу Руслан, с дикой, звериной ухмылкой наблюдал за расправой горожанина. И его семьи. Не разбудили ничего человеческого в принце крики жены и детей прохожего, наоборот, Руслан ловил от этого зрелища дикий кураж, даже больший, чем от секса со своим телохранителем.       Возвращается принц в приподнятом настроении, всё ещё держа в голове картину истерзанных тел ни в чем не виноватых людей, вальяжно садится в кресло и просит принести ему самого крепкого виски.

***

      Даниил для себя чётко решил, что в ближайшее время его сука будет помечена. И плевать, что Руслан принц и наследник трона.       Поперечный приготовил все — попросил у доктора острый скальпель, бинты, обеззараживающие растворы. Он был готов к очередному визиту Руслана.       Поперечный как раз идет за свечой, когда сталкивается с солдатом, который с ужасом смотрел на Даниила. Захлебываясь словами, солдат рассказал о произошедшем. Почему-то Поперечный даже не удивлён.       Он идет в спальню принца, чтобы убедиться в словах солдата. И по возбужденному блеску уже пьяного принца, по его безумной улыбке понимает, что слухи не врут.       — Развлеклись, Ваше Высочество? — спрашивает вкрадчиво Поперечный, выдирая тем самым Руслана из его пьяных дум, и подошел ближе.       Пошатываясь, принц усаживается в кресле, раскинув ноги, и совершенно пьяным, заплетающимся голосом отвечает:       — А, это ты, мразь? — Руслан пытается перебирать в пальцах бокал, но в итоге неуклюже роняет его на пол, отчего в следующую же секунду по полу разлетаются кусочки стекла, — Блядь… А тебе какое дело? Пошёл н-нахуй отсюда, не порти мне настроение!       Руслан корчит полную отвращения рожу и окидывает взглядом Поперечного, вспоминая прошлый секс.       — И член у тебя маленький! — скорее, не из того, что это правда, а для того, чтобы обидеть, плюет принц и победно улыбается, слегка прикусывая губу.       — Но тебе вполне хватало, — скалится Даниил. Слова задевают его, и он подходит к принцу и хватает его за подбородок. — Для твоей растраханной дырки любой член покажется маленьким, шлюха.       Он плюется каждым словом, крепко стискивает в пальцах острый подбородок.       — Не разговаривай так со своим принцем! — цедит Руслан, отбрасывая руку телохранителя со своего лица. — Но каждый раз готов на всё, как кобелёк несёшься в мою постель, не так ли?       Принц поднимается с кресла и приближается к Даниилу, смотря тому глаза в глаза.       — Что, влюбился, солдатик? — шепчет Руслан, находясь в до того непозволительной близости, что чувствует дыхание Поперечного на своём лице.       Слова Руслана больно бьют, но Даниил не подает вида.       — Влюбиться в шлюху? С ума сошел? — со смешком отвечает он. Взгляд не отводит, даже наоборот — это придает уверенности и сил. — Ты хорош в постели, я не могу это отрицать. Не каждый позволит трахать себя во все щели. Но не думай, что одно лишь твое умение подставлять зад может вызвать у кого-то чувства.       Даниил делает шаг и нос к носу встает рядом с Русланом.       — Может быть ты и принц, но это только обертка. Я уже знаю, что ты на самом деле просто давалка, — он презрительно кривит губы, — в таких никто не влюбляется.       И, зыркнув злобно на принца, он разворачивается, чтобы уйти из спальни. Лицо принца искажается в презрении и злости к Даниилу.       — Уже спешишь на военные действия? — плюется вслед солдату Руслан, — Да, сюрприз, сегодня вновь отправляешься к повстанцам! Надеюсь, на этот раз тебя уж точно там грохнут, тварь!       А после принц, стараясь принять как можно более непринуждённый вид, плюхается на кровать, изображая из себя победителя.       — Снова решил меня сбагрить? — изумленно выгибает бровь Поперечный. — Неприятно, да правда глаза колет?       Как коршун Даниил набрасывается на Руслана и нависает сверху на кровати, хищно скалясь.       — А с каких это пор вашу царскую особу волнует, что говорит просто солдат?       — Потому что, блядь, никто не смеет так со мной разговаривать, — принц уже вне себя от дикого бешенства, заносит кулак, чтобы ударить раздражающего его солдата, но тот перехватывает занесенную руку и буквально приковывает Руслана к кровати.       — Никто, — он плотоядно улыбается и наклоняется ниже, — а я смею.       — И тебя же это заводит, крошка. Не отрицай. Заводит. — горячее дыхание опаляет ухо распластанного и пьяного принца. Тот барахтается, пытается вырваться, но всё бесполезно против натренированного, опытного солдата.       — Мудак, — выдыхает обреченно Руслан. Действительно, отрицать сказанное совершенно не было смысла — принц действия ещё никогда не ощущал такого удовольствия от того, как его грязно оскорбляет какое-то отребье. И Руслану приходится признать — нет для него ничего лучше, чем лежать с раздвинутыми ногами под злым, грязным, жёстким Поперечным. Возможно, именно поэтому принц ещё не пустил телохранителю пулю в лоб. — Ну и отлично. Я хочу это отметить. — привычно телохранитель вынимает из петель ремень и перехватывает им запястья принца. Затем ловко меняет позу — считанные секунды, и вот уже Даниил сидит на краю кровати, а Руслан лежит на коленях поперек, так, что зад точно лежит на колене, ноги свисают на пол, а грудь лежит на кровати.       Даниил притворно ласково гладит принца по ягодицам.       — Не вырвешься, сучка, — говорит он спокойно, прижимая Руслана к колену. — Сначала я получу то, что хочу, а потом ты получишь свое, договорились?       И вновь Руслана таскают и перекладывают, как какую-то куклу. Зад лежит на колене солдата, и это пиздец, как напрягает. Правда, в то же время и дико возбуждает эта неизвестность, что принц чувствует, как его стояк упирается в бедро Даниила.       — Да пошёл ты… — пьяно кинул Руслан, чисто для вида взбрыкнувшись, а затем замер, ожидая продолжения.       — Вот и умничка, — мурлычет Поперечный и приспускает с Руслана штаны. Пару раз шлепает подставленные бледные ягодицы, так что они становятся красиво-розоватыми. Затем, продолжая поглаживать их, достает из карманов все, что было заготовлено заранее.       — Я чую, что я уезжаю надолго, — говорит спокойно Даниил, а сам протирает проспиртованной салфеткой одну из розовых половинок принца, особенно тщательно обрабатывая верхнюю часть, ближе к пояснице. — И я хочу, чтобы ты помнил меня. И чтобы каждый, кто будет ставить тебя раком, знал, чья ты сучка.       Руслану привычны грубые шлепки по ягодицам, поэтому он расслабляется, совершенно теряя бдительность. Принцу даже приятно, когда его обтирают салфетками, чёрт знает, что было на уме у солдата.       Другой салфеткой телохранитель протирает скальпель. И совершенно спокойно, словно режет кусок ткани, оставляет глубокий порез на идеально ровной ягодице.       — Твою мать, — ощутив резкую боль и тепло крови на коже, вмиг протрезвев, Руслан оборачивается, как может, и видит, как Даниил начинает полосовать его зад. В панике принц вновь начинает дёргаться, пытаясь вырваться из крепкой хватки, — Пусти, ебанутый, больно!       — Потерпишь, — шипит Поперечный и больно бьет Руслана, заставляя того притихнуть. — Будешь дергаться — сам свое тело испортишь.       Он продолжает скальпелем выводить свои инициалы — буква «П» элегантно подпирает массивную «Д», рядом — схематически изображенный личный знак — руну манназ, которую носил на шнурке на шее.       Руслан скулит, болезненно стонет, пока Даниил водил ножом по нежной коже.       — Больно! — вопит принц, чувствуя, как по щеке течёт слеза, — Пусти меня, больно!       Настолько сумасшедших у Руслана ещё никогда не было. Даниил, словно дикий зверь, — никогда не знаешь, чего от него ждать. Сейчас он, будто острыми когтями, резал принца, как какой-то скот. У Руслана аж начало темнеть перед глазами от ужаса — а вдруг собственный телохранитель положит перед его глазами вырезанный кусок мяса?       — Тише, кошечка моя, немного осталось. — буквы были изящно выгравированы на мраморной коже принца. Даниил наклоняется и слизывает языком струйки крови, затем стирает остатки крови салфеткой и берет свечу. Он хочет, чтобы эта метка осталась навсегда. Поэтому зажигает спичку и поджигает свечу, и, пока она разгорается, и топится воск, продолжает гладить подрагивающие половинки принца.       Скоро воск начинает стекать по стволу темной свечи. Мерно, со спокойствием заядлого садиста Поперечный двумя пальцами раскрывает каждую линию пореза и заливает ее воском, чтобы края ранки не срастались. Чтобы ожог надолго оставил метку на теле принца.       Руслан от дикого жжения на ранах дико вопит, дёргается, не сдерживая болезненных рыданий. Руками неистово сжимает простыни, буквально разрывая их, а сам жмурится, шипит, а затем выкрикивает, срывая голос: «Ненавижу! Ненавижу!».       Наконец, Поперечный прекращает пытку, тушит свечу и осторожно перекладывает скулящего Руслана на кровать, снимает с него штаны и белье, задирает рубашку и начинает целовать спину, спускаясь ниже к пояснице, целует и гладит ягодицы и снова поднимается вверх по позвоночнику.       — Теперь ты мой, — шепчет он, а у самого голос дрожит от возбуждения и член разрывает штаны. — Тебя не за что любить, моя кошечка, но я безумно, безумно хочу тебя приручить.       — Ты больной… — ещё не отойдя от такого прилива адреналина, охрипшим голосом сказал принц. Нет, они оба были по-своему больны.       Руслана всё ещё не отпускал страх, даже поцелуи Даниила не могли успокоить.       — Уйди, — всхлипнул, пытаясь снять с запястий ремень, принц, — Уйди, я не хочу.       — Не уйду, — шепчет Поперечный, но целовать перестаёт. Воск застыл, и солдат заботливо убирает его. Затем обрабатывает ранки, тяжело сглатывая. Он и сам не ожидал, что это окажется так возбуждающе. — Я буду здесь до утра. А утром уйду.       Он стягивает ремень, берет Руслана за щеки, поворачивает к себе и приближается, почти касаясь своим носом носа принца.       — И подозреваю, что уйду на… надолго, — хмыкает он.       Руслан понимает, что для них двоих эта ночь окажется бессонной. И, пока Поперечный не опустошит донельзя свои яйца, он не уйдёт.       — У меня были разные, — стараясь отойти от боли и немного отдышаться, говорит принц, — Но таких извращенцев, как ты, ещё не было.       — Так запоминай, — улыбается Поперечный, — таких больше и не будет. Ты ж всех запугал.       Даниил продолжает раздевать принца, пока тот не остается совсем обнаженным. Затем, кусая и целуя его чувствительное ушко, шепчет:       — Мне тебя будет не хватать. Я бы тебя всего усыпал отметками. Так не хочется, чтобы с тобой был кто-то еще, но ты же и дня не выдержишь, да? Да и я не собираюсь хранить тебе верность, — он тихо смеется, — но сегодня я хочу натрахаться так, чтобы ты надолго меня запомнил.       Руслан понимает, что отказывать сейчас солдату бесполезно — намерения слишком серьёзны.       — Так делай свои грязные дела и пиздуй, — цедит от злости принц. Отпусти ему руки, он бы шею свернул Даниилу.       Поперечный играет с огнем. Заклеив свежий шрам на ягодице Руслана, он развязывает ему руки и нависает сверху.       — Тебе понравится, — произносит и проводит языком по соленой от пота шее, — тебе очень понравится.       Рука скользит по гладкой груди вверх, задерживается на хрупкой шее и подбирается к пухлым губам.       — Кошечка, оближи пальцы, — произносит он и прикладывает два пальца к пухлым губам. Руслан вбирает пальцы в рот, сначала мягко их посасывая, водя языком меж фаланг, а после жёстко прикусывает, заставляя солдата буквально отдернуть руку.       От жестокости буквально ведёт, глаза принца загораются недобрым огоньком, а внизу живота вновь становится жарко.       — Уж мне-то понравится, — улыбнулся своему же замыслу Руслан.       