Вульф/Вика

В подземелье. — Вика! Вика, ты здесь? — начала звать подругу Виноградова, как только они прошли пару поворотов. — Не ори. Вряд ли она тебя услышит, — сказал Морозов, стоя на развлетвлении двух путей и светя вперед фонарем. — Если совсем не пытаться звать, то шансы найти ее будут очень малы. Она может быть где угодно, — ответила Лиза, обвев все вокруг рукой и вглядываясь в темноту. — Именно поэтому мы все и разделились, чтобы искать тихо, не привлекая чужого внимания. — А кто здесь может быть кроме нас? Сейчас середина дня. Все учителя ведут уроки. — Кто ж знает? Как говорится в тихом омуте, черти водятся. Войтевич тому — прямое доказательство. Не любопытно, че он тут вынюхивал или кого? — Думаешь, он до сих пор где-то тут ходит? Макс пожал плечами. — Кто ж может знать? Как-то же он узнал, что мы нашли здесь их секретный проход, хоть и замуровали они его просто отменно, хрен вообще поймешь, что обычная, бетонная стена, может оказаться проходом в ад. — Так может ему об этом кто-то рассказал? — быстро и как бы ни на что не намекая ответила Лиза, и Макс тут же остановил ее, положив руку на плечо. — Ну-ка, о чем это ты сейчас, Лиз? — Помнишь слова Олега? О том, что один из нас — предатель? — Так стоять! Мы же кажется уже всё решили, нет? Мы все — одна команда! Нет никакого предателя, и никогда не было! Нам всем просто запудрили мозги, чтобы мы все перегрызли друг другу глотки. Или быть может, ты думаешь что это я, м? Я по родственному сдаю? Или может это Андрюха, у которого где-то здесь родители? — прошептал последние слова на ухо Лизе Макс, тем самым заставив девушку почувствовать себя неловко. — Максим, ты все не так понял, — попыталась оправдаться блондинка. — А как тогда? — Ни тебя, ни Андрея, я не имела в виду. Вообще никого из нас. Я просто озвучила факты. — Так вот в следующий раз, держи подобные мысли при себе, хорошо? А то кому-то, может очень не понравиться, что его до сих пор считают крысой. — Я поняла. Прости меня, пожалуйста. — Пошли. — Ну где же она может быть? Мы проверили всё! Каждый чертов угол, каждый чертов камень! Не могла же она испариться? — злилась Даша, стоя вместе с Андреем и Ромой в одном из коридоров. — Не всё, Даш. — Что ты хочешь этим сказать, Андрей? — Помимо обычных ходов, доступных человеческому глазу, у них есть и такие, которые всю жизнь будешь ходить искать. Забыла, как мы все оказались в ловушке? — Хочешь сказать, у них здесь есть еще одна такая же стена, только без тупика? Авдеев кивнул. Даша провела рукой по волосам. — Тогда нам лучше всё еще хорошенько перепроверить, пока в школе не стемнело, и нас не спохватились учителя. — Народ, кто-то идет! Прячемся живо! — крикнул Рома, занервничав, и вталкивая обоих в комнату, закрывая дверь. — Ром, подожди. Вдруг это Макс и Лиза? — сказала Старкова, когда все трое оказались за дверью. — Может быть, а может и нет. Я лично не горю желанием, получить по башке, или пулю в лоб. — Тем более! Мы не можем бросить их там одних! Ром, открой дверь. Нужно пойти и проверить. — Не-а. — Ром, давай, — нажал на друга, Авдеев. — Чувак, ты… Ладно, делайте, что хотите, но я остаюсь. Прошу. — Идем, Даш, — сказал Андрей, и оба вышли из комнаты обратно в коридор. Поворот направо, и оба вскрикивают, сталкиваюсь нос к носу с Максом и Лизой. — Господи! Ребят… Как же вы нас напугали. — Ага, Даш, а мы то как чуть не того. Договорились же, встречаемся через 20 минут. Вы забыли чё ли, и решили так приколоться? — Конечно, Макс. Делать, ведь, нам больше не чего, — съезвила Старкова, всё еще переводя дух. — А этот где? Ну Ромыч в смысле? — Он подумал, что это кто-то из тех, что тут ходят. Спрятался за вон той дверью, — ответил Авдеев и Макс кивнул, мол, Ромыч, что с него взять? — Нашли Вику? — Ну, ты сюда посмотри? Нас сколько? Только я и Лизка. Значит не нашли мы никого. — Мы тоже. Уже два часа ходим по этим коридорам и бесполезно. — Ребят… Ром, выходи! — крикнула