Гость

      У меня перехватило дыхание, а сердце гулко стучало где-то в ушах. Я ощущала странную смесь из страха и возбуждения. Его голос… Его злой, раздраженный, властный голос понравился мне ничуть не меньше, чем мягкий и соблазняющий.       Чёрт.       Я дрожащими как лист руками положила трубку и отошла от телефона.       Да, я прекрасно понимала, что всего лишь одно слово Майкла, и наш отель можно закрывать. Это с одной стороны. Но с другой, во мне поднималась жгучая волна обиды и гнева. Кого он из себя возомнил, поп-звезда недоделанная?! Какое право он имеет со мной обращаться так, словно я ему девочка на побегушках?! То что у нас с ним был секс, ещё не означает…       Телефон на стойке зазвонил снова, и я буквально подпрыгнула от его пронзительного надрывного звука.       — Педро, ответь, пожалуйста!       Я вихрем сорвалась с места и, сильно сжав кулаки, направилась по коридору в сторону лифтов. За спиной продолжал надрывно звенеть телефон.       — Лилиана, но…       — Педро, у меня одно очень важное и срочное дело!       Я была полна решимости разобраться с мистером Джексоном раз и навсегда!       В какой-то момент звук телефона смолк, и я, словно это был какой-то тайный сигнал, побежала. Сама не знаю почему, но я пробежала мимо лифтов в сторону лестницы и начала быстро подниматься по ней на четвёртый этаж.       Мысли о Майкле раздирали меня изнутри, причиняя почти физическую боль, а подъём по лестнице хоть немного, но отвлекал. Моя гордость и здравый смысл твердили о том, что надо подняться наверх и наорать на него за то, что он обращается со мной, словно я какая-то сабмиссивка, которой он может повелевать и приказывать делать то, что он пожелает. Но в тоже время моё чувственное начало нашептывало бежать наверх и быть такой же сговорчивой и покорной.       Итак… Я добралась до его номера, едва успев отдышаться по дороге. После первого же стука, дверь распахнулась, и всё моё мужество вмиг испарилось, а с ним и желание повысить на Майкла голос.       — Привет, Лилиана, — он смущенно улыбнулся и отошёл в сторону, пропуская меня внутрь.       — Привет, Майкл.       Я с трудом сделала пару шагов и прислонилась спиной к стене, не в силах даже пошевелиться. И я смотрела на него во все глаза.       Сегодня он выглядел совсем иначе. Красиво уложенные смоляные кудри, вихрем осевшие на сильных плечах, слегка подведенные чёрным миндалевидные карие глаза. Кожа на лице была гладко выбритой и идеально ровной, скорее всего из-за тонального крема, но я не была в этом уверена. Теперь он был похож на того самого Майкла Джексона, которого знал и любил весь мир.       Одежда на нём тоже была другой, более в его неповторимом стиле. Чёрная шёлковая рубашка, расшитая серебряной нитью и стразами, лакированные туфли со вставками из серебристого металла, и брюки, которые словно вторая кожа обтягивали его длинные ноги, узкие бёдра и… Вчера вечером я получила ясное представление о его размерах, но в этих тонких обтягивающих штанах он казался ещё больше.       Я, густо покраснев от своих непристойных мыслей, подняла глаза и тут же встретилась с его смеющимся взглядом. Он понял, куда я только что смотрела, боже, какой ужас…       — Ты сказал, что уничтожишь наш отель, — попыталась я хоть как-то сгладить неловкость момента.       — Что? — его глаза округлились и он протестующе замахал руками. — Боже мой, Лилиана, конечно же нет! Я не собираюсь этого делать. Просто… Просто я не знал, что ещё придумать, чтобы ты пришла сюда. И это сработало. — Ага, сработало. Я старалась не смотреть на него. Он был прекрасен, как солнце, и я боялась ослепнуть. Перед глазами и так уже плыли чёрные пятна, которые бывают от того, что неосторожно посмотришь на яркое небесное светило, но это, скорее всего, от нервов и недосыпа.       — Для чего тебе, вообще, было нужно, чтобы я пришла, Майкл?       — Не знаю. Просто хотел тебя увидеть ещё раз. Или это противозаконно?       Он вновь застенчиво улыбнулся и пожал плечами. Клянусь богом, он даже слегка покраснел! И мне начало казаться, что прошлым вечером со мной был не настоящий Майкл Джексон, а его более решительный и страстный двойник. И если уж совсем откровенно, мне хотелось вернуть того, первого.       Мы молча смотрели друг на друга, и эта немая сцена безобразно затягивалась, пока я вдруг не поняла, что именно мне Майкл предоставил право выбора. Скажи я ему сейчас «нет», он меня и пальцем не тронет, я уверена. Но он ясно дал понять, что хочет меня видеть и, что скорее всего, не только видеть, осталось решить, чего же хочу я.       — Аня, объясни мне, что происходит? — его глаза искали встречи с моими, но я тщательно отводила взгляд. — Я чем-то тебя обидел?       — Эм… Ничего не происходит. Просто очень много работы. Прибыла делегация из полицейского департамента и… — Майкл подошёл слишком близко, и я шумно втянула ноздрями воздух. — Эти гости очень важны для нас.       — Аня, пожалуйста, не ври мне…       Его пальцы нежно коснулись моей щеки, убирая прядь волос. Волнующий запах мужского парфюма приятно защекотал ноздри. Что это, сандал, мускус?       — Я не могу перестать думать о тебе… — моё самообладание окончательно треснуло по швам, и я судорожно глотнула ртом воздух. — Я просто не могу перестать думать о тебе, Майкл.       — Это хорошо, Аня, — прошептал он, невесомо касаясь губами моей щеки. — Это очень хорошо. Я тоже… Всю ночь думал о тебе.       Его тёплые, нежные губы нашли мои, и всё остальное стало неважно. Неважно, что скажут родители, если узнают. Неважно, считает ли он меня безнравственной и легкодоступной шлюхой. Неважно, что уже завтра он покинет наш отель, и мы больше никогда не увидимся. Важно только то, что здесь и сейчас.       Его губы с такой страстью впились мне в шею, что назавтра точно останутся следы от засосов. Но вместо того, чтобы хорошенько подумать об этом, я тихо застонала в ответ и крепко обвила руками его шею, притягивая ещё ближе.       Уже через пару минут моя юбка так естественно оказалась в районе талии, а его пальцы совершенно бесцеремонно нащупали кусок атласной ткани между моих бёдер.       — Какая пустая трата шёлка, — пробормотал он, срывая мои стринги и забрасывая их куда-то вглубь комнаты. — Тебе они ещё долго не понадобятся.       Я не успела что-либо возразить, так как его губы увлекли меня в новый страстный поцелуй, а пальцы принялись творить что-то совершенно невообразимое с моим набухшим от возбуждения клитором.       Я громко застонала, наслаждаясь каждой секундой его откровенных ласк, наслаждаясь тем, как сильно он жаждал моего тела, как подчинял его себе, делая своим. Я хотела лишь одного, чтобы он касался снова и снова, и когда два его пальца резко вошли в меня, я ещё сильнее сжала его плечи и протяжно застонала, ничего более не стесняясь.       — Тебе нравится это, Аня? — его томный шёпот над самым ухом, казалось, забрал последние остатки моего разума, и я не смогла произнести ни звука.       Тогда его пальцы остановились, и он повторил вопрос:       — Я спрашиваю, тебе это нравится?       — Да, сэр… Майкл… пожалуйста…       Его язык проложил жаркую дорожку вдоль моей шеи к подбородку, а пальцы начали так быстро и резко входить в меня, что я почти закричала от наслаждения.       — Да… сейчас… — его пальцы совершили последнее движение, и мне показалось, что я вижу и чувствую рай.       После долгой и бурной разрядки всё моё тело разом расслабилось, ноги подкосились, и я начала быстро проваливаться в сон. Его руки подхватили меня, удерживая на месте, и я отчаянно цеплялась за реальность, но усталость оказалась сильнее.       — Господи, Аня, — услышала я его сдавленный смешок, — чем ты занималась ночью?       — Чистила бассейн, — честно промямлила я, и прежде, чем провалиться в небытие, услышала ещё один его смешок.

