Фиолетовая душа

      Всё хреново.       Не-а, так вы, наверно, не поняли.       Всё ахуеть как плохо.       Если этот гомункул и вправду было создан специально для моего убийства, то ситуация складывается хуже некуда.       Моего персонального киллера в данный момент сковывал лёд, из которого он, к счастью, выбраться не мог. По крайней мере, не сразу.       Ко мне, минуя лежачие трупы, подкатили мои друзья.       — Что это за монстр? — быстро спросил Хард, заковав вырывающуюся тварь ещё сильнее.        — У меня есть для вас две новости. Одна хорошая, другая похуже, — не даю времени на ответ, с натянутым спокойствием продолжая. — Хорошая — похоже, я убил местного вождя, и набеги прекратятся в принципе. Похуже делится на две части. Первая — этот монстр контрит все мои атаки, чтобы я ни делал, имеет безумную скорость и гибкость. Вторая — я сейчас смертельно устал, пережив одно истощение и получив трещину на ребре и сломанную правую руку. Вопрос такой, господа хорошие, — мой голос дал слабину, и я запнулся. — Делать что будем?        — Сбежим? — предложил Джервис, пока Сихард наращивал новые слои льда. Казалось, тварь зверела с каждой неудачной попыткой побега, становясь всё сильнее и сильнее.         — Если та скорость, что он показал, является для него базовой, то ни шанса. Нас просто догонят и растерзают…       — Аккуратно!       Мы прыгнули в рассыпную, уворачиваясь от рывка врага, что поскользил дальше. Удобная эта штука, лёд.       — Ладно, — существо, кажись, начало понимать принцип такой местности и остановилось, вонзив свои лезвия-лапки в лёд. — Я утаил от гоблинов только одну способность…  Задержите его.       Немного страшно оставлять их против настолько сильного противника, но мне и времени необходимо мало.       Выпрямляюсь в полный рост, стараясь отрешиться от боли и недостатка магии. От волнений, страхов, напряжения на сердце. Остаюсь я и только я.       С выдохом ночного воздуха открываю глаза. Мир снова приобретает свой «слоистый» оттенок. В моём состоянии нагрузка глюк-мода отдаёт неприятной пульсацией в голове, но такова плата за такую способность.       Идею превратить тварь во что-то другое сразу отпадает: слишком оно далеко. Обмотаться нитями не дастся, сразу вырвется, не дав мне время на какие-либо действия. А лишней магии на пробные атаки у меня нет.       Значит придётся преобразовывать воздух.       В данный момент Сихард с двух рук пускал струю огня, да настолько большую и интенсивную, что монстр по-немногу отступал назад (лёд по понятным причинам растаял), а Джонс пускал по появившейся воде жёлтую энергию. Судя по утробному рыку, такая ситуация твари нравилось не очень. Однако не было похоже, что оно получает какие-нибудь ранения, созданию гоблинских биоинженеров или, по-простому, шаманов было лишь больно, отчего злость его росла.       Создаю в округе десятки высоких и тонких лезвий с интервалами примерно пять метров, внутренне чувствуя, что приближаюсь к той отметке, после которой мне станет по-настоящему «бо-бо».       Не испытываю стойкость своих товарищей, а приступаю к делу, рабочей рукой беру и наматываю нити, используя в качестве точки опоры те самые лезвия, мысленно погладив себя по голове за такую хорошую идею.       Управлять нитями одной рукой довольно не удобно, но опыт у меня имелся, серьёзная благодарность Джервису, так что выдёргиваю друзей из будущей атаки. Монстр глядит на окружающий его металлический лес с фиолетовыми верёвочками заместо листьев как на чудо света, явно не ожидав от меня таких приколов.       Мгновение его промедления и он окружён магмой. Настолько горячей, вязкой и ядовитой насколько я смог себе позволить.       Создать из не слишком плотного газа густую жидкость — затея не из дешёвых, что с радостью подтвердит мой резерв, заполненный на одну десятую. Да, раньше я называл подобный объём немалым, а сейчас так и вовсе он громаден, но эффективно применить его — или хоть как-то применить — я не смогу. Всё тело болит, а то, что серьёзно ранено так и ломит, словно это я сам окунулся в лаву, а не враг. Мне начинает казаться, что что-то вне тела тоже чувствует дискомфорт.       Не позволяю магме литься вниз, держа её под контролем. Тварь агонизирует, бьётся в конвульсиях, страдает от недостатка кислорода, но я не отпускаю. Я доведу дело до конца.       И все же, моя настойчивость дала сбой.       Меня скручивает от боли, но я терплю, удерживаясь на ногах. Но не удержав магию.       Существо вырывается из горячейшей тюрьмы, устремившись на максимальной скорости ко мне. Хард чудом замечает это и поднимает руку, намереваясь заморозить монстра в прыжке, но не успевает, лишь охладив его.       Мощнейший удар ноги выбивает из меня последние силы и отправляет в полёт.