Даша и продолжила. — Мы так и не нашли Вику, но Андрей тут вспомнил кое-что важное. Ту дверь с ловушкой, в которой нас всех запер Войтевич. — И че? — Да. Что нам это дает? — Вы правда не понимаете? Вдруг есть еще одна такая же стена, только не с тупиком, а с проходом куда-нибудь наверх или наоборот вниз? — закончил за Дашу, Андрей. — Это возможно, Макс. Сам подумай. — Да я-то как бы и не отрицаю, просто не понимаю, как мы найдем-то эту дверь? Че, каждую стенку будем обнюхивать, в поисках щелей или выступов? — Да, это будет не легко, но лучше, чем ничего. — Офигеть. Ну чё, круто! Когда приступать? Сколько сейчас времени? — Почти четыре. — У нас есть шесть часов. Ну чё, вперед тогда. Предлагаю снова разделиться, или есть возражающие? — Нет, я согласен, — сказал Авдеев. — Ромыч! — позвал светлоруссого шатена, брюнет. — Чего? — сухо отозвался Павленко. — С нами пойдешь. Со мной и Лизкой. Чтоб трясся поменьше. — Как скажешь. На том и решили. Пятеро школьников начали искать точно такую же стенку замаскированную под дверь. Через два часа. Школа Логос. Вике так не хотелось вновь туда спускаться, да еще и совершенно одной, побывав на воле всего каких-то пару часов, что девушка оттягивала этот момент как можно дольше, но в итоге, взяла себя в руки и вышла в коридор школы. И вот незадача. Как назло по нему же шел физрук — Вадим Юрьевич Уваров. Его-то Кузнецова и зацепила дверью, едва не столкнувшись с ним нос к носу. — Черт, Кузнецова, ты поаккуратнее может давай? Красовался бы я сейчас по твоей милости с фингалом под глазом. А мне еще урок у малышни вести. — Простите, Вадим Юрьевич, я вас не заметила. — А скажи-ка мне, где это ты пропадала, мышка-нарушка? Решила вместе со своими дружками мой урок прогулять? Учти я не Савельевич, который души в тебе не чаял. За прогулы, у меня есть отдельное наказание, для таких как вы. — Вадим Юрьевич, вы что такое говорите? Иван Савельевич, был нашим историком. Он никогда не поощрял меня. Я всегда всего добивалась у него на уроках сама. — Мне не вешай лапшу на уши. Еще один прогул, и о гранте своем можешь забыть. — Что? — с шоком прошептала брюнетка, но Уваров уже скрылся за поворотом. «Долбанный грант! Даже по физ-ре надо иметь пятерку, чтобы его получить. Так ладно. Куда я шла? Точно. В библиотеку. Ребята могут быть только там», — подумала про себя Вика, и направилась в противоположную сторону. И опять ей не повезло. На этот раз ей навстречу шел никто иной как Морозов-старший. — Так-так, а ну-ка стоять, Кузнецова! «Да что ж за день сегодня такой? Еще один нарисовался». — Да, Петр Алексеевич. У вас что-то срочное? — Представь себе. А у тебя что есть дела поважнее? Тебя словил сам директор школы. — Я это уже поняла. Можно, пожалуйста, побыстрее? Я очень спешу, — перебила мужчину девушка, чем ошарашила Морозова, и он ответил: — Нет нельзя, Кузнецова. Сейчас тебе нужно стоять и слушать только меня, поняла? Куда спешишь? Не к дружкам своим? В таком случае, это еще успеется. Ты мне лучше вот что скажи: куда Авдеев дел страницы из дневника? — Какого еще дневника? — Не прикидывайся! В общем так, передай им всем, что я жду страницы, иначе они умрут. Думаю, ты уже в курсе каким способом? — Петр Алексеевич, вам еще не надоело, одним и тем же нас всех запугивать? — спросила Вика, стараясь не показывать, что данные слова ее сильно испугали. — Маленькая. Ты не знаешь, на что я способен в гневе. Страницы из дневника Вульфа, иначе твои дружки умрут в самых страшных муках. Я понятно объяснил? — Понятно. Теперь можно я пойду? — спросила Вика, не глядя на Морозова, но тому кажется не хватило. Крупинки злости все еще остались где-то глубоко внутри, и Кузнецова была, для этого, как нельзя кстати. — Если ты думаешь что я шучу, то советую поторопиться. Мне надоели ваши игры! Вечно лезете куда не следует. Свободна. «Господи, ребят, куда вы на этот раз влезли»? — спросила саму себя Вика, и начала спускаться