Юношеская академия "Джекалоп"

*в.а.н.и.л.ь.к.а*

      Даня сидел на заднем сиденье отцовской машины. Вибрации двигателя и лёгкие покачивания автомобиля клонили парня в сон. В наушниках ритмично играла музыка. Так уютно, так привычно. Словно лёгкое тёплое обволакивающее зефирное облако обнимало Даню своими пушистыми кудряшками. Он всё глубже погружался в мир своих мечтаний, куда никогда не надвигается суровый северный шторм. Где воздух, напитанный солнечным светом, сверкал и переливался чувствительной рябью от нежного прикосновения. Яркие лучи софитов, полный зал зрителей. Всё пространство театра заполнено овациями и аплодисментами. Его любят, его ценят. Наконец он нашёл место, где может просто быть собой. Без стыда и стеснения. Не сворачиваясь калачиком на кровати в тёмной комнате, ощущая солоноватый вкус собственных слез.       "Нет! Не снова! Не опять... Всё закончилось... Теперь у меня новая жизнь. Никто меня не обидит. Никто не посмеет. Никто даже не подумает... Не поймёт. Я больше не беззащитный зайка! Я не зайка! Я не зайка!"       Даню разбудил обеспокоенный голос отца. Когда парень окончательно проснулся, а окружение приобрело необходимую чёткость, он понял, что машина уже стоит на парковке недалеко от главных ворот академии. Через зеркало заднего вида на Даню смотрела пара ясных серых глаз, обрамлённых густыми черными бровями. -Всё хорошо? Тебя укачало? - Спросил отец. -Да. То есть нет. Всё в порядке. - Ответил сын поправляя очки. -Тогда выходим.       Пасмурно. Даже в этот особенный день мир был, как всегда, неприветлив. Собственно, и вид самого студента сложно было назвать жизнерадостным: длинное чёрное пальто, доходившее парню до щиколоток, на ногах стилы со стальными набойками на носке, узкие чёрные джинсы, обтягивающие стройные икры и бедра, широкий кожаный ремень с посеребрённой пряжкой, заправленная вороная рубашка, опоясанная на груди ремешками портупеи. В ухе поблёскивала серёжка в виде крестика. А окрашенные в платиновые блонд волосы, некогда ржаными колосьями переливавшиеся на солнце, скрывала под собой широкополая шляпа, не трудно догадаться какого цвета. Весь внешний вид этого миловидного был кричащим манифестом дерзости и стиля. -Не поможешь мне? - окликнул его отец, доставая из багажника своего форда приличных размеров дорожный чемодан и спортивную сумку. -Конечно. -отозвался сын.       Сергей схватился своими крупными руками за багаж, напрягая широкие мускулы, едва не разрывавшие джинсовую куртку. Вряд ли кто-то мог бы назвать их родственниками - так сильно они контрастировали друг на фоне друга. Широкоплечий жилистый брутальный альфа-самец с зачёсанными назад волосами и аккуратно смоделированной бородой. Футболка, куртка и штаны очерчивали внушительный рельеф мышц. По сравнению со стройным и изящным Даней, с его гладкой и подтянутой кожей, тонкой талией и длинными чуткими пальцами Сергей Турцевич казался не сдвигаемым валуном. Всё-таки парень почти полностью вышел в маму. Чуть ли не единственное качество, которое Даня унаследовал отца - высокий рост. 1 метр 93 сантиметров. Парень родился прирождённым баскетболистом но тонкости натуры влекли его к музе театра.       Поначалу отец пытался перевоспитать мальчика. Водил его на футбол, карате, плаванье. Но слово матери оказалось весомее. Именно она отвела Данечку в театральный кружок. Спустя пару лет он начал сниматься в рекламе, затем стал профессиональной моделью. Постоянные съёмки, фотосессии, репетиции в театре. Сергей видел, что его мальчику это по душе и смирился со своим окончательным поражением. По окончанию одиннадцатого класса Даня отправил документы в лучшую академию в стране. "Джекалоп". Да, название странное. Но список родителей, отправивших сюда своих отпрысков на обучение, впечатлял. Учитывая тот факт, что он был почти полностью скопирован из журнала "Форбс".        Закрыв багажник, Сергей и Даня направились к главным воротам академии. Кованные чёрные ворота увенчанные гербом академии - рогатым кроликом, скачущим по полю на фоне полуденного солнца - поднимались непреодолимой преградой, как казалось, до самого неба. По обеих сторонах от них вдаль расходилась неприступная кирпичная стена обвитая плющом.       "Академия заботится о конфиденциальности своих студентов" - по крайней мере так было написано в поздравительном письме, которое Даня получил несколько недель назад. Рядом с воротами горела вмонтированная в стену красная лампочка, давая прибывшим понять "Смотри сюда! Смотри! Видишь внизу кнопку? Нажми на неё!". Сергей и нажал. Из динамика, также вмонтированного в стену донеслось хрипящее "При-кххх-тствую! Чем кххх-у помоч-кххх?" - Студента к вам привёз, распишитесь за доставку! - пытался пошутить Сергей, Даня незаметно закатил глаза. "Кххх-мя назо-кххх-ите, пожалу-кххх-та." Мужчина на секунду задумался, пытаясь понять смысл слов консьержа. -Даниил Турцевич. "Се-кххх-ду." "Про-кххх-ите." Раздался железный гудок и автоматические ворота отворились настежь. -Спасибо. - сказал Сергей. "При-кххх-ого дня кххх!" Так для Дани отварились ворота в новую жизнь. Он слегка улыбнулся сделав шаг, входя на территорию академии. И в этот же миг, сквозь чугунные серые тучи пробился яркий солнечный луч, выстилая мальчику дорогу. Даня верил... Нет. Знал, что всё будет хорошо. Всё будет иначе. *** Так чёрный зайка угодил в кроличью нору. Скоро он поймёт, что до этого судьбоносная полоса в его жизни была белее рождественского снега.