Не смотри

- Ты это слышал? — голос Сержа отчетливо дрогнул. - Слышал, — кивнул Сережа и попятился. - Точно должно быть какое-то объяснение. Не может же это все само… — Серж напряженно вглядывался в узор на обоях, как будто пытаясь рассмотреть что-то сквозь переплетение линий, сквозь слои штукатурки и стылый бетон. Разумеется, у него ничего не вышло, и Серж тоже опасливо отступил. Они уже битых пятнадцать минут стояли у стены, за которой продолжал раздаваться нестройный стук молотка. И ясности не прибавлялось. Обойдя свой дом по кругу и убедившись в правдивости Мишиного рассказа, они, не сговариваясь, вошли обратно в подъезд, молча поднялись в лифте, так и не расцепив рук, и каждый надеялся, что в квартире их встретит тишина. Тогда можно будет продолжать строить гипотезы про строителей хоть до утра, а потом смеяться, что весь дом в их распоряжении и этим грех не воспользоваться, потому что они ни разу не трахались в лифте. Перспектива жить здесь одним пугала уже не слишком, не так, как перспектива оказаться втянутыми в сюжет идиотской крипипасты из интернета, в которой источник неизвестных шумов герои так и не успевают обнаружить, потому что либо сбегают, либо бесследно исчезают. Но надежды, как и опасался Сережа, не оправдались, шум за стенкой не умолкал. - Я отсюда никуда не уйду, — точно прочитав его мысли, сказал Серж. — И знаешь что? Нам нужно пойти и проверить! Прямо сейчас, ты, может, и хочешь жить в неизвестности, а я вот не очень. - Не хочу я жить в неизвестности, — на самом деле Сережа врал, меньше всего ему хотелось подходить к той злополучной двери, но струсить перед Сержем он не мог, поэтому, снова не давая себе времени на раздумья, вышел в коридор первым. На лестнице царила все та же непроглядная тьма, а освещенный коридор только нагонял жути — казалось, они очутились на крошечном островке весьма условной безопасности, а со всех сторон их окружают затаившиеся голодные фигуры, и Сережа буквально чувствовал на себе их липкие взгляды. Серж, кажется, тоже что-то почувствовал, потому что они снова взялись за руки, не сговариваясь, и так же вместе неуверенно приблизились к соседней двери. Звуки, доносившиеся оттуда, и не думали умолкать, даже после того, как Сережа несколько раз позвонил и для верности гулко стукнул по холодному металлу, скривившись от боли в руке. - Соседи, открывайте, — крикнул Серж и никакого ответа, естественно, не дождался. - А помнишь, как риэлтор сказала, что соседи такие приличные, что мы их даже не увидим? — слишком тихо, почти шепотом спросил Сережа. - Ага, смешно, я ей завтра позвоню, пусть объясняет свои шуточки. — Серж выглядел скорее раздраженным, чем напуганным, он взялся за ручку и несколько раз от души дернул дверь на себя, пытаясь привлечь к себе внимание. Дверь скрипнула и приоткрылась. А стук все не замолкал. - Пошли, посмотрим, что там за хрень, — решительно сказал Серж и первым сделал шаг в темноту. Сережа на секунду запаниковал, представив, что эта тьма сейчас проглотит Сержа и его никогда не найдут, даже представил, как будет отчаянно бегать по этажам, открывая двери всех попавшихся по дороге квартир, звать его, но в ответ слышать только глухие шорохи и сухое, неразборчивое бормотание, а потом и сам исчезнет, попадет в нескончаемый кошмар, полный дверей, теней и безжизненного гудения ламп дневного света. - Ты чего там застыл? — раздалось из тьмы, и в прихожей вспыхнул свет, открывая взгляду голые белые стены, абсолютно чистый пол и смешно щурящегося Сержа. — Не видно нихрена, еле нашел выключатель. - Задумался, — машинально ответил Сережа, ругая себя на чем свет стоит за идиотские фантазии, словно ему не тридцать лет, а десять, и то с натяжкой. - А если бы меня сожрали жуткие твари, пока ты там думаешь? — Серж рассмеялся, несмотря на