Tears of love are frozen tears

- Я не хочу, чтобы был кто-то еще, - вздыхает Феликс. Он даже не понимает, что произносит это вслух. И как жадно и страшно это звучит, тоже не понимает. Только ему правда хочется сейчас, чтобы они были друг у друга - и все. И больше никого. Ему больше никто не нужен, раз у него теперь есть Чимин, так пусть и Чимину будет тоже нужен он один. Сейчас невозможно помнить, что это так не работает, что у него нет никакого права так даже думать. Он ведь хотел забрать Чимина в свою жизнь и оставить навсегда - а теперь еще и хочется, чтобы он был только его. Как бы это ни звучало, да... Нужно, наверное, и правда лечь. Пока в голову не пришло что-нибудь еще более больное. Но как отпустить Чимина? Как заставить себя отстраниться, не вдыхать запах его кожи, не тереться носом о его волосы? Слишком сложно... И заснуть хочется вот так же, рядом, тогда будет тепло... Это все-таки хоть немного просачивается в сознание, и Сонхва смущенно отстраняется, смотрит виновато и почти испуганно, все-таки не убирая руки совсем. - Я не могу тебя отпустить, - тихо произносит он, явно снова теряясь. Во взгляде какая-то ужасная мешанина из мыслей и желаний, и видно, что он действительно не может - хочет, потому что страшно, потому что непонятно, но все-таки не может перестать обнимать Чимина. Это ему слишком нужно, и силы воли просто не хватает, чтобы разорвать эти объятия. - Прости, я правда... Нет, не нужно постельного, ничего не нужно. Я просто лягу, я... Можно мне хотя бы держать тебя за руку? Я не понимаю... Он вздыхает совсем жалобно и беспомощно и вместо того, чтобы встать, снова обнимает Чимина крепче и притягивает его к себе. Цепляется за его одежду, будто его вот прямо сейчас отбирают, это почти паника, его трясет, а что делать - он не понимает, совсем не понимает ни это состояние, ни себя. Но когда Чимин так близко, точно легче. И только это и понятно.

***

Внутри Сонхва - такая огромная пустота, она смотрит через его глаза, и Чимин почти пугается того, что его внезапно вспыхнувшей любви не хватит, чтобы эту пустоту если не пересилить, то хотя бы уменьшить. И теряется, понимая, что говорить о том, что он тоже хочет почти так - рано. Потому что ему не нужен никто другой, кого он сможет любить - но он всегда мечтал, что у него в новой жизни будут друзья. И сейчас тоже хочет, ведь это настолько про разное, что даже сравнивать невозможно. И он не может сейчас ни пытаться объяснить Феликсу эту разницу, ни пообещать, что не будет совсем никого - чувствует, что Феликс и пустота внутри него могут понять все совсем не так. Потому что Сонхва ее боится - и это заметно. И то, как он его обнимает, как не может отпустить... - Не отпускай, - как же хочется быть совсем честным с этим человеком! Хотя Пак понимает, что он ведь не лжет. Недоговаривает, но разве то, что он чувствует, не включает так много разных граней? - Если бы ты только мог не отпускать меня никогда... - это он говорит совсем тихо, просто не может не сказать, прижимает к себе Сонхва и понимает, что сейчас уже не до его желаний, сейчас самое главное - не отпускать, не оставлять его наедине с его болью. - Давай разложим диван и я лягу рядом? - предлагает Чимин и надеется, что его внезапно обретенный самоконтроль никуда не денется. - Хочешь? Так будет лучше? "И даже если все окажется больным сном, у меня останется хотя бы ночь, когда ты был так близко. Потом, когда ты узнаешь... Ты или примешь меня таким, или возненавидишь, ведь тогда ты точно поймешь, что я чувствую. Даже если узнаешь не от меня, разве можно будет не понять, не переосмыслить? И как бы это ни было тяжело, я не могу не признавать, что этот вариант вполне возможен. И если потом ты меня возненавидишь... Засыпай, Сонхва. Засыпай так крепко, чтобы я мог любоваться тобой всю ночь. Возможно, я даже решусь поцеловать тебя, но только если ты уснешь". - Если не хочешь, я посижу рядом, я не уйду, - да, выплеснуть чувства в танце можно будет и позже. - Только сначала нам надо проверить все двери, унести лишнее и вообще... Естественные надобности никто не отменял. А еще Чимин никогда не любил спать одетым в уличное, да и работать ему завтра, так что хорошо бы найти хоть что-то. Что-то же здесь должно быть? Его или Зигги, не так важно, но хоть какие-то старые спортивные штаны с футболкой? Думать о мелочах. Бытовых и простых. Чтобы не кусать губы от мысли о ночи рядом с человеком, которого он так хочет. Не здесь. Не здесь...