Попереченый шипит, но он доволен — Руслан начинает втягиваться, слезки высохли.       — Расставь ножки пошире, — произносит он, продолжая вылизывать ухо принца. Смоченные слюной пальцы он сразу на всю длину вставляет внутрь, сразу два. Обойдётся без растяжки.       Руслан скалится, раздвигая перед Поперечным ноги. Сразу два пальца резко вставляют в анус, отчего принц слегка дернулся. Осталось выжидать. Даниил раздвигает ножницами пальцы, сжимает их, растягивая принца. И как только последний чувствует, что готов, сразу хватает за шею солдата, находящегося в непозволительной близости. Второй рукой Руслан со всей силы тянет за одежду, и в следующую секунду оказывается сверху оседлавшим бёдра телохранителя.       — Как насчёт поменять правила игры? — ухмыльнувшись, спрашивает принц, уже запуская руки тому под футболку.       — Хочешь попрыгать? — усмехается Даниил. — Давай. С этого ракурса я тебя ещё не видел.       И тут же Поперечный сгибает ноги в коленях, чтобы было удобнее, а руки кладёт на талию принца.       Руслан чуть приподнимается и приспускает штаны с телохранителя, затем подцепляет резинку трусов, из-под которой выглядывает покрасневший, налитый кровью член. Сразу видно, почему Даниил так нетерпелив.       — Ух, какая у меня сегодня лошадка! — дразнит принц, елозя на хуе задом, всё ещё ощущая болезненное жжение на коже.       — Давай уже, — Поперечный делает ошибку, выдавая свое нетерпение. Рука скользит по коже вниз, к нетронутой половинке и звонко шлепает. — Покажи, как ты умеешь скакать.       А сам тяжело дышит и не может отвести возбужденного взгляда от Руслана, который с этого ракурса непозволительно красив.       — Терпи. — строго говорит принц и облизывается. Вид возбужденного донельзя солдатика изрядно забавлял, так хотелось довести его чуть ли не до истерики.       Руслан опирается сзади руками на ноги Поперечного, сжимая плотную ткань штанов, и плавно опускается на возбуждённую головку. В заду появляется ощущение приятной заполненности, отчего Руслан прикрывает в удовольствии глаз и вновь поднимается. Дальше половины ствола принц не садится, только с победным видом смотрит, как под ним сходит с ума Даниил. Тот шумно выдыхает, когда Руслан начинает садиться. Чертовски сладкая пытка.       Короткими ногтями солдат впивается в бока принца, но сдерживается, чтобы силой не заставить его сразу полностью сесть. Наверное, это какой-то особый вид мазохизма, но Поперечный ловил кайф от того, как Руслан играет с ним.       Принц опускается на член до полного, блаженно вздохнув, и сжимается вокруг крепкого ствола.       — Вот так… — оскалившись, произнёс Руслан, запустив руки под футболку и уже вовсю лапая пресс Даниила. Затем, упираясь руками, медленно приподнимает зад, буквально снимая себя с члена. — Тебе хорошо?       Последняя фраза была явно не без подъеба. Принц откровенно издевался над солдатом, опускаясь и поднимаясь на его члене медленней некуда, желая узнать, где же предел его нервов.       — Превосходно, — отвечает Поперечный, откидываясь на подушку с болезненным вздохом. На секунду он прикрывает глаза, а потом снова ловит каждый изгиб принца. До чего же грациозный, до чего же возбуждающий.       Солдат еще сильнее сжимает пальцы, а потом одной рукой шлепает принца по нетронутой ягодице, затем крепко ее сжимает. Другую руку кладёт на свежую метку и гладит ее, наслаждаясь мыслью, что теперь на Руслане его отметина.       Когда член задевает чувствительную простату, а свежий шрам вновь вспыхнул жгучей болью, у принца напрочь сносит крышу. Запрокинув в наслаждении голову и шумно втянув воздух, Руслан задвигался на плоти быстрее, резче, подмахивая бёдрами. Руками принц вновь облокотился о ноги Даниила и раздвинул чуть шире свои, чтобы от взора солдатика не ускользнул этот прекрасный вид на его член, буквально утопающий в анусе Руслана.       — Восхитительно, — довольно говорит Поперечный. А потом рукой давит на лопатки принца, заставляя его лечь на себя. Другой рукой шлепает по ягодице и начинает сам задавать темп, проникая все быстрее и быстрее внутрь.       Руслан даже бёдрами подмахивать не успевает — так рьяно в него вколачивался солдат. И кто это из них ещё ненасытный? Принц рычит, стонет от дикого удовольствия, оттопыривает зад и закатывает от наслаждения глаз. Член Даниила приятно распирает нутро, задевая простату, отчего Руслан буквально сходит с ума.       — Надеюсь… — цедит принц в перерывах между толчками, — Ты будешь кончать… На том свете… От одних лишь воспоминаний.       — Еще и фантазировать буду, — Поперечный обхватывает шею принца и заставляет его наклониться совсем близко к своему лицу, — как ты связанный передо мной на коленях стоишь и вылизываешь мой член, а потом я спускаю тебе на лицо. И оставляю тебя в таком виде.       Поперечный усмехается, отпускает Руслана и впивается пальцами в его ягодицы, ускоряя темп. Осталось совсем немного, пара толчков — и Руслан будет залит горячей спермой.       Таз буквально распирает от удовольствия, стоит Даниилу ускориться. Принц вновь поднимается и усаживается на крепкий член, прыгая на нём, будто на коне. Спазм постепенно накрывал мышцы, и Руслан, обхватив свой собственный член, начал двигать рукой в такт толчкам. Хотелось уже поскорее кончить, из глаз вот-вот полетят искры. Принц элегантно гарцует на хуе, поднимается и опускается, садясь так, чтобы головка попадала по чувствительной точке.       — Сука-а! — шипит Поперечный, кончая, до синяков впиваясь в нежную кожу. Он весь аж дрожит, перед глазами темно. Солдат тяжело дышит и расслабленно откидывается на подушку, уже лениво наблюдая за Русланом.       Чувствуя, как в заду разливается горячая сперма, принц двигает рукой быстрее и вскоре сам изливается на живот Поперечного, запрокидывая в удовольствии голову. Тело ещё пробивает дрожь от экстаза, Руслан буквально снимается с члена и ложится рядом с Даниилом, пытаясь отдышаться.       — Тебе было хорошо? — вырывается у Поперечного, хотя он знает, что с этой кошечкой нежности и банальности не прокатят. Хер знает, что здесь вообще может прокатить.       Не просто хорошо. Охуенно.       — Ну… — задумчиво отвечает принц и делает жест, мол, так себе. Конечно, в удовольствии позлить солдатика Руслан отказать себе не мог, — На троечку потянет.       — Ну и отлично, — солдат закрывает глаза. Другого ответа от Руслана он и не ожидал. Да и вообще — самое главное, что Даниил получил свой кайф, а Руслану если мало — пусть ищет, чем еще себя развлечь.       — Всё? Выдохся? — не без явного подъеба спрашивает принц, злобно ухмыляясь. — Можешь идти получать свою пулю в лоб.       Но про себя Руслан признаётся, что будет скучать по этому солдатику. Видимо, потому, что он был почти такой же поехавший. Чувства? Навряд ли. Скорее, ощущение, как будто теряешь свою любимую вещицу — через какое-то время найдешь новую, хотя и эта была совсем ничего.       В ответ Поперечный пожимает плечами.       — Не уверен, но тебя больше не хочу, — отвечает он и наконец поднимается с кровати. А какая разница, что говорить, если все равно он опять идет флиртовать со смертью. — Знаешь ли, всем можно пресытиться. Вот, собственно, и меня эта участь не обошла.       Он хмуро усмехается и выходит из спальни. У него плохое предчувствие, словно в этот раз действительно что-то произойдет. Солдат поспешил отогнать мысли — это все утром. Сейчас нужно выспаться. Вряд ли в ближайшее время он сможет себе это позволить.       Принц невольно задумывается над судьбой солдатика. В этот раз же точно помрёт. Завтра генерал будет толкать напутственную речь солдатам, пытаясь пробудить в них патриотизм и сделать пушечным мясом.       Руслан ухмыляется. А что, если?.. Отличная идея.       Утром, при полном параде, принц спускался с дирижабля, чтобы успеть на речь генерала.