вниз по лестнице. Открыв дверь в школьную библиотеку, девушка убедившись, что никого поблизости нет, быстро повернула круглый диск и залезла в камин. Флэшбэк. Час назад. — Вика! Черт! — крикнул Макс, уже сам не сдержавшись, стоя на одном месте, так как идти куда-то уже просто не было смысла. Они обыскали тут все вдоль и поперек, но никаких выступов или потайных проходов, и в помине не было! Как такое могло быть? Непонятно. Ведь он сам с Андреем, видел замаскированную дверь, еще когда у них обоих не было карты «Ingrid». Не может же это быть та самая ловушка? Это было бы глупо даже для немцев. Устанавливать такую современную систему, с автоматическим открыванием бетонной стены, за которой скрывается просто квадратное помещение, и больше ничего. Просто они наверное все слишком устали, и поэтому уже не могут отличить обычные стены, от слегка выперших. — Ну че, нашли? — спросил Авдеев, появившись тут как тут, вместе со Старковой, услышав крик Макса. — Нет. — Ни хрена мы не нашли, Андрюха! Это я сорвался от этих бесполезных поисков. Битый час рыщем, а толку никакого. — Народ, ну-ка тихо. Я кажется что-то слышала. Вы разве нет? — спросила Даша, прислушиваясь. — Я ничего не слышал, — сказал Рома, прислоняясь к стене. — Да, кажется что-то действительно было. Похоже на шаги, — сказал Андрей, светя вперед фонарем. — Снова Войтевич приперся по нашу душу? — с легким сарказмом проговорил Павленко, и Морозов махнув головой, и хрустнув шеей, отыскал валявшийся на земле прут, и прислонился к стене. — Что ты задумал, Макс? — спросил Авдеев, становясь точно так же, и закрывая фонарь рукой. — А будем квитами. Тогда он меня вырубил, теперь моя очередь. — Макс, а вдруг это?.. — не успела закончить свою мысль Даша, как Максим уже замахнулся, чтобы нанести удар, как в последний момент, железный прут рухнул на землю, глухо прозвинев. Конец Флэшбека. Теперь. — Господи, Макс, это я! — Твою мать! — Морозов чуть не поперхнулся собственной слюной, разжимая пальцы правой руки и вновь сжимая их в кулак. — Вик, ты… ты че творишь, а? Я чуть не вломил тебе! — Вика, наконец-то! — прошептала с улыбкой на губах Даша, обнимая лучшую подругу, но та остановила ее. — Даш, подожди. — Вик, ты чего? — Ребят, с вами все в порядке? — Что ты имеешь в виду? — не понял Макс. — Я должна была найти вас намного раньше, чтобы сказать, что вас всех заразили смертельным вирусом. — А так ты об этом? — спросил Рома. — Да мы еще со вчерашнего в курсе. — Что? Как же вы тогда… — Живы, ты это хотела спросить? — спросил Андрей. — Они дали нам вот эти ампулы. В них была некая красная жидкость. — Ребят, мне правда очень жаль, что все так вышло. Я должна была заразиться вместе со всеми вами, но меня не было в своей комнате, когда это произошло. Простите меня. — Что ты такое говоришь, Вик? Ты не виновата. Тебя итак похитили. Мы думали, что никогда тебя не найдем. Спустились в подземелье, рискуя собственными жизнями, так как если мы завтра не получим антидот, мы все умрем, как Миша, Соня и Олег, — сказала Старкова. — Подождите, а разве эти ампулы не должны были вас спасти? — Ну походу нет. Скорее всего, это какой-то экспериментальный препарат, — просто ответил Рома. — А кто вам их дал? — Мой папаша, наверное. Он же нас всех и заразил, а потом наверное подумал, что рановато нам еще подыхать, и подкинул Дашке эту мерзость. — Ага, Макс прав. Мерзость та еще, — сразу же вспомнил Павленко. — Ребят, я же правильно все поняла? Мы все вместе, и больше не станем ходить ни по каким подземельям, да? — спросила Лиза, глядя на Андрея, и тот замялся. Да Вику они нашли, точнее она сама нашлась каким-то образом, но ведь тайну это не раскрывает! Кто за всем этим стоит? Кому нужно это глобальное вымирание? И где по-прежнему его родители? А еще? Что делать теперь с этим заражением? Сплошные вопросы, и никаких ответов. — Максим, ну чего ты молчишь? — обратилась блондинка к Максу, на что тот пожал