***

      — Почему меня не выпускают на улицу? — тихо спросил маленький я, уткнувшись взглядом в кухонный стол.       ??!!? роняет нож, начиная дрожать, прикоснувшись рукой к лицу. Маленький я не замечает, точнее, не понимает всего этого, но сейчас мне было очень стыдно за этот вопрос.       — Э-э-э… расскажи лучше о сегодняшних занятиях. Доктор ??!!? сказал, что тебе есть чем похвастаться.       И маленький я начинаю радостно щебетать, забыв про первый вопрос.       Окончательно отключился я не от чудовищной боли, а с улыбкой на лице и теплом внутри.

***

             Подростки с ужасом стояли перед монстром, пошатываясь, поднявшемся на ноги. Кожа расплавилась и обуглилась, а резкий перепад температур, вызванный Сихардом, сделал ещё хуже.       Твари было больно даже существовать, не то что двигаться, но инстинкты не позволяли свернуться калачиком на земле, дождавшись начала регенерации, а требовали добить добычу.       Люди понимали, что вдвоём справиться с топающей к ним угрозой они не смогут из-за серьёзных ран и лучшее, что они могут сделать — побег с приоритетной задачей найти тело своего друга. Желательно живого.       Джервис сорвался со своего места и с размаху ударил кастетом в то место, где у нормального человека должно быть ухо. Монстр свалился с ног, но, как оказалось, специально, задумав ударить с низа. Аристократ тоже не стал бездельничать, водным щупальцем заключив ноги бывшего человека, спасая своего друга. Атаковал он ногами как единственным оставшимся — жучиные лапы с лезвиями сгорели или остались в магме.       Водный маг, не став ждать, поднял врага в воздух и тут же впечатал его в землю. Чудовище не успело среагировать, как вода окружила его и обездвижила, превратившись в лёд.       Даже не переглянувшись оба человека побежали в то направление, куда улетел Хиор, одновременно друг с другом поняв, что лучшего шанса на побег выпасть им не может. Хруст льда, однако, с этим согласен не был.       Уворачиваться было уже поздно, понял Джонс, когда, повернувшись, обнаружил тварь, несущейся со всей доступной ей скоростью на него.       Удар громадной кости, выросшей из земли, спас его в самый последний момент, оттолкнув атакующего в противоположное направление. Он кубарем пролетел десяток метров, прежде чем остановиться и непонимающе начать оглядываться. Но не прошло и секунды как очередная кость, на этот раз появившиеся в воздухе, втолкнула его в землю.       Обернувшись на шлепки воды, люди увидели их друга, стремительно бегущего к ним одновременно отплясывая по водной глади своеобразную чечётку. Приблизившись, он прыгнул, прокрутившись вокруг своей оси над своими друзьями, всерьез задумавшихся о чистоте его рассудка, и приземлился между ними и монстром, приложив ладони рук к земле, что вызвало ещё больше костей, которые удерживали врага в неподвижном положении.       — Я вернулся, сучки! — покрутив в обеих руках призванные только что кости, гордо выпрямился тот, кто сейчас занимал тело Хиора.       Удивились все. Даже прекратившая на секунду попытки вырваться тварь. Хоть и по другим причинам нежели остальные.       Секунда прошла, а клетка рассыпалась от рывка монстра, намеревающегося добить излишне живучую добычу.       — Бонк, — невозмутимо произнесла «добыча», взмахом оружия отправив противника в лежачее состояние. — Если, — очередной удар, — тебя, — все попытки встать тут же пресекались, — нельзя, — казалось, если бы тварь могла встать, то тут же сбежала, — разрезать, — удар, — то, — удар, — я, — удар, — размажу!       Методично избивающий тварь Идрис, не успев предотвратить удар остатками правой руки, отпрыгнул к шокированным соратникам, оценивающе оглядывая проделанную работу.       Получив свободу перемещения, монстр скрючился в позе эмбриона, неудержимо кашляя кровью.       — Да оно же… оно… Выхаркало своё лёгкое и всё ещё живо?! — удивился душевой паразит на существо, что с хрустом поднималось на ноги, вправляя деформированное тело в норму. — Этот, как его… Хард!       — Моё внимание.       — Намеренное открытие планов ведь не было бахвальством? — возмущённый взгляд аристократа. — Ладно-ладно, в таком случае, открывай.       — Разве ты… — хотел что-то уточнить Джервис.       — Не я! — грубо прервал его Идрис. — У меня осталось очень мало времени… магии. Я имел в виду магию! Так что нужно сбегать, заняв чем-нибудь это шаманское отродье, — "отродье" снова оказалось обездвиженным. — Поторопитесь.       — О великие Сёстры, если вы можете быть в этом проклятом мире, помогите мне, — устало сказал аристократ и закрыл глаза, концентрируясь.       Ничего не понявший Идрис повернулся к Джонсу, но тот лишь махнул рукой.       Тело Сихарда стало нагреваться и краснеть. Он вытянул руки с расправленными ладонями в сторону монстра, что узнал этот жест, начав вырываться ещё активнее, вызвав напряжённый рык Идриса. Наконец, юный представитель аристократии открыл свой красный глаз.       — Отойдите.       Идрис с Джервисом послушно отступили.       На огонь, созданный Хардом, было больно даже смотреть, не то что прикасаться, так что цель поражения заревела неразборчивым криком боли, ослабив попытки вырваться.       — Ловите меня, — произнёс Идрис, прекратив магически поддерживать костяную хватку. Обессиленное тело поймал Джонс, едва успев среагировать.       — Ну же… Давай же… — шипел огненный маг, пропуская через себя горы чужой маны, даже половину которой не тратил на атаку. Иначе бы его тело не выдержало. Спустя полминуты, казавшихся всем вечностью, на земле появилась огненно-красная трещина, давшая знак. — Бежим! — выкрикнул он, прекратив атаку.       Джервис перекинул свою ношу через плечо и вместе с Сихардом побежал в случайном направлении, оставив едва живую тварь в одиночестве.       Монстр, видя, что его добыча весьма успешно ускользает, разверел, но в погону не бросился, недоумённо глядя на что-то склизкое и оранжевое, что пристало к его ноге. Стряхнув это живое нечто, тот повалился на почему-то красную землю от удара по голове. Подняв взгляд вверх, тварь увидела летающих на крыльях маленьких созданий, стремительно бьющихся об него своими телами.       Стряхнутой и забытой слизи стало больше, и та стала распространяться по поверхности тела, втягивая существо в землю.       Древний дух Ах’Огорум был впервые повержен, но не убит. И он точно придёт за своей добычей, даже если ему придётся выбраться из самого Ада.       Когда-нибудь…       Он вернётся.       — Я тебе не мешок с картошкой, — слабо негодовал Идрис на Джервиса, что нёс его.       Ответа ему не последовало, так как остальные были слишком заняты бегом, чтобы выделить дыхание на разговор.       Через некоторое время Хард стал выдыхаться и замедляться, путаясь в ногах. Без слов Джонс подхватил и его тоже, став бежать в одиночестве.       Продлилось это всё двадцать минут, по истечении которых Джервис устало, но аккуратно положил оба тела на землю, а после и прилёг рядом.       Три минуты прошли в тишине.       — Нельзя лежать! — подскочил Сихард, видимо, отдохнув за этот промежуток времени.       Вместе с ним с усталым стоном поднялся Джонс.       — Ты проверяй, что выжило в наших сумках, а я найду чего-нить для костра.       Паразит тоже захотел напрячь тело своего хозяина, но мягкое сопротивление в виде чей-то руки его остановило.       — Лежи. И так сегодня набегался, — послышался усталый голос аристократа.       — Ладно-ладно… Только сесть помоги, а?       Ничего не понимающий Идрис сидел, спиной прислоненный к дереву, и держал в руках разогретое в костре мясо.       — Это… — на него обратили внимание. — Не обращайте внимание, если скажу, что не так, ок? Я сейчас немного не в себе…       — Как будто после произошедшего можно быть "в себе", — фыркнул Джервис, невозмутимо продолжив трапезу.       Хард промолчал, глубоко задумавшись о чём-то своём.       Когда стало чётко ясно, что гоняться за ними никто не будет, все приготовились ко сну.       — Хард, Джервис, — готовый погрузиться в сон позвал своих товарищей Идрис. — Вы самые лучшие друзья, которые у меня только были. Извините, что не говорил этого раньше.       И он впервые ощутил сон в реальном мире.