звуки, все еще доносившиеся из дальней комнаты, квартира ощущалась абсолютно пустой. - Пойдем уже, посмотрим, что там, — Сереже стало настолько за себя неловко, что он первым прошел по темному коридору, распахнул дверь и, нащупав выключатель, зажег свет. Комната была абсолютно пуста. - Это что еще такое? Смотри, — Серж указывал на пол, туда, где секунду назад, Сережа был готов поклясться, не было ничего. Теперь там лежал планшет, подключенный к колонке. Именно из колонки и доносились стуки молотка и гудение дрели. - Это даже круче, чем в твоей статье про пустые дома, зачем вешать шторы и свет включать, можно, вон, таймер установить, и этого вполне достаточно для лопухов вроде нас с тобой, — Серж выдернул шнур из розетки, с неприязнью повертел планшет в руках и выключил его. — Я же говорил, что всему есть объяснение. Сережа в ответ только кивнул, стараясь поменьше думать о том, что в тот момент, когда вспыхнул свет, на полу совершенно ничего не было. Наверное, просто не обратил внимания, и на шрам тоже, и на окна, которые почему-то в его памяти были ярко освещены. Раньше он за собой такой рассеянности не помнил. Но факты есть факты. - Пойдем отсюда, — пробормотал Сережа. — У тебя телефон риэлтора остался? Позвони ей завтра, пусть объясняет, что за хрень она тут устроила. И сверху пусть забирает свои гаджеты, хоть поживем в тишине, без этой всей имитации бурной деятельности. - А мы сейчас сами оттуда все заберем, гулять так гулять. Раз этот дом только наш. Погасив свет и закрыв за собой дверь, они поднялись на этаж выше, но квартира, расположенная над ними, была заперта, впрочем, и так уже было ясно, что звуки стихнут в десять вечера, как и обычно. - Ту дверь, видимо, запереть забыли, — Сережа нажал на кнопку лифта, спускаться по лестнице, даже всего на один этаж, отчего-то не хотелось. - Завтра позвоню, пусть заканчивает этот театр, раз уж все всплыло. И я, знаешь, не против уже пожить без соседей, лишь бы без чертовщины, хотя я бы и призракам домовых объяснил, что у нас вообще-то ипотека, а на первый взнос мы сто лет копили, и я с места не сдвинусь. - Вот, кстати, о чертовщине — лифт-то ездит постоянно, а сам слышал. — Сереже очень хотелось поверить, что это все ерунда и его фантазии, ну, подумаешь, оказались вдвоем в новом доме, ничего же с ними не случится, замок внизу хороший, его так просто не сломаешь, и дверь запирать они не перестанут. Зато тишина и, кстати, никаких подозрительных взглядов на предмет живущих вдвоем взрослых мужиков. - В нем наверняка тоже какой-то таймер, чтобы механизм не застаивался, пока здесь только мы с тобой, — легко отмахнулся Серж и тут же сделался серьезным. — Кстати, у меня вопрос и он же предложение: Муравьев, ты когда-нибудь трахался в лифте? - Трубку не берет, — мрачно констатировал Серж на следующий день, когда они вышли в курилку. — Вот же зараза, наверняка чувствует, что мы обо всем узнали и придется объяснять весь этот цирк. - Я вообще не удивлен, — хмыкнул Сережа; вчерашние страхи, особенно после того, что они все же сделали в лифте, причем в процессе осквернения общественной собственности Серж бессовестно стонал на весь дом, казались ему глупостью и плодом собственной мнительности и невнимательности. Он и то, что Серж подстригся в последний раз, заметил только после того, как тот ему об этом раздраженно поведал, а еще о том, какой Сережа козел и похож на мужа из анекдотов. — Было бы странно, если бы она взяла трубку, вежливо извинилась, а потом подарила бы тебе этот планшет и колонку, между прочим приличную, за причиненный ущерб. - Кстати! Вот ты правильно говоришь! - Что я говорю? — не понял Сережа. - Что надо это барахло из соседней квартиры себе забрать, как трофеи. Пусть потом докажет, что оно вообще было или что это мы. Она ж с нами не