плечами. — А че я? Пусть Андрюха решает. — Народ, я пойму, если вы решите соскочить. Я не в праве никого из вас заставлять, особенно теперь, когда мы все заражены. Вы можете ждать, когда вам выдадут лекарство за хорошее поведение, но мне, увы, это не подходит. Мои родители, до сих пор где-то здесь, и я не отступлю пока не найду их. Да я тоже хочу жить, но если я могу прикрыть их лавочку, то я сделаю это. Чего бы мне это ни стоило. — Чувак, послушай меня. Никто… — Ром, не надо. Я все понял. Спасибо вам, что помогали мне все это время, я правда очень благодарен вам за это, особенно тебе, Макс. Я до последнего не верил, что когда-нибудь мы с тобой сможем стать настоящими друзьями. — И все-таки, ты ни хрена не понял, — неожиданно для всех сказал Морозов, заставляя всех сыщиков посмотреть на него. — Я с тобой. До самого конца. — Макс… — немного шокировано проговорила Даша. — Думаю, что Ромыч, хотел сказать тоже самое, да, Ромыч? Вместе начали, вместе закончим. — Ну, не совсем… Да! Да, именно это я и хотел сказать, — громче произнес Павленко, кивая головой и сам же про себя жалея. Ну стремно, черт возьми! — Народ, вы серьезно? Вы понимаете, что уже завтра можете погибнуть без лекарства?! Андрей, мы и так узнали достаточно. Пора нам всем остановиться, — проговорила Вика, глядя на Андрея, и тот в свою очередь, внимательно смотрел на Вику, будто готовясь вот-вот, что-то сказать, да все никак не мог подобрать нужных слов, чтобы не обидеть подругу. — Нет. Я дойду до конца.

***

8 часов вечера. В комнате девочек. Вика и Даша. — Вик, что это было там внизу? Тебя похитили, ты не забыла?! Неужели, тебе самой не хочется, ну я не знаю, хотя бы им отомстить? — Я устала повторять, что мы ничего не можем сделать против них. Тебя не было там внизу, так что ты многого не знаешь. — Подожди, о чем ты сейчас говоришь? Ты что-то видела? Вик, расскажи. Вдруг это поможет нам. Нам всем. Воцарилось молчание. Даша гипнотизировала подругу взглядом. Вика же долго не решалась что-либо говорить, но в итоге… — Да, видела. И видела, и слышала. И даже сама в этом участвовала. — Что?! — удивилась Старкова, подскакивая с постели, и выглядывая в коридор, убеждаясь, что он совершенно пуст. — Вик, что значит сама учавствовала? Ты же не хочешь сказать, что они ставили над тобой опыты как над детдомовскими детьми? — Не совсем. Даш, давай лучше не будем на эту тему, ладно? Лучше расскажи мне, как Морозов узнал про дневник? — Морозов про дневник? А ты откуда про это знаешь, тебя же с нами тогда не было. — Долго рассказывать. На самом деле я уже давно в школе, и искала вас. Я сразу же поняла, куда вы все могли пойти, и поэтому пошла за вами. В подземелье мы и встретились. — А мы выпили лекарство и пошли за тобой, думая, что ты все еще у них, — дополнила Даша, и начала расказывать про дневник. — Ну понимаешь, вышла такая не очень хорошая ситуация. Андрей спрятал дневник в мусорном ведре возле лестницы на второй этаж, а когда мы пришли за ним, его уже там не было. Но Андрей перед этим вырвал несколько страниц, из которых мы узнали, что все эти опыты проводились еще в 40-х годах, и что носили они незаконный характер. — А мне отец Макса рассказал. Он требовал те самые страницы и случайно, а может и нет, сказал о том, что если вы ему их не вернете, лекарство вы больше не получите. — Черт. — Что? Есть какие-то проблемы? Страницы все еще у Андрея, ведь так? Так пускай Морозов ими подавиться, а вы получите лекарство. Вы же уже узнали, о чем там написано? — Да узнали, но проблема в том, что Андрей давным давно избавился от этих треклятых страниц, так что отдавать Морозову просто нечего. — Как избавился? Даш, ты серьезно?! И что же теперь делать? Что будет со всеми вами? — Да не переживай. Я уверена, что им ни к чему нас убивать, а лекарство — экпериментальное. Мы как подопытные крысы, на которых можно испытывать антидот. — Почему ты в этом так уверена? Что они не