***

      «Вставай давай! Сколько дрыхнуть можно?»       Ещё пять минуточек...       «Какие к чёрту пять минут? А-а-а, понял. Пока я нашу тушу спасал, ты тут сны прекрасные видел, да?!»       Спасал... А!..       «Не волнуйся. То нечто, скорее всего, мертво. Сейчас мы в безопасности.»       А?..       «Эх-х. Слушай, чем дольше я с тобой разговариваю, тем дольше я буду в отрубе, так что слушай внимательно. Ребро с рукой я кое-как, но залечил. По крайней мере, само по себе сломаться не должно. Магией бы посоветовал не пользоваться хотя бы недельку, но мы ведь оба знаем, что ты в очередной раз во что-нибудь вляпаешься, не так ли? Бывай.»       А...       Вот и поговорили.       Разлепив глаза и слегка приподнявшись, я увидел... эту чёртову реку. Да вы издеваетесь...       В мозг услужливо вцепилось своеобразное слайд шоу, рассказывающее как мы до такого докатились.       Идрис, конечно, тот ещё перец... "Если тебя нельзя разрезать, то я размажу!". Это ж надо так... И это в каком-то роде сработало! И как я сам не догадался о чём-то подобном? Телекинезом бы взял дерево, да раздавил... А Огненный план? Я вообще не рассматривал его как оружие! Я вообще про него забыл!       И, всё же, рад, что он проснулся. Гнать мысли про его смерть становилось всё труднее и труднее.       Наконец разобравшись со своими мыслями, я начал анализировать обстановку.       Лежал я на кучке листьев, хоть и прекрасно помнил, что Идрис засыпал, облокотившись об ствол дерева... странно, но это воспоминание было без звука и словно действительно являлось картинкой в привычном понимании этого слова.       Был... полдень? Солнечный свет преграждался плотным и едва подтаявшим льдом, так что сидел я в темноте. Чуть в далеке около костра сидели мои друзья, перешептываясь и смотря на реку.       Держа в уме слова моего временного доктора, я усилил слух только на одном ухе.       —... Может стоит проверить крышу?       — Я влил туда столько маны, что даже в подобном климате и погоде, лёд будет держаться. Да и... устал я.       — Напрягаться не нужно, я выспался, — подошёл к ним со спины я, сумев подобраться тихо. Шум костра и их общая расслабленность мне помогли. К удивлению, они никак не вздрогнули или испугались, а просто повернули головы. Это ж насколько они устали? — А что это за сервис мечты? — я махнул рукой на моё койко-место.       — А. Это, — продемонстрировал свой аристократичный словарный запас мой друг. — Мы подумали, что после вчерашнего тебе необходимо отдохнуть.       — Ты обладал магией костей, — даже без какого-либо вопроса констатировал факт Джервис, протягивая мне кусок мяса, завёрнутого в упаковку от иксовского сухпайка.       — Сам не знал, — я сделал большой укус, начав с удовольствием жевать еду. — Иногда получается, иногда нет... А это ещё что? — недоумённо посмотрел я на красное нечто, летевшее на меня сверху и, как следствие, насаженное на лезвие.       — Лавовая летучая мышь — самый распространённый вид в неразвитых планах Огня. Известны своим примитивным строением и размножением... э...       — Агаменез, — быстро дополнил Хард.       — ... делением, короче. Виды некоторых планов управляются единим коллективным разумом, но тактика у них инстинктивно всегда одна — таранить своими тушками врага, пока тот не умрёт, — пожал плечами наш негласный зоолог, затем кивнув на мышь, истекавшей жижей, что неприятно нагревало воздух около себя. А этот запах... Бр-р. — Пятая за день...       — А лезут они откуда? — спросил я, телекинезом убрав от себя труп магического животного.       — Открытый Огненный план, — указав рукой на откинутый мной труп и заморозив его, ответил Сихард. Пожалуй, не стоило кидать это на легковоспламеняющуюся травку. — Повезло, что с более далёких глубин никто не объявился, — я обернулся и начал вглядываться в лес, услышав тихий шорох. — Даже магмовые слизни с чертами могли доставить нам хлопот.       — А слизни, случаем, не выглядят как слизь? — неуверенно тыкнул пальцем я на выползшее из-за дерева существо.       — Во имя рода моего, да что же такое?! — устало понегодовал Хард, вставая вместе с железой рапирой.       Джервис же прошептал что-то неразборчивое и тоже встал. Судя по эмоциональному окрасу, это было явно чем-то нецензурным.       Сконцентрировав магию для бластера, я ощутил давление в моей грудной клетке. Это же мне насколько опасно применять магию, что Чувство уже реагирует на угрозу, исходящую от меня?! Представил. Стало страшно.       Посмотрев на Джонса, из оружия имеющего только кастеты, потом на Харда, заметно уставшего и трясущимся руками держащего клинок, а в конце на обжигающих врагов, что набирали в численности, и взяв во внимание моё состояние, я подумал-подумал и, повернувшись к своим друзьям, набрав наглости, временно взял роль командующего на себя.       — Бежим.       Благо ожившая магма скоростью не блистала, так что нам удалось убежать.       Не, ну ситуация, конечно, огонь. Только от одних преследователей отделались, так другие сразу же объявились. Мне иногда начинает упорно казаться, что нас прокляли. Вот серьёзно так прокляли. Будто там, сверху, сидит какой-то хрен и угорает, накидывая всё больше проблем.       Мой неудержимый поток конспиративных теорий остановил тот факт, что мы оторвались.       — Мне кажется, или стало жарче? — спросил я, недоверчиво взглянув на ничем не изменившиеся Солнце.       — Хм! — оптимистично хмыкнул Джервис. — Похоже план начинает расширяться!       — Ты сказал это таким голосом, как будто нам выгоден локальный конец света, — относя я к его позитиву с настороженностью.       — Если тут произойдёт достаточно большой прорыв, то имперское правительство просто не сможет его игнорировать и отошлёт специалистов для его закрытия!       — А мы сможем незаметно к ним подмазаться и выйти к цивилизации! — перенял я настрой своего друга. — Звучит как настоящий план!       Наконец-то! Хоть какая-то конкретика, не то что река!       — Это всё очень прекрасно... — аристократ почему-то не разделил нашу радость. — Но только если сможем выжить до их прихода...       Он кивнул в ту сторону, в которую мы сразу же повернулись.       Сначала я даже и не понял, что вижу. Однако стоило только понять, что гигантское красное облако, закрывающее собой часть неба, вовсе не облако, а состоит из маленьких точек, быстро приближающихся к нам, я услышал Джонса, тихо пробормотавшего:        — Коллективный разум мышей воспринял нас приоритетной целью... БЕЖИМ!       Стоит ли объяснять, чем мы занялись дальше?       В моменты нашего побега в голову постоянно лезли мысли о несправедливости этой жизни. Ну почему, почему что-то обязательно должно мне мешать? Каждый раз, когда дела начинают налаживаться что-то происходит, и это "что-то" пытается меня убить?! Неужели я просто не могу отдохнуть хотя бы неделю?       Дали бы мне лишь день, так я бы этих мышей, что уже почти догнали нас, просто снёс бластерами, особо не напрягшись. Или улетел далеко вперёд.       Вариантов-то уйма! И никаким нельзя воспользоваться!       Вот поехал бы к морю, искупался бы, развеялся. Почему нельзя жить просто так? Без ожиданий? Почему мне нельзя просто жить?       И сейчас вместо исполнения моей детской мечты, которую я вспомнил только что, я вынужден отбиваться призванным клинком от стаи безмозглых, но кровожадных существ, попутно убегая, а то, что других вариантов для меня нет, вызывает бессильную злобу.       — По ногам бьют черти!       Выхожу из рефлексии обратно в реальный мир и беру во внимание предупреждение Джервиса, защитив ноги.       Сихард тоже что-то крикнул, но из-за того, что он бежал от меня дальше всего и из-за постоянного писка летающих преследователей я смог разобрать лишь два слова:       —... лес... закончился!..       И вправду: мыши закрывали обзор, но было видно, что деревья закончились. Не то что бы этот факт может нам помочь в данной то ситуации. Не удивлюсь, если окажется, что подобная местность лишь поможет мышам в наших догонялках на смерть. К сожалению, на кон поставлены только наши жизни.       