разговаривает. - Трубецкой, тебе не идет быть мародером. - Все мне идет! Я, может, только и жду конца света, чтобы начать обносить магазины, а тут такой повод удивительный. Заодно посмотрим, что там, в том планшете. Однако посмотреть им не удалось — вечером дверь была заперта, а из квартиры больше не доносилось ни звука. - Вот же сволочь, видимо, приходила и поняла, что притворяться больше нет смысла, так и не поимели мы с тобой, Сережа, с этого ничего, кроме расшатанных нервов. - И расшатанного лифта. - Если тебе понравилось, я готов повторить, — с энтузиазмом отозвался Серж, — так и знал, что в тебе таится необузданное животное, за всей этой напускной милотой. Сереже хотелось бы думать, что все странности на этом закончилось, и поначалу так действительно казалось: звуки из квартир их больше не беспокоили, как будто и правда отпала необходимость в том, чтобы заставлять их верить, что кроме них в доме есть еще люди. Лифт продолжал ездить без всякой системы, по крайней мере Сереже так и не удалось вычислить какую-то последовательность, иногда он останавливался и на их этаже, и Сережа смутно радовался, что ни разу этого не случилось, когда он оставался один в общем коридоре, открывая или запирая дверь. Увидеть, как дверцы разъезжаются, и обнаружить за ними пусть и ярко освещенную, но пустоту ему не хотелось. Сережа в такие моменты задумывался о том, какими же пугающими могут быть обычные, привычные и знакомые с детства звуки, если хоть немного изменить заданности. И шаги, которые фоном слышишь, живя в многоэтажке, и их отсутствие, и даже лифт. Однако он старался удовлетвориться объяснениями Сержа: это действительно мог быть специально установленный таймер или, наоборот, технический сбой, который никто не считал нужным устранять. Если кто и появлялся в их доме, происходило это лишь тогда, когда они были на работе. Коридоры по-прежнему сияли чистотой, свет исправно горел везде, где должен был, но это ведь могло быть и потому, что кроме них портить что-либо было некому. - Давай я выходной возьму или ты возьмешь, — неожиданно предложил Серж, которому ситуация не давала покоя по совершенно прозаическим причинам: он был полон решимости поймать злополучного риэлтора или хоть кого-то из персонала, потому что ни по одному из телефонов, указанных на визитке, ему не отвечали, и он предсказуемо начал закипать от собственного бессилия. — Посмотрим, что происходит днем. - Предлагаешь устроить засаду в подъезде? — скептически уточнил Сережа, который, хоть и рад был совершенно материалистическим настроениям Сержа, караулить неизвестных злоумышленников не имел никакого желания. К тому же втайне он был уверен, что никого они не увидят. - А что? У тебя есть идеи получше? - У меня вообще нет никаких идей и мыслей никаких нет, кроме мыслей о том, что по проекту мы не укладываемся в сроки. И я бы, честно говоря, лучше проспал весь день, чем вот это все. - Где твой дух авантюризма? Где этот человек, который ночью влез ко мне в окно, потому что скучал? - Ты жил на первом этаже, и я хотел доказать, что держать окна распахнутыми всю ночь не очень хорошая идея, — Сережа попытался сделать серьезное лицо, но они оба знали, что это не так и что Сережа влез тогда в окно, потому что был страшно влюблен и эти чувства как будто распирали изнутри и требовали выхода, желательно в виде безумств. - Не ври, ты умирал от любви! - Тем более, вот если бы я умирал от любви к бесполезной слежке, тогда наверняка очень бы сейчас оживился. Но увы, я постоянен в своих симпатиях, — Сережа был рад, что их разговор начал сворачивать в строну более приятных вещей, потому что у него была еще одна причина поменьше думать о ситуации, в которую они с Сержем угодили. Накануне ночью он вдруг проснулся и пошел на кухню попить воды. И, проходя мимо входной