станут нас всех убивать? — Не знаю. Просто предчувствие. Нам бы не стали давать первую дозу, если бы действительно хотели нас убить. Вдруг в комнату вошла Лиза Виноградова. Она тут же обратилась к подругам. — Девчонки, тихо. Молчите, и делайте вид, что занимаетесь каждая своими делами. Поляков идет по нашему коридору. Все трое быстро запрыгнули на кровати и достали журналы и телефоны. И Лиза не соврала. Буквально тут же в дверь раздался стук. — Добрый вечер, Вика, Даша, Лиза. Смотрю, вы все вместе? Молодцы. — Добрый, Виктор Николаевич. Да, мы вот тут модные журналы листаем, и в стратегии играем. — Очень хорошо. Я рад за вас. Девушки, а вы наверняка не знаете, что сегодня вечером, в нашей библиотеке, состоится бал-маскарад? Хотелось бы и и вас так же на нем увидеть. Ну, что скажите? — улыбнулся мужчина, складывая руки в замок и оглядывая всех троих. — Эм… — удивленно протянула Лиза. — Конечно, Виктор Николаевич. С радостью придем. И парням заодно передадим. Пусть ищут маски и костюмы, — уверено ответила Даша. — А что за повод, Виктор Николаевич? Не подумайте, что мы не хотели бы пойти, скорее просто интересно, — спросила Вика, и улыбка на лице мужчины, стала еще шире. — Вот когда всё будет готово и Володя, наш повор, наготовит вкусных пироженых и огромный торт, вот тогда и узнаете. Начало ровно в девять. На подготовку у вас есть целый час. Что ж, на этой ноте, я вас покину. Очень надеюсь, что главные красавицы нашей школы, не подведут меня и весь коллектив учителей, — сказав все это, мужчина удалился. — Класс! Вот только бала-маскарада нам и не хватало, — сказала Старкова, бросая журнал в столик. — Согласна. Думать, что надевать, делать прически, когда мы в любой момент можем начать кашлять кровью и ослепнуть, — согласилась Лиза. — Но и не пойти мы не можем. Что мы скажем? — спросила Вика и обе пожали плечами. Спустя час. — Ну что, народ, слышали новость, о которой только наша компания не в курсе в отличие от всей нашей школы? — Ага, еще бы не слышать. Покурить хрен выйдешь, чтобы не услышать в свой адрес: Морозов, хорош дымить! Иди ищи шмотки, для бала-маскарада, или ты как всегда свинтишь?! — Во-во. Я хоть давно курить бросил, еще после смерти Тёмыча, но за последний час, наверное раз 20 услышал. — Черт, Виктор как специально. Эта гулянка, хорошо если к полуночи закончится. Что у них там за повод случился, чтобы праздновать? — Точняк. Нам же идти в подземелье, рано утром, но теперь… — Не парься, Ромыч. Не через камин, так через лес попадем в подземелье. Че, забыл, сколько они ходов наделали, стоит только плюнуть, — сказал Макс, глядя на Авдеева, чтобы тот не раскисал или еще чего хуже, не накинулся на Виктора с кулаками, мол, плевать я хотел на ваш бал. Устроите в другой раз. — Так что делать будем? Выбор у нас, конечно, не велик, но прежде чем идти, нужно спрятать все улики куда-нибудь подальше, и молиться, что бы кто-нибудь, из нас, неожиданно, не начал кашлять кровью, — сказала Даша, и все согласно кивнули. А прятать было что. Пленку, альбом, газеты, папки и ноутбук с переписками Стаса Катаева. — Давайте вы тогда идите одевайтесь, наводите там марафет, а мы втроем, спрячем все добро. Есть у меня хорошее местечко. Кто сунется туда, голову нахрен снесу. — Что это за место? — Вот что бы оно и дальше оставалось тайным, Ромыч, я тебе, увы, не скажу. Без обид. — Так значит ты один будешь знать, где все спрятано? — спросил Андрей. — Да, именно так. Папаше моему, если че, меня ни за что ни расколоть. Что бы он не сделал. — Даже если от этого, будет зависеть твоя жизнь, Макс? — уточнила Вика. — Да, Викуля, — увереннее ответил Максим. Передав все Морозову-младшему, девчонки покинули комнату парней, и пошли к себе. Андрей и Рома, тоже покинули комнату, как и попросил Максим. Наконец пришло время бала-маскарада. Все суетились по школе, от девчонок исходил сладкий аромат духов, школьную форму сменили длинные в пол платья, и