«Спортанец»

— Все молодцы! Если играть завтра будете так же, как сегодня тренировались — все шансы на победу есть. Про важность победы напоминать надо? — Нет! Про важность завтрашней игры они знали даже больше тренера. То, что у «Динамита» не было еще ни одного поражения, как и у них самих, а значит игра будет не только на очки, но и на принцип — и так ясно, это не в первый раз. Важнее было другое — это «Динамит». Им проигрывать нельзя ни в коем случае. — Ну и хорошо, что нет, меньше тут торчать с вами, — хмыкнул тренер. Глянул в блокнот, объявил: — Все свободны. Андреев, вместо раздачи призов собираешь мячи. Андреев кивнул, глянул, как бредут к корпусу остальные, сам двинулся к сетке. — А ты чего? — спросил тренер. Волков, будто ненароком не ушедший с другими, пожал плечами. — Да брось, Саш. Не все же нам с тобой прибирать тут после. Скажи лучше, что завтра будет? Бабушка приедет? Волков, улыбнувшийся было тренеру, тут же насупился, покачал головой. — Я попросил не приезжать. Куда ей, час автобусом, потом еще с остановки полтора километра. Тренер понимающе кивнул. Глянул на Андреева, пригладил усы, задумался. — И все-таки, может что-нибудь придумаем? Хочешь, тебя в город отправим? Отметишь с ней, дома, а потом вернешься. — Все нормально, Петр Лукич, — сказал Волков. — Я ей позвоню, поздравимся. Куда мне уезжать, игра же. — Игры, Саш, часто, а четырнадцать тебе впервые исполнится. И больше, кстати, никогда. Волков нахмурился, помотал головой. — Я не поеду. Мы же уже обсуждали с ней это, все нормально. Лучше уж тут, со всеми, чем… Он запнулся, понимая — не договорит. Не объяснит правильно. Тренер снова кивнул. — Тогда готовься, завтра будут тебя все за уши тягать. И не смотри так удивленно — традиции есть традиции. Чур я первый буду! Волков усмехнулся: — Только давайте после игры, а то чем я вас слушать буду, если уши оторвут? — Тоже верно. — Я все, — объявил Андреев, подходя к ним и подтаскивая мячи. — А кому и за что уши обрывать? Волков с тренером посмотрели на него одинаково виновато, будто извиняясь, что так и не успели помочь. — Тебе, за подслушивание, — предложил тренер. — Да я так, просто спросил, — тут же пожал плечами Андреев. — Теперь в корпус? — В корпус, — кивнул тренер, отбирая у него сетку. — Шуруйте, я сзади. Волков, понимая, как тренер распределил роли, кивнул и пошел вперед, стараясь держаться рядом с Андреевым, не отставать, не отходить к тренеру. — Слушай, Сань, — начал тот, стоило им уйти с площадки. — Я тут услышал случайно. У тебя че, день рождения завтра? — Ну да, а что? — Да не, ничего. Че не предупредил-то? Мы бы там подготовили чего. — Чего подготовили? — с усмешкой уточнил Волков. Одумался, добавил: — Не надо мне ничего, брось. — Из остатков гуаши и клея плакат соорудили, или лишнюю пачку вафель в столовке нашли, мало ли, — беззаботно предположил Андреев. — Я серьезно, Ром, брось. Ничего не надо. — Ну, как знаешь. А родные-то к тебе приедут? Волков покачал головой. Значит, и правда не весь разговор подслушал. Хорошо. — А че так? — не унимался Андреев. — Че, родаки тоже куда-нибудь отдыхать уехали, пока ты здесь? — Бабушке добираться сложно просто, — объяснил он, надеясь, что этого хватит. — А родители? — продолжил Андреев. Тут же задумался, смутился: — Или че… — Мама есть, — поспешил успокоить его Волков. — Просто живу с бабушкой. Так вышло. Андреев кивнул, из смущения так и не выйдя, но глядя с любопытством. Волков сердито тряхнул головой. Ну ведь никто не знал, никогда не спрашивали. Это было несложно — держать личное в тайне, где надо было — тренер помогал и прикрывал, где-то сам темы менял, а теперь вон как. Завтра вся команда обсуждать будет, что к нему в день рождения не приехал никто… — Если расскажу все — обещаешь не трепаться? — спросил вдруг Волков у самого корпуса. Андреев с небольшим опозданием кивнул. Волков сжал кулаки, стараясь не потерять решимость — лучше самому рассказать, чем от теорий отбиваться. — Петр Лукич, мы тут это… Задержимся немного, ничего? — позвал он, оборачиваясь. Тренер поспешил выпрямиться, приподнимая сетку от земли, бросил: — Без проблем. Только недолго — обед через час, а вам еще переодеться, ну и все вот это. Волков кивнул, пошел в сторону от домиков — к не пойми зачем установленным здесь лавкам, увлекая Андреева за собой. Сел на одну, дождался, чтобы Андреев опустился на другую — напротив, и закусил губу, думая, с чего начать. — Слушай, ты можешь и не говорить, если не хочешь, — напомнил Андреев, чувствуя, что пауза затянулась. Волков помотал головой и наконец-то заговорил.