Воитель рапир и макарон опять что-то крикнул, но я был слишком занят своими мыслями, чтобы вовремя обратить на него внимание, так что он остался не услышанным мной. И каким же большим было моё удивление, когда Джервис разразился яркими молниями жёлтого цвета, временно меня ослепив и к тому же задев. Преследователям, как и мне, подобное отношение, естественно, не понравилось. Ладно хоть оказался не забыт и подхвачен.       Первое, что я увидел, придя в себя, каменную двухстворчатую дверь, больше походившую на тяжёлые ворота. Рассмотреть красивые узоры на этой самой двери, я не успел, так как её быстро открыли и закинули меня во внутрь.       — Спасибо, блин, — проговорил я, поднявшись, с на удивление, холодного пола. Друзья мои тоже зашли в это странное помещение, закрыв за собой двери.       Мы зашли в квадратную по площади комнату. Мебель здесь отсутствовала, а в противоположной стене от входа был лестничный спуск, ведущий вниз.       — И где мы? — задал я закономерный вопрос, продолжая осматривать это занятное помещение.       — Знал бы я ответ, сказал бы, мой дорогой друг, — сказал Хард, вставив рапиру обратно в ножны. — Я заметил некую каменную постройку и подумал, что тут можно спрятаться.       — Самое главное, — привлёк к себе внимание Джонс. — НИЧЕГО не трогать. В нашем положении доверять "неким каменным постройкам" нельзя. Просто переждём пару часиков.       Кивнув в ответ, я продолжил осматриваться. Источниками света являлись три тусклые полупрозрачные сферы бирюзового цвета, левитирующие около потолка. Стены, потолок и пол состояли из одинакового материала, определить который я не мог. В смысле, в иной ситуации я бы предположил, что это обработанный камень, или из любой другой породы, чёрного цвета, но... Я не могу это описать. Он казался таким... глубоким? Неправильным? Чем дольше я смотрю на пол, тем сильнее у меня ломается мозг...       Стряхнув головой, я включил магическое зрение. Вопросы испарились, но сразу появились новые. Стены оказались зачарованными, или, по крайней мере, имели в себе магию. А зачем кому-то может пригодиться каменный бункер посреди дикого леса? Хотя, если судить по пыли и костям с давно сгнившим мясом, бункер необитаем долгое время.       Ха, забавно, я не обратил никакого внимания на такую мелочь, как человеческие кости, разбросанные по углам. Моё психологическое состояние начинает меня пугать.       Хм, на одном костяном пальце было надето странно знакомое кольцо. Я его видел и оно было мне важным... Не могу вспомнить, как ни мучайся. Ну, и к чёрту. Более интересным являются несколько магических потоков, идущих от кольца к центрам всех четырёх стен. Надо бы сообщить об этом... О! Интересно, а как выглядят те сферы?       Переведя взгляд навверх, я резко обледенел. Движение магии в стенах остановилось, а вход поплыл и втянулся в стену. Также я перестал чувствовать внешний мир, что закрыло мне возможность телепортации.       Не успев обдумать всю масштабность проблемы, в которую мы опять безнадёжно вляпались, я с шоком посмотрел на Сихарда, держащего в руках то самое кольцо...       — ТЫ, ЕБАННЫЙ КУСОК *****, — сразу набросился на него взбешённый Джервис. — ***** **** **, ТЫ *** ТУПОЙ *****, ЧТО ТЕБЕ ** **** *****, ПОПУГАЙ ТЫ *****?! Я ТЕБЯ *** ******* ****, ПОНЯЛ?!       Из тьмы лестничного спуска послышались гулкие шаги. И-и-и... О Эррор. Холодящие душу стоны и тела... Мёртвые, но ходящие.       — Я-я-я, — бледный как мел Сихард, в которого вцепился наш друг, тоже обратил на это внимание. — К-к... Клянусь ч-честью своей семьи... Я буду сражаться за вас д-до последнего своего вздоха...       — Ой, да закройся ты! — закончил поливать того помоями Джервис, из которых я понимал только редкие местоимения и маты. Значение других слов я даже боюсь узнавать...       И тут я осознал одну простую истину. Если кажется, что хуже уже не будет, и ты начинаешь надеется на лучшее, то лучше готовиться к атаке оживших мертвецов.       Звёзды.       А я к этому привыкаю...