костюмы годов 80-х. Володя выкатил на подносе, кучу сладостей и огромный красивый торт. Потом начали разносить напитки. Царила праздничная атмосфера, играла приятная музыка. Свет был слегка приглушен, горели лишь ночники на стенах и маленькие декоративные свечи на столах. — Володя, ты просто… К Соколову, подошел Виктор, и увидев всю красоту возле камина библиотеки, развел руками в стороны, так и не сумев подобрать нужных слов. — На все руки мастер. Спасибо, я в курсе. — Да. В точку. Что бы мы без тебя делали? — Ну что-нибудь бы делали, Виктор Николаевич. Как говорится, незаменимых поваров нет. — Но только не в твоем случае, Володя. Маша уже принарядилась? Ты должен обязательно пригласить ее на танец. — Обязательно, как только ее увижу. И мне бы самому снять фартук для начала. Бал-маскарад как-никак. — Тогда бегом переодеваться! — Слушаюсь и повинуюсь. Виктор улыбнулся, оглядывая «зал» и видя просто очаровательных учеников, от взрослых до малышей. Наконец в библиотеку вошли наши девушки: Вика, Даша и Лиза. Лиза была в красивом небесно-голубом платье, волосы были уложены в красивую высокую прическу и украшены бантом из кружева. Даша одела нежно-розовое легкое платье с закрытыми плечами, на шее висел небольшой кулон, на левом запястье серебряный браслет, волосы были уложены на одну сторону и слегка накручены. Вика так же одела легкое и спокойного белого цвета платье, волосы оставила распущенными и закрутила в большие локоны. Так же у всех трех девушек, был идеальный макияж. Легкий и нежный. Первым девушек заметил конечно же Володя, который спешил переодеться и заодно принести новую порцию конфет с кремовой начинкой. — Ох, прошу прощения, красавицы. Шикарно выглядите. Ваши кавалеры попадают в обморок, как и я впрочем. Все трое улыбнулись, пропуская мужчину. После на них обратили внимание Войтевич и Морозов. В руках каждый из них держал по бокалу шампанского, и снова они стояли поодаль от всех в самом углу. — Где же Макс с ребятами? Бал вот-вот начнется, — переживала Вика, все поглядывая на входную дверь, пока Даша и Лиза, осматривались вокруг. Вот Даша заметила Надю с Алисой и другими второклашками. Это странно, что младшая сестра Андрея, не подошла и не спросила: «Где Андрюша»? Хотя с другой стороны, может даже и к лучшему, потому что даже врать что-то, нужно было сперва придумать, что именно, и конечно же, что бы Надя поверила. — А! Боже, Макс, — вздрогнула Вика, услышав позади себя тихое, но не менее неожиданое: «Бу!» — А вот и мы. Признайтесь, волновались, да? — к девушкам так же подошли Андрей и Рома. — Еще бы, — ответила Даша. — Слушайте, девчат, как хорошо, что мы знаем вас больше десяти лет. Ниче вы так принарядились. Прикинь, Макс, подошли бы мы к кому-нибудь другому… — Но не подошли же. Наших девчонок, я даже в бомжацких тряпках узнаю. Или наоборот в королевских, — тут же исправился Морозов. — Минуточку внимания! Как я вижу, наконец зал полон, и можно объявлять о начале бала-маскарада, но сперва пару слов. Во-первых, повод, по которому это мероприятие, было так сказать, организовано. Он есть. Это мое день рождение. Да, вот так нагрянуло незаметно для всех, и поэтому я хотел сделать и вам всем и, конечно же, самому себе — сюрприз. Во-вторых, в честь этого события, я хотел бы также назначить два дня выходных, как ученикам так и учителям. Надеюсь, что нынешний директор нашей школы, не станет возражать. Два дня не неделя и не месяц. И даже это еще не все! В честь вышеперечисленного, я хочу попросить Андрея Авдеева и Надежду Авдееву, выйти сюда ко мне, чтобы открыть сегодняшний бал маскарад! — Я не знала, что у Виктора Николаевича, сегодня день рождение, — шепотом сказала Вика, становясь в пару с Максом. Даша стала в пару с Андреем, как только тот освободился, Лиза с Ромой. — Ага. Как ему это удалось скрыть от нас? — спросил Рома, танцуя неподалеку. — Андрюх, ты тоже не знал? — Нет. Я ведь только недавно