***

      Боже, как же хорошо! Мягкая, словно облако, постель пахла свежестью альпийских лугов. В комнате царили приятные полумрак и прохлада. Я сладко потянулась и лениво приоткрыла один глаз.       Майкл стоял у окна, спиной ко мне, и я начала незаметно им любоваться. Красив как бог, и почему он выбрал именно меня?       — Привет.       Я погрузилась в махровые дебри самокопания и даже не заметила, что он повернулся и смотрит на меня.       — Привет. Который час?       — Уже половина четвёртого.       Мои глаза округлились от шока, и я резко села в кровати. Вот же черт! Я была абсолютно уверена, что вздремнула полчасика, не больше, и на такой ответ я уж точно не рассчитывала. Полчетвёртого, с ума сойти! Меня нет на рабочем месте почти четыре часа! Что думают обо мне мои родители?!       Я рассеянно провела рукой по растрёпанным волосам. Наверное, я выгляжу сейчас как то ещё пугало. Я проснулась в одежде, значит Майкл просто перенёс меня из гостиной в спальню и положил на кровать. Как это по-джентльменски.       — Господи, Майкл. Почему ты меня не разбудил? Почему ты вообще позволил мне спать в своей кровати? Мои родители, скорее всего, места себе не находят.       — Тебе не о чем волноваться, с твоими родителями я всё уладил.       Я вопросительно уставилась на него, на что Майкл вздохнул и продолжил: — Пока ты спала я сходил на ресепшен и побеседовал с твоей мамой.       — И ты сказал ей, кто ты есть на самом деле? — я ядовито ухмыльнулась.       — Ну, мне пришлось.       Я прекратила ехидно улыбаться и в ужасе уставилась на него.       — И что ты ещё ей сказал?       — Что мне очень понравился отель, особенно спа-центр, — Майкл издал довольный смешок, а я вновь залилась краской. Краснеть в его присутствии, похоже, становится моей привычкой. — А ещё я сказал, что здесь великолепный персонал, очень дружелюбный, отзывчивый и ответственный. Сказал, что мы вроде как сдружились с тобой… — его глаза засияли озорным блеском, в то время, как моя челюсть отвисла. — Я сказал, что очень тонко чувствую людей и очень плохо с ними схожусь в силу многих объективных причин, но твой безупречный профессионализм покорил меня с первых секунд общения. Поэтому именно тебе я доверил одно весьма важное для меня поручение, для которого потребовалось уехать в Мадрид на несколько часов.       Я с напускным недовольством скрестила руки на груди, на самом деле испытывая огромное облегчение. Майкл очень ловко выкрутился, надо отдать ему должное, и, возможно, моя репутация в глазах родителем ничуть не пострадает.       — Ты профессиональный лжец, ты знаешь это?       — Зато ты выспалась. Как себя чувствуешь? Лучше, надеюсь.       — Да, намного, спасибо.       — Ты не перестаёшь меня удивлять: обычно это мужчинам свойственно засыпать сразу же после секса, — он всё-таки не выдержал и тихо рассмеялся.       Гаденыш.       Я сгребла с кровати первую попавшуюся подушку и метнула её в Майкла, но он ловко увернулся и лишь рассмеялся ещё громче.       — Я в душ, — промямлила я, выползая из постели. На его шикарном фоне я чувствовала себя словно пустынный кактус рядом с благоухающим кустом роз.       — Не смею задерживать. Смотри, не заплывай далеко.       Его слова заставили меня вспомнить про бассейн, и я, мучительно краснея, скрылась за спасительной дверью в ванную.