двери, испытал то же иррациональное чувство, что и перед дверью соседней квартиры. Ему вдруг очень четко представилось, как с той стороны невидимое нечто стоит и прислушивается. Просто ждет, не издавая ни звука, ждет, пока Сережа его заметит, чтобы вдохнуть холодную жуть, которой его окатит от этого осознания. По спине побежали колючие мурашки, и Сережа замер перед дверью, чувствуя себя как букашка под микроскопом. И то, что было за дверью, прекрасно знало обо всем, что он ощущает. Но не двигалось и ничем не выдавало своего присутствия, будто усыпляя его бдительность. В голову пришла абсолютно чужая, как будто не им самим сформированная мысль, что нужно просто подойти к двери и взглянуть в глазок. Убедиться, что в коридоре пусто, и все станет хорошо, и когти, сжимающие его внутренность, исчезнут. Сережа даже сделал осторожный шаг к двери, но тут же замер. Остановился, осознав противоестественность этого порыва: он ни в коем случае не хотел смотреть в глазок, более того, эта перспектива пугала до стыдной дрожи в коленках. Потому что он знал, что не увидит там никакого коридора, он увидит там только жадную тьму, готовую проглотить его целиком, или темную тень, стоящую у противоположной стены, уже не таящуюся и не скрывающую своих намерений. Морок развеял звук подъезжающего лифта, от которого Сережа дернулся, будто сбрасывая с себя наваждение, и поспешно ушел обратно в спальню, забыв и о воде, и обо всем остальном. В спальне он прижался к Сержу, который стал для него в эти минуты единственным осколком реальности, за который можно было ухватиться, и еще долго не мог заснуть, тщетно прислушиваясь к окружающей тишине. Проснувшись утром, Сережа не сразу вспомнил об этом происшествии, а вспомнив, уже привычно разозлился на себя за глупости и впечатлительность. - Слушай, давай проект сдадим и возьмем неделю отпуска, — предложил Сережа, устав сражаться с неугасимым энтузиазмом Сержа, — и тогда хоть следи, хоть засады устраивай, хоть мусор раскидывай, чтобы проверить, исчезнет он или нет. - Муравьев, а ты хорош, — оживился Серж, — я бы не додумался про мусор, и, кстати, у нас так и не было новоселья! - Это тоже как-то связано с мусором? - Это связано с ситуацией — мне вообще никто не верит, что я живу в пустом доме. К тому же наше положение просто идеально для того, чтобы закатить вечеринку с превышением допустимого уровня шума, никого нет, всем плевать. Мишу твоего позовем. - Это не мой Миша, я его видел один раз, — возразил Сережа, пытаясь выглядеть раздраженным, на самом деле ему нравилась беспочвенная ревность Сержа, который умудрялся иногда приревновать даже к чужим котам, которые слишком долго засиживались у Сережи на коленях. - Ну вот я тоже хочу посмотреть, один раз, мне надо определиться, подкат это был или он просто любопытный и сочувствующий сосед. - А ты разве не определился? Учитывая, что все, что он говорил, — правда, это подкат какой-то недопустимой сложности, к тому же я ему так и не позвонил. - Может, он терпеливый, мастер многоходовочек. Ну, или я хочу, чтобы он мой инстаграм раскрутил подешевке. По-соседски, так сказать. - Ты сейчас серьезно? — Сережа подозрительно взглянул на Сержа. - Конечно, я, может, фуд-блогером решил стать, сейчас вообще не модно работать на дядю. - Ты готовить-то сперва научись, сейчас ты как мем с собакой в огне, только это горит наша кухня! Серж хотел было гневно возразить что-то, но Сережа вовремя притянул его к себе и поцеловал, и инцидент как-то сам собой забылся, Серж всякий раз словно заново изумлялся тому, как, несмотря на все подколки, Сережа готов любить его любым, даже в качестве своей личной кулинарной катастрофы, и сдавался без боя, забывая, на что вообще злился. Чем Сережа беззастенчиво пользовался, едва ситуация хоть немного накалялась.