узнал, что он мой родной дядя. — Странно было бы сейчас сказать, что возможно он не хотел, чтобы кто-нибудь знал? Виктор же сказал, что хотел сделать сюрприз, — сказала Даша. — И ему это чертовски удалось, только вот не в обиду ему, но не в удачное он время появился на свет. — Да уж, — ответила Вика, поворачиваясь спиной к камину, кружась в танце. — Ты кстати как вообще себя чувствуешь? Нормально? Голова не кружится? Нет никакой слабости в теле? — Ни с кем меня не попутала? — В каком смысле? — не поняла Вика. — Я все такой же, каким и был, и сейчас я прекрасно осознаю, что делаю. Я танцую в школьной библиотеке, с самой охренительной девушкой, и своей лучшей подругой, — ответил Макс с легкой улыбкой, прижимая Вику ближе к себе, от чего брюнетка слегка смутилась, краснея, но ответила такой же улыбкой. Как бы печально не было, но музыка закончилась, и все собрались кушать сладости и пить шампанское. Детям, разумеется, был преподнесен сок. Вика тоже взяла бокал шампанского, но лишь для вида. Морозов-старший, тут же дернулся, чтобы выбить всю дурь, от головокружительного танца из головы несносной девчонки, но был остановлен Войтевичем. — Её же сейчас стошнит, ты этого хочешь?! — Она не глупа, Пётр. Ее начнет мутить, лишь от одного запаха алкоголя, так что не привлекай ненужного внимания, и не порть всем праздник. — Да плевать я на него хотел! Колчину, что потом говорить будем, вот о чем надо в первую очередь думать. — На-ка вот выпей, и знаешь что, найди-ка мне Уварова. Нужно мне с ним поговорить кое о чем. — Не понял? Я что не имею права знать, о чем это ты собрался поболтать с физруком? — Просто тебе это ни к чему, Пётр. У тебя итак полно других дел, например, снобжать наших следопытов антидотом, пока не поступил приказ их всех — ликвидировать. — Но хотя бы могу я быть уверенным, что разговор пойдет не обо мне? Я не хочу так рано выходить из игры. — Можешь. Ты здесь не причем. — Ладно, так уже лучше, — сказал Морозов, и заприметив Вадима, залпом опустошив бокал с шампанским, направился прямо к физруку. — Опачки, Петя. Петенька, ты чего? Ищешь кого позвать в партнеры на танцы? Извини, но я немножко другого пола, — столкнувшись нос к носу с акционером, Вадим, уже подвыпившим голосом, не смог не пустить шутейку. — Что, тоже решил повеселится в чужой праздник? — Ну от чего же чужой? Виктор Николаевич, он же ну ты сам знаешь кто, находится под нашим полным присмотром. Мы всегда и везде, контролируем каждый его шаг. — Да вижу я какой из тебя контролер хренов. На милю разит. Ты что пил всё сразу без разбору? — Во-первых, не смей хамить мне Морозов, а во-вторых, я что-то не понял, когда тебя так стала интересовать Кузнецова? Ты что, Петя, на старости лет, совсем разум потерял? Где ты и где она. Головой своей думай, если конечно же есть, чем думать. — Ха-ха! Ты решил, что я приударил за ней? Я что, по-твоему, совсем идиот? — расмеялся в голос Морозов, чем привлек к себе внимание половины зала. — А кто тебя знает? Работа у нас не из легких, а они зашли слишком далеко. Вот тебе мой совет: не увлекайся слишком сильно. С огнем играешь, Петя. — Да иди ты! Тебя там Войтевич искал, поговорить о чем-то с тобой хочет. И чем быстрее ты к нему явишься, ну в общем ты и сам в курсе, — махнув рукой, бросил Петр Морозов, и ушел восвояси. — Ну-ну, — сказал сам себе Вадим, и направился к Войтевичу. И как только они успели друг с другом обменяться приветствиями, тут же кто-то из девчонок завизжал, ища Виктора Николаевича. Максим Морозов и его компашка, подхватили Вику на руки, вынося из библиотеки и укладывая на диван в холле. — Виктор Николаевич! Виктор Николаевич, там Вика! — Где? Это ты кричала? Что случилось, Света? — Я не знаю. Все было вроде нормально, а потом я вижу как она падает в обморок. Максим Морозов, поднял ее на руки, и понес куда-то. — Я понял тебя. Найди Славу и опросите всех, есть ли среди присутствующих медик, или кто-то, кто сможет чем-то помочь. Давай. — Я поняла. Слава! — закричала Тимофеева, и когда Харитонов нашелся, они оба стали опрашивать всех, кто мог бы оказать помощь. Через пять минут, уже весь холл, был наполнен учителями и учениками. — Что случилось, Максим? — подойдя к дивану и присев на корточки, спросил Поляков, оглядывая ученицу. — Да сам не знаю. Мы танцевали вдвоем, потом разошлись, и потом Тимофеева кричит на всю школу. — Понятно. Слава, Света, нашли кого-нибудь? — Из медиков никого нет, Виктор Николаевич, а так мало ли что с ней? Никто не хочет брать на себя такую ответственность, сами понимаете, — сказал Харитонов, и Виктор взбесился, поднимаясь с корточек и обращаясь ко всем стоящим в холле. — И это в такой момент?! Ученице нашей школы грозит опасность, вы об этом подумали, уважаемые присутствующие здесь и сейчас?! Даже обмороки бывают опасны для здоровья человека! А она еще совсем ребенок! И никто не может помочь, даже зная как можно избежать осложнений, лишь только потому что он или она — испугались ответственности?! Вам всем должно быть стыдно, дорогие мои. Мне за вас стыдно. Володя, что она ела или пила, ты видел? — Не уверен, Виктор Николаевич. Моя работа готовка. Я лишь слежу за тем, чтобы блюда не оказались сырыми или подгоревшими, а кто что там ест, к сожалению… — Даша, Андрей? Вы где были? Она ваша подруга. Рома и Лиза, вас это тоже касается. — Виктор Николаевич, а что мы? Откуда мы могли знать, что такое случится? Тем более все было нормально, — сказал Рома, и тут же прикусил язык. — И где Тамара, когда она так нужна? Ее видел кто-нибудь на бале-маскараде или вообще в школе? — Будем стоять и смотреть, или все-таки поможем девочке? Они все — идиоты. Могли бы хотя бы из медпункта нашатырный спирт принести, чтобы привести ее в чувства, — шепотом проговорил Войтевич, стоя рядом с Уваровым. — А от чего она упала? Только ты не говори мне, что понятия не имеешь. Ты кстати еще хотел со мной, кажется о чем-то поговорить, так уж не об этом ли? — А ты догадливый. Можно сказать и так, — улыбнулся слегка биолог, и подозвал к себе какую-то ученицу. Шепнув на ухо, все что нужно, блондинка вышла вперед, тоненьким голосом окликая Полякова. — Виктор Николаевич, я могу ей помочь. Услышав спасительные слова, Виктор тут же повернувшись к невысокой блондинке (в персиковом платье), оглядел ее и взял за руки. — Правда сможешь помочь? — Да. Простите, что не вышла раньше, я выходила в туалет. Меня зовут Женя. Это обычный обморок. Достаточно дать нашатырный спирт, и совсем немного успокоительного, на случай если она запаникует, когда увидит столько лиц. — Да. Да, конечно же! Какой я идиот. Сам переволновался и все позабывал. Это же действительно банальный обморок, а не сердечный приступ или еще чего хуже… — Виктор Николаевич, мне нести аптечку? Если помедлить, могут возникнуть осложнения. — Да, да, конечно же, неси. Женя, тебе помощь нужна? — Нет, я справлюсь, спасибо, — ответила с улыбкой Савельева и направилась в медпункт. Вернувшись, девушка открыв пузырек с наклейкой «Ingrid», намочила ватный диск и поднесла к носу Вики. Брюнетка тут же сморщилась, дернув головой. Виктор с облегчением выдохнул, полностью садясь на пол возле дивана. — Макс? Андрей? Виктор Николаевич, это вы? Что случилось? — спросила с легкой хриптоцой в голосе Кузнецова, оглядывая всех перед собой, и видя как Макс и Андрей улыбаются. — Я испортила вам всем праздник? Господи, простите меня. Виктор Николаевич, простите. Я правда не хотела. — Не говори глупостей, Вика. Слава богу, что все обошлось. Спасибо тебе, Женя. Если бы не ты… — Ну что вы, Виктор Николаевич? По сравнению с экзаменом в моей предыдущей школе, практика оказалась куда легче. Я же в мед собираюсь поступать. Еще раз простите, что не помогла раньше. — Ничего. Думаю, теперь все будет действительно хорошо. Вы обе молодцы. — Ребят, что случилось? — спросила Вика у своих, когда все начали расходиться.